Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

  • Шины волгоград
  • шин и дисков по выгодным ценам! Гарантия. Доставка
  • avtoshina34.ru


Владимир Сядро.   50 знаменитых загадок истории Украины

За что боролись и гибли украинские диссиденты?

   Слово диссидент, происходящее от латинского dissidens – несогласный, в современном языке получило еще и значение «инакомыслящий». Диссидентами когда-то называли христиан иных вероисповеданий (в большинстве – православных) в Речи Посполитой, где господствующей религией являлся католицизм. А несколькими веками позже этот «ярлык» закрепился за участниками движения против тоталитарного режима в СССР, которые с конца 1950-х годов в разных формах выступали за соблюдение прав и свобод человека и гражданина, против преследования инакомыслия, протестовали против ввода советских войск в Чехословакию (1968) и Афганистан (1979). Эти люди и их семьи подвергались моральным и физическим репрессиям со стороны властей. Так за что же боролись и нередко гибли диссиденты?

   В средине прошлого века в Советском Союзе возникло примечательное явление: политику правительства стала открыто подвергать критике небольшая группа диссидентов, которые требовали более широких гражданских, религиозных и национальных прав. Возникновению диссидентства способствовала смерть Сталина и последовавшая за ней хрущевская оттепель. Несмотря на ослабление «паралича страха», многие люди понимали, что страшные преступления сталинской эпохи раскрыты отнюдь не полностью. Ограниченные разоблачения вызвали разочарование и скептицизм относительно нового, но так еще похожего на старый режима. Еще больше эти процессы усилились в конце правления Хрущева и в брежневскую эпоху, когда процессы относительной либерализации были практически свернуты.

   Диссидентское движение «плыло» в СССР несколькими потоками, которые часто сливались. Наиболее известным стало московское правозащитное, или демократическое, движение. В Украине, как и в других республиках, диссидентство имело целью борьбу за национальные права народов, а также за религиозную свободу. Откровенно проукраинская линия Петра Шелеста, первого секретаря ЦК КПУ, без сомнения, дала украинской интеллигенции дополнительную возможность высказывать недовольство бюрократической машиной. Сначала группу украинских диссидентов составляли «шестидесятники» – новое поколение писателей, которое быстро снискало признание, – Лина Костенко, Василий Симоненко, Иван Драч, Иван Светличный, Евгений Сверстюк, Николай Винграновский, Алла Горская и Иван Дзюба. Позже к ним присоединились Василь Стус, Михаил Осадчий, Игорь и Ирина Калинцы, Иван Гель и братья Горыни. В Украине насчитывалось не больше тысячи активных диссидентов, однако поддержка идей украинского диссиденства в обществе была, конечно же, гораздо шире.

   Характеризуя украинское диссидентское движение, Евгений Сверстюк писал: «Среди признаков шестидесятников я бы поставил на первое место юный идеализм, который просветляет, поднимает и соединяет. Вторым признаком я бы назвал поиск правды и честной позиции. Поэтов тогда называли формалистами за поиск своей индивидуальности. На самом деле – за поиск истины – вместо идеи, спущенной сверху для воспевания. Как третий признак я бы выделил неприятие, сопротивление, противостояние официальной литературе и всему аппарату строителей казарм». Действительно, на последней волне оттепели успело расцвести много талантов, которые потом пострадали за свое инакомыслие.

   Говоря же о самых ярких представителях литературы того времени, Е. Сверстюк писал, что несмотря на общие черты, каждый из них отличался своей творческой индивидуальностью: «Иван Светличный выводил соцреализм на общечеловеческое пространство и демонтировал теорию партийной литературы. Иван Драч принес первые стихи, необыкновенные и непонятные, так, будто его и не учили, о чем и как нужно писать. Василий Симоненко заговорил с Украиной в тоне чрезвычайной искренности и откровенности. Николай Винграновский тревожно заговорил о своем народе, и метафоры его звучали апокалиптично. Лина Костенко изредка выступала со своими стихами, но это были стихи такой силы звучания, будто вся советская поэзия для нее несущественна».

   Против чего же выступали украинские диссиденты и каких целей стремились достичь? Как и в каждой группе интеллектуалов, здесь существовало большое разнообразие и отличие во взглядах. Иван Дзюба, литературный критик и один из самых видных диссидентов, одинаково стремился добиться как гражданских свобод, так и национальных прав. Он четко высказал свою цель: «Я предлагаю… одну-единственную вещь: свободу – свободу честного публичного обсуждения национального вопроса, свободу национального выбора, свободу национального самопознания и саморазвития. Но сначала и прежде всего должна существовать свобода на дискуссию и несогласие». Национал-коммуниста Дзюбу беспокоила огромная пропасть между советской теорией и действительностью, особенно в области национальных прав, поэтому он призвал власти устранить ее для блага как советской системы, так и украинского народа. В отличие от него, например, историк Валентин Мороз продолжал интеллектуальные традиции украинского национализма, открыто выражая свое неприятие советской системы и надежду на ее крах.

   Первые проявления диссидентского движения появились в конце 1950-х – в начале 60-х годов, когда на Западной Украине было организованно несколько небольших тайных групп. Среди них выделялась так называемая «Группа юристов» во главе с адвокатом Левком Лукьяненко. Она призывала к осуществлению законного права Украины на выход из Советского Союза. Вскоре эти группы были разгромлены, а их участники на закрытых процессах были приговорены к продолжительным срокам заключения.

   Безусловно, украинская интеллигенция не могла смириться с поголовной русификацией республики. Прошедшая в 1963 году в Киевском университете официальная конференция по вопросам культуры и языка превратилась в открытую демонстрацию против этого процесса. В следующем году пожар, возникший при весьма подозрительных обстоятельствах, уничтожил фонд украинских рукописей библиотеки Академии наук Украины, что вызвало бурю протестов ведущих деятелей литературы. Репрессии коснулись и театральной жизни. Украинский театр все больше терял свою национальную особенность. Стало заметным и исчезновение интереса к национальной музыке. Ее традиции старались сохранить хор имени Веревки, капелла «Думка», запрещенный в 1971 году этнографический ансамбль «Гомин» и другие коллективы. Произведения некоторых художников-новаторов просто уничтожали (А. Рыбачук, В. Мельниченко). В 1979 году трагически и загадочно оборвалась жизнь автора песен «Червона рута» и «Водограй» В. Ивасюка.

   Нарастание диссидентского и национального движения, естественно, не могло не беспокоить Москву. Реакция Кремля была «соответствующей»: в конце 1965 года было арестовано около двух десятков лиц из тех, кто протестовал особенно громко. При этом власти, чтобы запугать оставшихся на свободе, решили судить диссидентов открытым судом, что вызвало еще более яростные протесты.

   Побывав на этих процессах в Львове, молодой журналист Вячеслав Черновол написал «Записки Черновола» – сборник документов, которые разоблачали противозаконные и циничные манипуляции властей. В пылкой речи перед большой аудиторией в Клеве осудил аресты И. Дзюба. Он также передал Шелесту и Щербицкому свою работу «Интернационализм или русификация?» – тонкий, эрудированный и безжалостный анализ механизмов русификации в Украине. После своего ареста в 1970 году за антисоветскую агитацию и пропаганду Валентин Мороз написал «Репортаж из заповедника им. Берии», эмоциональная и разоблачительная сила которого была направлена против произвола советской системы. Можно сказать, что своеобразным центром самиздатовской деятельности был украинский диссидент И. Светличный. На его квартире хранились неопубликованные произведения В. Стуса, В. Симоненко, И. Драча, статьи И. Дзюбы, В. Черновола, Е. Сверстюка. Сам он писал полемически-критические статьи на языковедческие темы. Это форма протеста была наиболее массовой, а потому власть считала такую деятельность наиболее опасной. Для борьбы с «идеологическими диверсиями» в 1967 году в структуре КГБ было создано специальное «пятое управление».

   Благодаря целенаправленным действиям диссидентов в 1960-х годах получила свое начало традиция 22 мая отмечать день памяти Тараса Шевченко – именно в этот день в 1861 году гроб с телом Кобзаря перевезли из Петербурга в Канев. В 1967 году милиция разогнала участников собрания возле памятника поэту в Клеве и арестовала четырех человек. Только по требованию разгневанных людей, которые устроили демонстрацию возле ЦК КПУ, арестованных освободили.

   Малоизвестным, но значительным событием в истории диссидентства стал акт самопожертвования Алексея Горняка, который в ночь на 21 января 1978 года в знак протеста против действий советского режима сжег себя на Монашеской горе в Каневе. Он оставил после себя записки, суть которых сводилась к тому, что УССР не могла называться государством, поскольку была колонией России. Также в записках говорилось о массовой русификации и выкачивании материальных ресурсов с Украины.

   В сентябре 1965 года во время презентации фильма «Тени забытых предков» с резкой критикой арестов интеллигенции выступили Иван Дзюба, Василь Стус и Вячеслав Черновол. Под их письмом подписалось 140 присутствующих. Реакция властей была молниеносной. Все 140 человек были уволены с работы. Несмотря на это, письма-обращения и письма-протесты к руководителям УССР и СССР стали одной из наиболее распространенных форм протеста в те годы и очень раздражали власть. В 1968 году, например, из Днепропетровска на имя первого секретаря ЦК КПУ поступило коллективное письмо, где звучал протест против шельмования Олеся Гончара за его произведение «Собор». В 1984 году Л. Лукьяненко выступил с протестом против нечеловеческих условий, в которых находится украинский диссидент Ю. Литвин. Обращались украинские диссиденты и к мировой общественности. Например, в результате деятельности диссидентов в апреле 1982 года семь сенаторов и 96 конгрессменов США направили письмо Брежневу с призывом освободить И. Светличного.

   Другой формой деятельности диссидентов стало распространение специально подготовленных книг, статей, воззваний, которые тайно переписывались и передавались из рук у руки. Так возникла система «самиздата». Первой «самиздатовской» работой Вячеслава Черновола было «Правосудие или рецидивы террора?» (1966 г.).

   Петра Шелеста на посту первого секретаря ЦК КПУ сменил Владимир Щербицкий, «закручивание» гаек началось с новой силой. Началом его стали осуждение и фактический запрет романа «Собор» Олеся Гончара. Многих «шестидесятников» подвергли острой критике и преследованиям, нескольких (в частности И. Дзюбу) арестовали. Практически прекратились начавшееся было переиздание произведений мастеров, репрессированных в 1930-е годы. Из культурного обращения старательно изымалось все, что могло стимулировать национальные чувства, под цензуру попали даже классические стихи

   Т. Шевченко. Обычным явлением стали увольнения с работы всех, кто так или иначе был связан с диссидентами, запрет писать, печатать, снимать фильмы и т. д. Сергей Параджанов расценил запрет снимать фильмы, длившийся 15 лет, как убийство. «Меня убили, запретив снимать», – говорил великий режиссер своим близким. Гениальный режиссер, чье имя гремело за рубежом, на родине отсидел за свои убеждения два срока заключения. «Идеологическим обработкам» постоянно подвергались и другие украинские деятели искусств и науки.

   Чтобы не дать властям изолировать диссидентов от общества, чтобы информировать мир о преследованиях в СССР, в 1970 году украинские диссиденты начали тайно распространять газету «Украинский вестник» (главным редактором стал Черновол). Хотя КГБ и смог ограничить распространение этих материалов в Украине, ему не по силам было предотвратить их проникновение на Запад. Там с помощью украинских эмигрантов они публиковались и пропагандировались, что, естественно, никак не радовало советскую власть.

   В 1972 году кампания репрессий против инакомыслящих достигла своего апогея. Были арестованы Вячеслав Черновол, Евгений Сверстюк, Иван Светличный, Иван Дзюба, Михаил Осадчий, Юлий Шелест, Василь Стус и многие другие. Практически все они были осуждены к продолжительным срокам заключения и отправлены в лагеря строгого или особо строгого режима на Урале и в Мордовии. Кроме этого, для «укрощения» диссидентов на службу системе была поставлена «карательная медицина». Некоторых оппозиционеров, которым было тяжело предъявить обвинение в нарушении соответствующих статей уголовного кодекса, объявляли сумасшедшими и закрывали в психиатрических больницах специального типа. Известнейшей среди таких больниц была днепропетровская. Именно в этой больнице «лечился» украинский правозащитник П. Григоренко. Психиатрическому «лечению» подверглись еще ряд украинских диссидентов: И. Тереля, Л. Плющ, Н. Плахотнюк, В. Рубан, Н. Ковтуненко и другие.

   Несмотря на жестокие преследования, в начале 1970-х годов диссидентство стало влиятельным фактором политической жизни. Активные действия правозащитников получили известность на Западе, сообщения о них попали на страницы иностранной печати. Конечно, не все могли до конца противостоять волне преследований. Давление системы заставило многих покаяться и отойти от диссидентской деятельности.

   Массовые репрессии на некоторое время парализовали активность украинских диссидентов. Однако уже в 1974 году мир увидели седьмой и восьмой выпуски «Украинского вестника», в чем была немалая заслуга Степана Хмары. Поредевшие численно, но преисполненные решительности диссиденты в 1975 году получили новый импульс, когда СССР подписал Хельсинкское соглашение и официально согласился уважать гражданские права своих подданных. После этого диссиденты организовали открытые и, по их мнению, юридически санкционированные группы, задача которых заключалась в том, чтобы следить за соблюдением гражданских прав. Первый Хельсинкский комитет был основан в Москве в мае 1976 года, а вслед за ним в Клеве в том же году появилась Украинская Хельсинкская группа (УХГ). Члены УХГ считали, что наиболее приемлемым путем к независимости Украины является применение гарантированного в советской конституции права на выход из СССР. По их мнению, наиболее эффективный способ «деколонизации» Союза состоял в том, чтобы разрешить его народам провести свободные выборы. Однако ни умеренность Хельсинкской группы, ни требования Запада придерживаться обязательств, которые взял на себя СССР по Хельсинкским соглашениям, не воспрепятствовали советским властям снова устроить погром диссидентского движения. К 1980 году приблизительно три четверти членов УХГ получили сроки заключения от 10 до 15 лет. Многие были высланы из Украины.

   Отдельная разновидность диссидентства в Украине базировалась на религии. Теоретически советская конституция гарантировала свободу вероисповедания. На деле же все было иначе. Бешеное преследование Украинской греко-католической церкви («церкви в катакомбах») не смогло целиком уничтожить ее, а в 1982 году Иосиф Тереля организовал Комитет защиты Украинской католической церкви, целью которого стало добиться ее легализации. В ответ по Галиции и Закарпатью прокатилась волна арестов. Православная церковь в Украине, которая официально называлась Русской православной церковью, находилась в более выгодном положении, поскольку ее признавало правительство. Но ценой этого стало сотрудничество с режимом, что привело к тому, что несколько членов низшего духовенства, в частности Василий Романюк (подвергшийся за это жестоким преследованиям), выступили с осуждением как высших пастырей, так и государства. Но наибольшую часть «узников совести» в СССР составляли баптисты, пятидесятники, адвентисты, свидетели Иеговы.

   В начале 1980-х годов в Украине диссидентское движение было практически разгромлено. Оно не получило по-настоящему широкой поддержки в стране. Диссиденты, являвшиеся в большинстве своем представителями интеллигенции, не смогли найти понимания у большинства населения. К тому же КГБ оказался вездесущим и всезнающим в своем стремлении не допустить любой несанкционированной общественной деятельности. Диссидентов старались изолировать от общества и, применяя к ним методы все более сильного давления, заставить их покаяться или замолчать. В Украине, опасаясь украинского национализма, режим проводил особенно суровые репрессии. Не случайно киевский КГБ имел репутацию самого жестокого в СССР.

   Однако благодаря самоотверженной борьбе диссидентов в общественном сознании постепенно утверждалась мысль, что украинский народ не просто придаток «большого брата» и имеет право на создание независимого государства. Из среды диссидентов вышло много выдающихся политиков, но не всем удалось дожить до провозглашения Украины независимым государством.

   Одним из ярчайших представителей украинского правозащитного движения был поэт Василь Стус (1938–1985). Литературная деятельность поэта, его обращения в высшие партийные инстанции с протестами против нарушения гражданских прав и критическая оценка режима послужили причиной его ареста в январе 1972 года. По обвинению в «антисоветской агитации и пропаганде»

   Василь Стус был осужден на пять лет лишения свободы и три года ссылки, он отбывал наказание в мордовских и магаданских лагерях. Из заключения Стус обратился с заявлением в Верховный Совет СССР с отказом от гражданства: «…Иметь советское гражданство, – написал он, – невозможная для меня вещь. Быть советским гражданином значит быть рабом».

   После освобождения поэт продолжил правозащитную деятельность и в 1980 году был вновь арестован, признан особо опасным рецидивистом и осужден на 10 лет лагерей особого режима и пять лет ссылки. В одном из писем, адресованном мировой общественности (октябрь 1980), Андрей Сахаров расценил приговор Стусу как «позор советской репрессивной системы». В годы заключения лагерные надзиратели уничтожили рукопись, где были записаны 300 стихотворений поэта. В знак протеста против жестокого обращения с политзаключенными Стус несколько раз объявлял голодовки. В 1983 году за передачу на волю тетради со стихами поэт на год был брошен в камеру-одиночку, а спустя два года Стус был выдвинут на соискание Нобелевской премии по литературе. 28 августа 1985 года поэт объявил бессрочную сухую голодовку и умер в карцере.

   Закончил свой земной путь в тюрьме и известный украинский правозащитник, литературовед и переводчик Валерий Марченко (1947–1984). В 1973 году он за «клеветнические россказни, которые позорят советский общественный порядок… за распространение документов националистического содержания, в которых возводится злостная клевета на советскую действительность, национальную политику КПСС…» был осужден на шесть лет заключения в колонии строгого режима и два года ссылки. Несмотря на тяжелую болезнь почек, которая привела к инвалидности, он отказался писать заявление-раскаяние. После освобождения Марченко жил в Клеве, работал сторожем, занимался переводами, писал публицистические статьи и не оставлял правозащитной деятельности, рассылал письма-протесты с осуждением существующей тоталитарной системы. В 1983 году тяжело больной Марченко был арестован во второй раз и осужден на 10 лет лагерей особого режима и пять лет ссылки. Этапом он был отправлен в пермские лагеря, где в скором времени скончался.

   Украинская художница Алла Александровна Горская принадлежала к группе «шестидесятников», активно участвовала в украинском правозащитном движении. За участие в акциях протеста против расправы над украинскими правозащитниками она была исключена из Союза художников и испытала весь ужас преследований со стороны советских органов безопасности. В апреле 1968 года Горская поставила свою подпись под письмом-протестом 139 деятелей науки и культуры к тогдашним руководителям СССР в связи с незаконными арестами и закрытыми судами над диссидентами. А в 1970 году Алла Александровна трагически погибла при невыясненных обстоятельствах в Василькове под Клевом. Есть основания полагать, что эта гибель была убийством, организованным и осуществленным КГБ.

   Трижды подвергался арестам Юрий Тимонович Литвин (1934–1984) – известный украинский поэт, журналист и правозащитник, член Украинской общественной группы содействия выполнению Хельсинских соглашений (УХГ). Ему принадлежит разработка политической программы украинского правозащитного движения. Третий арест закончился трагически: 24 августа 1984 года Литвина нашли в камере с разрезанным животом.

   За присланное в ЦК КПСС письмо с протестом против введения войск Варшавского договора в Венгрию попал в лагеря известный украинский поэт, правозащитник Алексей Иванович Тихий (1927–1984). После освобождения он работал грузчиком, слесарем-механиком, оператором-дефектоскопистом, пожарником и одновременно проводил огромную работу по составлению словаря украинского языка и разрабатывал свой оригинальный «метод обучения без школы». В своих публицистических произведениях Алексей Тихий выступал за возрождение украинского языка и национальной культуры. В ноябре 1976 года Тихий вместе с Г. Руденко, О. Мешко, П. Григоренко, Л. Лукьяненко, О. Бердником и другими стал членом-основателем одной из первых правозащитных ассоциаций – Украинской общественной группы содействия выполнению Хельсинских соглашений – и подписал ее первые документы.

   Литературная и правозащитная деятельность Тихого стала причиной его второго ареста в 1977 году. Его дело было объединено с делом бывшего секретаря парткома Союза писателей Украины Г. Руденко. Несколько раз Алексей Иванович объявлял голодовки (самая длинная – 52 дня). Скончался он в тюремной больнице в Перми в 1984 году. Постановлением Пленума Верховного суда УССР в 1990 году приговор относительно Тихого упразднен и дело закрыто «из-за отсутствия состава преступления».

   В ноябре 1989 года останки Юрия Литвина, Василия Стуса и Алексея Тихого были перевезены в Клев и с почестями захоронены на Байковом кладбище. Киевляне, стоявшие на тротуарах, спрашивали: «Кого везут, кого хороните?» Им объяснили: «Рыцарей, погибших за свободу Украины теперь». Имена же этих рыцарей практически ничего не говорили обывателям…

   «За клеветническую деятельность на советский общественный порядок» трижды прошел все круги ада Вячеслав Максимович Черновол (арестовывался в 1967, 1972, 1980 годах), но не сломался, первым поднял желто-голубой флаг независимой Украины, организовал Народный Рух и состоял в оппозиции до своей загадочной смерти во время дорожно-транспортного происшествия.

   О физических и моральных пытках, которым подвергались украинские диссиденты, можно говорить еще долго, но суть сводится к одному – украинские патриоты, несмотря ни на что, боролись с советским режимом, отстаивали право на свободу слова и совести. И хотя, по признанию большинства историков, четкой программы действий диссидентское движение не имело, занималось исключительно критикой политического режима и общественного порядка в СССР и не смогло оказать заметного влияния на умы большинства, заглушить голос украинского диссидентства государственная власть так и не смогла. Однако идеи диссидентства возродились в конце 1980-х годов, когда в СССР настало время глубоких общественных и политических реформ. Так что жертвы были не напрасны…

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Гарольд Лэмб.
Сулейман Великолепный. Величайший султан Османской империи. 1520-1566

Эдвард Гиббон.
Упадок и разрушение Римской империи (сокращенный вариант)

Александр Формозов.
Статьи разных лет

Кайрат Бегалин.
Мамлюки

Николай Скрицкий.
Флагманы Победы. Командующие флотами и флотилиями в годы Великой Отечественной войны 1941–1945
e-mail: historylib@yandex.ru