Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Дж. Пендлбери.   Археология Крита

2. Раннеминойский II (Р. М. II)

(см. карту 5)

Раннеминойский второй период представляет собой наивысшую стадию развития так называемого раннего бронзового века в Эгейском бассейне.63) Металл распространяется теперь повсеместно, и мы вправе говорить о настоящей культуре, при которой искусства и ремесла достигают значительной степени развития. [73]


5. Поселения раннеминойского II периода. [74]

Восточная часть острова все еще занимает первое место по развитию культуры сравнительно с остальными районами; однако на юге численность населения возрастает, повидимому, в результате воздействия извне. Несколько отстают только центр и север острова. Однако в первое время существует, повидимому, общая культура, охватывающая все населенные области, и наблюдаемые различия между отдельными областями вполне естественны в эпоху, когда сухопутные сообщения еще трудны, а морские ведут к тем областям внешнего мира, которые расположены ближе всего к данной местности.

В центральной части Крита пещеры в Аркалохори и Пиргосе еще используются — одна как место культа, а другая как место погребения. В Кноссе ниже южных террас обнаружено несколько полов домов. О том, сколь обилен был некогда материал, относящийся к этому периоду, можно судить по тому, как часто встречаются Р. М. II черепки, выброшенные вместе с землей при выравнивании центрального двора, когда удаляемый отсюда мусор использовался для сооружения насыпи в северо-западном квартале первого дворца. Другое крупное отложение находится в Канли-Кастелли, к юго-западу от Юктаса, где в месте, носящем название Висала (горшечные черепки), было найдено на поверхности значительное количество керамики.

В Южном Крите поселения находятся близко одно от другого, особенно в области Мессары и ее окрестностях. Впервые появляющиеся теперь круглые гробницы встречаются по всей равнине и далее до холмистого подножья Иды, а следы, позволяющие догадываться о существовавших ранее гробницах, наблюдаются к югу от большого порта Комо. К сожалению, ни одно поселение до сих пор не раскопано. Обращали внимание на то обстоятельство, что мы не знаем поселений, соответствующих по времени Р. М. элементам в гробницах, тогда как во многих случаях в результате раскопок были обнаружены поселения, возникшие, повидимому, одновременно с наиболее поздними С. M. I элементами в тех же гробницах. Это обстоятельство использовал Эберг для доказательства своего тезиса о том, что содержимое гробниц Р. М. и С. М. относится к одному и тому же времени; повидимому, ему не показалось странным, что в этих, по его предположению, существовавших одновременно поселениях не было найдено ни одного Р. М. каменного сосуда или печати.64) Между тем, этому обстоятельству можно найти вполне логичное объяснение. С. M. I поселения довольно малочисленны, и появление их легко может быть объяснено переселением, имевшим место, например, в Василики, в восточной части Крита, по причине, в настоящее время не поддающейся определению. Что [75] касается Р. М. поселений, то они не были раскопаны, так как Ксантудидис интересовался преимущественно гробницами и раскапывал только такие поселения, которые лежали в непосредственной близости от гробниц. Весьма мало вероятно, чтобы дома строились рядом с еще используемыми местами погребения,65) а расположение деревень при наличии такой плодородной почвы, как в Мессаре, очень незначительно меняется на протяжении веков. Весьма вероятно, что мы должны искать древние поселения под современными деревнями: для поселения близ гробницы в Маратокефало — под Морони, для Драконеса — под Фурнофаранго, для Христоса, Кутсокеры, Садами и Агиа-Ирини — под Василики, где при случайном разрезе, сделанном при прокладывании дороги, были обнаружены С. M. I черепки.

На востоке Крита находки группируются вокруг старых портов — Палекастро, Мохлоса, Псиры, Гурнии и Закроса. Внутри страны расположены только два поселения, Василики и Агиос-Антониос, но и они находятся на небольшом расстоянии от моря.

Кроме того, население восточных областей состояло главным образом из моряков, занимавшихся в основном морской торговлей. Средства к существованию им давал, вероятно, плодородный район Иерапетры и богатые долины, соединяющие эти области с восточным побережьем. Южане, поселившись на равнине Мессары, естественно, почти сразу же перешли к земледелию и скотоводству, хотя еще и сохраняли старые торговые связи с Африкой через порт Комо. Население Центрального Крита сплачивается, получает все, что возможно, от своих достигших более высокой ступени развития соседей, но само активности не проявляет.

Наконец, мы получаем несколько больше антропологического материала для дальнейших выводов, хотя необходимо сделать оговорку, что некоторые из исследованных скелетов могут относиться к последующим периодам. Были измерены черепа из Агиа-Триады,66) Агиа-Ирини,67) Кумасы,68) Палекастро,69) Платаноса,70) Порти71) и Закроса;72) все они обнаруживают ясно выраженную долихоцефалию. Эта черта столь устойчива [76] на протяжении всего минойского периода, что нет оснований, с точки зрения антропологии, предполагать какие-либо изменения расового типа от Р. М. I до П. М. III периода.73)

Архитектура Р. М. II. Архитектура как жилых домов, так и гробниц известна для Р. М. II гораздо лучше, чем для предшествующих периодов. Лучшим примером первой служат дома в Василики, вторых — круглые гробницы в Мессаре.


Рис. 5.

В Василики было раскопано два больших дома (рис. 5, фото 43, 1). Они состояли из нескольких прямоугольных комнат довольно большого размера, сложность расположения которых поражает с первого же взгляда. Многие помещения, окруженные другими комнатами, не имеют внешних стен, и можно с вероятностью предположить, что уже в этом раннем периоде мы встречаемся со световыми колодцами. Нижняя часть стен сложена из камня, тогда как выше высушенные на солнце кирпичи укреплялись посредством вертикальных и горизонтальных деревянных балок. Поверхность стены покрывалась грубой штукатуркой с тонким слоем красной обмазки, не уступавшей по твердости римскому цементу и в значительной степени способствовавшей сохранности стен.

Гробницы Р. М. II. В архитектуре гробниц мы встречаемся с пережитком более раннего типа построек. Старая [77]


Рис. 6.


Рис. 7. [78]

двухкомнатная форма дома неолитического времени продолжает существовать в гробничных постройках, крыши которых, возможно, делались из тростника и глины (рис. 6). Гробницы строились из грубо обтесанных камней и состояли из внешнего помещения и примыкающего к нему с одной стороны внутреннего. Развитие этого плана встречается в Палекастро74) (рис. 7), где к оссуариям добавляется еще несколько помещений. Дома мертвых, в сущности, воспроизводили традиционный тип дома живых, существовавший в минувшую эпоху.75)


Рис. 8.

Но в то же самое время в Мессаре появляется новый тип — круглые гробницы, использовавшиеся на протяжении ряда поколений родом или общиной (рис. 8 и фото 15). Внутренний диаметр такой гробницы колеблется приблизительно от 4 до 13 м. Толщина стен обыкновенно составляет от 1,5 до 2,5 м. Наибольшая высота, которой достигают некоторые из сохранившихся стен, равняется 2,7 м. Эти сооружения выкладываются из грубо обработанных камней, промежутки между которыми заполняются более мелкими камнями, скрепленными глиняной обмазкой. Бóльшая часть сохранившихся толосов построена обособленно на естественной плоской поверхности скалы, но в Агиа-Триаде и в Калатиане гробницы лепятся по склону холма. Однако отнюдь не следует сравнивать их с имеющими прямоугольные очертания гробничными помещениями в Кноссе или с толосами в Микенах, сохранившимися благодаря тому, что были засыпаны землей.

Вопрос об их перекрытиях очень сложен. Если предположить на основании наклона стен, что они заканчивались [79] наверху сводом и образовывали примитивный толос, то грубый расчет высоты стен можно получить, приняв высоту равной диаметру, как это имеет место в толосах Микен. Однако такая конструкция при высоте в 13 м и толщине стен в 2,5 м была бы не в состоянии без внешней опоры выдержать давление верхних частей. Впрочем, насколько мы можем установить, постройки были большей частью обособлены.76)

В Платаносе Ксантудидис нашел около 25 куб. м каменного материала от постройки и счел это доказательством того, что гробницы достигали значительной высоты и завершались куполом. Однако этого количества камня хватило бы только на дополнительные 80 см высоты. Сохранившиеся стены имеют в одном месте высоту в 1,1 м, и даже если принять максимальные цифры для количества мелких камней и глиняной замазки, нельзя доказать, что высота сколько-нибудь превышала 2,25 м. Поэтому наиболее вероятным представляется предположение, что гробницы или имели плоскую кровлю, покоящуюся на стропилах, или что купол имел завершение из тростника.77)

Ксантудидис обратил внимание на сохранившиеся во многих случаях следы огня, точно внутри разводился большой костер, как на обстоятельство, говорящее против возможности существования тростниковой кровли. Однако нет данных, свидетельствующих о том, что покойников сжигали. Представляется более вероятным, что огни зажигались с целью сакрального очищения или же что кровли, если они были из тростника, загорелись случайно.

Вход в гробницы обращен на восток и представляет собой низкую дверь, образованную монолитными опорами и тяжелой перекладиной. Высота двери не превышает одного метра. Перед входом неглубокое выложенное камнем углубление образует нечто вроде вестибюля. Эта особенность получает дальнейшее развитие в гробнице А в Платаносе, где [80] имеется целый ряд комнат: такая же пристройка встретилась и в Агиа-Триаде.

Число погребений достигает нескольких сотен; очевидно, эти гробницы принимали покойников рода или клана на протяжении многих поколений. Ими продолжали пользоваться еще в начале С. M. I периода, хотя большая часть из них, если не все, построены в Р. М. II.

В то время как круглые гробницы распространены в Мессаре,78) на севере и в центре острова местом погребения продолжают служить пещеры и скальные укрытия, а в Сфунгаросе одновременно с этим впервые появляются могилы с кистами и обломки погребальных урн.

Керамика Р. М. II. В керамике наблюдается прямое развитие стиля предшествующего периода, и она более или менее однообразна во всех областях острова.

Прежде всего здесь встречаются одноцветные серые изделия, восходящие непосредственно к изделиям протонеолитического периода. На фото 31, f показан хороший образец из Мохлоса, происхождение которого выдает не только его техника, но и его форма. Вместе с ним должны быть упомянуты темные лощеные крышки (фото 31, а). Они обычны в Мессаре и Аркалохори и особенно широко распространены в Трапезе, тогда как из Восточного Крита, не считая Мохлоса,79) известны только три или четыре экземпляра. Их принимали за имеющие ножки блюда для фруктов или для посвятительных приношений.80) Однако то обстоятельство, что орнамент имеется на поверхности, которая в этом случае оказалась бы нижней, и в ряде случаев нижняя часть предполагаемой ножки слишком выпукла для того, чтобы эти изделия могли стоять, указывает, что они служили крышками, хотя и нельзя с уверенностью сказать, для каких именно сосудов.81)

Другие одноцветные сосуды сделаны из грубой красной глины или из коричневой, более тщательно выравненной и покрытой густой поливой, которая хорошо поддавалась лощению. Чашки без ручек обыкновенно имеют низкую ножку (фото 31, с); на некоторых видны следы подправки, которая становится столь обычной в последующие периоды. На полу [81] одного дома в Кноссе82) была найдена чашка с высокой загнутой ручкой, параллель к которой была затем обнаружена в единственном экземпляре из Василики и в большом числе образцов из нестратиграфированных отложений в пещере в Трапезе. Обычны также открытые кубки. Кувшины имеют плоское основание, и их носики выше, чем в предшествующем периоде, хотя они и не представляют еще того утрированного типа, который появляется в Василики в конце Р. М. II периода.


Рис. 9. 1-8 — образцы орнамента Р. М. II керамики.

Большой прогресс наблюдается в расписном орнаменте (рис. 9). Поверхность сосуда подвергается более тщательной обработке, чем в Р. M. I периоде, и на ней лучше ложится довольно тусклый красный или коричневый лак. Распространен, [82] особенно на небольших кувшинах с носиками (фото 31, b), решетчатый рисунок и орнамент из штрихованных треугольников.83) Часто в рисунке на кувшинах встречаются два штрихованных треугольника, соединенных вершинами и образующих нечто вроде изображения бабочки или двойного топора (фото 32, f). Для орнаментации чашек в тех случаях, когда ее делали, довольствовались узкой полосой краски чуть пониже края. Блюда и кубки также имеют полосу по краю или же, как в нескольких образцах из Кносса,84) широкая полоса решетчатого рисунка проводится поперек внутренней поверхности. Но один сосуд из Мохлоса обнаруживает наиболее тщательно сделанный и удачный орнамент из всех относящихся к данному периоду (фото 31, е). Он так необычен, что Франкфорт85) счел этот предмет ввезенным или непосредственно из Сирии, или через Кипр. Его доводы основаны на цвете и составе краски, а также на наличии концентрических кругов, образующих часть орнамента. Однако я исследовал этот сосуд очень внимательно и пришел к заключению, что необычный характер окраски обусловлен лишь большей, чем обычно, толщиной поливы, делающей краску более заметной, а различие в расцветке обусловлено различием концентрации, а не состава краски. Общеизвестно, что концентрические круги являются характерной чертой кипрского и палестинского орнамента, но в рисунке на сосуде, который в остальном состоит из типичных Р. М. II мотивов, расположенных, правда, особенно тщательно и оригинально, они составляют лишь очень незначительный элемент. К тому же концентрические круги — это такой мотив, который легко может возникнуть у каждого мастера, которому приходится заполнять пустое пространство, хотя любопытно, что они не встречаются в других местах на Крите до раннегеометрического периода.86) Таким образом, хотя мы и можем допустить возможность того, что художник видел подобные иноземные изделия, все же мы должны считать этот кубок хорошим образцом Р. М. II керамики. Надо также упомянуть об антропоморфном сосуде из Кумасы (фото 37, 2), наиболее раннем в своем роде.

В Василики в Восточном Крите это время было одним из периодов наибольшего процветания и активности. В нем можно различить две фазы;87) на протяжении второй из них местный стиль керамики, немногие образцы которого встречаются [83] в более ранних отложениях, окончательно вытесняет обычную технику темным по светлому. Эта местная керамика, часто называемая «типом Василики», отличается такой превосходной выделкой, что открывшие ее исследователи пришли к выводу, что к этому времени получил распространение гончарный круг. Однако единственное, что можно допустить, это очень примитивную форму «вертушки». В некоторых формах эта керамика обнаруживает стремление к фантастически удлиненным носикам кувшинов и кружек (фото 32), хотя сохраняются и обычные типы. В угловатых формах, часто сопровождающихся имитацией заклепок, нередко сказывается влияние металлических сосудов (фото 32, а).88)

Отличительной чертой этого стиля является, однако, пятнистая поверхность. Эти пятна получались благодаря неравномерному обжигу. Франкфорт89) описывает, как достигали того, чтобы угли в печи соприкасались с сосудом лишь в определенных местах, благодаря чему получался желтый круг, окруженный черным кольцом неправильной формы, образованным копотью, тогда как основной фон оставался коричневым или красным. Встречается множество разновидностей этого стиля, хотя трудности, связанные с обеспечением определенного расположения углей, исключали возможность создания определенного рисунка. Расположение пятен на экземпляре, воспроизведенном на фото 32, d, представляется, однако, слишком правильным, чтобы его можно было объяснить простой случайностью. Большой кувшин с носиком (на этой же таблице) также обнаруживает существование какого-то замысла, хотя, как отмечает Франкфорт, расцветка его менее эффектна и производит впечатление, будто она была выполнена при помощи горящей ветки.

До окончания Р. М. II периода сосуды этого стиля вывозились в другие части Крита,90) где они вызывали местные подражания, иногда в той же технике, как, например, в Палекастро,91) а иногда при помощи воспроизведения пятен краской, как в Трапезе и в Мессаре.92) Как оригинальный стиль, так и подражания ему продолжаются и в следующем периоде с различными видоизменениями, о которых будет упомянуто в своем месте. [84]

Каменные сосуды Р. М. II. На Р. М. II период приходится и начало, и расцвет производства каменных сосудов (фото 33, 3; 34, 1 и 2). Образцы, найденные в гробницах в Мохлосе, допускают вполне точную датировку и являются единственными, которые могут быть с полной определенностью отнесены к этому периоду.93) Они вырезались из зеленого, черного и серого жировика, брекчии, мрамора, алебастра и известняка — тех видов камня, которые можно было найти на Крите, хотя бы и не непосредственно поблизости. Расцветка их блестящая, и для создания художественного эффекта очень искусно использованы жилки камня. Техника обработки превосходна, особенно если принять во внимание, что это новый вид производства. Повидимому, сосуды сначала грубо обтесывались, а затем обрабатывались путем тщательной полировки рукой; внутренность выдалбливалась посредством трубчатого сверла, возможно, тростника, которым работали, применяя песок и воду. Несомненно, поразительно то, что сосуды такой совершенной выделки начали производиться без какого бы то ни было предшествующего опыта. Высказывалось основательное предположение, что стимулом для производства этих сосудов послужило непосредственное соприкосновение с Египтом, где искусство выделки сосудов из самых твердых пород камня было известно с древнейших времен; действительно, формы многих из имеющихся образцов подтверждают это (см. конец раздела). Отсутствие плохих экземпляров может быть приписано тому обстоятельству, что в гробницу вместе с покойником клались только лучшие экземпляры, тогда как сосуды из более мягких пород камня, на которых, несомненно, производились первые опыты, находились в повседневном употреблении, так что они больше подвергались разрушительному действию времени.94)

Кроме сосудов, обнаруживающих сходство с египетскими, имеется немало сосудов чисто минойского стиля, которые показывают, как быстро новое искусство получило национальный характер. Нет ничего более типичного для минойской культуры, чем сосуды, изображенные на фото 33, g и т, которые передают в камне формы глиняных сосудов этого периода. Кроме того, встречаются и простые чаши, открытые чаши с носиком, сосуды на ножках и маленькие кувшины, а в одной гробнице встретилась крышка из брекчии, напоминающая высокие крышки Р. M. I периода.

К этому периоду рискованно относить какой-либо из каменных сосудов, найденных в Мессаре, за исключением, может быть, некоторых прямоугольных сосудов типа «перечница и солонка» (например, фото 33, b). Даже последние в [85] большинстве своем относятся, повидимому, к Р. М. III периоду, и их связь с Египтом будет рассмотрена ниже. Остальные, как на основании их совершенно оригинальной техники, так и на основании их сходства с поддающимися датировке сосудами из Мохлоса, несомненно, должны быть отнесены к более позднему времени.

Но в Трапезе, где пещеры, повидимому, были в Р. М. II периоде излюбленным местом погребения, встречаются сосуды, которые хотя и не определены стратиграфически, но бесспорно могут быть отнесены к этому периоду. На фото 34, 1 показано несколько образцов этих сосудов, обычно изготовлявшихся из зеленого жировика, очень близко напоминающих типы сосудов из Мохлоса.95) Чашка на ножке также, очевидно, относится к раннему типу. Может быть, эта чашка является одним из переходных звеньев, которых мы искали. Она изготовлена из мягкого пятнистого серого жировика, который так легко разрушается, а ее ножка с кольцом, повидимому, по своей форме примыкает даже к предшествующему периоду.96)

Необходимо упомянуть также крышку, изображенную на фото 34, 2, которая хотя и не является типичной для данного периода, но все же свидетельствует о зарождении натурализма.97) Ручка этой крышки имеет форму тощей деревенской охотничьей собаки, уши которой — но не хвост, что может показаться странным, — подрезаны; фигурка эта по типу очень напоминает тех собак, которые еще и ныне сопровождают здесь путешественника по пятам, бессовестно его обворовывая.

Изделия из металла Р. М. II. Употребление меди получает теперь широкое распространение (фото 35). Встречается два типа кинжалов — более ранний, треугольной формы, встречающийся значительно чаще второго,98) и более поздний, удлиненной формы, с ребром посередине, который, повидимому, вытесняет до конца рассматриваемого периода предыдущий тип, во всяком случае в Мессаре. В Мохлосе треугольный кинжал, очевидно, сохраняется до конца Р. М. III периода.99) Ручка, вероятно, изготовлявшаяся из дерева или кости, ни в одном случае не сохранилась.

Треугольный тип кинжала представлен двумя образцами — одним из Кумасы, с прямой закраиной, и одним из [86] Платаноса, с зубчатой закраиной (фото 35, е и d). Переходными типами в Кумасе являются i и f на той же таблице; последний кинжал серебряный и имеет посредине ребро. Удлиненная форма представлена образцом b, также серебряным; сам он стратиграфическому определению не поддается, но по форме соответствует образцам, найденным в Салами в окружении исключительно лишь Р. М. II предметов. Наконечник для стрелы с отверстием, в которое вставлялось древко, найденный в гробнице XIX в Мохлосе, несомненно, занесен извне.

Другой медный предмет, обычный для рассматриваемого периода, — это небольшой клинок, весьма похожий на топор, с выпуклым лезвием и двумя отверстиями у обуха. Образцы его были найдены в Мохлосе,100) Кумасе и Платаносе,101) а один из них — из Трапезы, — обнаруженный вне слоев, сохранил маленькую ручку из слоновой кости, продолжающую линию клинка. Это обстоятельство, а также отчетливые следы износа на одном конце лезвия показывают, что высказанное автором первой публикации предположение правильно и что они предназначались не для посвящений, но имели практическое применение. В Мохлосе и Мессаре найдены также щипцы простого типа с расходящимися концами, служившие, очевидно, предметом туалета. У вершины их ножки несколько сжаты, так что на конце образуется петля. Инструмент, несколько напоминающий туалетный ножичек, но значительно больших размеров, представлен на фото 35, а. Возможно, он употреблялся для вырезывания из дерева. В той же самой гробнице в Кумасе была найдена пила с мелкими зубьями. В гробнице II в Мохлосе встретился двойной медный топор и два меньших, свинцовых.102) Их стратиграфия сомнений не вызывает. Это первые образцы предмета, который в качестве религиозного символа типичен для минойской эпохи.103)

Статуэтки Р. М. II. К несчастью, только одна из статуэток, отнесенных к Р. М. II периоду, была найдена в стратиграфированном отложении. Это неокрашенная глиняная статуэтка из Палекастро.104) Туловище представляет собой простой столбик, руки — короткие обрубки на одном уровне с лицом, на котором отмечены только глаза и нос. Шея, талия и ноги не обозначены. В остальных случаях мы должны полагаться только на стилистические признаки. Банти подвергла весьма тщательному исследованию различные типы статуэток из [87] большой гробницы в Агиа-Триаде105) и пришла к заключению, что было бы рискованно относить к этому периоду какие-либо из них, кроме самых примитивных. Ее заключения очень хорошо согласуются с данными остальных находок в Мессаре, а также с находками в Трапезе — единственном месте, где Р. М. статуэтки были найдены в значительном количестве.106) На фото 36 в среднем ряду изображены типичные образцы этого типа, с треугольным остроконечным туловищем, треугольной или ромбовидной головой и в одном случае с рудиментарными обрубками, изображающими руки; эти образцы происходят из Трапезы, а изображенные наверху и внизу справа на фото 37, 1*) — из Платаноса. Они сделаны исключительно из известняка и хрусталя. Об их взаимосвязях с другими странами будет сказано ниже, но уже здесь я считаю возможным заметить, что мы вправе видеть в них предметы мессарского производства, вывозившиеся отсюда или, как, например, в Трапезе, являвшиеся предметом подражания.


Рис. 10. 1-3 — образцы печатей Р. М. II периода.

Печати Р. М. II. Ряд трудностей представляет также изучение печатей этого периода. Только три печати — все из Мохлоса — найдены в условиях четкой стратиграфии107) (рис. 10). Одна печать из Мохлоса и одна из Сфунгароса имеют черты одинакового стиля, но вместе с ними были найдены керамические изделия не только Р. М. II, но и Р. М. III периодов.108) Они изготовлялись из слоновой кости или жировика — материалов, легко поддающихся обработке. Три образца из Мохлоса представляют собой цилиндры, просверленные как [88] в вертикальном, так и в горизонтальном направлении, еще один — плоской формы; на печати из Сфунгароса имеется изображение птичьей головы.

Из орнаментов, показанных на рисунке, два имеют определенно выраженный египетский характер, третья печать имеет на одном конце простой решетчатый орнамент, а на другом — условные завитки. Все они во всяком случае должны относиться к концу рассматриваемого периода, и мы вполне можем согласиться с Франкфортом,109) что минойская глиптика, в сущности, начинается с Р. М. III периода.

Ювелирные изделия Р. М. II. Одним из наиболее поразительных результатов раскопок в Мохлосе было чрезвычайно большое количество найденных золотых изделий, замечательно искусно обработанных. На фото 38, 1 изображена группа типичных предметов, которые по данным стратиграфии все, за исключением подвески справа внизу, могут быть с достаточной определенностью отнесены к этому периоду. Возможно, что только благодаря счастливой случайности сохранилось такое количество этих предметов в Мохлосе, в то время как Мессара чрезвычайно бедна ими. Но так как все золотые предметы, найденные в Кумасе и Платаносе, почти наверное принадлежат к Р. М. III, а вместе с тем едва ли можно допустить, чтобы грабители удовольствовались откапыванием предметов более раннего времени, оставляя нетронутыми верхние слои, то, повидимому, этот контраст довольно точно отражает различия в уровне благосостояния между востоком и югом.110)

Наиболее развитую технику можно проследить в тонких цепочках, к которым прикреплены листки или подвески,111) в изображениях цветов и побегов растений. Золото сплющено в тонкие листки, и рисунки на нем нанесены либо рельефом, либо накалыванием. У браслетов края, повидимому, были отогнуты, чтобы удерживать кожаный вкладыш.112) Встречаются диадемы с наколотыми на них рисунками. Диадема, воспроизведенная на фото 38, имеет по сторонам изображения двух собак, смотрящих друг на друга. На концах находятся [89] отверстия для завязок, которыми скреплялась тиара; в некоторых случаях, повидимому, вместо этого применялись булавки, вроде той, какая приведена на фото 38, с головкой в виде маргаритки. На другой диадеме113) изображены два глаза, и это дало повод для предположения, что она является предшественницей микенских золотых масок.114) Однако этот предмет был наиболее массивным из всех золотых вещей и, по мнению автора первой публикации, предназначался для ношения владельцем при жизни. Вдоль верхнего края многих из этих диадем встречаются отверстия; возможно, что некоторые подвески прикреплялись к ним в виде бахромы, хотя то, что они располагались наверху, скорее согласуется с предположением, что на голове носили сетку. Возможно, что к этому периоду относится миниатюрная золотая маска, предназначенная для того, чтобы покрывать сердечник из какого-нибудь другого материала.115) Среди золотых вещей встречаются длинные трубчатые и мелкие плоские бусы,116) а также бусы других простых форм, характерных для Р. М. III периода. Применялись также горный хрусталь, известняк, сердолик, раковины и фаянс; сделанные из них бусы имели плоскую, короткотрубчатую, сплюснуто-шарообразную или грушевидную форму.

Внешние сношения в Р. М. II. Предметов иноземного ввоза в Р. М. II слоях до сих пор не было найдено. Однако почти столь же важны черты сходства и подражания.117)

Наиболее известными образцами египетского или скорее ливийского влияния являются примитивные статуэтки из Мессары. Банти118) отвергает всякую возможность прямого влияния со стороны додинастического Верхнего Египта.119) Надо, однако, помнить, что в этой додинастической культуре мы сталкиваемся именно с ливийским элементом, который в додинастическую эпоху, повидимому, распространялся на восток вплоть до западной Дельты.120)

Правда, это довольно окольный путь, но, повидимому, только таким способом возможно объяснить некоторые явления, наблюдаемые в Мессаре, — бородатые фигурки в плащах [90] и внезапное появление круглого типа гробницы, может быть, крытой тростником, но почти наверное родственной ливийским «мапалия» (плетеным хижинам).121) Эти особенности ограничивались областью Мессары, да и здесь они скоро исчезают. Однако другие черты закрепились и распространились по всему острову. Эванс отметил и привел в своей работе122) сохранившиеся и в более позднее время черты сходства между ливийскими изделиями и минойским засовом, гульфиком и простым луком с широким кремневым наконечником для стрелы. Горшки типа «перечница с солонкой» (фото 33, b) распространяются повсюду на протяжении Р. М. III периода, но затем исчезают.

Что касается самой Ливии, то наиболее обычный путь сообщения с Критом шел прямо к южному побережью, где мессарская бухта предоставляла самую надежную гавань, так что естественное направление торговли с Египтом шло вдоль восточного побережья и далее до Мохлоса. Поэтому, как мы и могли бы ожидать, именно здесь более всего чувствуется прямое египетское влияние.123)

На фото 33, f, h, k и n показаны образцы, явно скопированные с египетских оригиналов. Наиболее обычный тип — это «горшочки для помады» f и k, получившие значительное распространение в области Мессары. Эта форма существует в Египте от I до VI династии, но в ее наиболее разработанной разновидности k — только от IV до VI династии. Высокая ваза h похожа на египетскую вазу «хес», которая, с таким же простым краем, встречается от I до IV династии.124) Ваза n с двумя вертикально вставленными ручками напоминает образцы I династии, хотя в Египте ручки располагались горизонтально.125)

Эванс126) усматривает в преувеличенно удлиненных носиках сосудов из Василики отражение раннединастических медных сосудов, у которых выступающий носик соединялся с внутренней частью сосуда лишь очень узким отверстием — [91] особенность, свойственная также и критским образцам. Это обстоятельство, в соединении с теми указаниями на металлические оригиналы, которые можно найти в ряде форм изделий из Василики, является сильным доводом в пользу наличия значительного египетского влияния.

Заслуживает внимания также и то, что две из печатей, показанные на рис. 10, а и b, имеют определенно выраженный египетский рисунок. Но, к сожалению, он представляется слишком вычурным для столь раннего периода в Египте; рисунок на образце «b» напоминает скорее стиль Среднего царства; однако установить для них стратиграфические данные не представляется возможным.

Труднее найти следы прямого анатолийского влияния. Мы уже видели, что Р. M. I период был многим обязан этой области, но Р. М. II представляется результатом естественного развития в том же направлении, и хотя связи, несомненно, поддерживались, мы не наблюдаем в этом периоде появления новых элементов, которые надо было бы объяснять повторной волной переселений.

Характерная для Василики керамика представляет собой высоко развитую форму изделий типа «Urfirnis» — с покрытием блестящим черным или коричневым лаком — типа, который развивается в Греции и на островах в промежутке между раннеэлладским-раннекикладским I и II периодами и имеет, несомненно, в конечном счете анатолийское происхождение. Принимая во внимание географическое положение Василики, надо признать весьма вероятным, что он был скорее привнесен переселенцами с севера, чем с востока.

Достоверная датировка и здесь зависит от Египта. Мы видели, что каменные сосуды, в которых копировались минойские образцы, относятся к периоду между I и VI династиями, а в большинстве — к IV—VI династиям; поэтому представляется наиболее правильным сохранить для Р. М. II старую датировку от 2800 до 2500 года до н. э.

Поселения, в которых были найдены памятники Р. М. II периода

Западный Крит

Находки на поверхности

Агиос-Онуфриос

Твердая штукатурка, похожая на образцы из Василики*)
не поддающиеся определению черепки, найденные автором в 1935 г. Склад каменных топоров, найденный близ церкви. Поселение выше Месониси в Амари

Гавдос

Черепки в Карави (Levi, Art and Archaeology, 1927, 176 сл.) [92]

Центральный Крит

а) Раскопанные поселения

Амнисос

Пещера

Сосуды из пещеры Илитии (Marinatos. Πρακτικά, 1929, 95; 1930, 91)

Аркалохори

Пещера

Ножны и кинжалы (Hazzidakis, В. S. A., XIX, рис. 4, f)

Кастеллос Цермиадон

Поселение

Следы на вершине. Раскопано автором в 1937 г.

Кносс

Дома

Сосуды и пр. с площадок на южном склоне (Evans, Р. of M., I, 71)

Краси

Гробница

Сосуды и орудия, а также постройки — круглая гробница (Marinatos, 'Αρχ. Δελτ., 12, 102)

Маллия

Слой

Сосуды и пр., лежащие непосредственно под первым дворцом в кварталах III-VI (Chapoutler, I, 13-20; В. С. Н., 1928, 367)

Пиргос

Пещера

Сосуды и кинжалы из погребений (Xanthoudides, 'Αρχ. Δελτ., 1918,136)

Трапеза

Пещера

Сосуды, кинжалы и статуэтки из погребений. Раскопано в 1936 г. (А. J. A., XL, 371; Arch. Anz., 1936, 162)

Находки на поверхности

Канли-Кастелли

Черепки, собранные из поселения в Висале (Evans, Р. of M., II, 71)

Мохос

Черепки и штукатурка на вершине холма Эдикти в получасе ходьбы к востоку от деревни; кроме того, каменный сосуд во владении крестьянина. Найдено автором в 1935 г.

Орниас

Следы скальных укрытий, обнаруженные автором в 1937 г.

Схинеас

Черепки на Копране, обнаруженные автором в 1937 г.

Южный Крит

а) Раскопанные поселения

Агиа-Ирини

Гробницы

Сосуды, найденные внутри круглых гробниц, а также около них (Хапthoudides, V. Т. М., 52)

Агиа-Триада

Гробницы

Большая круглая гробница и инвентарь (Mem. Ist. Lomb., XXI, 248; Banti, Annuario, XIII-XIV, 164 сл., Mon. Ant., XIV, 679). Меньшая гробница (Rend. Linc, 1905, 392)

Калатиана

Гробницы

Кинжалы и пр. из круглой гробницы (Xanthoudides, V. Т. М., 76, 82)

Кумаса

Гробницы

Основной инвентарь круглых гробниц (там же, 8)

Кутсокера

Гробница

Черепки из круглой гробницы (там же, 74)

Маратокефало

Гробница

Сосуды и пр. из круглой гробницы (Xanthoudides, 'Αρχ. Δελτ., IV, Iiαρ.21)

Фест

Отложение

Черепки и пр. (Mosso, Mon. Ant., XIX, 204; Pernier, Festos, 115 сл.) [93]

Платанос

Гробница

Сосуды и кинжалы из круглых гробниц (Xanthoudides, V. Т. М., 88)

Салами

Гробница

Черепки и кинжалы из круглой гробницы (Xhanthoudides, V. Т. М., 74)

Сива

Гробницы

Две круглые гробницы с наиболее ранним инвентарем. (Ausonia, VIII, доп. 13 сл.)

Находки на поверхности

Агиос-Онуфриос

Сосуды и пр., вероятно, из круглой гробницы (Evans, Pictographs, доп. 105)

Комо

Черепки и, возможно, остатки круглой гробницы (Evans, Р. of M., II, 88)

Лангос

Черепки, собранные автором в ущелье между Камилари и Комо, и стены, обнаруженные там же,1934 г. (В. S. A., XXXIII, 89)

Восточный Крит

а) Раскопанные поселения

Агиа-Фотиа

Пещера

Сосуды из погребения (Boyd-Hawes Trans. Penn. Univ., I, 183; Gournia, 56, 60)

Агиос-Антониос

Пещера

Сосуды из погребений (Hall, Vrokastro, 183) у церкви близ Кавуси

Агиос-Иоаннис

Пещера

Сосуды из погребений (Boyd, Trans. Penn. Univ., I, 214)

Гурния

Отложение

Черепки и сосуды из города (Hawes, Gournia, 37). Ср. также Musso, Dawn of Mediterranean Civilization, 289, о следах медных копей этого времени в Хрисокамино

Мохлос

Гробницы

Сосуды, печати, кинжалы и пр. (Seager, Mochlos, passim.)


Поселение

Дома и инвентарь (Seager, A. J. A., XIII, 274)

Палекастро

Слой

Отложение в самых нижних слоях (В. S. A., доп. 5)


Оссуарии

Сосуды и пр. из Кастри и Эллиника (В. S. A., доп. 6 и 7; В. S. A., Χ, 196)

Приниатикос Пиргос

Поселение

Самое раннее отложение (Hall, Vrokastro, 84)

Псира

Слой

Отложение под полом комнаты и дома А. Кроме того, случайные находки (Seager, Pseira, 17)

Сфунгарос

Пещера

Сосуды из погребения (Hawes, Gournia, 56)


Гробницы

Циста и саркофаг (Hall, Sphoungaras, 49)

Василики

Поселение

Дома и инвентарь (Seager, Trans. Penn. Univ., 1, 213, II, 115; Hawes, Gournia, 49)

Закрос

Пещера

Сосуды из погребения (Hogarth, В. S. A., 142) [94]

Находки на поверхности

Перешеек Иерапетра

Кружки с носиками и черепки (Forsdyke, Каталог Британского музея, I, 424, 425, 429)

Залив Мирабелло

Чаша, кубок и кувшин. (Там же, 416, 423, 426)


63) Анализ кинжалов показывает, что настоящей бронзы в употреблении еще не было. Встречающиеся сплавы имеют еще случайный состав. В. S. A., XIX, 47; V. Т. М., 26; см. также ниже.

64) Åberg, цит. соч., 250 и сл.

65) Интересно отметить, что те С. М. поселения, которые были найдены вблизи гробниц, расположены в одном случае (Кумаса) около гробницы, где следы С. М. периода очень незначительны, а в остальных случаях в таких местах, где они совершенно отсутствуют. Я думаю, что во всех случаях С. М. предметы представляют собой посвятительные приношения, а не погребальную утварь.

66) Sergi, Mem. Ist. Lomb, XXI, 252.

67) V. Т. M., 126.

68) Там же.

69) В. S. A., IX, 344.

70) V. Т. М., цит. соч.

71) Там же.

72) В. S. A., VII, 150.

73) Mackenzie, В. S. A., XII, 230 и сл.; Evans, Р. of M., I, 8.

74) В. S. A., XI, 270.

75) Ср. Mackenzie, В. S. A., XIV, 365.

76) Гробница А в Платаносе имеет 6 примыкающих с южной стороны узких стенок, которые могли служить контрфорсами.

77) Хертли показывал мне фотографию круглой хижины в западной Македонии. Каменные стены выведены приблизительно на 2 м, и хижина имеет коническую тростниковую кровлю, на верхушке которой лежит каменный диск, препятствующий дождю проникать сквозь отверстия. Такой же камень был найден в Платаносе Ксантудидисом, который принял его за кровельный камень, а другой, неоткопанный, был замечен мною и производителем работ на раскопках в монастыре Калерги, к северу от Кастелли Педиады (V. Т. М., 91; ср. Marinatos, Arch. Anz., 1930, 103). Проводимая в V. Т. М. аналогия с сыроварнями на горе Иде неправильна. Сыроварни все сравнительно малы, и грубый свод их сделан, возможно, из больших плоских плит известняка, который является там обычным материалом. Между тем гробницы построены из мелких грубых камней. Сигер (Seager, Trans. Penn. Univ., II, 131) высказал сомнение в том, что они вообще имели кровлю.

78) Одна имеется также в Краси и несколько, как можно предположить, в Калерги и Педино близ Адромили (см. карту 13).

79) Mochlos, 20, 71; Sphoungaras, 49. Последний образец имеет овальную форму.

80) Р. of M., I, 75.

81) Ксантудидис (V. Т. M., 10) полагает, что они покрывали грубо сделанные треножники для варки пищи. Но столь же вероятно, что они служили для сосудов из непрочного материала — деревянных или выдолбленных из тыквы.

82) Р. of M., I, рис. 40, справа наверху, и из Василики, Gournia табл. XII, 17.

83) Ср. V. Т. М., табл. XXVI, b.

84) Например, Р. of M., I, рис. 40, нижний ряд.

85) Studies, II, 122.

86) За исключением двух экземпляров из Камареса, фото 53, b.

87) Trans. Репп. Univ., II, 114. Следует помнить, что период I в дальнейшем был с достоверностью отнесен к Р. М. I, так что периоды 2 и 3 должны быть отнесены к Р. М. II.

88) Впрочем, в нескольких случаях, когда точки идут сверху вниз по краю сосуда, они могут указывать на место шва кожаного оригинала. Встречающаяся в некоторых случаях двойная ручка могла произойти от складывания вдвое кожи или металла.

89) Цит. соч., 90.

90) Например, в Кносс (Е. III, 18 в музее Кносса): в Маллию (Mallia, I, 14); в Трапезу, Гурнию (Gournia, I, 186); в Приниатикос Пиргос (Vrokastro, 84).

91) В. S. A., доп. 5.

92) Annuario, XIII-XIV, 236.

93) Mochlos, 99.

94) Там же.

95) Например, Mochlos. рис. 7, 2.

96) Ср. кубик на короткой ножке без кольца, Mochlos, 77, XXI, 7.

97) Там же, 20; другая, из Тилисса, была опубликована Мони-Каутс в связи с публикацией крышки из Библоса, на которой изображен присевший бык (Berytus, III, 129). Хотя автор и не утверждает этого, статья почти убедила меня в том, что эти крышки не минойские, а сирийские.

98) Например, в Платанрсе. V. Т. М., 107.

99) Mochlos, 107; но в Палекастро был найден длинный кинжал в Р. М. III оссуарии (В. S. А. доп.. 116) и второй — в оссуарии, в котором сохранилось большое число Р. М. II сосудов. Таким образом, Восточный Крит не отставал от прочих частей острова.

100) Mochlos, 107.

101) V. Т. М., 28.

102) Mochlos, 34, 107.

103) Откуда явилась эта форма? Холл (Hall, Essays presented to sir Arthur Evans, 42) опубликовал дагируемый очень ранним временем кремневый топор из Египта.

104) В. S. A., XI, 273, доп. 131.

105) Annuario, XIII, XIV, 243.

106) Другие единичные примеры: Кносс, Р. of M., II, 31; Мохлос, Mochlos. рис. 47, 5; Палекастро. В. S. A., доп. 149; два из них куплены и один найден на поверхности. Другие статуэтки из Трапезы, которые мы первоначально отнесли к Р. М. II периоду, принадлежат, как мы теперь убедились, к Р. М. III.

*) В книге «табл. XII, 1»; исправлено по приложенному списку опечаток. OCR.

107) Mochlos, 34, 54, 108.

108) Там же, 70 и Sphoungaras, 52.

109) Studies, II, 123.

110) Ср., однако, V. Т. М., 110, где это обстоятельство объясняется тем, что ограбление предшествующих захоронений было обыкновенным явлением, так что нетронутым оставалось только последнее. Если это так, то различии между востоком и югом заключаются скорее в области культуры, чем в области экономики.

111) Точную параллель этим изделиям представляют украшения из нижнего слоя в гробнице А в Платаносе, V. Т. М., 111. Ср. также группу ювелирных предметов, вероятно, того же времени, из Тиреатиса, ныне находящуюся в Берлине (Karo, Schachtgräber von Mykenae, 188, 300, 350).

112) Mochlos, 68.

113) Mochlos, 27.

114) Р. of M., I, 97.

115) Mochlos, 78.

116) Там же, 55, 78.

117) Я умышленно опускаю здесь диоритовую чашу (Р. of M., I, 86) и «кубок с усами» (Р. of M., II, 57), принадлежащие ко времени IV династии, потому что для обоих предметов отсутствуют стратиграфические данные.

118) Цит. соч., 92.

119) Иераконполя и Нагады (Petrie, Nagada, 45).

120) Studies, II, 97 и приведенные там ссылки.

121) Р. of М., II, 31 сл. Круглая постройка в Тиринфе (Tyrins, III, 80 и 203) относится, повидимому, к переходному времени между Р. Э. и С. Э. периодами, т. е. ко времени С. М. I.

122) Там же, 34 сл.

123) Почему Палекастро осталось в такой изоляции от египетских влияний, сказать трудно. Но ясно, что этот пункт в раннеминойские времена имел сравнительно малое значение.

124) Рейснер (Antiquity, V, 200 сл.) тщательно рассмотрел материал, основываясь на своих раскопках в Гизе (Mycerinus), но он отказывается признать какие-либо найденные в Крите сосуды додинастическими, несмотря на почти неопровержимое свидетельство материала, так как разноцветные камни начинают выходить из употребления до конца II династии.

125) Mycerinus, табл. 70, b.

126) Р. of M., I, 80.

*) То ли в книге пропущена строка, то ли забыли поставить точку и заглавную букву. OCR.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Чарльз Квеннелл, Марджори Квеннелл.
Гомеровская Греция. Быт, религия, культура

Дж. Пендлбери.
Археология Крита

Р. В. Гордезиани.
Проблемы гомеровского эпоса

А. А. Молчанов, В. П. Нерознак, С. Я. Шарыпкин.
Памятники древнейшей греческой письменности
e-mail: historylib@yandex.ru
X