Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

под ред. Р. Н. Мордвинова.   Русское военно-морское искусство. Сборник статей

Генерал-майор Л. И. Сорокин. Подготовка русско-японской войны 1904-1905 гг.

Политическая обстановка накануне русско-японской войны. Причины войны. Планы и силы противников. На рубеже XIX и XX столетий империалистические государства Англия, Америка, Германия. Япония и Франция начали ожесточенную борьбу за передел рынков и сфер влияния на Тихом океане, за раздел Китая. С 1886 по 1903 г. «Одно за другим, европейские правительства так усердно принялись грабить, то-бишь «арендовать», китайские земли, что недаром поднялись толки о разделе Китая»1, - писал В. И. Ленин в статье «Китайская воина», напечатанной в газете «Искра».

В развернувшейся борьбе приняла деятельное участие и царская Россия. При этом «...царизм столкнулся с другим хищником — Японией, которая быстро превратилась в империалистическую страну и тоже стремилась к захватам на азиатском материке, в первую очередь за счет Китая. Япония, так же, как и царская Россия, стремилась забрать себе Корею и Манчжурию. Япония уже тогда мечтала о захвате Сахалина и Дальнего Востока»2.

Для экспансии на азиатском материке Японии был нужен плацдарм. Этим плацдармом могла быть Корея, занимающая выгодное положение для проникновения в Маньчжурию, которая в свою очередь должна была служить плацдармом для действии против России. Борьба за Корею началась в 70-х годах и привела в 1894 г. к войне между Японией и Китаем. Китайская армия и флот были разбиты. При заключении так называемого Симоносекского договора Япония потребовала от Китая о. Тайван (Формозу), Пескадорские острова, Ляодунский полуостров с крепостью Порт-Артур и признания «независимости» Корен. Такой исход японо-китайской войны был не в интересах русского самодержавия, которое само стремилось к захвату Кореи и Маньчжурии.

После того как Япония продиктовала Китаю условия кабального договора, царское правительство решило вмешаться во взаимоотношения сторон и не допустить Японию на азиатский материк. Для этого оно заручилось поддержкой Франции и Германии. Изменение Симоносекского договора было выгодно и Англии, но она прикинулась другом Японии, рассчитывая толкнуть ее на войну с Россией и, обессилив противников, обезопасить свои интересы от соперников на Дальнем Востоке, главным образом со стороны Японии. В апреле 1895 г. представители трех стран вручили японскому правительству ноты с требованием, чтобы оно отказалось от Ляодунского полуострова. Соотношение сил и особенно морских на Тихом океане в то время было не в пользу Японии, и она была вынуждена уступить.

Империалистическая Германия, помогая царскому правительству, преследовала цель обострить взаимоотношения между Японией и Россией и ухудшить отношения между Россией и Англией, союзницей Японии.

Немецкая дипломатия не только старалась отвлечь внимание России от ее западных границ, но и принимала меры, чтобы не допустить сближения России и Англии. Готовясь к войне, немецкие империалисты старались заблаговременно урвать кое-что на Востоке, создав там опорные пункты.

Успех царской политики, в результате которой для Китая был сохранен Ляодунский полуостров, явился не только ударом по Японии, но и шагом к сближению с Китаем. Чтобы закрепить это сближение, Россия предоставила китайскому правительству заем для уплаты контрибуции Японии.

В 1896 г. между Россией и Китаем был заключен договор об оборонительном союзе. Союзники, в случае нападения Японии на территорию одной из сторон, обязывались оказывать друг другу вооруженную поддержку. В связи с этим России было разрешено построить через Маньчжурию во Владивосток железную дорогу.

В 1897 г. Германия без консультации с Россией, как союзником Китая, захватила китайский порт Циндао. Не желая вступать в конфликт с немцами, а также имея сведения, что Англия, в противовес захвату Германией Циндао, готовится захватить Порт-Артур, царское правительство изменило свою политику по отношению к Китаю, решило предупредить англичан и самому занять Порт-Артур, принадлежавший Китаю.

В декабре 1897 г. русские военные корабли вошли на рейд Порт-Артура и остались там зимовать. В марте 1898 г. в город прибыли первые батальоны войск. После этого между правительствами Китая и России была подписана конвенция о передаче последней в аренду на 25 лет Ляодунского полуострова с портом Порт-Артур и прилегающими островами Эллиот, Блонд, Саншангао, Роунд, Кеп, Мурчисон и др. На Золотой горе, вблизи города, был поднят русский флаг. Порт-Артур стал военно-морской базой русской Тихоокеанской эскадры.

На занятие Россией Порт-Артура Англия ответила захватом китайского порта Вэй хай вэй, расположенного на северном побережье Шандунга.

Захватническая политика империалистических государств вызвала в Китае в 1900 г. широкое народное восстание, названное «боксерским», которое было жестоко подавлено хорошо вооруженными регулярными войсками экспедиционного корпуса интервентов. Войска Англии, Японии, Америки, Германии, Франции и России заняли Пекин. Русские войска оккупировали Маньчжурию. На Китай была наложена контрибуция в полтора миллиарда рублей.

Против оккупации Маньчжурии особенно активно выступила Япония. Ее поддерживали Англия и США. Японское правительство обратилось к Англии с предложением о заключении союзного договора против России. На это предложение Англия ответила нерешительно, и тогда японцы предприняли дипломатический маневр. Они послали своего представителя в Россию для переговоров о русско-японском соглашении. Как только в Петербурге начались переговоры, Англия, не желая союза России и Японии, поторопилась заключить договор с Японией. Англия рассчитывала этим актом отвлечь Россию от наступательной политики в Средней Азии, на подступах к Индии, отвлечь Японию от агрессии на юге, в частности от Малайского архипелага и Австралии, а также столкнуть Россию и Японию, война между которыми неизбежно укрепила бы позиции Англии на Дальнем Востоке, в частности в Китае. Англо-японский договор был подписан в 1902 г. Стороны признавали право друг друга вмешиваться в дела Кореи и Китая; обязывались соблюдать нейтралитет, если одна из договаривающихся сторон будет в состоянии войны из-за Кореи или Китая с какой-либо третьей державой и, наконец, в случае войны одного из союзников с несколькими державами другая сторона обязывалась оказать союзнику помощь вооруженными силами.

В разжигании войны между Россией и Японией не остались в стороне и США, которые также боялись, как бы Япония вслед за Формозой не вздумала прибрать к своим рукам Филиппины. США предоставили Японии специальный заем на военные расходы в 500 миллионов рублей. Это была огромная сумма, если учесть, что затраты Японии на строительство военно-морского флота с 1897 по 1904 г. составили около 200 миллионов рублей.

Таким образом, заключив союз с Англией и получив заем в Америке, Япония могла воевать с Россией, будучи уверена, что последней никто не окажет помощи из-за боязни обострения отношений с Англией и Америкой. В этой обстановке японское правительство предложило царскому правительству признать протекторат Японии над Кореей, взамен чего оно обещало признать свободу действий русских по охране железных дорог, принадлежавших России в Маньчжурии. Предложение было отклонено.

В Петербурге между тем активизировала свою деятельность придворная группа ярых сторонников экспансии на Дальнем Востоке во главе с членом особого Комитета по делам Дальнего Востока Безобразовым. В группу входили адмирал Алексеев — наместник царя на Дальнем Востоке3, Плеве — министр внутренних дел и некоторые представители царской фамилии. Осуществляя интересы реакционных слоев помещиков и военщины, эта группа требовала немедленных и решительных действий; с ней было связано так называемое «Русское лесопромышленное товарищество» с лесными концессиями на реке Ялу, акции которых имел сам царь. Вторая группа, стоявшая также за колониальные приобретения, — министр финансов Витте, военный министр Куропаткин, министр иностранных дел Ламздорф, — стремилась завоевать новые колонии экономическим путем.

В мае 1903 г. Витте и Ламздорф были отстранены царем от участия в делах Дальнего Востока, впал в немилость и Куропаткин. Главную роль в дальневосточных вопросах стал играть Безобразов. Наступил период так называемого «нового курса», суть которого заключалась в захвате всей Маньчжурии, в развитии концессий в пограничных районах с Кореей, главным образом на реке Ялу, а затем проникновение в собственно Корею и ее подчинение. Военно-феодальный империализм не мог развиваться иначе.

Накануне русско-японской войны царская Россия вступила на путь империализма, но в экономическом отношении по сравнению с главными капиталистическими государствами она была отсталой страной. Хотя промышленность в стране неуклонно развивалась (за годы с 1890 по 1900 было построено свыше 20 тысяч верст железных дорог, в связи с чем росла металлургия и добыча топлива), тем не менее производство стали, выплавка чугуна, добыча железной руды и угля, особенно на душу населения, оставались крайне низкими.

Несмотря, однако, на экономическую отсталость, господствующее положение в промышленности России занимали мощные монополии, как «Продамет», «Продуголь» и др.; вырос удельный вес банков, увеличился с 1890 по 1905 г. в три раза акционерный капитал, составив 2,5 миллиарда рублей, из которых 850 миллионов принадлежали иностранцам.4

Рабочий класс России всё больше и больше страдал от капиталистического рабства, получая за каторжный труд нищенскую заработную плату, а в политическом отношении был бесправен. Особенно ухудшилось положение рабочего класса в 1901—1903 гг. в связи с тяжелым и затяжным экономическим кризисом. В эти годы в стране закрылось до 3000 предприятий, свыше 100 тысяч рабочих были выброшены на улицу, увеличив и без того громадную армию безработных, сократилась заработная плата, усилилась эксплуатация и т. д. Рабочий класс поднимался на борьбу с царизмом. Знаменитая «Обуховская оборона» в 1901 г. и массовые политические стачки пролетариата в 1902—1903 гг. были предвестниками надвигавшейся революционной бури. «Пролетариат впервые противопоставляет себя, как класс, всем остальным классам и царскому правительству». Он вышел на улицу и демонстрировал под лозунгом «Долой царское самодержавие».

Крестьянство страны (5/6 всего населения) беспощадно эксплуатировалось помещиками и кулаками, разорялось и увеличивало число безработных в городах. В 1903 г. в России насчитывалось около 10 миллионов крестьянских дворов, из них треть безлошадных. 30 тысяч помещиков владели 70 миллионами десятин земли, столько же имели и 10 миллионов крестьян, но из них в свою очередь полтора миллиона кулаков владели половиной всех крестьянских посевов.

Под влиянием рабочего движения на борьбу выступило и крестьянство; только за 1902 г. в деревне отмечено до 340 выступлений против помещиков и самодержавия.

Страной правили реакционные помещики. Крупная буржуазия, искавшая новых рынков, сильно влияла на внешнюю политику царизма.

По определению В. И. Ленина, царская Россия являла собой «...страну наиболее отставшую в экономическом отношении... в которой новейше-капиталистический империализм оплетен, так сказать, особенно густой сетью отношений докапиталистических»5.

Характеризуя царскую Россию, товарищ Сталин писал, что она «...была очагом всякого рода гнёта — и капиталистического и колониального, и военного, — взятого в его наиболее бесчеловечной и варварской форме. Кому не известно, что в России всесилие капитала сливалось с деспотизмом царизма, агрессивность русского национализма — с палачеством царизма в отношении нерусских народов... Ленин был прав, говоря, что царизм есть «военно-феодальный империализм». Царизм был средоточием наиболее отрицательных сторон империализма, возведённых в квадрат»6. Характерной особенностью «военно-феодального империализма» царской России являлось засилие в стране иностранного капитала. Русский народ нещадно эксплуатировался.

Алексеевы и Везобразовы, Куропаткины и Витте, преследуя одни цели, но применяя разные методы к их достижению, одинаково толкали Россию на войну с Японией. Эта война, по определению Ленина, была выгодна «...кучке капиталистов-тузов, которые ведут торговые дела с Китаем, кучке фабрикантов, производящих товары на азиатский рынок, кучке подрядчиков, наживающих теперь бешеные деньги на срочных военных заказах... Такая политика выгодна кучке дворян, занимающих высокие места на гражданской и военной службе… Интересам этой кучки капиталистов и чиновных пройдох наше правительство, не колеблясь, приносит в жертву интересы всего народа»7.

Николай II, решаясь на войну, рассчитывал, что она поможет ему укрепить политическое положение внутри страны, предотвратив надвигавшийся революционный взрыв; при помощи войны он предполагал задушить неизбежную революцию, которая для царизма была опаснее и грознее внешнего врага. Однако политические планы и замыслы царизма далеко опережали его готовность к войне. Необходимо было еще несколько лет для того, чтобы решить важные стратегические задачи, достроить крепости Порт-Артур и Владивосток, усилить новыми броненосными кораблями Тихоокеанский флот, окончить строительство железнодорожных магистралей Петербург — Владивосток и Порт-Артур — Харбин и увеличить их пропускную способность.

Teм временем Япония энергично готовилась к войне, рассчитывая разрешить противоречия с Россией силой оружия. В середине июля 1903 г. из порта Сасэбо в Корею были высланы миноносцы для изучения вод у корейского побережья; на флоте были прекращены отпуска личному составу; непрерывно проводились маневры флота, боевые стрельбы и смотры.

В августе 1903 г. возобновились переговоры между Россией и Японией. На этот раз японское правительство, кроме протектората над Кореей, потребовало новых уступок, способствовавших проникновению Японии в Южную Маньчжурию. Протекторат над Кореей царское правительство с некоторыми оговорками готово было признать, но взамен этого оно потребовало полного отказа Японии от притязаний на Маньчжурию.

23 декабря японское правительство в ультимативной форме выявило новые предложения относительно своих прав на Южную Маньчжурию... Но ультиматумом дело не ограничилось. Русский морской агент в Японии доносил в Петербург, что из Токио в Удзино подвозится большое количество боевых припасов, а три пароходные компании получили приказание готовить транспорты для военных нужд, что в морской академии, артиллерийской, минной и механической школах прекращены занятия, в стране призваны резервисты и, наконец, прекращены все пароходные рейсы в Австралию и Америку; две-три пехотные бригады готовятся к отправке в Корею.

Царское правительство, не готовое еще к войне, выразило желание пойти на уступки, признав интересы Японии в Маньчжурии в той мере, в какой их имели Англия, Франция и Германия. Японцы, провоцируя воину, на это не согласились.

По всей Японии и особенно в столице Токио националистически настроенные элементы выступали за немедленную войну с Россией.

Царское правительство затягивало переговоры, оно надеялось, что в ближайшее время Япония не выступит с вооруженной силой. Но Япония, имевшая налаженную разведывательную службу в России и хорошо осведомленная о ее неподготовленности к войне, в ночь на 27 января 1904 г. внезапно начала военные действия.

* * *


На капиталистический путь развития Япония вступила после буржуазной революции Мейдзи в 1868 г. Но в стране не произошло коренных изменений в экономике и расстановке классовых сил, феодальные порядки не были до конца уничтожены, революция оказалась половинчатой. Капитализм расправился с наиболее реакционными феодалами, оставив среднюю прослойку их, особенно в деревне, нетронутой. Ту часть феодалов, которая еще до революции переплелась с торгово-промышленным капиталом, он привлек к активному политическому и экономическому сотрудничеству.

В послереволюционные годы в Японии широко развернулось строительство фабрик и железных дорог; возникли новые районы главным образом обрабатывающей промышленности; начали быстро развиваться внешняя торговля, производство разного типа машин.

Но Япония была бедна стратегическим сырьем. Так, в 1896 г. в стране добывалось нефти всего 31 тысяча тонн, чугуна выплавлялось 26 тысяч тонн, а стали только 1 тысяча тонн. По сравнению с другими капиталистическими странами Япония стояла на самом последнем месте и длительную войну вести не могла.

Если развитие капитализма в японской промышленности и торговле по темпам было все же значительным, то в сельском хозяйстве оставались прежние феодальные отношения и чрезвычайно низкий уровень развития. Миллионы крестьян трудились на маленьких клочках земли, находясь в полной зависимости от феодалов, владевших землей: применение машин в сельском хозяйстве было ничтожным.

Финансовый капитал не получил в стране достаточного развития, и буржуазия была вынуждена делить свою власть с феодалами, на которых она опиралась, как на военную касту, необходимую при проведении захватнической внешней политики. Особенно реакционную роль играли крупные феодалы и так называемые самураи8, последние занимали господствуюшее положение в армии и государственном аппарате. Японская буржуазия, феодалы и придворная аристократия с течением времени образовали единую военно-феодальную клику с едиными целями экспансии на азиатский материк. В. И. Ленин писал: «В Японии и России монополия военной силы, необъятной территории или особого удобства грабить инородцев, Китай и пр. отчасти восполняет, отчасти заменяет монополию современного, новейшего финансового капитала»9.

Таким образом, Япония к концу XIX века превратилась в реахционное военно-феодальное империалистическое государство, основанием которого был союз торгово-промышленного капитала и феодального помещичьего землевладения.

В результате вмешательства России, Германии и Франции после японо-китайской войны 1894—1895 гг. Японии не удалось захватить Ляодунский полуостров и таким образом закрепиться на азиатском материке. Японские империалисты временно отступили, но не сложили оружия. Россия была объявлена национальным врагом Японии. В стране началась усиленная подготовка к войне. При этом уделялось особое внимание созданию мощного военно-морского флота; предполагалось, что исход войны будет зависеть от того, чьему флоту удастся завоевать господство в водах Дальнего Востока.

Без завоевания господства на море японцам нельзя было перебросить массовые армии в Корею или Маньчжурию и снабжать их всем необходимым, следовательно, нельзя было вести войну.

На строительство флота японское правительство ассигновало свыше 200 миллионов иен, при этом предусматривалось строительство главным образом броненосцев и крейсеров. Контрибуция, полученная с Китая, в основном расходовалась на флот, в стране был введен специальный морской налог.

Но Япония не только строила сильный флот, она создавала и многочисленную кадровую армию для вторжения на материк. Велось усиленное строительство укрепленных районов и баз для флота в Токио. Курэ, Сасэбо, Майдзуру и других портах, заготовлялось в массовом количестве вооружение и боевые припасы. Особенно много боеприпасов было получено из Германии. Только один Крупп поставил «продукции» на 70 миллионов марок.

Всего на армию и флот за семь лет — с 1896 по 1903 г.— было израсходовано 773 миллиона иен.

Японцы не жалели денег и на изучение сил и средств своего вероятного противника. Русские портовые города на Дальнем Востоке были наполнены японскими «прачками», «парикмахерами», которые занимались шпионажем. Сотии японских офицеров изучали маньчжурский театр. Японцы сумейнавербовать шпионов и в европейской России: их агентами были поп Гапон и известный эсер-провокатор Азеф.

К началу войны главные военно-морские силы Японии были сосредоточены в порту Сасэбо. Флот был объединен в одно целое под названием «Соединенного японского флота»10. «Соединенный флот» состоял из трех эскадр: в первые две входили боевые корабли первой линии, третья эскадра состояла из вспомогательных кораблей и резерва. Эскадры в свою очередь делились на боевые отряды.

Корабли главных сил японского флота (первая и вторая эскадры) отличались однотипностью, имели по сравнению с кораблями Тихоокеанской русской эскадры хороший эскадренный ход и новейшее вооружение. Все шесть броненосцев, четыре броненосных крейсера и шесть легких крейсеров были построены на судостроительных заводах Англии11. В тактическом отношении флот был подготовлен значительно слабее, хотя многие корабли находились в плавании круглый год. Офицерский состав получил боевой опыт во время японо-китайской воины. Флот был обеспечен вполне оборудованными базами на юге страны вблизи района предполагаемых боевых действий (Сасэбо, Курэ, Фукуока и др.).

Усиленная подготовка Японии к войне не могла пройти не замеченной для русского правительства. В связи с этим еще в ноябре 1895 г. в Петербурге было созвано особое совещание, которое пришло к следующим выводам:

«1. Япония подгоняет окончание своей судостроительной программы к году окончания постройки Сибирского пути, что указывает на возможность вооруженного столкновения в 1903—1906 гг.

2. Возрастающий интерес Японии к Корее ясно говорит за то, что в будущих столкновениях Япония всеми силами будет стараться перебросить на материк свою армию, а потому, в случае войны, флоту будет принадлежать первенствующая роль на театре военных действий.

3. Япония отлично понимает значение флота и не остановится и впредь на усилении его, если со стороны России не будет категорически указано, что она не остановится ни перед какими жертвами, чтобы обеспечить себя от посягательства со стороны моря.

4. России необходимо теперь же, не упуская момента, выработать программу судостроения для Дальнего Востока, с таким расчетом, чтобы к окончанию судостроительной программы Японией, наш флот на Дальнем Востоке превышал значительно японский»12.

Анализ обстановки был сделан верно и вытекающие задачи поставлены правильно. Совещание приняло важные решения, но на деле они не были реализованы. Царское правительство, разработав судостроительную программу для Дальнего Востока, допустило грубую ошибку: оно намечало выполнение программы на 1905 г. Для строительства были отпущены средства, но постройка кораблей велась медленно, бессистемно, строились разнотипные броненосцы, корабли с недостаточным ходом, безброиные крейсера, проектирование новых типов тянулось годами.

За 1895—1900 гг. японцы в основном выполнили свою кораблестроительную программу и ввели в строй те броненосцы и крейсера, которые приняли участие в войне 1904—1905 гг.

За последующие предвоенные годы японцы имели возможность подготовить свой флот к решению боевых задач на море.

* * *


Иначе обстояло в России...

Царское правительство опоздало со строительством новых современных кораблей флота и впоследствии было вынуждено только что вступившие в строи корабли вводить в бой (2-я Тихоокеанская эскадра) без должной боевой подготовки. Следует особо отметить, что роль флота в последние годы перед войной некоторыми государственными деятелями царской России явно недооценивалась. Противником усиления военно-морского флота был даже военный министр Куропаткин, который в 1900 г. в докладе царю писал: «Уроки истории учили нас итти по тому же пути, по которому шли наши предки, и главную силу России видеть в ее сухопутной армии, расходуя на нее большую часть сумм из уделяемых нашею родиной на военные нужды»13.

Безусловно верно, что России, особенно в предвидении войны с Германией и Австрией, была нужна прежде всего современная сухопутная армия, но столь же верно и то, что в начале XX века ей нужен был и мощный флот, в частности, на Дальнем Востоке. Но военный министр, как только речь заходила об отпуске средств для усиления флота, принимал все меры, чтобы провалить ассигнования.

Исключительно из-за недооценки обстановки, под предлогом недостатка средств, Тихоокеанский флот не проводил больших маневров, больше того, флот в последние годы перед войной находился в плавании не более 4—5 месяцев в году, остальное время корабли стояли в базах, в так называемом «вооруженном резерве».

Не было проведено ни одного совместного учения флота с крепостной артиллерией. Немудрено, что впоследствии, во время войны, командиры миноносцев, возвращаясь в базу с операций, боялись, как бы их артиллеристы крепости не приняли за японцев и не обстреляли. Мало плавали, мало стреляли, не учились маневрировать и т. д. Тактическая подготовка большинства офицеров Тихоокеанской эскадры перед войной стояла на низком уровне, — это подтвердила потом война.

Война застигла эскадру не подготовленной к боевым действиям... Мобилизационный план, а также н стратегическое развертывание не были выполнены. Наоборот, незадолго до войны, в 1902 г.. с Тихого океана ушли на ремонт в балтийские порты три броненосца и четыре крейсера, так как ни во Владивостоке, ни в Порт-Артуре не было доков и соответственно оборудованных мастерских.

Главные силы эскадры — броненосцы «Петропавловск», «Полтава», «Севастополь», «Пересвет», «Победа», «Ретвизан» и «Цесаревич»; броненосный крейсер «Баян»; легкие крейсера «Новик», «Аскольд», «Боярин», «Диана» и «Паллада»; канонерские лодки и 24 эскадренных миноносца базировались на Порт-Артур. Броненосные крейсера «Россия». «Громобой» и «Рюрик»; легкий крейсер «Богатырь» и десять миноносцев базировались на Владивосток. Крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец» находились в корейском порту Чемульпо, канонерская лодка «Сивуч» — в Инкоу и «Манджур» — в Шанхае.

Военно-морской флот царской России количественно был весьма внушителен. К 1904 г. он насчитывал в строю 25 броненосцев, 19 крейсеров 1 ранга, 7 крейсеров 2 ранга, 9 минных крейсеров, 17 мореходных канонерских лодок, 3 броненосца береговой обороны, 63 эскадренных миноносца и 88 миноносцев. Но при всем этом морские силы, сосредоточенные на Дальнем Востоке, уступали японскому флоту.

Причины этого следует искать и недооценке японского флота боязни оставить Балтийское море без достаточно боеспособной силы хотя бы для прикрытия Петербурга от возможной агрессии немцев, а также в невозможности из-за противодействия Англии и Турции вынести сильную броненосную эскадру Черного моря через Дарданеллы. При этом следует отмстить, что в составе флота находилось и очень много старых кораблей постройки 80—90-х годов, которые не имели боевого значения.

Русский флот на Тихом океане, исключая броненосцы, в количественном и качественном отношении незначительно уступал японскому. Он состоял из семи эскадренных броненосцев и четырех броненосных крейсеров, японский — из шести эскадренных броненосцев и восьми броненосных крейсеров. Семь русских броненосцев принадлежали к четырем разным типам. Броненосцы противника были в основном однотипные, кроме того, они имели большую скорость, но по артиллерии (по общему количеству орудий главного калибра) их можно было считать слабее.

Главное преимущество японского флота заключалось в броненосных крейсерах, которые имели одно 10-дюймовое, тридцать 8-дюймовых и сто шесть 6-дюймовых орудий против четырнадцати 8-дюймовых и пятидесяти шести 6-дюймовых орудий на русских кораблях этого типа. Еще хуже было с бронированием: из четырех русских крейсеров по существу броненосными могли считаться только «Россия» и «Рюрик», но и они не имели полной броневой защиты по ватерлинии, и ни одно их палубное орудие не защищалось броней; артиллерийские расчеты были не прикрыты даже от шрапнельного огня.

Порт-артурская эскадра не являлась подготовленным к войне боевым организмом. Броненосцы «Ретвизан» и «Победа», крейсера «Диана», «Паллада» и «Боярин» пришли на Дальний Восток во второй половине 1903 г., а другие корабли прибыли туда еще позднее. За такой короткий срок пребывания в Порт-Артуре эта корабли не могли быть подготовлены для совместных действий в составе эскадры.

Русский флот был рассредоточен на театре, что отразилось на его боевой мощи: против четырнадцати броненосных японских кораблей на порт-артурском направлении у русских было всего восемь.

Флот находился в крайне невыгодных условиях базирования. Россия имела на Дальнем Востоке всего два порта — Порт-Артур и Владивосток, расстояние между которыми по морю было примерно 1800 километров; чтобы перейти из одного порта в другой, нужно было пройти мимо японского флота, контролировавшего Цусимский пролив. С началом войны сообщения между русскими базами могли быть быстро прерваны.

Протяжение сухопутных путей сообщения между Порт-Артуром и Владивостоком равнялось 1600 километрам (по железной дороге); при этом одноколейная дорога, плохо охраняемая, проложенная на чужой (арендованной) территории, не могла служить надежным средством сообщения во время войны.

Сибирская железная дорога на Забайкальском участке и Восточно-Китайская дорога могли в начале войны пропускать только по три маломощных поезда в сутки.

Японский флот находился в несравненно лучших условиях базирования, чем русский. Он опирался на хорошо укрепленные и оборудованные порты, расположенные на главных направлениях, предполагаемых по плану войны. Порты были надежно связаны между собой каботажным плаванием и на суше железными дорогами.

Рис. 15. Оборонительные сооружения Порт-Артура
Рис. 15. Оборонительные сооружения Порт-Артура

Нo самым важным стратегическим преимуществом для Японии было владение ею Цусимским проливом, соединяющим Желтое и Японское моря. Япония хорошо подготовила морской театр для ведения наступательных операций. Использовав географические преимущества, она оборудовала на берегах Японского моря и Цусимского пролива первоклассные военные базы Нагасаки, Сасэбо, Модзи, Симоносэки.

Главные силы русского Тихоокеанского флота базировались на Порт-Артур, который, как приморская крепость, занимал чрезвычайно выгодное стратегическое положение на Желтом море. Из Порт-Артура русский флот мог постоянно держать под ударами Корейский и Печилийский заливы, т. е. важнейшие операционные линии японских армий в случае их переброски в Маньчжурию. Но, занимая выгодное положение на театре, Порт-Артур как база для военно-морского флота был плохо оборудован: внутренняя гавань для стоянки кораблей была тесна и мелководна и имела всего один выход, причем очень узкий и мелкий. Большие корабли могли выходить и возвращаться в гавань только во время прилива, и то при помощи буксиров. Внешний рейд, совершенно открытый, был опасен для стоянки кораблей. Кроме того, Порт-Артур не был достаточно защищен с суши и с моря, чтобы явиться надежной защитой флоту. Наконец, крепость — база флота — не имела соответствующего оборудования для ремонта кораблей и материального обеспечения флота...

Смета на строительство военно-морского порта была представлена царю еще в 1899 году. Работы начались в 1901 году. Но к началу воины Порт-Артур не имел доков для больших кораблей, рейд углублен не был, постройка молов для внешнего рейда не была даже начата.

Проект строительства крепостных укреплений был утвержден в 1900 г. Но сооружение морской базы и крепости продвигалось чрезвычайно медленно. К февралю 1901 г. на приморском фронте было возведено всего 9 батареи долговременного типа и 12 временных. Еще хуже шло строительство на сухопутном фронте; там были окончены только один форт, три временных укрепления, три литерные батареи и находились в процессе постройки три форта, одно укрепление и одна литерная батарея; строительство остальных объектов не было даже начато.

К началу воины крепость имела на вооружении готовых к действию всего 116 орудий, в большинстве своем устаревших образцов, из них на морском направлении — 108 и на сухопутном только восемь. Сухопутный гарнизон крепости состоял из 12 100 солдат и офицеров, не считая моряков квантунского флотского экипажа. Как видно из сказанного, Порт-Артур не представлял собой неприступной крепости, способной выдержать удар серьезного противника, и не мог обеспечить флоту безопасное базирование.

Русская сухопутная армия, как и флот с его базой Порт-Артур, оказалась мало подготовленной к войне.

Количество сухопутных сил на Дальнем Востоке накануне войны ни в какой степени не отвечало политической обстановке. В Маньчжурии, Приамурье и в Восточной Сибири, на тысячеверстных пространствах Дальнего Востока насчитывалось всего до 120 батальонов пехоты. 95 сотен кавалерии, около 280 орудий полевой артиллерии и восемь пулеметов. На предполагаемом театре войны находилось 72 батальона, 42 сотни, до 200 орудий, а собственно в районе сосредоточения армии — всего семь с половиной батальонов, четыре сотни и 22 орудия.

По плану войны главные силы войск — до 65 тысяч при 160 орудиях — предполагалось сосредоточить в Южной Маньчжурии в районе Ляоян-Хайчен. Треть этих сил должна была быть выдвинута к реке Ялу для прикрытия со стороны Кореи. Гарнизон Порт-Артура планировался 12 батальонов пехоты, крепостной артиллерии и одной роты саперов. Для охраны Коантуна выделялся один полк, одна сотня и одна батарея из шести орудий.

Запасных войск подготовлено к формированию было слишком мало. Армия не имела горной артиллерии, нолевых мортир нового типа, пулеметов. мин, запасов проволоки, шанцевого инструмента и пр. Маньчжурия вовсе не была подготовлена как театр военных действии. Командный состав был неудовлетворителен. Армия не имела достаточной тактической подготовки.

Совершенно иное докладывал Куропаткин царю в августе 1903 г., после своей поездки в Японию и инспектирования войск на Дальнем Востоке. Он писал: «Мы можем быть вполне спокойны за участь Приамурского края, мы ныне можем быть спокойны за судьбу Порт-Артура14.

Военный министр осматривал укрепления Порт-Артура в течение четырех дней и не мог не видеть истинного состояния крепости, но, верный своим взглядам — приостановить расходы на оборону Дальнего Востока, он доложил царю неправду... Военный министр явно переоценивал силы и возможности русских вооруженных сил на Дальнем Востоке и недооценивал возможности противника.

Следовательно, представляя в розовых красках обороноспособного. Дальнего Востока и готовность армии и флота к войне с Японией. Куропаткин объективно толкал царя на скорейшее развязывание военных действий, ускорил сроки вооруженного конфликта.

* * *


Содержание японских планов войны до сих пор неизвестно. Если судить по исполнению, то, предположительно, план боевых действий противника состоял из следующих основных этапов.

1. Главная задача — завоевание господства на море и захват инициативы. Это достигается ослаблением русского флота путем внезапного нападения на Порт-Артурскую эскадру и уничтожением русских стационеров в Корее и Китае.
2. Высадка одной армии на западном берегу Кореи после завоевания господства на море и трех армий на Ляодунском полуострове при осуществлении блокады Порт-Артура с моря и суши.
3. Взятие Порт-Артура и сосредоточение всех армий в районе Ляояна с задачей разгрома русской группировки войск и в дальнейшем захват всей Маньчжурии и уничтожение русских корпусов по частям по мере подхода их из центральной России на театр войны.

Японцы перед войной имели четыре специально подготовленные армии. Из них 1-я в составе 60 000 штыков по плану войны высаживалась в Корее, с задачей оттеснить русские войска от реки Ялу и занять позиции в районе Фынхуанчена, угрожая коммуникациям Ляоян — Порт-Артур и обеспечивая высадку остальных трех армий на Ляодунский полуостров.

Руководство боевыми действиями армий и флота осуществлялось императорской главной квартирой в Токио.

В генеральном штабе царской России общего плана ведения войны с Японией разработано не было, не имело его и морское министерство.

План военных действий морских сил в Тихом океане на 1903 г. был составлен в штабе наместника. Предполагаемые действия противника были сформулированы так: главнейшая задача японцев будет состоять и том, чтобы занять Корею, не дать России окончательно утвердиться в Маньчжурии, произвести демонстративные десантные действия близ Приамурской области и на Квантунском полуострове и, если они будут удачны, захватить эти области. Для выполнения этого японцы будут стремиться завоевать господство в Желтом море и Цусимском проливе, чтобы без помех перебросить с островов на материк свои армии. Выводы в плане были следующие: «Главными задачами наших морских сил на Дальнем Востоке должны быть: 1) необходимость остаться обладателем Желтого моря и Корейского залива, опираясь на Артур; 2) не допустить высадки японской армии на западном берегу Кореи и 3) отвлечь часть японских морских сил от главного театра военных действий и предупредить второстепенными морскими операциями из Владивостока попытку высадки близ Приамурья»15.

Далее указывалось, что главная цель всех оперативных планов: «...как можно дольше сохранить свои морские силы и никоим образом ни рискованные предприятия»16. Этот план, имевший явно выраженную оборонительную тенденцию и никак не увязанный с планом сухопутных войск на Дальнем Востоке, был утвержден в начале мая 1903 г. В дальнейшем он исправлялся и дополнялся в деталях, но основные идеи остались без изменения до начала войны.

В декабре 1903 г. в Порт-Артур из Балтики пришли броненосец «Цесаревич» и крейсер «Баян». В связи с этим главнокомандующий вооруженными силами адмирал Алексеев созвал совещание, на котором обсуждались вопросы изменения плана боевых действий в сторону активизации флота, перебазирования па Порт-Артур владивостокских крейсеров и улучшения наблюдения за флотом противника у его берегов. После обмена мнениями было решено: плана не менять, владивостокских крейсеров не отзывать, к берегам Японии наступать в том случае, если в Порт-Артур прибудут корабли отряда адмирала Вирениуса, находившегося в Средиземном море.

План боевых действий па суше начал разрабатываться с 1895 г. в штабе командующего Приамурским военным округом и позднее в штабе командующего сухопутными войсками Квантунскон области. В 1901 г. план был утвержден царем, но в связи с изменявшейся обстановкой он постоянно корректировался. Последний его вариант был разработан в 1903 г.

Основные положения этого плана войны сводились к следующему: русский флот не сможет помешать высадке японского десанта, высадка противника произойдет, вероятно, в Инкоу (Южная Маньчжурия), численность десанта достигнет 122 тысяч штыков при 567 орудиях; после этого японцы выделят часть сил (корпус) против русских войск в направлении Лявяна и, обеспечив таким образом прикрытие, всеми остальными силами обрушатся на Порт-Артур. В этом случае предполагалось, что русские войска в Маньчжурии будут обороняться и только через шесть месяцев, когда будет сосредоточено достаточное количество корпусов перейдут в наступление, вытеснят противника из Маньчжурии освободят Порт-Артур, который должен продержаться до этого времени, и, наконец, сбросят врага в море. В плане не было ни одного слова о взаимодействии армии с флотом. Выходило, что вначале флот борется за господство на море, а потом при любом исходе этой борьбы в бой вступают сухопутные силы. Война показала, что план был верен только в том, что русский флот не смог оказать противодействия японскому десанту, в остальном он не подтвердился. План был составлен без учета сил противника, особенно не была учтена его боевая готовность; место высадки японской армии было предположено ошибочно.

План ведения войны, разработанный генералом Куропаткиным в феврале 1904 г., был не лучше. Он имел те же коренные ошибки, которые были присущи планам, составленным ранее. Куропаткин писал:

«План кампании должен быть очень простой:

1) Борьба флотов за главенство на море.
2) Десант со стороны японцев и противодействие ему.
3) Оборонительные действия с широким развитием партизанских действий до сбора достаточных сил.
4) Переход в наступление.
а) Вытеснение японцев из Маньчжурии.
б) Вытеснение японцев из Кореи.
5) Десант в Японию. Разбитие территориальных японских войск. Борьба с народным восстанием17.

Действительность показала несерьезность этого скороспелого плана, составленного без учета реальных сил. Стоило русскому флоту потерять «главенство» на море, как все последующие расчеты Куропаткина оказались несостоятельными. Отсутствие в плане взаимодействия армии и флота вызвало непоправимые стратегические ошибки и оказало влияние на исход войны.

Таким образом, Россия и Япония, начав готовиться к войне по существу одновременно, пришли к ее началу далеко не в одинаковой степени подготовленными.

Япония за сравнительно короткий срок построила современный военно-морской флот, боевая подготовка которого в течение ряда лет была подчинена задачам будущей войны с русским Тихоокеанским флотом. Японский флот подготовил полноценные кадры и был обеспечен вполне оборудованными военно-морскими базами на театре. Япония подготовила современную, хорошо вооруженную экспедиционную армию для войны на азиатском материке.

Царская Россия, можно сказать, оказалась изолированной и осталась без союзников перед японцами, в основном вооруженными Англией, обученными по германским уставам германскими инструкторами и снабженными миллионами американских долларов.

Это и понятно, ибо в начале XX века перед первой мировой империалистической войной царизм не имел былого веса в международных Делах, являясь данником и цепным псом империалистов Европы. По этому вопросу товарищ Сталин в письме членам Политбюро ЦК от 19 июля 1934 г. в связи с оценкой статьи Энгельса «Внешняя политика русского царизма» писал: «Дело в том, что со времени Крымского поражения России (пятидесятые годы прошлого столетия) самостоятельная роль царизма в области внешней политики Европы стала значительно падать, а к моменту перед мировой империалистической войной царская Россия играла в сущности роль вспомогательного резерва для главных Держав Европы»18.

Англия и США, чтобы не дать возможности России усилиться на Дальнем Востоке, приняли эффективные меры, противопоставив ей японскую армию и флот. За время войны Англия и США предоставили Японии пять займов на общую сумму свыше миллиарда иен, что покрыло примерно 50% всех расходов Японии на ведение войны. Кроме того, союзники Японии позаботились и о том, чтобы царская Россия но могла получить помощь от других стран. Так, с началом войны президент США Теодор Рузвельт предупредил правительства Франции и Германии, что если они окажут какую-либо помощь России, то Америка выступит на стороне Японии. Отсталый в военном и экономическом отношении царизм оказался перед лицом новейшей техники, особенно на море, перед лицом финансовой мощи монополистического капитала.

Но оказывая политическую, военную и финансовую помощь Японии, Англия и США вели двуличную политику по отношению к Японии и России, стремясь всячески ослабить обоих своих конкурентов на Дальнем Востоке, с тем чтобы самим хозяйничать на Тихом океане и в Китае...

Царская Россия явно просчиталась в сроках, ее судостроительные программы не были закончены к началу войны, Тихоокеанский флот оказался слабее японского. Он не был подготовлен для военных действий против японского флота, личный состав был плохо обучен. Базирование флота оказалось явно неудовлетворительным. Еще меньше оказалась подготовленной к войне армия на Дальнем Востоке, не был оборудован и сухопутный театр войны, в особенности Ляодунский полуостров с крепостью Порт-Артур.

Ввиду общей экономической отсталости страны, подавляющее число недостатков не могло быть устранено и в течение войны. В этом отношении характерно заявление Куропаткина, относящееся к вооружению маньчжурской армии. Он писал, что в 1904 г. военным министерством было заказано пулеметов вьючных 246, получено 16; пулеметов на лафетах 411, изготовлено 56; фугасных мелинитовых снарядов 25600, не сдано ни одного; фугасных бомб для 6-дюймовых мортир 18 000, не изготовлено ни одной; скорострельных гаубиц 48, не сдано ни одной и. наконец, из 240 заказанных горных орудий армия получила только 11219.

Военное дело в царской России (организация вооруженных сил, вооружение, боевая подготовка и т. д.) было крайне отсталым. Такова же была и военная доктрина.

Но если среди руководителей царской армии и флота не было единых взглядов на ведение войны, то это еще не значило, что в среде прогрессивной части офицерского корпуса были совершенно утрачены, забыты основные принципы русскою военного искусства. Конечно, нет.
Пример этому — генерал-майор Кондратенко и вице-адмирал Макаров, которые своим военным мастерством были обязаны Суворову, Кутузову и Ушакову. Макаров, Кондратенко и другие были носителями лучших идей военного искусства прошлого нашей страны, и эти идеи они успешно применяли и развивали в новой боевой обстановке.

На пути нормального развития национальной военной мысли в России стояли экономическая и политическая отсталость страны, кабальная зависимость царизма от империалистов Запада, антинародная политика господствующих классов, крепостников и крупной буржуазии. Все это порождало преклонение перед иностранщиной, забвение лучших традиций национального военного искусства, консервативные военные и военно-морские теории, проникавшие также из-за границы, и т. д.

Отдельные офицеры — носители прогрессивных, передовых взглядов на развитие военного дела, опиравшиеся в своей деятельности на богатые боевые традиции русской армии и флота, на наследство выдающихся отечественных полководцев и флотоводцев, — не могли в условиях царизма изменить реакционных, отсталых военных теорий, бессистемность боевой подготовки войск и флота, разрыва теории и практики. Кастовое офицерство в зародыше душило все новое, передовое, что противоречило «самодержавию, православию и народности». Крепостники и буржуазия держали армию в своих руках как силу, необходимую прежде всего для подавления и угнетения своего народа, и уже затем для империалистических, захватнических войн против слабых соседей. Выполняя полицейские функции в стране, армия оказалась не подготовленной к ведению современной войны с внешним противником.

И действительно, как показал опыт войны, единой военной доктрины в царской армии и флоте не было. Среди высшего офицерского состава отсутствовали единые взгляды на боевую подготовку войск и на методы ведения операций: боевая подготовка проводилась различными методами не только в разных округах и флотах, но даже и в крупных войсковых соединениях.

В армии и на флоте на высших должностях было явное засилье бездарных и тупых обрусевших немцев. Процветало низкопоклонство перед иностранщиной, особенно это зло проникло во флот; боевые традиции русского флота игнорировались; то же было и в армии, — все отечественное отвергалось, недооценивалось. Достаточно сказать, что радиоаппаратура, изобретенная А. С. Поповым за 9 лет до русско-японской войны в недрах русского флота, закупалась за границей.

Русский царизм, гнивший и разлагавшийся, оказался не способным подготовить страну и вооруженные силы к войне с более или менее серьезным противником.



1 В. И. Ленин. Соч., т. 4, стр. 348-349.
2 История ВКП(б). Краткий курс, стр. 52.
3 Дальневосточное наместничество било образовано в августе 1903 г. Наместник был подчинен специально созданному особому Комитету но делам Дальнего Востока, его председателем был Николай Романов. 
4 В. И. Ленин. Соч., т. 8, стр. 119.
5 В. И. Ленин. Соч., т. 22, стр. 246.
6 И. В. Сталин. Соч., т 6, ст. 74-75.
7 В. И. Ленин. Соч., т. 4, стр. 349-350.
8 Самураи - привилегированное сословие феодальной Японии, выражающее наиболее полиственные устремления японского имперализма.
9 В. И. Ленин. Соч., т. 23, стр. 104.
10 История русской армии и флота, т. XV. М., 1913, стр. 37 и 38.
11 Справочник «Военные флоты на 1904 год». Спб, 1904.
12 История русской армии и флота, т. XV., стр. 17.
13 А. Н. Куропаткин. Отчет ген.-ад. Куропаткина. т. IV, стр. 68, 69, 160.
14 Русско-японская война, кн. 1, стр. 53.
15 Русско-японская война, кн. 1, стр. 68.
16 История русской армии и флота, т. XV, стр. 34.
17 Русско-японская война, кн. 1, стр. 99-100.
18 «Большевик» № 9, 1941, стр. 4.
19 «Итоги войны». Отчет генерал-адъютант Куропаткина, т. IV. Варш., 1905 г.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

В. А. Зубачевский.
Исторические и теоретические основы геополитики

Сабатино Москати.
Древние семитские цивилизации

Александр Кондратов.
Погибшие цивилизации

Михаил Козырев.
Реактивная авиация Второй мировой войны

Дмитрий Зубов.
Всевидящее око фюрера. Дальняя разведка люфтваффе на Восточном фронте. 1941-1943
e-mail: historylib@yandex.ru