Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Р. В. Гордезиани.   Проблемы гомеровского эпоса

Гомеровская Троя и датировка Троянской войны

Тот факт, что сведения Гомера о существовавших в ПЭ IIIB периоде в Эгеиде объединениях и группировках вполне реальны, еще не означает, что из этого сама собой вытекает и реальность Троянской войны. Как известно, еще в XIX веке Шлиманн на Гиссарлыкском холме в северо-западной части Анатолии открыл поселение, которое по всем признакам должно было быть гомеровской Троей. В течение вековой истории раскопок Трои выяснилось, что Шлиманн ошибочно принимал II слой города, Трою II за гомеровское поселение, ибо Троя II была разрушена еще в раннебронзовую эпоху, в первой половине III тысячелетия до н. э. На основе раскопок Дёрпфельда, а затем Блегена сегодня с уверенностью можно сказать, что в III—II тысячелетиях на Гиссарлыкском холме существовало семь слоев поселений т. н. Трои, из коих пять слоев (Троя I-V) датируются раннебронзовой эпохой и, следовательно, ни один из них не может претендовать на гомеровскую Трою.1) По мнению Дёрпфельда и его сторонников, гомеровский Илион — это Троя VI.2) Это богатое и высокоразвитое поселение возникло в начале II тысячелетия и было разрушено приблизительно к 1300 г. до н. э., не вследствие военных действий, а в результате землетрясения. Этой точке зрения противоречат следующие моменты:

1) Если Троя VI — гомеровское поселение, то почему в его разрушении нет следов военных операций? Как известно, Гомер вполне определенно указывает, что Троя была разрушена ахейцами.

2) Хеттские источники не дают никаких сообщений о значительных военных действиях в этих пределах к 1300 г. до н. э. Это вызывает удивление, тем более, что хетты к этому времени пользовались большим влиянием во всей западной Анатолии, а племена, населяющие эти территории, были [191] даже союзниками хеттов в войне с Египтом к 1300 г. до н. э. В подобной ситуации, естественно, хетты не могли быть равнодушными к Троянской войне.

Блеген и большинство современных исследователей считают гомеровским поселением первый слой Трои VII или Трою VII-а.3) Этот город начинает свое существование сразу же после разрушения Трои VI, т. е. приблизительно с 1300 г. до н. э. Он продолжает традиции предшествующего поселения, однако во многом уступает ему богатством и величиной. Троя VII-а была разрушена приблизительно к середине XIII в. до н. э. в результате военных операций, то есть фактически она просуществовала лишь на протяжении жизни одного поколения людей. Правда, после этого, до окончательного разрушения города в конце XII в. до н. э. можно выделить еще два слоя — Трою VII-б1 и Трою-б2, однако это настолько бледные поселения, что вряд ли можно считать гомеровскими. Из них Троя VII-б1 все еще продолжает традиции Трои VII-а, а Троя-б2 — это уже поселение вторгшихся с севера племен. Если Трою VII-а считать гомеровской, то весьма явно несоответствие между описанным Гомером величественным городом и раскопанным Блегеном бледным поселением. Троя VII-а далеко не столь значительна и богата, каким город Приама представляла вся античная традиция. Здесь же следует отметить, что некоторые исследователи по сей день сомневаются в правильности отождествления открытого на Гиссарлыкском холме города с гомеровской Троей.4)

Исходя из сказанного, естественно, нет единодушия и в датировке Троянской войны. Как известно, разногласия по этому поводу существовали уже в античную эпоху. Античные писатели датируют Троянскую войну между 1334 и 1136 годами до н. э. В наши дни она приурочивается к гибели Трои VI или же Трои VII-a.

Нам кажется, что в разрешении и этого вопроса большую помощь могут оказать древневосточные документы. В них пока, разумеется, не удалось обнаружить прямых сведений о Троянской войне, однако сопоставительный анализ древневосточных и греческих данных, как нам представляется, может дать весьма интересные результаты.

Если допустить, что Троянская война — реальный факт, то она не могла иметь место до первой половины XIII в. до н. э. Это подтверждается изучением хеттских и египетских источников. В хеттских документах нет упоминания о [192] какой-либо крупной войне или битве, имевшей место в западной Анатолии в XIV в. до н. э. Aḫḫiyawa, упомянутая впервые в документах XIV в. до н. э. и идентичная ахейцам греческой традиции, как уже отмечалось, была все это время довольно в дружественных отношениях с хеттами. С конца XIV в. до н.э., как видно, положение несколько меняется. Как показывает т. н. «письмо Тавагалаваса», к этому времени Aḫḫiyawa начинает превращаться в значительную силу, столкновения с которой избегает и хеттская империя. Однако это же письмо убеждает нас в том, что к началу XIII в. до н. э. в западной Анатолии не имели места крупные военные действия. Как было уже сказано, в это время западноанатолийские народы являлись союзниками хеттской империи, что подтверждается списком союзников хеттов в битве с Рамзесом II при Кадеше. Среди других в списке названы: Drdny (отождествленные обычно с гомеровскими дарданцами, то есть троянцами), Ms (очевидно, Maša хеттских источников и меоны или мисийцы Гомера), Krkš (очевидно, Karakiša хеттских документов и Кария Гомера), Rk (очевидно, Lukka хеттских источников и Ликия Гомера)5) и т. д. Естественно, хетты не остались бы равнодушными к вторжению ахейцев в подвластные им районы. После Кадешской битвы в западной и юго-западной Анатолии политическая ситуация меняется. Хетты постепенно теряют здесь свое влияние, что ко времени Тудхалиаса IV приводит к созданию в этих районах мощного союза племен — Aššuwa. В этом союзе участвовали и те, которые были союзниками хеттов при Кадеше.6) Несмотря на то, что Тудхалиас IV одержал победу над Ашшувой, ему не удалось окончательно разгромить ее, так как и после поражения Ашшува фигурирует в хеттских источниках, и более того, не прекращает своих выступлений против Империи.7) Естественно допустить, что Троянская война могла произойти после образования этого союза и после похода Тудхалиаса IV против него, так как в списке Ашшувы упоминаются Taruiša и Wilušiya, идентифицируемые обычно учеными с Троей и Илионом Гомера, а они вряд ли могли фигурировать после разгрома Трои. Поэтому terminus post quem Троянской войны можно считать приблизительно 1265 г. до н. э., то есть время воцарения Тудхалиаса IV (дата похода на Ашшуву неизвестна). [193]

Приблизительно к 30-ым или 20-ым годам XIII в. до н. э. при Пер-Ире имело место столкновение между ливийцами и египетским царем Мернептахом. Среди союзников Ливии названы: 'Ikwš (вокализуемое как Акваша, Акайваша или Эквеш), Trš (Тереш или Турша), Lk (Лукку или Лукка), Šrdn (Шерден или Шардана), Škrš (Шекелеш или Шакалаша).8) Примечательно, что знакомое из Кадешского списка и списка Ашшувы название Лукка или Ликия в данном документе встречается в совершенно новом союзе. Рядом с ликийцами мы не видим народов западной Анатолии, которые, начиная со времен Рамзеса II и кончая эпохой Тудхалиаса IV, назывались обычно в одном с ликийцами союзе. По нашему мнению, данный факт может указывать на то, что между походом Тудхалиаса IV на Ашшуву и битвой при Пер-Ире в западной Анатолии произошли события, вызвавшие разгром союза Ашшува. Целесообразнее всего в данном случае говорить о большой войне, охватившей в основном северо-западные и западные районы Анатолии. Разрушительная сила ее, очевидно, не достигла страны Лукка. Вероятно, это и была Троянская война. Любопытно, что Гомер, знающий о разгроме ахейцами многих западноанатолийских стран, не упоминает об ахейском нашествии в Ликию, следовательно, надо полагать, территория Ликии не претерпела ахейского вторжения. За помещение Троянской войны в этот промежуток времени говорит, как нам кажется, и следующее обстоятельство. В списках союзников Ливии в Пер-Ирской битве упоминается Акайваша. Это единственный случай упоминания Акайваша в египетских источниках вместе с т. н. «морскими народами». Очевидно, здесь речь идет об эпизодическом участии Акайваша в одном из антиегипетских военных союзов. Что касается самого названия Акайваша, то большинство ученых считает его идентичным с Аххиявой хеттских и ахейцами греческих источников.9) Однако при этом указывают на ряд трудностей, возникающих при такой идентификации, а именно: а) греческая традиция не знает ничего об участии греков в союзе с ливийцами в войне против Египта; б) Акайваша египетских документов является незначительной силой, не соответствующей мощи Аххиявы, упоминаемой хеттскими документами XIII в. до н. э. наравне с Хатти, Египтом, Вавилонией, Ассирией.

Из египетских источников можно сделать следующие заключения: 1) Акайваша не является значительной силой. Если в данном случае мы и вправду имеем дело с [194] ахейцами, то, очевидно, помощь войсками ливийцам оказывал лишь один из ахейских властителей; 2) союз Акайваша с ливийцами, очевидно, является лишь незначительным эпизодом во взаимоотношениях Акайваши с Египтом, ибо египетские документы в других случаях вообще не упоминают о ней. Если бы Акайваша являлась действительным и постоянным союзником ливийцев и т. н. «морских народов», то о ней должны были бы сохраниться сведения и в других египетских источниках. Именно таким эпизодическим участием в войне против Египта можно объяснить тот факт, что о войне ахейцев с египтянами греческие источники не сохранили никаких сведений.

Что касается эпизодического союза ахейцев с ливийцами, по нашему мнению, на это можно найти указания и в самих греческих источниках. Так, например, Геродот рассказывает, как Менелай направился после окончания Троянской войны на поиски Елены. Он нашел Елену в Египте. Нас в данном случае интересует, что случилось после прибытия Менелая в Египет. Согласно Геродоту (II.119): «По прибытии в Египет Менелай поднялся вверх по реке в Мемфис. Он рассказал правду о своих делах и был весьма радушно принят (царем). Затем он получил назад не только Елену здравой и невредимой, но и все свои сокровища. При этом Менелай, несмотря на то, что египтяне сделали ему много добра, отплатил им за это бесчестным поступком. Противные ветры задержали его отплытие и, так как это промедление тянулось долго, Менелай задумал нечестивое дело. Он схватил двух египетских мальчиков и принес в жертву, чтобы умилостивить (ветры). Когда это злодеяние обнаружилось, то возмущенные египтяне погнались за ним, и он бежал с кораблями в Ливию. Куда он затем направился дальше, египтяне не могли мне сказать».10) При сопоставлении данного сведения Геродота с египетскими документами можно объяснить как эпизодическое упоминание ахейцев в числе неприятелей Египта11) и союз ахейцев с ливийцами, так и относительную малочисленность ахейцев при Пер-Ире, а также исчезновение из греческой традиции факта войны ахейцев против Египта в союзе с ливийцами. Это соображение подкрепляется и следующим сообщением Геродота (VII.171): «...после возвращения из-под Трои на острове начались голод и мор людей и скота, пока Крит вторично не опустел». В связи с этим следует [195] отметить, что вышеназванный фараон Мернептах в своей надписи в Карнаке в честь победы над ливийцами упоминает и о помощи, посланной им хеттам для борьбы с голодом, царившим в стране.12) Это были последние годы царствования Тудхалиаса IV.

Вскоре, очевидно, голод охватил и острова Эгейского моря, что привело в движение т. н. «морские народы», стремительные и ожесточенные нашествия которых уничтожили Хатти и Угарит.13) Следует полагать, что приведенное сведение Геродота — отголосок этих событий. Действительно, именно к этому времени пал окончательно Кносс на Крите.14) Если все это так, то terminus ante quem Троянской войны можно считать битву при Пер-Ире ± 1230 г. до н. э. Следовательно, Троянскую войну следует датировать ±1260 — ±1230 годами до н. э., что совпадает с геродотовской датировкой.

Со своей стороны, эта дата, с археологической точки зрения, совпадает с датой падения Трои VII-а. Однако, как было отмечено выше, идентификация Трои VII-a с гомеровской Троей сталкивается с рядом трудностей. Сам Гомер, по нашему мнению, дает возможность преодолеть эти трудности. Согласно «Илиаде», Приам является наследником целой династии троянских властителей. В XX.200... Эней сообщает Ахиллу о своей генеалогии, которую можно представить следующей схемой:

Следовательно, по Гомеру, Дардана нельзя считать царем собственно Трои, ибо Троя во времена его царствования [196] еще не существовала. Однако Дардан является родоначальником всех последующих властителей Трои. Потомками Дардана — Дарданидами называются троянские цари, а дарданийцами — жители Троады. Что же касается самой Трои, ее основателем античная традиция считает Троса, внука Дардана. Согласно Гомеру и другим греческим источникам, самым могущественным представителем Дарданидов в Трое считается все же Лаомедон, отец Приама. Из «Илиады» мы узнаем, что Лаомедону, избалованному особым покровительством Зевса, в течение целого года прислуживали даже Посейдон и Аполлон. Посейдон построил ему знаменитые троянские стены, а Аполлон пас волов (XXI.441...). Лаомедон является обладателем коней, подаренных Зевсом за Ганимеда. Именно поэтому они зовутся конями Лаомедона (Λαομέδοντος ιππο V.269; XXIII.348). Интересно, что Гомер упоминает и об эпизоде разорения Трои разгневанным Гераклом (V.640...; V.648...). Если после этого рассмотрим участие Приама в троянских сказаниях, то можно придти к выводу, что слава Трои связана не с именем Приама, а с именем его предков, и в первую очередь с Лаомедоном. Сам Приам пользуется почетом и славой как потомок Дардана и сын знаменитого троянского царя Лаомедона, а не как властитель, имеющий какие-то особые заслуги. С другой стороны, сведение Гомера о том, что Троя уже при жизни Лаомедона (или в молодости Приама) была довольно основательно разорена, дает основание допустить, что многие известные эпитеты, характеризующие богатство и значение Трои, относятся не к городу, восстановленному Приамом, а построенному его предками и особенно украсившемуся при Лаомедоне Илиону. Как думается, именно поэтому, с археологической точки зрения, гомеровская Троя больше соответствует Трое VI — известному и могущественному поселению, которое было известно во всей Эгеиде еще задолго до Троянской войны. Это поселение было разрушено, согласно Гомеру, в результате обиды Посейдона или гнева Геракла. Возможно, в данном случае информация греков о разорении города Лаомедона отображает факт разрушения Трои VI стихийным бедствием. На Трою Приама, продолжавшую традиции своей предшественницы, следует полагать, перешла слава города Лаомедона. Так как для эллинов Троянская война была самым значительным событием героического века, в греческой традиции все то, что было исторически связано с резиденцией Дарданидов — слава и эпитеты, было перенесено на Трою Приама. Именно поэтому археологическая Троя VIIa, не совсем соответствует греческим понятиям о легендарном городе Приама, хотя исторически только она могла быть городом, разрушенным объединенным ахейским войском. [197]

Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что гомеровский эпос при изображении событий троянской эпохи опирается на вполне реальную историческую основу и довольно точно передает основные исторические моменты второй половины II тысячелетия до н. э. Однако это вовсе не означает, что мир Гомера полностью микенский, напротив, в его поэмах, в первую очередь, царит дух эпохи самого поэта, выраженный в языке, мировоззрении, реалиях и, наконец, в самой структуре поэм, о чем речь пойдет в следующих главах.


1) Для обзора ср. 102; 303, стр. 41...

2) Ср. 141; 299а; 345, стр. 189...

3) 102; 103; 284; 121; 303.

4) Ср. 257а; для дискуссии ср. 275а; 174а; 174б.

5) 88а, стр. 3...

6) Ср. также 173, стр. 121...

7) Там же.

8) 88а, стр. 10...

9) 88а, стр. 11.

10) О пребывании Менелая в Ливии знает и «Одиссея» (IV.85). В ней рассказывается также о столкновении спутников Одиссея с египтянами. XIV.246...

11) Ахейцы, скрывавшиеся в Ливии, очевидно, были бы вынуждены принять участие и в войне между Египтом и Ливией.

12) Ср. 191а.

13) 88a.

14) Ср. 320а.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Терри Джонс, Алан Эрейра.
Варвары против Рима

А. В. Махлаюк.
Солдаты Римской империи. Традиции военной службы и воинская ментальность

Дж. Пендлбери.
Археология Крита
e-mail: historylib@yandex.ru
X