Игнатьева О.П. Лошадь в структуре традиционной культуры южных алтайцев
|
Южные алтайцы традиционно рассматриваются как кочевники, хотя они перемещались по сравнительно небольшой территории, продвигаясь вперед по сезонному маршруту, рассчитанному на наилучшее обеспечение стад кормом. Наличие лошади в культуре позволяло следовать за крупными стадами домашних животных и направлять их в соответствии с избранным маршрутом. Селились алтайцы небольшими группами: две-три семьи, состоявшие между собой в родстве. У каждой группы были свои кочевые и промысловые угодья, обеспечивавшие семьи всем необходимым.
В такой ситуации именно лошадь была залогом быстрого перемещения на большие расстояния, что позволяло поддерживать связи между семьями, кочевавшими на существенном удалении друг от друга. Условия содержания и требования, предъявляемые к животным в традиционной культуре, привели к возникновению породы лошадей, известной в настоящее время под названием алтайской. Специалисты относят эту породу к сибирской группе, подчеркивают ее выносливость и высокую продолжительность жизни. При этом морфологические признаки чистопородной алтайской лошади остаются практически неизменными как минимум с середины XIX в., что указывает на умение алтайцев проводить направленную селекцию. Лишние жеребцы исключаются из разведения путем кастрации. В прошлом именно мерины (ат) использовались в качестве верховых и вьючных животных. В.В. Радлов в своем труде «Из Сибири» прямо указывает на то, что алтайцы четко разделяли лошадей на верховых и племенных. Племенные животные, как жеребцы, так и кобылы, под седло использовались только в случае крайней бедности владельца (Радлов В.В., 1989, с. 149). В эпосе верховой конь, как правило, обозначается именно термином ат, что подтверждает наблюдение В.В. Радлова. В настоящий момент поголовье лошадей в алтайских хозяйствах сократилось и под седло заезжаются все лошади, включая жеребцов. Современные алтайцы особо подчеркивают отличие лошадей алтайской породы от остальных аборигенных пород Сибири, устойчиво ассоциируют эту породу со своей культурой и традицией, гордятся ее качествами. Можно сказать, что порода лошадей является одним из элементов этнической самоидентификации. Лошади являются основной причиной пограничных столкновений между алтайцами и тувинцами, так как распространены случаи конокрадства. В XX в. практически все алтайцы перешли на оседлый образ жизни. На данный момент основная масса населения сосредоточена в крупных поселках, где проживает в частных домах. Скотоводство в целом и коневодство в частности приобрело отгонный характер. Лошадей переводят на летние пастбища, расположенные в тайге в нескольких километрах от основного поселения. Современная ситуация такова, что жеребец-производитель может быть один на несколько хозяйств. В таком случае владельцы кобыл, следуя сложившейся традиции, «благодарят» владельца жеребца «за приплод» подарками либо деньгами (со слов Н.А. Тадиной - алтай-кижи соок тодош 1960 г.р.). Тот же обычай бытует и у тувинцев (Даржа В.К., 2003, с. 16). Традиционно лошади играли существенную роль в производящем хозяйстве алтайцев, поскольку служили источником молока, мяса, кожи и конского волоса. На данный момент эта роль сведена к минимуму, так как доение кобылиц сохраняется лишь в отдельных хозяйствах Кош-Агачского района (алтайцы используют в основном коровье молоко), базовым источником мяса являются овцы, конский волос активно заменяется синтетическими материалами. Казалось бы, что для транспортных нужд в алтайском хозяйстве вполне хватило бы 2-3 лошадей, однако с отменой ограничений на численность поголовья животных в частном владении появилось большое количество хозяйств, в которых количество лошадей превышает 50 голов. Ответ на этот парадокс следует искать в традиционной обрядовой практике, системе традиционных социальных отношений и мировоззрении алтайцев. Согласно сложившейся в культуре алтайцев иерархии живых существ лошадь - существо высшего порядка, сопоставимое по статусу с человеком. По мнению некоторых респондентов, крещеному алтайцу нельзя употреблять в пищу конину, так как это все равно, что есть человеческое мясо (Полевые материалы автора, 2006). Вообще употребление конины в пищу напрямую связано с обрядовыми практиками алтайцев. Наиболее широкую известность, благодаря ранним исследователям алтайской культуры, получили родовые жертвоприношения божествам верхнего мира - тайэлга, суть которых сводится к «дарению» коня высшим силам в обмен на процветание семьи. В ходе действа члены семьи приобщались к ритуалу через поедание частей жертвы. Последние достоверные данные о проведении тайэлга относятся к 40-м гг. ХХ в., а информантов, участвовавших в данной церемонии, можно встретить до сих пор. По распространенному в традиции и активно возрождающемуся в настоящее время обычаю, конь является обязательным подарком, который делает дядя по материнской линии своему племяннику, в ходе обряда пострижения и выкупа волос. Дарение коня характерно и для различных этапов свадебной церемонии. Особую роль лошади играют в традиционной похоронной обрядности. Погребение с конем было характерно для всех южных алтайцев, но именно для теленгитов заклание любимого верхового коня умершего мужчины стало основополагающим этапом похоронно-поминального комплекса действий. Изначально существовавший в традиции обычай закалывать коня и оставлять его либо в могиле, либо рядом с ней, в зависимости от способа погребения, сохранялся, по данным опрошенных респондентов, до 50-х гг. ХХ в. Позднее, под воздействием антирелигиозной пропаганды и запрещающих мер со стороны государственных властей, произошла трансформация обычая, приведшая к соединению в единый комплекс ряда представлений, связанных с конем, и возникновению новой традиционной практики. По-прежнему осуществляя заклание верхового животного, теленгиты нескольких поселков Улаганского района употребляют его мясо в пищу, а голову, хвост и нижние суставы конечностей вывешивают «на восход». Такое изменение традиции жители этих поселков объясняют, в частности, переходом к русскому способу захоронения усопших. Малоизученной остается практика «похорон коня», сведения о которой были получены от жителей Улаганского района. По этим данным останки лошади нельзя зарывать в землю или утилизовать с бытовым мусором. Головы и копыта лошадей вывешиваются на дереве (чаще всего лиственнице) так же, как в погребально-поминальном обряде. Весьма вероятно, что вариантом «похорон коня» является оставление этих частей конских останков в сакрально значимых местах: на целебных источниках - аржанах, перевалах; черепа коней встречаются в таких местах довольно часто. На картине Г.И. Чорос-Гуркина «Жертвенник» изображен балбал со сваленными к его подножию черепами. По имеющимся данным, лошади - основной вид скота, помечавшийся родовым знаком собственности. Тамга выжигалась специальным тавром на левой стороне крупа. Ее внешний вид был известен всем представителям единого сеока еще в 1-й половине XX столетия (Дыренкова Н.П., 1936-1940, л. 30), что позволяло алтайцам не только отследить родовую общность, но зачастую установить степень родства. Тавро передавалось по наследству от отца к сыну, по принципу минората. Старшие сыновья зачастую использовали тамгу отца, усложненную новыми элементами. Этот же родовой знак собственности проставлялся на предметах домашнего обихода и конском снаряжении (особенно женском). Несмотря на то, что в XX в. тамги активно вытеснялись буквенно-цифровыми клеймами и сейчас встречаются достаточно редко, знание родового знака считается обязательным для каждого алтайца. Представители старшего поколения респондентов, описывая родовые знаки собственности, сравнивают их с паспортом. Таким образом, конь в традиции оказывался носителем информации о владельце. Алтайской культуре до сих пор присущ ряд стереотипов, напрямую связанных с лошадьми. Так, необходимым навыком для молодого мужчины-алтайца считается умение объездить лошадь. В целом, по мнению большинства опрошенных алтайцев, НАСТОЯЩИЙ алтаец обязательно знает родной язык и умеет ездить верхом. Коневодство в сознании алтайцев напрямую ассоциируется с родной культурой, традицией, исконным укладом жизни. Отсутствие лошадей в хозяйстве семьи воспринимается как окончательный переход к оседлости, утрата связи со своими корнями, обрусение. Исходя из вышеперечисленных фактов, мы можем сделать вывод, что лошади были и остаются важным элементом традиционной культуры алтайцев, наделенным разнородными функциями как утилитарными, так и сакральной. Можно также утверждать, что наличие лошади в культуре, в определенных случаях, служит системообразующим фактором. |
загрузка...