Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Г. А. Порхунов, Е. Е. Воложанина, К. Ю. Воложанин.   История Сибири: Хрестоматия

Сельскохозяйственное освоение Сибири

Миграции крестьян в Сибирь и в ее пределах в XIX в. обусловливались, с одной стороны, все большим проникновением капиталистических отношений в сельское хозяйство, а с другой – правительственной политикой. Необходимым условием переселенческого движения в регион было наличие за Уралом свободного фонда земли, пригодной для сельского хозяйства.

Указ 1822 г. «О дозволении крестьян переселяться на земли сибирских губерний» разрешал переселяться сюда без помощи со стороны властей малоземельным государственным крестьянам из Европейской России. Данное обстоятельство зачастую приводило к печальным последствиям. Правом свободного переселения в полной мере воспользовались лишь сибирские государственные крестьяне. Так, в первой половине XIX в. широкий размах приобрело миграционное движение из Тобольской губернии в восточную часть региона.

Продолжалась, но в очень ограниченных размерах, вольнонародная колонизация. Например, служебное расследование, предпринятое в 1821–1829 гг., в западной части Томской губернии выявило 1102 самовольных переселенца в основном из Тобольской, Вологодской и Пермской губерний.

В рамках реформы управления по инициативе П. Д. Киселева был принят закон от 8 апреля 1843 г., регламентировавший переселение государственных крестьян в Сибирь. Он предусматривал отведение в местах водворения земельных наделов по 15 десятин на ревизскую душу, предоставление пособий и льгот (безвозвратное денежное пособие в размере 20 руб., а в безлесной местности – 35 руб., полное освобождение от уплаты податей на четыре года и половину в последующие четыре года), а также освобождение от рекрутской повинности на три очередных призыва. Всего за 11 лет (1845–1855 гг.) законом воспользовалось 90,6 тыс. крестьян, в основном из губерний Нечерноземья.

Аграрное освоение региона искусственно сдерживалось государством. Было запрещено свободное переселение на земли Алтайского горного округа, являвшегося собственностью Кабинета его императорского величества. В 1858 г. под пашней находилось 5,8 у / из 42 млн десятин его земельного фонда. Попытки использовать для заселения региона ссыльнопоселенцев оказались малоэффективными. В 1841 г. из 7435 ссыльных, этапированных в Сибирь, только 194 сумели обзавестись хозяйством в первый год. Всего же с момента похода дружины Ермака (конец XVI в.) и до отмены крепостного права (1861 г.) сюда переселилось свыше 1,5 млн чел., из них более 90 % составляли крестьяне.

Переселенческая политика властей в пореформенный (после 1861 г.) период отличалась противоречивостью и непоследовательностью. В 1866 г. в связи с передачей государственных крестьян в ведение общекрестьянских учреждений переселенцы лишились существовавших ранее пособий и льгот. Лишь в 1881 г. с принятием «Временных правил для переселения крестьян» был сделан первый шаг в организации массовых миграций – у переправы через Волгу «в виде опыта» открылась особая переселенческая контора. Приостановить переселенческий процесс попытался министр внутренних дел И. Н. Дурново, из дав распоряжение от 6 марта 1892 г., но этот замысел провалился. В связи с началом строительства Сибирской железной дороги было официально разрешено.

По приблизительным подсчетам в 1861–1891 гг. в регионе водворилось около 450 тыс. переселенцев, из них примерно 350 тыс. в Западной Сибири. Первое место по численности осевших здесь новоселов принадлежало Томской губернии, а на ее территории – Алтаю. За 1861–1897 гг. численность населения края выросла в 3 раза: с 432 до

1326 тыс. чел. В Сибири поселенцы получали надел из расчета 15 десятин на мужскую душу. Их причисляли, как правило, к старожильческим селениям, однако прием в старожильческое общество оговаривался оплатой приемного приговора до 50 руб. с души. Тем не менее, численность обратных переселенцев была незначительной и составляла в Томской губернии в 1884–1893 гг. около 1,5 %.

В XIX в. зоной хлебопашества становится южная полоса Сибири, вытянутая в широтном отношении от Тобола до верховьев Ангары и Забайкалья. В регионе сформировались основные сельскохозяйственные районы: в Тобольской губернии – Ялуторовский, Курганский, Ишимский округа (уезды); в Томской губернии – Алтайский горный округ (Барнаульский, Бийский, Кузнецкий округа); в Енисейской губернии – Канский и Минусинский; в Иркутской губернии – Иркутский и Верхнеудинский округа.

В Сибири крестьяне были обеспечены землей лучше, чем в Европейской России. В среднем на душу в Тобольской губернии приходилось 16,5 десятины, в Томской – 43,3, в Енисейской – 29, в Иркутской -23,8 десятины. Значительно увеличились площади обрабатываемой земли, например, на Алтае с 310 тыс. в 1858 г. до 858 тыс. десятин в 1895 г. В губернском отчете за 1882 г. отмечалось: «Томская губерния производит такое количество хлеба, что его достаточно не только для местной потребности, но и отчасти на удовлетворение нужд других соседних губерний». На полях возделывались все известные тогда зерновые культуры: озимая и яровая рожь (ярица), пшеница, ячмень, овес, гречиха, горох, но преобладали посевы пшеницы. Из технических культур практически повсеместно возделывали коноплю и лен. С начала XIX в. в крае началось распространение картофеля. В огородах выращивали капусту, морковь, свеклу, репу, редьку, лук, чеснок и бобы. Разведением арбузов, дынь и помидоров в XIX в. прославился Минусинский округ. В Барнаульском, Бийском, Омском и Ишимском округах возделывали табак, в том числе и на продажу. В 1857 г. на Алтае предпринимаются удачные опыты по выращиванию сахарной свеклы.

Второе по значимости занятие сельского населения Сибири – животноводство. В 1864 г. на 100 жителей здесь приходилось 72,1, а в Европейской России – 44,6 головы продуктивного скота. На сельскохозяйственный скот крестьяне тратили минимум, используя обширные естественные пастбища и сенокосы. К началу 1860-х гг. больше половины стада составляли лошади и крупный рогатый скот. Громадный ущерб животноводству наносили эпизоотии. В 1871 г. в Сибири пало 6 тыс. лошадей, в 1872 – 11 тыс., в 1873 – 42 тыс. Тем не менее, животноводство развивалось высокими темпами. Поголовье скота в регионе с 1860-х по 1890-е гг. увеличилось с 7809 тыс. до 14 018 тыс. голов, или на 79,4 %, в том числе лошадей – на 70,5 %, крупного рогатого скота – на 93,1, овец и коз – на 89,3 %. Переселенцы положили начало массовому разведению свиней. Эта отрасль начала развиваться с конца XIX в., что свидетельствовало о переходе к интенсивному животноводству. Предпринимались опыты по улучшению местных пород лошадей. В 1865 г. впервые в Сибири недалеко от Барнаула открылся конный завод Давыдович-Нащинского. В предгориях Алтая начали разводить маралов, которые давали ценное сырье для изготовления лекарственного средства – пантокрина. Это была трудоемкая и сложная отрасль хозяйства. Для содержания животных приходилось огораживать большие участки земли, на которых должны были быть река, лес и луга. Зимой маралов кормили печеным хлебом. В 1897 г. на Алтае насчитывалось 200 маральников, в которых содержалось более 3 тыс. ценных животных.

Значительных успехов достигло пчеловодство. Появившись сначала в Бийском и Кузнецком округах, оно распространилось по всем лесным районам Сибири. Только в Томской губернии за 1860–1891 гг. количество ульев увеличилось с 348 тыс. до 533 тыс. С каждого из них за сезон в среднем получали 12,5 фунтов меда и 0,9 фунтов воска. Условия содержания пчел были примитивные: в колодах (ульях), выдолбленных из пней. Рамочные ульи, зимняя подкормка и искусственная вощина появились только в 1890-е гг. Успешно развивались крестьянские промыслы, прежде всего извоз, обработка древесины и животного сырья. Широкое распространение получили промыслы кустарно-ремесленной группы: кожевенный, пимокатный, овчинно-шубный, кирпичный, обозный, бондарный, сапожный и др. Подсобное значение для крестьянского хозяйства имели охота, рыболовство, сбор ягод и грибов, кедровый промысел. Яркой иллюстрацией зависимости человека традиционного общества от природы служит фрагмент из воспоминаний Г. М. Карнаухова о жизни крестьян таежной зоны. «Не боясь преувеличения можно сказать, – замечает он, – что вся многовековая история материальной культуры в Сибири – есть песня дерева и музыка топора… Если мужик не умеет сделать топорища или загородить прясло в поскотине или на огороде, если он не умеет сделать бабе валёк для расколотки белья, такой мужик – не мужик. Такой мужичонка хуже бабы!»

В пореформенный период усиливается специализация отдельных районов. Сапожный промысел утвердился в Западной Сибири в Ялуторовском, Ишимском, Курганском округах, в Томской губернии – в Барнаульском и Бийском округах, в Восточной Сибири – в крупных селах вдоль Сибирского тракта. Овчинно-шубное производство сосредоточилось в Шатровской волости Ялуторовского округа и Барнауле с его округой. Близость к Ирбитской ярмарке способствовала развитию деревообрабатывающих промыслов в Тобольском, Туринском и Тарском округах. Здесь сложилось разделение труда: существовало рогожно-мочальное, дегтярное, экипажное, мебельно-столярное, бондарное, смолокуренное, корзиночное, метелочное производства. Ежегодный доход от продажи рогожно-мочальных изделий составлял около 1 млн руб., а занимались этим промыслом 350 тыс. крестьян.

(Шиловский М. В. Крестьянская колонизация и развитие земледельческих районов Сибири. URL: http://www.sibheritage.nsc.ru)

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Наталья Юдина.
100 великих заповедников и парков

Александр Кондратов.
Погибшие цивилизации

Генри Бэзил, Лиддел Гарт.
Решающие войны в истории

Е. А. Глущенко.
Россия в Средней Азии. Завоевания и преобразования

Дмитрий Зубов.
Всевидящее око фюрера. Дальняя разведка люфтваффе на Восточном фронте. 1941-1943
e-mail: historylib@yandex.ru