Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

А. Ю. Тюрин.   Формирование феодально-зависимого крестьянства в Китае в III—VIII веках

Статус «гостевых дворов» как показатель функционирования общины в период Тан

Дополнительные сведения о деятельности общины байсин в период Тан можно обнаружить в материалах о «гостевых дворах» (кэ ху). В энциклопедических словарях «гостевые дворы» интерпретируются как антипод «хозяйских дворов» (чжу ху). При этом разъясняется, что «хозяйские дворы» — коренное земледельческое население данной местности [163, с. 45], а «гостевые дворы» — «пришлые», лишь впоследствии занесенные и подворные реестры [163, с. 416; 164, с. 442].

Источник периода Тан — «Тан хуэйяо» — содержит следующее сообщение: «23-го дня 1-й луны 9-го года правления Кайюань (721 г.) ...Юйвэнь Юн предложил выявить хозяйства беглых и проверить реестровые поля... В 12-м году Фу Цзин, начальник округа Янчжо, подал доклад, в котором говорилось: „Взимание податей за хозяйства беглых причиняет ущерб линии бао, так как их заставляют вносить эти подати... Я боюсь, что из-за этого беглых станет еще больше... Спасти положение может выявление полей и обложение податью „гостей" (кэ)... Его (Фу Цзина) план был одобрен... Вскоре во всех провинциях было выявлено более 800 тыс. „гостевых дворов" и соответствующее число полей. Чиновники использовали это, чтобы выслужиться и получить награды. Они подавали лживые, завышенные цифры и выдавали реестровые дворы (ши ху) за „гостевые". К концу года с "гостевых дворов" был взят миллион монет, которые сразу поступили во дворец... Хубу шилан Ян Чан заявил, что, по его мнению, выявление "гостей" неблагоприятно для коренного населения (цзюй минь) и обложение податью внереестровых полей (цзи вай тянь) причиняет ущерб байсин. Приобретенное уступает потерянному» [23, цз. 85, с. 1562-1563].

В других источниках то же самое событие представлено в несколько ином свете. В «Синь Тан шу» и в «Вэньсянь тункао» оно изложено в собственной версии: «Юйвэнь Юн подал доклад, в котором предложил проверить внереестровые лишние поля (цзи вай сянь тянь). В том случае, если они оказывались занятыми хозяйствами беглых, то последние следовало освободить от податей и повинностей на пять лет, но собрать с каждого взрослого мужчины 500 монет... Число "гостевых дворов" выявленных во всех провинциях, составило более 800 тыс., было выявлено также соответствующее число полей. Чиновники использовали это и подавали завышенные, неверные цифрь, выдавая "реестровые поля" (чжэн тянь) за "лишние" (сянь), а "реестровые дворы" (бянь ху) за "гостевые". К концу года, число реестровых денег (цзи цянь) составило несколько миллионов связок монет» [16, цз. 51, с. 5а; 9, цз. 3, с. 1а-1б].

В «Цзю Тан шу» можно видеть другую версию: «Юйвэиь Юн подал доклад, в котором предложил проверить не занесенные в реестр поля... Беглым дворам разрешалось явиться с повинной, и [в этом случае] их освобождали от податей и повинностей на пять лет, но с каждого взрослого мужчины взимали 1500 монет... Было выявлено более 800 тыс. укрывающихся дворов (инь ху) и соответствующее количество полей, а денег собрано несколько миллионов связок (монет)» [27, цз. 48 с. 2а].

В «Тун дянь» по этому поводу сказано: «В 1-й луне 9-го года [правления Кайюань — 721 г.]... Юйвэнь Юн... подал доклад, в котором предложил выявить... хозяйства беглых (тао ху) и внереестровые лишние поля (цзи вай шэн тянь)... Вскоре., "гостевые дворы" (кэ ху) были вновь занесены в реестры и освобождены от податей (фу дяо) на шесть лет, но с них была взята легкая подать (цин шуй)... Было возвращено более 800 тыс. дворов и соответствующее число полей» [24, цз. 7, с. 96-10а].

В «Цюань Тан вэнь» об этом событии сообщается очень кратко: «Юйвэнь Юн стал проводить в Поднебесной политику и обложения внереестровых "лишних" полей (цзи вай шэн тянь) и "гостевых дворов" (кэ ху)» [30, цз. 372, с. 56].

Сравнивая цитаты, нетрудно заметить, что версия «Тан хуэйяо» значительно отличается от всех последующих. Фактически в ней зафиксировано два проекта. Юйвэнь Юн рекомендовал на основе круговой поруки собрать подати за хозяйства беглых и за брошенные ими поля с их родственников и соседей. Фу Цзин возражал против такой меры, опасаясь появления еще большего количества беглых, и предлагал взамен внести в реестры «гостевые дворы» и их поля, обязав их единовременной податью. Как явствует из дальнейшего, был утвержден второй проект.

Во всех остальных источниках изложен лишь второй из названных проектов и сообщено о его реализации с той разницей, что авторство этого проекта приписывается Юйвэнь Юну Однако в части источников упомянуты возражения Фу Цзина против предложения Юйвэнь Юна, но без конкретного их разъяснения. В заключение говорится, что «император принял предложение Юйвэнь Юна» [16, цз. 51, с. 5а; 9, цз. 3, с. 1а; 24, из. 7, с. 10а].

Нам представляется, что версия «Тан хуэйяо» — наиболее исчерпывающая в изложении события и одновременно наиболее точная в том смысле, что, по-видимому, подтверждает действительно существование двух проектов. Вопрос же об авторстве в данном конкретном случае вряд ли имеет смысл.

Версия «Тан хуэйяо» в ряду остальных имеет и другое преимущество. В ней сказано, что каждый проект формально капается разных категорий дворов: Юйвэнь Юн имеет в виду хозяйства беглых и «реестровые поля», а Фу Цзин — «гостевые воры» и «внереестровые лишние поля».

В «Цзю Тан шу» изложение второго проекта завершается утверждением, что он касался хозяйств беглых или «укрывающихся дворов» и «внереестровых полей». «Синь Тан шу», «Вэньсянь тункао», «Тун дянь», рассматривая второй проект, допускают формальное противоречие: вначале речь шла о хозяйствах беглых, а в конце при реализации предложения — о «гостевых дворах», причем обе категории дворов связываются с «внереестровыми лишними полями». Наконец, в самой краткой версии «Цюань Тан вэнь» упомянуты лишь «гостевые дворы» и «внереестровые лишние поля».

Наиболее правомерным выглядит следующее пояснение: в двух разных проектах берутся две разные категории хозяйств, а следовательно, и определенные категории полей. В первом случае это были хозяйства беглых и «реестровые поля», во втором — «гостевые дворы» и «внереестровые лишние поля». Это полностью совпадает с версией, изложенной в «Тан хуэйяо». А в «Синь Тан шу», «Вэньсянь тункао» и «Тун дянь», по существу, при повествовании о втором проекте произошло смешение сведений о разных предложениях, и хозяйства беглых перемежаются с «гостевыми дворами».

Но источники позволяют отнести эти понятия к идентичным. Так, в «Цюань Тан вэнь» встречается запись: «Потом подати и повинности стали исключительно тяжелыми, сильные и знатные захватили [землю]... бедные... теряли землю. Много людей убегало от повинностей в [другие] люй и ли. [Чиновники] в уездах заносили их в реестры как "гостевые дворы" и расселяли их среди коренных жителей — один-два человека на каждых десять [коренных жителей]. Они представляли собой то же самое, что и беглые (фу ху лю жэнь) со времен династий Хань и Вэй» [30, цз. 372, с. 6а]. Добавим, что, по сообщениям источников, еще в 696 г. было разрешено вносить беглых (тао жэнь) в реестры по месту их фактического пребывания, если они не желали возвращаться назад [29, цз. 486, с. 136; 23, цз. 85, с. 1561]. По-видимому, речь в данном случае как раз и идет о регистрации беглых в качестве «гостевых дворов».

В «Тан хуэйяо» (где видны какие-то грани между «гостевыми дворами» и хозяйствами беглых) за рассказом о проектах Юйвэнь Юна и Фу Цзина следует другое сообщение: «В явленные в Поднебесной "гостевые дворы" во всех областях за исключением двух, из которых они вернулись туда, где был занесены в реестры, [властям] было предписано занести их в реестры по месту фактического пребывания и по истечении установленного срока приравнять к коренным жителям» [23 цз. 85, с. 1563]. Здесь эта запись датирована 730 г., в то время как предложения Фу Цзина (Юйвэнь Юна) были приняты в 721 г.

Но точно такое же сообщение в «Тун дянь» мы находим под 721 г. [24, цз. 7, с. 10а]. К тому же событие, описываемое здесь, тесно связано с реализацией предложения о внесении в реестры «гостевых дворов». Отсюда становится очевидным, что «гостевые дворы» — те же беглые, поскольку часть их вернулась туда, откуда ранее они бежали. Так что достаточно оснований считать «гостевые дворы» и хозяйства беглых понятиями идентичными.

К мысли об идентичности этих понятий приводит и такое логическое рассуждение: хозяйства беглых дворов называли «беглыми» там, откуда они бежали, и «гостевыми» там, где они поселились после побега. Факт идентичности обеих категорий может объяснить и смешение в отдельных названных выше источниках понятий «гостевые дворы» и хозяйства беглых.

По данным источников, «гостевые дворы» работали на «внереестровых лишних полях» (цзи вай сянь тянь, или цзи вай шэн тянь). По словарям, лексическое значение слов «сянь» и «шэн» — «лишний», «излишек». Было бы, однако, ошибочным полагать, что речь действительно идет о каких-то излишках земли, хотя бы в том смысле, в каком эдикты говорят о «просторных» сян, когда поощряется переселение на пустующие земли. И если бы имелась в виду именно такая «лишняя земля, то, наверное, никакой бы проблемы для властей «беглые» или «гостевые дворы» не представляли.

Кроме того, как выясняется, «в тесных сян нет лишней земли (шэн ди) и много "гостевых дворов" (кэ ху)» [23, цз. 85, с. 1564]. Формально здесь явное противоречие с предыдущим ранее сообщалось, что «гостевые дворы» обрабатывают «лишние поля», а теперь узнаем, что «гостевых дворов» особенно много именно там, где нет «лишней земли».

Этот парадокс вполне объясним, если не считать эквивалентными выражения «лишние поля» (шэн тянь) и «лишняя земля» (шэн ди). Очевидно, шэн тянь — это вовсе не излишки земли, а скорее всего поля, которые оказались «лишними» только по тому, что но каким-то причинам не были занесены в соответствующие реестры.

Поля эти не принадлежали самим «гостевым дворам», поскольку в источниках сказано, что проект Фу Цзина — Юйвэнь Юна предусматривал «наделение» их этими полями: «Юн выявлял "лишние поля" (шэн тян), чтобы наделить (шоу) ими "гостевые дворы"» [9, цз. 3, с. 2а]. В опубликованном в 762 г. указе также говорилось: «В том случае, если "гостевые дворы" сходятся [в данной местности] свыше одного года и если они самостоятельно приобрели землю и вырастили на ней урожай, то независимо от того, пользуются ли они "покровительством" или же самостоятельно построили жилища, [следует] зарегистрировать их в качестве байсин, поскольку из-за бегства на окраины число коренных жителей (цзюй жэнь) сократилось вдвое» [29, цз. 486, с. 186; 23, цз. 85, с. 1560]. Таким образом, гостевые дворы» обрабатывали не принадлежавшую им землю.

Из текста приведенного выше указа вытекает и другой вывод: до его опубликования «гостевые дворы» не считались байсин. Это подтверждается и постановлением 780 г., когда по инициативе Ян Яня официально была объявлена замена «системы равных полей» «системой двух податей». Постановление предписывало впредь вносить все хозяйства в реестры «по месту фактического пребывания без деления на хозяйские и гостевые» [27, цз. 48, с. 9а; 16, цз. 52, с. 1а; 9, цз. 3, с. 46], а также взимать с «гостей» (имеются в виду «гостевые дворы») те же самые подати, что и с байсин [24, цз. 6, с. За]. Стало быть, «гостевые дворы» не облагались до того времени теми податями, которые вносили байсин, и это логически связано с тем, что они не имели собственных наделов земли.

Таким образом, хозяйства беглых, зарегистрированные чиновниками в качестве «гостевых», обрабатывали не принадлежавшие им поля, не вносили установленных податей и не считались байсин. Некоторые связанные с этим выводом моменты требуют дополнительного исследования. Во-первых, по какой причине чиновники, призванные вести борьбу с бегством байсин, не предпринимали до определенного момента никаких мер к возвращению их на прежнее место жительства, а ограничивались лишь регистрацией в качестве «гостевых дворов»? Во-вторых, почему чиновники до определенного момента могли регистрировать беглых на новом месте только в качестве «гостевых дворов», не имеющих своих наделов и не облагавшихся соответствующими податями, и лишь впоследствии могли «наделить» их землей и обложить податями.

Иными словами, в связи с чем в течение какого-то времени беглые байсин, ставшие «гостевыми дворами», «выпадали» из сферы эксплуатации их государством. Они не вносили податей ни в своих родных местах, поскольку бежали оттуда, ни в тех, где поселились после бегства, поскольку здесь записывались 8 реестры только как «гостевые дворы», не облагавшиеся полатями. В-третьих, требует объяснения тот факт, что беглые байсин, ставшие «гостевыми дворами», переставали считаться байсин.

На наш взгляд, ответы на все эти вопросы следует искать в общине байсин. Выше уже говорилось о том, что община в лице линь-бао в течение определенного времени успешно боролась против попыток государственных чиновников связать ее круговой порукой. Более того, она сумела отстоять и права своих беглых членов на их земельные наделы. Очевидно, подобным же образом она проявила себя и в ситуации с «гостевыми дворами». Сами термины «гость» и «гостевой двор» своим происхождением связаны скорее всего с общиной. Байсин, покинувшие одну общину и прибывшие в другую, находясь в ней на положении «гостей», пользовались, по-видимому, таким же покровительством и защитой, как и в родной общине. Заметим, что в цитируемых Оуян Сю фрагментах танских эдиктов говорится о «гостях», которые должны были по прибытии на новое место ставить местные бао в известность о своих дальнейших намерениях (разд. III, Д, п. 6).

Оставаясь в новой общине на положении «гостей», они, по-видимому, согласно нормам общинного права не получали земельные наделы на тех же основаниях, что и коренные жители общины, и работали на землях, принадлежавших общине. Поскольку эти земли источники называют «внереестровыми лишними полями», можно предположить, что они представляли собой какой-то неделимый фонд общины, не подлежавший занесению в реестры государственных чиновников. Не случайно, очевидно, чиновники, как говорилось выше, при обсуждении проекта Фу Цзина — Юйвэнь Юна отмечали, что обложение податью «внереестровых лишних полей» причинит ущерб байсин.

Наверное, именно потому, что «гостевые дворы» не получали в общине своего надела и работали на «внереестровой земле», государственные чиновники вносили их в особые реестры и не облагали податями. По этим причинам, очевидно, их считали лишенными социального статуса байсин, и соответственно это отражалось в официальных документах. Постановление 762 г. показывает, что только тогда, когда у «гостевых дворов» появлялся свой надел и они облагались соответствующими податями, чиновники вновь причисляли их к «полноценным» байсин. Внутри же общины «гостевые дворы» скорее всего социального статуса байсин никогда не теряли, иначе вряд ли они пользовались бы ее покровительством и защитой.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Чарльз Данн.
Традиционная Япония. Быт, религия, культура

Дж. Э. Киддер.
Япония до буддизма. Острова, заселенные богами

Ричард Теймс.
Япония. История страны.

Э. О. Берзин.
Юго-Восточная Азия в XIII - XVI веках

А. Ю. Тюрин.
Формирование феодально-зависимого крестьянства в Китае в III—VIII веках
e-mail: historylib@yandex.ru