Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Майкл Лёве.   Китай династии Хань. Быт, религия, культура

Глава 5. Исполнительная власть

По мнению большинства государственных деятелей Ханьской эпохи, рай на земле – это мир и изобилие, общее согласие, вмешательство властей в повседневную жизнь людей должно быть минимальным. Конечно, правительство осуществляло властные полномочия и располагало средствами принуждения, но их следовало применять как можно деликатнее.

Следовало также свести до минимума привлечение к общественным работам, чтобы население могло заниматься своими делами, тогда и у правительства не возникало бы проблем, а все слои общества наслаждались бы изобилием, соблюдали закон и порядок.

Подобная форма идеального устройства государства резко контрастировала с реальными условиями, а также с многочисленными выступлениями и протестами против произвола ханьских правителей и чиновников. В некоторых источниках ярко изображается контраст между процветанием власть имущих и нищетой простого народа. Изобличается непомерная алчность нуворишей, составивших свое материальное благополучие торговлей и другими путями.

Пытаясь объяснить причины общественного недовольства, государственный деятель, живший во второй половине I века до н. э., перечисляет несколько факторов. Прежде всего это частые неурожаи, вызванные наводнениями или засухами. Иногда они опустошали целые районы, и жители были вынуждены уходить с обжитых мест, чтобы не погибнуть от голода. Последствия массовых миграций были такими серьезными, что их приписывали божественному провидению. Чтобы спасти положение, требовалось вмешательство центральных властей, и прежде всего императора, ибо только по его указу можно было перераспределять собранный в других районах урожай или пользоваться зерном, собранным в прошлые годы.

Другой причиной постоянного недовольства было массовое отвлечение людей на государственные работы и военную службу, сокращавших число тех, кто занят обработкой земли и другими сезонными сельскохозяйственными работами; постоянный рост налогов и всевозможных поборов, налагавшихся алчными чиновниками, накапливавшими огромные богатства и купающимися в роскоши; наконец, неэффективность работы самого правительства, что подтверждалось слухами о постоянных беспорядках и грабежах.

По-видимому, истинное положение дел в стране определялось несколькими факторами: эффективностью управления, честностью чиновников и полученным урожаем.

В ханьский период наблюдается консолидация ханьского общества на всех уровнях, от усиления центральной власти до стремления к максимальному взаимодействию с соседями в интересах создания более изобильного и лучше организованного сообщества. Естественно, что в данных условиях не могла идти речь об идеальном правлении, основанном на распоряжениях, не нарушавших повседневную жизнь обитателей страны. Но ханьским императорам удалось выработать систему средств воздействия на подданных, некоторые принципы которой использовались и в последующие времена.

Рассмотрим более подробно механизм управления страной. Решения правительства вначале обнародовались в форме указов, подписанных императором. Они обнародованием представителями центральной власти и спускались из вышестоящей канцелярии вниз, пока не оказывались у непосредственных исполнителей. В указах регламентировались все обязанности подчиненных и виды деятельности, такие, как назначение императорской наложницы, наследного принца, обеспечение провизии для религиозных церемоний, устройство системы налогообложения или провинциальной администрации, начало сельскохозяйственных работ, поощрение строительных проектов, ремонт речных дамб, утверждение планов строительства дорог, регулирование отношений с иностранными государствами, пожалование привилегий и наград, предоставление льгот простому народу.

Раздача императорских даров могла проводиться по разным поводам: в ознаменование важных государственных событий (например, при объявлении имени наследного принца или его назначении старшим в роде). Обычно праздник устраивался, когда мальчик достигал половой зрелости, что происходило между четырнадцатью и двадцатью годами его жизни. Ритуал проходил так: на мальчика надевали мужской головной убор. По этому случаю иногда объявляли амнистию для заключенных.

Пожалования императором подарков проводились при присвоении чинов и назначении на должность. Их удостаивались члены знатных семей и крупные чиновники Нередко такие распоряжения одновременно сопровождались раздачей вина или мяса подчиненным. При присвоении более низких чинов указом жаловали деньги или шелк – в соответствии с положением или занимаемой должностью.



Рис. 13. Текст императорского указа о предоставлении привилегий семидесятилетнему мужчине; на деревянных дощечках длиной 23 см (один ханьский фут). Северо-Западный Китай.


В ряде случаев императорские милости в виде даров распространялись только на определенные территории, например пострадавшие от природных стихий, или на районы, жители которых несли бремя расходов на различные государственные нужды. Считалось, что им оказана особая честь со стороны императора. Большинство императорских даров выражалось в установлении привилегий или освобождении от налогов – это касалось каждой отдельной семьи.

Обычно подобным образом жаловали чиновников за выполнение важных поручений или беспорочную службу. В случае если человек погибал при выполнении служебных обязанностей, его потомки могли извлечь из несчастья определенную выгоду, получив после смерти родственника золото или деньги. Если чиновнику присваивали титул, то в определенное время он переходил к его сыну наряду со всеми привилегиями и ответственностью. Формой благодарности могло быть и освобождение семьи от уплаты налогов или выполнение государственных повинностей.

По соответствующему указу чиновнику даровались определенные привилегии по достижении им определенного возраста или за безупречное поведение. Известно много указов, в которых зафиксировано вознаграждение за заслуги перед троном. После смерти награжденного список совершенных им благих дел торжественно возлагали на его гроб.

Постоянные предписания ханьского правительства оформлялись в виде установлений, или руководств. В этой форме оглашались распоряжения по управлению на местах и осуществлению контроля над населением, считавшиеся обязательными для всех. С документа, присланного из столицы, делалось необходимое количество копий, которые доводились до сведения местной администрации и считались руководством к действию.

К сожалению, до наших дней не дошли полные комплекты документов, поэтому не всегда оказывается возможным до конца оценить масштабы составляемых предписаний или, например, установить число рассылаемых копий. На основании сохранившихся фрагментов можно прочесть только отдельные заголовки установлений, среди них указания о пресечении «воровства», «бандитизма», предписания, касающиеся «дворцовой охраны», «официальных рангов» или «ритуальных угощениях».

В других руководствах регламентировались такие проблемы, как забота о престарелых или проблемы ирригации и сельского хозяйства. Некоторые документы стали известными только по сериям, они обозначаются соответственно как установление А, установление Б и т. п.

Чтобы сохранить закон и порядок на подведомственной территории, местные чиновники низшего уровня основывались на имевшейся в их распоряжении законодательной власти, включавшей как систему поощрений, так и наказаний. Большинство людей, по-видимому, охотнее шли на компромисс или соглашались на проведение неофициального суда, чем на официальные процессы, которые требовали больших расходов и были непредсказуемы. Беспрекословное подчинение предписаниям императора или его представителя поддерживалось местными традициями, основанными на авторитете старейшин, особенно в очень отдаленных районах.

В случае пренебрежения установлениями или руководствами официальные чиновники сами принимали решения о наказании. Хотя ни в одном списке не перечисляются преступления, за которые следовало обязательное наказание, все же некоторые из них отмечены. Прежде всего это нарушение правил почитания императора и неуважение к нему; нарушение границ дворцовой территории без соответствующих полномочий или использование той части главной дороги, которая предназначалась для проезда императорского кортежа. Сюда же относятся препятствование нормальной работе правительства, например подделка официальных документов или взяточничество.

Обязательное наказание влекло за собой совершение насильственных действий, нарушение общественного порядка, убийства, оскорбления и нанесение телесных повреждений, вымогательство, ограбление, бандитизм. В некоторых случаях наказывали за нарушение супружеской верности и инцест. Правда, только в том случае, если удавалось доказать преступление.

Обвиненного тотчас арестовывали и препровождали в тюрьму, иногда при этом на него надевали наручники. За арестом следовал официальный допрос, во время которого могли использовать плети, чтобы получить признание. Иногда после сильной порки человек умирал в тюрьме. Это физическое воздействие применялось, в частности, тогда, когда вместо дачи правдивых показаний арестованный начинал лгать.

Показания давали и свидетели. В ряде случаев их тоже содержали под стражей, например, если возникало подозрение, что они будут уклоняться от присутствия на процессе или им грозит опасность.

Когда признание в преступлении и свидетельские показания были получены, судья выносил приговор. Его оглашали в присутствии обвиняемого. Формально он имел право возразить и даже требовать дальнейшего расследования, но в большинстве случаев решение было окончательным и вступало в силу немедленно. Если судья колебался, то мог отложить вынесение приговора, чтобы собрать недостающие показания.

В конце концов подсудимого приговаривали к тому наказанию, которое соответствовало совершенному им преступлению. Если выносился смертный приговор, то осужденного обезглавливали или рассекали надвое в области пояса. В исключительных случаях казнили не только преступника, но и членов его семьи.

Наказания проводили и нанесением определенных увечий: преступников клеймили, вырывали ноздри, отсекали руку или ступню, кастрировали. Более легкие наказания предусматривали сбривание бороды или отрезание косы, которая считалась обязательным атрибутом мужчины. Кроме того, приговаривали к каторжным работам. Представителей высшего света обычно ссылали, наказывали денежными штрафами или запрещали занимать официальные должности.

Иногда суровые судьи проявляли гуманность: снисходительно относились к пожилым или беременным. Привилегированные члены общества могли откупиться от сурового наказания или добиться его смягчения, внеся деньги в казну или оказав соответствующие услуги.



Рис. 14. Чиновник среднего уровня с секирой и двумя пиками в служебной повозке; иногда проезд совершался в сопровождении бегущих по обе стороны слуг с флагами. Рельеф из Западного Китая.


Контролировать население и его занятия чиновникам удавалось благодаря поземельным и подворным описям, обычно составлявшимся раз в год. Как отмечалось выше, листы переписи использовались для того, чтобы составить представление о численности китайского населения, но чаще всего для обеспечения правильного сбора налогов.

В поземельных описях обозначались имена хозяев и участки земли, которые им принадлежали. Одновременно указывалась степень их плодородности, в частности, отмечали принадлежность к одному из трех установленных типов (богатая, средняя или бедная). Подобные сведения были необходимы для обеспечения системы сборов налогов. Обычно он устанавливался в виде одной тридцатой части урожая.

Поскольку ни один из методов подсчета нельзя было признать абсолютно точным, ввели три размеpa взимаемого налога, зависевшие от качества земли. В регистры включались соответствующие данные, согласно которым и вычислялся соответствующий налог.

Земельным налогом облагался каждый землевладелец, независимо от того, являлся он хозяином большого поместья или занимался обработкой своего земельного участка. Нанимаемые для ухода за землей арендаторы не платили чиновникам налогов, поэтому землевладелец облагал своих арендаторов более высокими сборами, чем положенная тридцатая часть полученного урожая. Случалось, что арендаторы иногда выплачивали до половины или даже больше доходов землевладельцу.

Подворные списки позволяли призывать на службу. На основании реестров собирался подушный налог, который был еще одним значительным источником государственных доходов. Обычно он устанавливался в размере 120 монет с каждого взрослого члена дома и 23 монет за каждого ребенка в возрасте между семью и четырнадцатью годами. Платили и за рабов, причем налог выплачивался также деньгами. Хотя таких списков не сохранилось, на основе более поздних аналогов можно сделать вывод, что в них фиксировались имя, пол, родственные связи и статус (занимаемый чин).

К восьмому или девятому месяцу каждого года местные чиновники собирали информацию, необходимую для внесения в списки, подготавливали ее в виде отчета, представляемого вышестоящим инстанциям, а затем и центральному правительству. В подобные отчеты входили все собранные сведения, а затем оформлялись в виде итогового документа. В конце года все данные доставлялись из областей, и только из отдаленных территорий сведения поступали раз в три года.

В центральное правительство обычно доставляли две копии, предполагалось, что одну внимательно изучал император, вторая предназначалась для канцелярии министра. Система отчетности помогала высшим чиновникам не только достаточно оперативно наблюдать за имеющимися на каждой территории людскими и иными ресурсами, но и постоянно контролировать повседневную работу своих подчиненных в провинции.

Выше мы уже говорили, что всех трудоспособных мужчин обязывали участвовать в общегосударственных работах. Ежегодно они должны были в течение месяца работать в государственных трудовых командах. Перерегистрация населения проводилась раз в год, в частности, и для того, чтобы учесть всех, кто оказывался годным для данной службы и подлежал обязательному призыву.

На государственные работы призывали всех мужчин не моложе 23 лет (при острой нужде этот возраст могли понизить до 20 лет) и не старше 56 лет. От выполнения трудовой повинности освобождались чиновники от девятого ранга и выше, а также единственные кормильцы в семье. В некоторых случаях допускалась замена призываемого работника выплатой денег в казну, но в исключительных случаях.

Теоретически подобные меры обеспечивали правительству постоянный приток и обновление рабочей силы, численность которой составляла примерно миллион человек. Но, как отмечалось выше, крайне маловероятно, чтобы все, кто подлежал призыву, действительно оказывались в трудовых командах. Поэтому указанная цифра называлась как возможная, но не всегда точная.

Привлекавшихся на работы мужчин использовали на строительных работах и государственных предприятиях, они должны были поддерживать в рабочем состоянии дороги, связывавшие отдельные районы. Строительные проекты включали не только возведение оборонительных сооружений, но и устройство резиденций для императора или членов его семьи, а также сооружение величественных мавзолеев, предназначавшихся для их погребения.

О том, с какой тщательностью проводились работы, свидетельствуют камни, покрытые надписями, возможно высеченные для могилы императора Ан Ди (правившего в 107—125 годах н. э.). На каждом камне указаны размеры и номер, позволявшие определить его местоположение в конструкции. Обозначены также даты, когда его осматривали и принимали чиновники-инспекторы. Скорее всего, эти камни обтачивали и укладывали работники, призванные на государственную службу.

Большинство наемных мужчин направлялось на железные, медные и соляные шахты, а также на заводы. Наравне с ними, но под охраной правительственных войск там работали и каторжане. По приблизительным подсчетам, относящимся к 50 году до н. э., ежегодно на месторождениях железа и меди трудилось около 100 000 человек.

Предметом постоянного внимания правительства являлась транспортировка зерна. Несмотря на ежегодно возникавшие объективные трудности, правительство должно было обеспечить необходимый прожиточный минимум во всех районах. Сложности обуславливались, как уже говорилось, своеобразием природных условий в разных частях страны. Главными путями сообщения в Китае считаются крупные реки, но воспользоваться ими можно было далеко не всегда. Чтобы добраться до отдаленных районов, приходилось преодолевать многочисленные естественные препятствия, например полупустыни и горные цепи, отделявшие одну провинцию от другой.



Рис. 15. Скалы Ямынь, протянувшиеся с востока на запад, посередине примерно на 250 км восточнее Чанъаня несколько островков.


Более того, основная территория, на которой произрастало зерно, находилась на северо-востоке, то есть на достаточно большом расстоянии от столицы и других городов, располагавшихся в западной части страны. Войска, размещенные для охраны на северных границах империи, не могли выращивать необходимое им количество пропитания, даже если климат и состояние земли позволяли это сделать. Чтобы обеспечивать потребности цепочки крепостей и застав, вытянувшихся вдоль всей Центральной Азии, приходилось доставлять им еду через всю страну.

Однако купцы не считали транспортировку зерна прибыльным делом, ибо этот груз занимал много места и легко портился. Кроме того, в Китае отсутствовало достаточное количество пастбищ, на которых можно было в естественных условиях вырастить достаточное количество лошадей и быков. Чтобы купцы соглашались перевозить продовольствие в отдаленные районы, их требовалось соответствующим образом вознаграждать. Обычно купцы, обеспечивавшие выполнение государственных поставок зерна, стремились получить чины. Это позволяло им перейти в группу привилегированных членов общества, то есть выделиться из своей среды. Но такой чести удостаивались немногие, ибо чиновники ревностно следили за тем, чтобы среди них было как можно меньше выходцев из низших слоев населения.

Основное бремя по обеспечению доставки зерна ложилось на местных чиновников и мобилизованное ими население. Новобранцам приходилось перегружать зерно из повозок, запрягаемых волами, в ящики или мешки и затем перевозить их по Хуанхэ. В ряде случаев его грузили на суда и перебрасывали в нужном направлении по каналам и рекам. А далее зерно опять перегружали на повозки и тогда уже доставляли на место.

Поскольку ханьское правительство получало полную информацию об имевшихся трудностях и требуемых капиталовложениях, оно было прекрасно осведомлено обо всем. Так в отчетах за 55 год до н. э. указано, что для перевозки четырех миллионов мер зерна по воде для снабжения столицы было нанято 60 000 человек. Описаны также мероприятия, направленные на осуществление этого замысла. В некоторых случаях для перевозок прорывались специальные каналы для прохождения судов и улучшения ирригационной системы. И эту работу, а также прокладку дорог выполняли призванные на службу работники и даже осужденные.

Некоторые сведения приводятся на надписи, высеченной с целью увековечения подвигов местных чиновников в Юго-Восточном Китае. В ней говорится, что в 63 году была привлечена группа из 2690 осужденных, чтобы построить дорогу в гористую часть региона. В ходе осуществления поставленной задачи соорудили 633 столба, которые поддерживали пять мостов, затратив 766 800 человекодней. Если бы упомянутых 2690 человек использовали постоянно, то на эту работу потребовалось бы порядка 283 дней. К сожалению, камень раскололся в том месте, где упоминается количество материалов, использовавшихся для осуществления проекта, поэтому невозможно установить точную цифру, но, скорее всего, на строительстве использовалось 36 984 плиты.

Призванные на службу работники использовались также на инженерных работах и там, где требовалось насыпать дамбы, чтобы предотвратить угрозу наводнений. В 109 году до н. э. император лично контролировал исправление значительного размыва берегов Хуанхэ, из-за которого примерно в течение двадцати лет водами реки затапливалось значительное пространство, разрушались дома и дороги.

В исторических записях говорится, что на работы было привлечено порядка тысячи человек и что его величество поощрял людей, читая им поэму собственного сочинения, – тогда работы шли с удвоенной быстротой. Косвенное подтверждение о проведенных работах, скорее всего осуществленных с помощью государственных служащих, находим в сведениях о раскопках, проведенных в современной провинции Аньхой.

Предполагалось возвести систему дамб, позволявшую сохранять воду и использовать ее в случае нехватки во время засухи. С другой стороны, во время обильных дождей спускали лишнюю воду, предотвращая наводнения. На основании некоторых косвенных сведений создание поселения приписали известному гидравлику Ван Цзиншаню, который был назначен губернатором этой провинции в 82 году н. э.

Расскажем о нем немного подробнее. Ван Цзиншань происходил из одного из ханьских колониальных поселений, находившихся в Корее, куда его отдаленный предок мигрировал, чтобы не участвовать в династических междоусобицах первой четверти II века до н. э. Его отец служил в местной управе и в 30 году сумел доказать свою преданность ханьскому дому. С детских лет Ван Цзиншань проявлял интерес к чтению и преуспевал в изучении естественных наук, математики и техники. Примерно к 60 году он становится известным гидростроителем, и вскоре, после реализации успешного проекта, связанного с контролированием наводнений, он получил возможность применить свою собственную систему возведения плотин.

В 69 году Ван Цзиншаня пригласили для того, чтобы он помог нормализовать ситуацию, сложившуюся на Хуанхэ. Надо сказать, что и до него гидростроители неоднократно пытались предотвратить разрушительные наводнения. Лет сто назад они попытались разделить основное русло реки на несколько отдельных рукавов, впадавших в море. Однако в течение ряда десятилетий, пока страна была охвачена гражданской войной и междоусобицами, за дамбами никто не следил, и они постепенно пришли в негодность. В результате Хуанхэ размыла их, затопив прибрежные поселения, и обширная территория сильно пострадала.

Ван Цзиншань осмотрел район бедствия и предложил свой план императору. Ему предоставили все имевшиеся в распоряжении правительства материальные ресурсы, а также значительные людские резервы. Тогда Ван Цзиншань принялся за работу. Прежде всего он провел топографическую съемку прибрежной территории и разработал план восстановления каждой дамбы и плотины. В соответствии с его планом рабочие пробивали в горах туннели, расчищали завалы в ручьях и отводили их русла. Установленные с одинаковыми промежутками ворота должны были помочь регулировать движение воды и препятствовать разливам реки во время наводнений.

Хотя Ван Цзиншань всячески стремился привлекать минимальное количество рабочей силы, все же пришлось мобилизовать огромное количество людей. Когда император на следующий год изучал завершенный проект, он отдал распоряжение, чтобы все работы контролировала постоянная группа чиновников.

Теперь никто не оспаривал авторитет Ван Цзиншаня. Вместе со своими помощниками он получил 6000 слитков серебра и высокий чин главного советника императора. В 72 году Ван Цзиншань сопровождал императора в инспекторской поездке и снова получил награду за проявленные достижения.

Занимая пост областного инспектора огромной территории, расположенной в Западном Китае, Ван Цзиншань оказался вовлеченным и в политический конфликт, стремясь воспрепятствовать планам перемещения столицы из Лояна в Чанъань, где она располагалась во времена Западной Хани.

В конце жизни Ван Цзиншань был назначен губернатором провинции Люйцзян, расположенной на северном берегу реки Янцзы, к западу от современного города Нанкина. В те времена территория была совершенно не освоена, там было мало распаханной земли из-за трудностей с орошением, поэтому даже плодородная земля не приносила желаемых результатов.

Изменить ситуацию могло только строительство соответствующей ирригационной системы, и Ван Цзиншань занялся ее разработкой. Он предложил схему комплексного улучшения землепользования и сумел заинтересовать местных чиновников будущими налогами, которые они смогут собирать с местного населения. После строительства сети ирригационных сооружений земли стали плодородными. Кроме того, губернатор объявил о необходимости соблюдения закона и порядка, а также создал условия для выращивания шелкопряда и изготовления изделий из шелка. Как уже говорилось, именно благодаря его усилиям и произошли указанные изменения на территории.

Однако Ван Цзиншань умер, так и не успев осуществить всех задуманных им планов. Кроме всего прочего, он проявлял особый интерес к предзнаменованиям и к прогнозам поведения реки и стремился применить полученные данные в повседневной деятельности. К сожалению, его книга по этому вопросу не сохранилась.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Эдвард Вернер.
Мифы и легенды Китая

М. В. Крюков, М. В. Софронов, Н.Н. Чебоксаров.
Древние китайцы: проблемы этногенеза

Леонид Васильев.
Древний Китай. Том 1. Предыстория, Шан-Инь, Западное Чжоу (до VIII в. до н. э.)

Э. О. Берзин.
Юго-Восточная Азия в XIII - XVI веках

Под редакцией А. Н. Мещерякова.
Политическая культура древней Японии
e-mail: historylib@yandex.ru
X