Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Леонид Васильев.   Древний Китай. Том 2. Период Чуньцю (VIII-V вв. до н.э.)

Глава 2. Хроника политических событий (628-546 гг. до н.э.)

Смерть цзиньского Вэнь-гуна ознаменовала собой начало нового этапа в истории восточночжоуского Китая. Главным отличием его от предыдущего была институционализация статуса и функций гегемона-ба, перенос центра тяжести с личности на должность. Первые два гегемона, циский Хуань-гун и цзиньский Вэнь-гун, более полувека энергично наводили порядок в Поднебесной, оказавшейся на рубеже VIII—VII вв. до н.э. в тяжелой, чтобы не сказать критической ситуации. Оба они были выдающимися личностями и потому заняли достойное место в древнекитайской истории. Ни один из видных политических деятелей периода Чуньцю не может быть поставлен в один ряд с ними.

Конечно, выдающиеся личности всегда оказываются на троне не слишком часто. Однако в нашем случае важнее принять во внимание то, что после 628 г. до н.э. ситуация в чжоуском Китае была уже иной. Для всех стало очевидным, что вакуум власти, вызванный слабостью чжоуского вана, должен быть компенсирован могуществом одного из крупных чжоуских царств. Это означало, что не столь важна личность, стоящая во главе сильного царства, претендующего на гегемонию, сколько военно-политическая мощь этого царства. Собственно, именно к этому и сводится смысл упомянутой выше институционализации статуса и функций ба.

Эту важную особенность, изменившую ситуацию, китайская историографическая традиция обычно игнорирует, что порождает определенные сложности. Дело в том, что при упоминании о чжоуских ба традиционная историография обычно настаивает на существовании пятерых гегемонов-ба1, хотя при этом сбивается, когда всех их нужно назвать и тем более расположить в ряд.

Суть в том, что кроме первых двух общепризнанных ба равных им или сыгравших сопоставимую роль гегемонов не было вовсе, хотя многие стремились к статусу ба и к официальному признанию его чжоуским ваном. Кое-кто даже ненадолго добивался этого. Но в упомянутых уже изменившихся обстоятельствах их успех существенной роли не играл. Не столь важно было, вырвал ли у чжоуского вана официальное признание этого статуса какой-либо назойливый правитель случайно возвысившегося в данный исторический момент царства или нет. Важно было то, каким могуществом обладало претендующее на верховенство царство — даже если его правитель был весьма заурядным. Иными словами, на смену гегемонам-политикам после цзиньского Вэнь-гуна пришли гегемоны-царства. Оттого-то и путает традиция имена претендентов на заветную пятерку гегемонов-ба.




1Едва ли не первым формулу о пяти ба ввел Мэн-цзы [101, VIE, VII, 1-3]. Трудно сказать, откуда взялась достаточно часто встречающаяся в историко-культурной традиции древнего Китая весьма назойливая пятеричность, скорее даже потребность в пятеричности, — здесь слово за нумерологами. Однако вполне очевидно, что с гегемонами все обстояло не так, как утверждает традиция.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Леонид Васильев.
Древний Китай. Том 2. Период Чуньцю (VIII-V вв. до н.э.)

Майкл Лёве.
Китай династии Хань. Быт, религия, культура

М. В. Крюков, М. В. Софронов, Н.Н. Чебоксаров.
Древние китайцы: проблемы этногенеза

Ричард Теймс.
Япония. История страны.

Э. О. Берзин.
Юго-Восточная Азия в XIII - XVI веках
e-mail: historylib@yandex.ru
X