Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Н. П. Соколов.   Образование Венецианской колониальной империи

3. Венеция в ее отношениях с италийскими городами и республиками

Не только по отношению к главным политическим силам Италии, но и по отношению к соседним городам и своим соперникам, Генуе и Пизе, Венеция в XII в. [348] держалась в общем оборонительной позиции. Такая политика диктовалась ей все тем же стремлением иметь развязанными руки на Востоке. Мелкие столкновения и дрязги, однако, все же были неизбежны и здесь, и в соперничестве с Пизой эти столкновения принимали иногда серьезный характер.

Не говоря уже о тех столкновениях, которые в шестидесятых годах XII столетия были вызваны борьбой против Фридриха Барбароссы, или в семидесятых — императора Мануила, Венеция на протяжении этого века воевала с Равенной, Тревизо, Вероной, Падуей.

Нам не во всех случаях в достаточной степени ясны мотивы этих столкновений; но нельзя сомневаться в том, что причиной враждебных отношений Венеции с этими своими соседями были экономические трения, — это были вопросы свободного плавания по водным путям, вопросы торговых пошлин, и лишь в спорах с Падуей видную роль играл вопрос относительно регулирования течения Бренты, но и этот вопрос в конце концов — вопрос экономический. Наиболее полно в этом отношении мы информированы относительно споров Венеции с Вероной, имевших место в течение XII столетия и закончившихся особым соглашением в конце его. Хроника Джустиниани прямо указывает, что вражда вызывалась тем, что веронцы облагали венецианские товары высокими пошлинами и тем самым препятствовали венецианской торговле. Поэтому, когда Верона должна была пойти на уступки, она взяла на себя обязательство вернуть венецианским купцам перебранные с них пошлины, гарантировать свободное плавание венецианских судов по реке Адидже и сохранить за венецианцами разного рода юридические и экономические льготы.100) Когда в середине столетия произошло сближение с Фано, то мы опять видим, что венецианцы выговаривают себе различные торговые льготы и преимущества.101)

Венеция в течение XII в. дважды вступала в борьбу с Вероной в начале и в конце столетия;102) в начале этого столетия она боролась с Тревизо;103) дважды сталкивалась с Равенной, причем противники стремились нанести друг другу максимальный вред на суше и на море;104) несколько раз враждовала с Падуей.105) Мы уже говорили в своем месте о распрях с Феррарой, с городами Веронской марки, Анконой. Венеция во всех этих [349] столкновениях сравнительно легко справлялась со своими противниками; исключение, как мы видели, составляет одна лишь Анкона. Причина заключалась в том, что Венеция далеко превосходила своих противников на «терра ферма» не только экономически, но и большей степенью организованности, — мы не видим ни разу, чтобы города, расположенные по нижнему течению рек, впадающих в Адриатическое море, выступили против Венеции совместно и обнаружили необходимое в борьбе упорство.

Иначе складывались взаимоотношения с Пизанской республикой. Борьба с нею Венеции растянулась, конечно, со значительными перерывами на все столетие. Противоречия, разделявшие эти две италийские республики, были глубже, силы были более соизмеримы, упорство и настойчивость почти одинаковы. Основные экономические противоречия между обеими торговыми республиками в XII в. сводились к соперничеству на восточных рынках, и прежде всего, как мы уже видели, в Константинополе; однако со второй половины столетия возник новый источник раздоров, — Пиза стремилась закрепиться в Адриатике, заключить ряд торговых соглашений с городами по его западному и восточному побережьям. Венеция рассматривала попытки такого рода, как нападение на нее в ее собственном доме и, конечно, приложила все усилия к ликвидации таких планов. Не подлежит сомнению, что борьба с нею Венеции оказалась бы не менее тяжелой и опасной, чем в следующем столетии была борьба с Генуей, если бы Пиза не находилась в состоянии почти не прекращавшейся войны с Лигурийской республикой, которая подтачивала, а нередко и полностью парализовала ее силы. Неудивительно, что Венеция неизменно выходила победительницей из своих столкновений со своим упорным торговым конкурентом.

Первое столкновение с пизанцами у Венеции, как мы знаем, произошло как раз на грани XI и XII столетий. Венецианцы вышли из этой схватки победителями, и с того времени враждебные отношения между обоими городами стали хроническими, причем скрытая вражда не раз превращалась в открытую вооруженную борьбу. Мир, которым заканчивались такие столкновения, оказывался обычно не миром, а только более или менее длительным перемирием. [350]

Особенно Венецию раздражало стремление пизанцев проникнуть в Адриатическое море. Когда в сороковых годах Пиза через Анкону и Дубровник попыталась наладить постоянную торговую связь с Балканским полуостровом, то это резко обострило взаимоотношения между обеими республиками, и все усилия папы Люция II в 1144 г. примирить их между собою не увенчались успехом.106) Раздоры между ними продолжались и позднее, и только в 1156 г. последовало прекращение «затянувшейся вражды».107)

Мир был заключен на сорок лет, и некоторое время действительно мы не видим враждебных столкновений между торговыми республиками; но поскольку его условия, как бы они ни были хороши, не могли устранить основных противоречий, существовавших между договаривавшимися сторонами, постольку, как уже только что было отмечено, всякий мир превращался лишь в кратковременное перемирие.

В шестидесятых годах Пиза заключает торговый договор с Дубровником,108) ведет переговоры со Сплитом, — Венеция должна была насторожиться. Изгнание венецианцев из пределов Восточной империи весной 1171 г. и благополучное пребывание там пизанцев не могло не вызывать на лагунах чувства раздражения; однако неудачная борьба на Востоке исключала пока всякие активные действия на Западе.

Во время борьбы Венеции с Анконой, Пиза оказывала последней поддержку, что было равносильно объявлению войны. Однако дело до большой вооруженной борьбы не дошло. Венеция, как мы знаем, отказалась от мысли о сокрушении Анконы, и это открыло дорогу к мирным переговорам между республиками-соперницами. В 1174 г., вскоре после окончания войны с Анконой, еще раз был заключен мир, — на этот раз только на пять лет. О содержании мирного трактата можно судить по сохранившемуся мирному договору от 1180 г., который был простым продолжением заключенного в 1174 г. Договор регулировал Анконский вопрос и проблему торговых пошлин. Пиза отказалась от дальнейшей поддержки Анконы, за что Венеция заплатила ей отказом во всякой поддержке Генуи. Обе республики согласились даже отказаться от всяких сношений с этими городами, если возникнет война с ними у одной из договаривавшихся сторон. [351]

Республики согласились воздерживаться от торговых операций с иноземцами в своих портах, при сохранении обычного двадцатипроцентного таможенного обложения привозимых Пизой в Венецию, а Венецией в Пизу товаров. Восточная проблема затрагивалась в договоре лишь в том смысле, что пизанским кораблям предоставлялось право следовать из Венеции в пределы Романии, а венецианские корабли могли делать то же самое из порта, принадлежавшего Пизе. В момент заключения договора Мануил был еще жив, и венецианцы не имели пока доступа в Восточную столицу, что делало постановку вопроса о взаимоотношениях в пределах Византии, по крайней мере для Венеции, излишним.109)

В конце восьмидесятых годов обе республики принимают участие в военных операциях в Сирии в связи с третьим крестовым походом. Однако в самом начале девяностых годов взаимоотношения Пизы и Венеции опять испортились.110) В 1188 г. Пиза заключила торговый и политический договор с Задаром,111) под которым венецианцы только что потерпели военную неудачу. Венеция не без основания могла рассматривать этот договор, как недружелюбный по отношению к себе акт. Вместе с тем, в начале 90-х годов Пиза удобно устраивается в Константинополе: Исаак Ангел в 1192 г. подтвердил в своем хрисовуле все прежние льготы пизанцев, которыми они пользовались на территории базилевсов ранее; Алексей III был расположен к ним еще более, чем его брат и предшественник. Это никак не могло радовать венецианцев, но это было еще не все: в 1194 г. корабли Пизы появились в Адриатическом море, — республика св. Марка восприняла это как объявление войны. По известиям венецианских источников пизанский флот в Адриатике стал нападать на венецианские торговые корабли и стал грабить венецианских купцов. Одновременно пизанцы вступили в сношения с Пулой, которая в это время попыталась еще раз вырваться из когтей льва св. Марка.112) Смирив непокорный город, венецианский флот направился на юг Адриатики, куда удалился пизанский флот. У южной оконечности Мореи, в районе Модона, венецианские адмиралы настигли шесть пизанских торговых кораблей и немедленно напали на них. Два корабля вместе с их экипажами, доходившими до 400 человек, были захвачены, остальным удалось бежать, — события явно [352] перерастали в войну республик между собою.113) Развитию враждебных действий помешало императорское вмешательство: Генрих VI, собираясь совершить свою восточную экспедицию, постарался примирить враждующие республики между собою, — их корабли были необходимым условием успеха задуманной им операции. Это было в 1196 г. В этом году Венеция и Пиза возобновили между собою старое соглашение от 1174 и 1180 гг.

Соглашение это опять оказалось кратковременным. Уже в следующем 1197 г., как мы видели, Энрико Дандоло рекомендовал своим послам при Константинопольском дворе включить отдельные статьи, касающиеся пизанцев, согласовав их с колонией венецианских резидентов и купцов в Восточной столице.114) Разумеется, Венеция всего менее при этом думала об интересах своего конкурента. Прошло еще только три или четыре года, и мы вновь видим Венецию и Пизу во вражде друг с другом. На этот раз пизанцы вздумали посягнуть на святая святых венецианских купцов, на их коммуникации с Востоком. Пизанцы в 1201 г. вошли в соглашение с Бари и, опираясь на этот порт, заперли венецианским торговым кораблям выход из Адриатического моря в Средиземное.115) Случилось как раз то, чего всегда боялась Венеция, и против чего она готова была бороться до последней крайности. Дож вынужден был немедленно направить свой флот в угрожаемый район для устранения возникшей здесь опасности. Пизанский флот не решился померяться силами с венецианским флотом в открытом море и укрылся под защиту укреплений Бари. Море было очищено. Венеция постаралась при этом нанести максимальный вред торговле своих противников. Таким путем венецианцы добились восстановления мира.116)

По сравнению с Пизой, отношения Венеции к другим торговым городам Италии в XII в. были более или менее нормальными.

Амальфи, ранее других городов сделавший большую торговую карьеру на Востоке, был еще в начале столетия совершенно парализован норманским завоеванием.

Генуя позднее, чем Амальфи, Венеция и Пиза, стала на путь большой морской торговли. Ее значительные морские предприятия в водах восточного Средиземноморья начинаются не ранее первых годов XII в. Она позднее своих конкурентов выступает и в Константинополе. [353] Это неслучайно: та экономическая переориентировка, которая произошла в Венеции в IX и X вв. и которая заключалась в том, что центром экономической жизни окончательно становятся морские промыслы и морская торговля, а не сельское хозяйство, в Генуе задержалась в силу ряда причин до XI и XII вв. Только в XII в. и при том в середине его, по мнению одного из буржуазных исследователей социально-экономических проблем средневековых городов Италии, «капитал земельный», как он выражается, уступил место торговому капиталу.117) Получатели земельных рент, феодалы, и здесь должны были уступить стяжателям торговых прибылей и вместе с ними начали принимать деятельное участие в морских предприятиях широкого масштаба. С этого времени внешняя политика Генуи становится все более и более активной. В XII в., однако, все еще поглощенная своей борьбой с Пизой, она только собирается с силами для того, чтобы решительно выступить смелым противником республики на лагунах в следующем столетии.

Косвенным доказательством отсутствия в XII в. между Венецией и Генуей серьезных экономических противоречий является поведение Генуи в известном конфликте, происшедшем между обеими республиками в 1170 г. в Восточной столице. Факт нападения венецианцев на только что появившийся здесь генуэзский квартал не подлежит сомнению, хотя о нем ничего не говорят ни венецианские, ни генуэзские анналисты. Мы не видим также, чтобы Генуя предъявила по этому поводу какие-либо претензии к республике св. Марка, — инциденту не было придано политического значения. Между тем совершенно незначительное столкновение в Акре во второй половине XIII в. повлекло за собою тяжелую войну между обеими торговыми республиками.

Таким образом, в своих взаимоотношениях с италийскими городами Венеция в XII в. держалась в общем оборонительной тактики. Наиболее серьезными столкновениями ее в это время были столкновения с Анконой и Пизой. И ту и другую, со своей точки зрения, Венеция могла рассматривать в качестве нападающей стороны: Анкона способствовала неприемлемым для Венеции западным планам императора Мануила, Пиза пыталась создать торговый мост через Адриатику. [354]

Столкновения Венеции с ближайшими соседями не носили такого напряженного характера, какими они будут отличаться в следующем столетии, — это потому, что вопреки не раз высказанному мнению, Венеция в XII в. еще не стала на путь подчинения приадриатической Ломбардии своей экономической гегемонии. Это произойдет несколько позднее. Это не мешало, однако, тому, что в Италии и за ее пределами престиж Венеции, как политической и экономической силы, быстро возрастал.

* * *

Общие итоги венецианской политики «натиска на Восток» в XII в. сводятся к таким положениям.

Торговые интересы правящего класса Венеции привели ее в XII в. к проведению последовательной политики агрессии на Востоке при обороне на Западе, в тылу и на флангах. Умелое использование собственных сил и международной обстановки позволило Венеции создать себе на Востоке положение, которое полностью оправдывало затраченные на его приобретение силы и средства.

Успехи венецианской политики, которая уже тогда заслуживает до известной степени наименования колониальной, нередко преувеличивались;118) но они и в самом деле были значительны. В Сирии и юго-восточном углу Малой Азии Венеция создала почти непрерывную сеть приморских торговых факторий с небольшими колониальными территориями в окрестностях Тира и Акры. На всем пространстве Византийской империи, преимущественно в приморских городах, Венеция создала сеть торговых пунктов, где венецианские резиденты обзаводились домами и землями,119) где венецианские монастыри и епископские кафедры располагали различными оброчными статьями.120) В северной части Далматинского архипелага Венеция прочно обосновалась на больших его островах и только временно вынуждена была отказаться от приобретений на самом побережье; она практически проверила большое значение для нее далматинских городов и со всей силой энергии, не брезгуя никакими средствами, будет бороться за них в дальнейшем. Наконец в Истрии в той или иной степени зависимости от нее находились все значительные портовые города побережья. [355]

В Адриатическом море теперь не было силы, которая могла бы быть опасной для Венеции. Византия и Сицилийское королевство в конце столетия переживали, каждый по-своему, политический кризис, исключавший большую внешнюю политику с их стороны. Венгрия по-прежнему не имела флота. Анкона была смирена. Попытки Пизы встать на венецианских путях на Восток были немедленно ликвидированы. Венеция могла поздравить себя в качестве фактической распорядительницы водами Адриатики. Соседние государства мало-помалу привыкнут именовать это море «Венецианским заливом», или «морем Венецианским».121)

Международное значение Венеции резко выросло: она превратилась в политическую силу юго-восточной Европы, союза с которой искали такие крупные государства, как Сицилийское королевство или Византия, с которой серьезно приходилось считаться германским императорам. Ни одно большое предприятие в водах восточного Средиземноморья не обходится теперь без ее участия, если только она сама не старалась уклониться от него. Глава католического мира старался не обострять взаимоотношений с нею.

Серьезные экономические интересы стимулировали венецианскую восточную политику, но успехи этой политики, в свою очередь, способствовали дальнейшему росту ее хозяйственных сил и толкали ее на расширение поставленных ею политических задач. Венецианская политика на Востоке была успешной в значительной степени потому, что она базировалась на хорошей экономической основе, но и быстрый экономический рост ее, в свою очередь, в высокой степени зависел от успешности ее внешней политики. То и другое были совершенно необходимыми предпосылками для той большой исторической роли, которую суждено было купеческой общине сыграть на Востоке в следующем столетии. Венеция стояла на пороге Средиземноморской империи. [356]


100) Just. Chr., p. 91. Danduli Chr., col. 316.

101) Kretschmayr, op. cit., B. I, p. 238.

102) Annales ven. breves, p. 70.

103) Ibid., p. 70.

104) Venetie Ravenratenses plurima mala terra marique intulere. (Otto Freisingen, Chr. MGH SS, v. VII, p. 29).

105) Danduli Chr., col. 274, 279, 280. Longo tempore cum Paduani dissensionem habuerunt amnemque, qui civitatem eorum praeterfluit, ab alveo derivaverunt... (Otto Freis., p. 27).

106) Danduli Chr., col. 281.

107) Pisani..., qui per multos annos cum Veneticis habebant inimicitiam, ad pacem venerunt. (Hist. duc., p. 76). Danduli Chr., col. 287.

108) MSHSM., v. I, N 14.

109) Договор напечатан у Кречмайра по специально для него сделанной выписке из венец. архива (цит. соч., т. I, стр. 467, 648).

110) Just. Chr., p. 90. Danduli Chr., col. 311.

111) Macuschev, MHSM, v. I, pp. 422, 423.

112) Annales ven. brev., p. 72. Danduli Chr., col. 317.

113) Just. Chr., p. 91.

114) Kretschmayr, op. cit., B. I, p. 473.

115) Just. Chr., p. 92. Venetis pontis Adriatici vias claudunt.

116) Ibid., p. 92.

117) R. Lopez. Aux origines du capitalisme génois (Annal. d' histoire économique et soc, N 47, sept. 1937, pp. 449, 450).

118) E cosi... dalla Siria sino alia estremità del golfo Adriatico... [497] tutta la costa marittima del'oriente... ritorno à Venezia glorioso..., говорит, например, Капелетти, рассказав о походе Доменико Микьеле на Восток (цит. соч., т. т., стр. 462). {так — OCR}

119) FRA. DA., v. XIII, pp. 249, 250.

120) Ibid., pp. 107, 108, v. XII.

121) „Gulfum venetiarum" (Annales Januenses, p. 247); „Per mare Venetiae" (Annales Placentini Gibellini. MGH SS, v. XVIII, p. 505).

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Анри Пиренн.
Средневековые города и возрождение торговли

Джуэтт Сара Орне.
Завоевание Англии норманнами

Д. П. Алексинский, К. А. Жуков, А. М. Бутягин, Д. С. Коровкин.
Всадники войны. Кавалерия Европы

С. П. Карпов.
Трапезундская империя и Западноевропейские государства в XIII-XV вв.

Мишель Пастуро.
Символическая история европейского средневековья
e-mail: historylib@yandex.ru