Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

А. Ю. Тюрин.   Формирование феодально-зависимого крестьянства в Китае в III—VIII веках

Линь и бао — органы общины

Материалы источников дают возможность проанализировать некоторые функции линь и бао в период Тан.

Во многих танских указах, датируемых 710-760 гг., встречаются сообщения такого типа: «Во всех областях многие байсин находятся в бегах, а подати за них произвольно взимаются с линь-бао» [20, цз. 110, с. 571]. Иными словами, речь шла, по-видимому, о круговой поруке. По свидетельству источников, родственники (цинь) и соседи (цзинь или линь) беглых вынуждены были продавать их наделы, с тем чтобы внести за них подати, что причиняло ущерб линь-бао [20, цз. 110, с. 571; 29, цз. 487, с. 196; 23, цз. 85, с. 1563-1565]. Поэтому указы запрещали чиновникам прибегать к такой практике и предписывали сдавать в «аренду» поля беглых, с тем чтобы в качестве «арендной платы» получать с них ту самую продукцию, которая должна была поступать от бежавших байсин в качестве податей [20, цз. 110, с. 571; 23, цз. 85, с. 1564-1565; 9, цз. 10, с. 246].

При этом сдача наделов беглых в «аренду», как следовало из текста указов, вовсе не влекла за собой потерю ими своих прав на эти наделы: указы поощряли возвращение беглых с повинной в установленные сроки, и тогда им прощали задолженность по податям и повинностям [23, цз. 85, с. 1565] и возвращали обратно им наделы и хозяйства [20, цз. 111, с. 577; 30. цз. 35, с. 136]. «Арендаторов» же, временно обрабатывавших наделы беглых, в этом случае, по-видимому, просто сгоняли с земли.

Необходимо отметить, что и сама «арендная плата», вносимая теми, кто временно обрабатывал наделы беглых, не приравнивалась чиновниками к регулярным податям, взимавшимся с байсин [20, цз. 110, с. 571]. Об этом говорит и выбор самого термина, обозначавшего поступления от временно обрабатывавших землю людей, — они назывались «арендной платой», а не податями.

Заметим прежде всего, что линь и бао выступают в приведенных выше материалах в качестве единого целого и называются «линь-бао». Очевидно, они не были органами государственной администрации, поскольку противопоставлялись государственным чиновникам, произвольно возлагавшим на линь-бао ответственность за подати с беглых. Линь-бао обладали право продавать наделы беглых. Документами засвидетельствовано присутствие «людей бао» при заключении между байсин сделок об аренде земли (логично предположить, что такое присутствие было необходимо и при заключении сделок купли-продажи земли).

Из всего этого следует, что линь-бао были таким социальным организмом, который обладал правом собственности на земельные наделы входивших в него хозяйств байсин. Вместе с тем они несли ответственность за охрану прав на земельные наделы каждого входившего в них хозяйства байсин. Именно линь-бао, по всей вероятности, выступали за то, чтобы наделы беглых не продавались, а сдавались во временную «аренду» с сохранением всех прав за бежавшими хозяевами (при полном фактическом бесправии «арендаторов»). Все это позволяет, на наш взгляд, квалифицировать линь-бао как органы земледельческой общины байсин. По-видимому, они представляли собой первичные ячейки общинной организации, объединяющие минимальное число семей байсин.

Как выяснилось, судьба наделов беглых байсин решалась совместно их «родственниками и соседями». Наверное, бао здесь представляли соседей, а линь — родственников. Вряд ли стоит при этом принимать всерьез то обстоятельство, что в одном месте, указанном выше, в значении «соседи» было употреблено слово «линь». Лексическое значение этого слова вполне могло не совпадать с тем реальным смыслом, который оно приобретало при обозначении конкретного социального организма. Таким образом, линь и бао являлись условными объединениями соответственно родственных и неродственных семей, входивших в одну общину.

Современной этнографии известны такого типа деревенские общины у народностей, проживающих в Индии и в Китае. Родственные семьи нередко селятся в отдельных кварталах и имеют даже своих старейшин [67а, с. 13; 79, с. 51-52]. По-видимому, нечто похожее можно было наблюдать и в общине байсин периода Тан.

Остается добавить, что сам термин «линь», обозначавший объединение родственных семей, имел, очевидно, двоякий смысл. Под «линь» одновременно могли подразумеваться и условная единица группы родственных семей одной общины, включавшая четыре таких семьи, и вообще вся данная группа родственных семей в одной общине. По-видимому, именно в последнем значении употреблено это понятие у Ду Фу. С тем же самым значением «линь» мы сталкиваемся, по всей вероятности, и во фрагменте танских эдиктов, цитируемом Оуян Сю, где численный состав линь не оговаривается, но где оно явно выступает в качестве более крупных объединений дворов, чем бао (разд. III, Д, п. 6).
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Чарльз Данн.
Традиционная Япония. Быт, религия, культура

В.М. Тихонов, Кан Мангиль.
История Кореи. Том 1. С древнейших времен до 1904 г.

Под редакцией А. Н. Мещерякова.
Политическая культура древней Японии

Леонид Васильев.
Древний Китай. Том 1. Предыстория, Шан-Инь, Западное Чжоу (до VIII в. до н. э.)

В.М. Тихонов, Кан Мангиль.
История Кореи. Том 2. Двадцатый век
e-mail: historylib@yandex.ru