Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Фюстель де Куланж.   Древний город. Религия, законы, институты Греции и Рима

Преобразование клиентелы в Риме

Долгий период римской истории тоже был заполнен борьбой между клиентами и патронами. Правда, Тит Ливий ничего не сообщает об этой борьбе, поскольку не имел привычки внимательно отслеживать изменения в различных институтах; кроме того, летописи жрецов и подобные им документы, откуда черпали сведения древние историки, а уже от них Тит Ливий, возможно, ничего не сообщали об этой внутренней борьбе.

Но, по крайней мере, точно известно, что в Риме в самом начале были клиенты; у нас есть абсолютно достоверное свидетельство той зависимости, в которой патроны держали своих клиентов. Если спустя несколько столетий мы попробуем отыскать этих клиентов, то уже не найдем их. Название еще существует, но самой клиентелы уже нет. Совсем не похожи на древних клиентов плебеи времен Цицерона, которые называли себя клиентами богатых людей только для того, чтобы иметь право на sportula – подарки, или, точнее, подачки от них.

Намного больше напоминают древних клиентов вольноотпущенники. В период поздней республики, как и в ранний период истории Рима, человек, освобожденный от рабства, не становился сразу свободным и гражданином; он оставался в подчинении у господина. Раньше его называли клиентом, теперь стали называть вольноотпущенником; изменилось только название. Что касается господина, то не изменилось даже название; как прежде его называли патроном, так и продолжали называть. Вольноотпущенник, как некогда клиент, по-прежнему связан с семьей; он носит ее имя, как носил его клиент. Он зависит от своего патрона; он обязан выказывать ему не только признательность, но и верно служить. Патрон имеет право вершить суд над вольноотпущенником, как раньше над клиентом; за неблагодарность, приравненную к преступлению, он может снова обратить его в рабство. Так что вольноотпущенник очень напоминает древнего клиента. Между ними единственная разница: клиентела была наследственной, от отца к сыну, а зависимость вольноотпущенника заканчивалась во втором, самое большее, в третьем поколении. Клиентела еще не исчезла; она захватывает человека в тот момент, когда он освобождается от рабства, но только клиентела уже не является наследственной. Уже одно это являлось значительной переменой, но мы не можем сказать, когда это произошло.

Мы можем легко найти улучшения, постепенно происходившие в положении клиента, и этапы на пути к обретению им права собственности. Сначала глава рода выделял клиенту участок земли для обработки. Затем клиент становился временным владельцем участка при условии, что он принимает участие во всех расходах своего бывшего господина. Суровость древнего закона, обязывающего клиента платить выкуп за патрона, помогать деньгами при наделении дочери патрона приданым, при расходах на общественные потребности, оплачивать наложенные на патрона судом штрафы, доказывает, что в те времена, когда был издан этот закон, клиент уже был временным владельцем земельного участка. Затем клиент делает следующий шаг: после его смерти его сын имел право вступить во владение землей; если у клиента не было сына, то после смерти клиента земля возвращалась патрону. Затем следующий шаг: клиент, не имеющий сына, получает право составить духовное завещание. Но тут нет однозначного решения. В отдельных случаях патрон забирает себе половину имущества, иногда воля завещателя выполняется полностью. В любом случае завещание имеет силу. Таким образом, клиент если еще не может назвать себя собственником, но, по крайней мере, обладает правом довольно широко, насколько возможно, пользоваться собственностью.

Но это еще не полное освобождение. Нет никаких свидетельств, дающих возможность установить эпоху, когда клиенты окончательно отделились от семей патрициев. В «Истории» Тита Ливия есть место (книга II, 16), в котором говорится, если понимать его буквально, что в ранние годы республики клиенты были гражданами. Весьма вероятно, что они уже были гражданами во времена царя Сервия Туллия; возможно, они даже голосовали в куриальных комициях с раннего периода истории Рима. Однако из этого вовсе не следует, что они были абсолютно свободными людьми, так как возможно, что патриции нашли выгодным для себя дать клиентам политические права, но отказав им в гражданских правах.

В Риме, похоже, не было переворота, который сразу освободил клиентов, как это было в Афинах. Все происходило крайне медленно и незаметно и не нашло никакого отражения в официальных законах. Клиентела постепенно ослабила хватку, и клиент незаметно отделился от патрона.

Царь Сервий Туллий провел реформу в пользу клиентов: он изменил устройство войска. До Сервия войско делилось на трибы, курии и роды; это было патрицианское войско, в котором каждый родоначальник командовал своими клиентами.

Сервий разделил войско на центурии; все население Рима на классы, или разряды, по имущественному цензу; теперь каждый занимал место согласно своему разряду. В результате клиент уже не сражался бок о бок с патроном; патрон перестал быть для клиента военачальником, и клиент стал привыкать к независимости.

Это изменение привело к изменению структуры комиций. Раньше собрание делилось на курии и роды, и клиент голосовал, если он вообще голосовал, под надзором своего господина. Теперь в комициях, как и в войске, было деление на центурии, и клиент уже не находился в одной центурии с патроном. Правда, древний закон приказывал, чтобы он голосовал точно так же, как его патрон, но разве можно было проверить, за что он голосовал?

Решение отделить клиента от патрона в самые важные минуты жизни, во время боя или когда шло голосование – это был серьезный шаг, значительно ослабивший власть патрона, а то, что осталось от его власти, постоянно оспаривалось. Как только клиент почувствовал вкус свободы, он захотел полностью насладиться ею. Он стремился отделиться от рода и присоединиться к плебеям, которые были свободными людьми. Сколько ему представлялось случаев! При царях он был уверен, что найдет в их лице помощников, поскольку у них не было иной цели, как ослабить роды. Во времена республики он нашел покровительство у плебеев и трибунов. Тогда очень многие клиенты получили свободу, и роды не смогли их вернуть. В 472 году до н. э. было еще очень много клиентов, поскольку плебеи жаловались, что их голоса в центуриатных комициях дают возможность чаше весов склоняться в пользу патрициев. «Волерон… предложил народу закон о том, чтобы плебейские должностные лица избирались в собраниях по трибам. В безобидном на первый взгляд предложении речь шла о предмете отнюдь не малозначительном; но о том, чтобы отобрать у патрициев возможность через посредство своих клиентов добиваться избирать угодных себе трибунов»[155].

Примерно в то же время, когда плебеи отказались вступать в ряды войска, патриции были в состоянии сформировать войско из своих клиентов. Однако похоже, что клиентов было недостаточно для возделывания патрицианских земель, и патрициям приходилось заимствовать рабочую силу из плебейской среды. Вполне возможно, что создание института трибунов, обеспечив клиентам защиту от бывших патронов и упрочив положение плебеев, ускорило процесс освобождения клиентов. В 372 году уже не было никаких клиентов, и Манлий мог сказать плебеям: «Сколько было вас, клиентов, вокруг одного патрона, столько же будет теперь против одного врага»[156].

С тех пор мы больше не встречаем в истории Рима древних клиентов, людей, наследственно связанных с родом. Древняя клиентела уступила место клиентеле нового типа, добровольной, практически фиктивной связи, которая уже не влекла за собой тех обязательств, что были раньше. Мы уже не находим в Риме трех классов – патрициев, клиентов и плебеев. Остались только два; клиенты слились с плебеями.

Ветвью, выделившейся из рода Клавдиев, были Марцеллы. Они носили имя Клавдии, но поскольку не были патрициями, то могли входить в состав рода только в качестве клиентов. Они очень рано получили свободу и обогатились; нам неизвестно, как им удалось сначала добиться высоких плебейских должностей, а затем занять высокие должности в городе. В течение нескольких веков род Клавдиев, похоже, не вспоминал об имеющихся у них древних правах на эту ветвь. Но во времена Цицерона Клавдии неожиданно вспомнили о них. Вольноотпущенник или клиент Марцеллов умер, оставив собственность, которая, согласно закону, должна была вернуться к патрону. Патриции Клавдии утверждали, что Марцеллы, сами клиенты, не могли иметь своих клиентов, а их вольноотпущенники и их собственность должны перейти главе патрицианского рода, тому единственному, кто имеет права на патронат. Это заявление вызвало удивление общественности и привело в замешательство юристов; даже Цицерон считал вопрос очень непростым. Четыре века назад такой вопрос не вызвал бы никакого удивления, и Клавдии выиграли бы процесс. Но во времена Цицерона законы, на которые они ссылались, выдвигая требования, были настолько древними, что о них успели забыть, и суд, не колеблясь, вынес решение в пользу Марцеллов. Древней клиентелы больше не существовало.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Дж. Пендлбери.
Археология Крита

Юлий Цезарь.
Записки о галльской войне

А. Кравчук.
Закат Птолемеев

Хельмут Хефлинг.
Римляне, рабы, гладиаторы: Спартак у ворот Рима
e-mail: historylib@yandex.ru