Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Любовь Котельникова.   Итальянское крестьянство и город в XI-XIV вв.

Либеллярный договор, контракты titulo locationis, tenimentum, melioramentum и другие в XIII—XIV вв.

Какова была судьба либеллярных и иных видов наследственных держаний в XIII—XIV вв.?

Для решения этих вопросов мы располагаем источниками двоякого рода: это — грамоты XIII в. и статуты Флоренции, Пизы, Пистойи, Сиены, Ареццо, относящиеся к XIII—XIV вв. (либеллярному и прочим контрактам в них посвящены специальные параграфы). Благодаря наличию подобных источников мы сможем проследить как реальное положение либелляриев, так и его отражение в нормах статутарного права. К сожалению, общее количество либеллярных грамот XIII в., которыми мы располагали, значительно меньше, чем для XI—XII вв. Причина этого не только в специфике изданных источников, но в большей мере, вероятно, в том, что в XIII и особенно в XIV в. количество такого рода сделок резко сокращается: на смену либеллярному договору приходит краткосрочная аренда, прежде всего испольщина.121

Социальный состав либелляриев, как и прежде, разнообразен. Однако бросается в глаза более определенная «поляризация» держателей: среди них легче, чем у их предшественников, выделить крестьян и феодальных собственников (последних довольно мало), почти исчезает «промежуточный слой». Видимо, в ходе бурной мобилизации земельной собственности в XI—XII вв. он постепенно «размывался», и многие его представители переходили в ряды крестьян или феодалов. И в этот период нет каких-либо существенных различий между либеллярным договором и иными контрактами о наследственных держаниях.

Часто источники, особенно городские, и сельские статуты и нотариальные формулы (что уже отмечалось и для периода XI—XII вв.) смешивают те и другие контракты даже терминологически.122 Поэтому нам кажется и здесь вполне возможным при рассмотрении различных аспектов наследственных держаний привлекать одновременно с либеллярными договорами и прочие наследственные контракты.

Как и в XI—XII вв., собственники земель, сданных в наследственные держания, — нередко церковные и светские феодалы. Порой светские феодалы передают в либеллярные держания земли, которые являются их бенефициями или арендуются ими от церковных корпораций.123

Примечательно, что все более часто в качестве землевладельцев выступают горожане124 и городская или сельская коммуна125 в целом (так бывало и в XI—XII вв., но факты подобного рода довольно редко встречались в тысячах либеллярных и эмфитевтических грамот, составленных от лица церковных корпораций и значительно реже — светских феодалов). Число либелляриев крупных светских и церковных феодалов сильно сократилось по сравнению с тем, каким оно было в XI—XII вв.126

Церковные корпорации и отдельные священнослужители могли приобретать владения в наследственные держания от светских феодалов. Разумеется, земли обрабатывали непосредственные держатели (хотя они в грамоте и не упомянуты); они же платили и денежный чинш.127

Как и среди собственников, среди либелляриев и наследственных держателей-нелибелляриев в Тоскане XIII—XIV вв. было немало городских жителей. Главные их занятия — ремесло и торговля. Объект держания — дом и другие постройки (возможно, с ремесленной мастерской, которая в грамотах прямо не названа).128 Земельный участок — небольших размеров; это лишь территория, на которой находится дом либеллярия. Чинш — денежный или натуральный — незначителен.129 Передача в держание приравнивается к продаже, фактически почти так оно и есть. Либеллярий весьма заинтересован в полном распоряжении полученным участком, так как он, видимо, собирался обосноваться в городе надолго и хотел иметь надежную «охранную грамоту» для своего дома и примыкающего к нему земельного участка.130

Права распоряжения объектами держания — широкие, вплоть до продажи; собственнику предоставляется право предпочтительной покупки, хотя и не всегда; запрещается, однако, продавать серву, рыцарю и церковной корпорации. В одной из грамот особо поощряется продажа держательского комплекса ремесленнику или непосредственному держателю.131 Очевидна озабоченность собственников тем, что предоставление широких прав распоряжения объектами реально означало порой установление собственности держателей. Добавим: то были земли в городе — обстоятельство для собственников-горожан весьма важное. Являлось особенно нежелательным, чтобы держателями были феодалы-рыцари или церковная корпорация, ибо тогда эти земли гораздо легче могли «уплыть» из рук верховного собственника. Передача их ремесленникам или другим непосредственным держателям была для него не столь опасна. Запрещение передавать держание серву, а также указание, чтобы держатель «надлежащим образом нес службу», в том типе договора, где либеллярий—горожанин, было лишь повторением традиционной формулы и не имело самостоятельного значения (при небольшом чинше и ничтожном, как правило, размере земельного участка).

В договорах о наследственных держаниях (либеллярных и нелибеллярных), заключаемых горожанами, не встречаются какие-либо условия по «улучшению» участка и разведению тех или иных культур (что типично для либеллярного договора). Это и понятно: ведь речь идет о незначительных земельных площадях в городе, занятых домами и прочими постройками. Совсем «нетипичным» является обязательство жителя Пистойи — эмфитевта Родольфино — не прорубать в своем доме, выходящем к монастырской земле, окно больше установленной величины.132

Что можно сказать о держателях некрестьянского типа, но в то же время не являющихся феодалами? Это — лица, получающие земельный комплекс (podere) довольно значительных размеров (7—15 специй), с двумя — четырьмя субдержателями. Неясно, принимают ли сами держатели непосредственное участие в ведении хозяйства или же работники здесь лишь субдержатели, но, как бы то ни было, почти для каждого отдельного случая эту возможность исключить нельзя, о чем свидетельствует самый характер их владений.133 Чинш мог быть натуральным или денежным (сумма же его, если принять во внимание площадь держания, невелика).134 Держание наследственное, либеллярное и нелибеллярное.135 Возможность распоряжения участками довольно широкая. В одной из грамот говорится о запрещении вырубать деревья: за нарушение грозит большой штраф (25 лир) — условие, которое свидетельствует о хозяйственном надзоре, осуществляемом собственником.136 Из других грамот ясно, что либеллярий легко мог отказаться от владений, получив за них к тому же значительную плату, словно производилась продажа его собственной земли.137

Как и горожане, либеллярии указанного типа могли продать свое либеллярное держание, гарантировав собственнику право предпочтительной покупки (более дешевой цене, чем та, которую заплатил бы другой покупатель) и известив его о возможности продажи за 30 дней до нее.138 Хотя составители грамоты декларируют, что нежелание собственника купить участок у либеллярия тем самым означает предоставление ему права продать землю «кому захочет», на деле и таким держателям были поставлены ограничения.

Так, например, в грамоте от 1210 г. монастырь Камальдоли запрещает либеллярию продавать участок «suis paribus, neque fortioribus, nес servo alterius nес alicui loco religioso», — как видим, социальный облик этих лиц весьма различен (здесь же и косвенное подтверждение того факта, что сам либеллярий — не простой крестьянин, иначе «равному ему по статусу» продать было бы можно). Кому же разрешено продать? Оказывается, тому, кто будет «надлежащим образом» обрабатывать эти земли и вносить чинш, что и должны делать держатели.139 Монастырь заботился о том, чтобы продолжать регулярно получать хотя бы небольшой доход, а главное — вовсе не хотел утрачивать право собственности на эти земли: обе опасности (или одна из них) были налицо, если бы земли перешли к сервам или церковной корпорации, равно как и светскому феодалу или купцу.

Наиболее многочисленны в XIII в. наследственные контракты, заключаемые крестьянами. Чинш либелляриев — преимуществемно денежный, небольшой.140 Эмфитевты, как правило, тоже платили незначительный денежный чинш. Держатели iure locationis perpetui и iure tenimenti вносили нередко оброки натурой, а иногда даже выполняли небольшую барщину (в округе Ареццо).141 Впрочем, бывали и исключения: барщину порой несли и эмфитевты.142 В отдельных грамотах упомянута обязанность держателя доставлять чинш к дому собственника.143

Несмотря на общепризнанный наследственный характер либеллярного и эмфитевтического договора, а также держания iure locationis и tenimenti, обычно они возобновлялись через три поколения, после уплаты установленной денежной суммы.144

В округе Ареццо контракты нередко заключали лица, чьи родственники являлись держателями этих же участков (по-видимому, не по договору).145

Сгон арендатора с участка договором воспрещался и, судя по свидетельствам ряда источников, был трудно осуществим в действительности. Попытки собственников заменить одних держателей другими на землях, переданных в наследственное держание, далеко не всегда удавались.146 Без сомнения, наследственные держатели приобрели довольно прочные права на свои владельческие участии и отнять их было те так просто.

Либеллярии-крестьяне в XIII в., как и наследственные держатели некрестьяне, обладали весьма широкими правами распоряжения держаниями. Они могли продавать их кому угодно, соблюдая, а иногда и не соблюдая право собственника на предпочтительную покупку,147 отказываться от держания (порой этот отказ был связан с определенными ограничениями),148 приобретать землю в собственность. Сама передача участка в либеллярное или эмфитевтическое держание подчас считается продажей и именно так называется в источниках (как грамотах, так и статутах).149 Поэтому и высока плата за инвеституру: она во много раз больше чинша.150

Таким образом, в XIII в. наследственные держатели крестьянского типа в большей части Тосканы приобрели весьма значительные имущественные права. Они еще не собственники своих держаний, но их права весьма близко подошли к грани, отделяющей собственность от владения (наследственное право на участок, возможность продать и отказаться от держания, отсутствие во многих случаях каких-либо иных обязанностей, кроме уплаты небольшого денежного или натурального чинша). Очевидно, либеллярные, эмфитевтические и иные сданные в наследственное держание земли нередко и их держателями трактовались как собственность. Не случайно, потому в ряде грамот, упоминающих о каких-либо сделках с такими участками, особо подчеркивается, что собственность остается за землевладельцем.151 В городских статутах Сиены и Вольтерры специальные параграфы рассматривают случаи, когда эмфитевт или либеллярий имеют в держании земли свыше 30 лет. Тем не менее они не должны признаваться собственниками, хотя, согласно римскому праву, человек становится собственником всякого имущества, которым он владел более 30 лет.152

В разных районах Тосканы права наследственных держателей были неодинаковы. Так, более обременительными повинностями были обязаны многие держатели в округе Ареццо. Однако и здесь они не только имели юридическую возможность распоряжения участком, но и в действительности нередко отказывались от него (получив при этом денежную сумму как за продажу земли); продавали не только собственнику, но и любому другому человеку (иной раз даже и не поставив собственника в известность, хотя весьма часто должны были это делать).

Подобно либеллярным и иным наследственным контрактам XI—XII вв., «крестьянские» договоры XIII в. обычно лишь в общей форме говорят об улучшении участка, довольно редко проскальзывает само слово.153 И очень редко в той или иной грамоте можно встретить некоторые предписания, касающиеся непосредственно хозяйственной деятельности держателя.154

Как эволюционировал либеллярный договор в XIV в.? К сожалению, в нашем распоряжении не было либеллярных грамот из городских округ Тосканы. В качестве источников мы использовали городские статуты Ареццо, Флоренции, Сиены. При их чтении обращают на себя внимание два обстоятельства, резко отличающие либеллярные договоры XIV в. от контрактов XI—XIII вв. Прежде всего большое внимание уделено собственно хозяйственной практике либеллярия. В статутах детально описывается, какого рода улучшения обязан осуществить либеллярий, какие именно работы он должен выполнять на винограднике и на поле, кто несет расходы по обработке участка, каков порядок уплаты чинша и т. п.155 В этих документах очень явственно выступает вмешательство собственника в сферу хозяйственной деятельности держателя: он не может без согласия сеньора произвести какую-либо замену культур, ввести иной способ обработки участка, высадить плодовые деревья или виноградники или срубить их и т. п.156 Иногда собственник земли принимает участие в расходах по обработке участка, и тогда либеллярный договор приобретает некоторые черты, сходные с «классической испольщиной».157

Вмешательство собственника в хозяйственную деятельность либеллярия (и даже участие в некоторых расходах) могло иметь двоякое значение: либо способствовать прогрессу земледелия (чаще всего это бывало тогда, когда чинш представлял собой долю урожая, и собственник был прямо заинтересован в росте доходов); либо наоборот, препятствовать применению новых способов обработки земли, посеву новых культур (если это было не в интересах собственника). Либеллярии (как и собственники) могли всегда «продать свое право» на держание. Однако договор не должен прекращать свое действие: покупателю предписывается взять на себя те же обязательства, которые выполнял прежний либеллярий. Смена собственников также приводила к перезаключению либеллярного контракта, и держатели не имели права противиться этому. Думаем, что перезаключение договора могло привести в реальной действительности к ухудшению условий держания, поэтому либеллярии и не хотели совершать такой акт; этим же мотивом, по-видимому, объясняется и много раз повторяемое в статутах предписание, согласно которому условия нового договора должны быть такими же, какими они были в прежнем.158

В статуте XIV в. одной из сельских коммун Луккской округи (XIV в.) запрещается передача в держание какого-либо участка без согласия самого держателя (наследственного или срочного). Тем самым права его признаются заслуживающими уважения.159

Большое внимание уделяется в городских статутах XIV в. порядку взимания чинша с либелляриев и эмфитевтов. Уже отмечалось, что из всех обязательств наследственного держателя уплата чинша ставилась на первое место.160 Уклонение от нее в течение трех лет делает недействительными контракты, говорится в статуте Сиены (начало XIV в.).161 Особые параграфы статута Ареццо всесторонне рассматривают возможные случаи неуплаты чинша в положенный срок и намечают меры к исправлению положения. Так, не принимается во внимание жалоба держателя на то, что к моменту заключения договора ему было меньше 25 лет. 16 лет — достаточный возраст для того, чтобы либеллярий мог быть «лично и своим имуществом» принужден платить чинш.162 В случае его уклонения от уплаты собственники (domini) вправе привлечь виновных к ответственности и возмещению причиненного урона. Однако требовать чинш можно не больше, чем за предыдущие 10 лет.

Стремление обеспечить регулярное поступление доходов с переданных в держание земель заметно и в следующем предписании статута: если в течение года со дня заключения договора либеллярий не вступит во владение землей и не будет платить чинш, собственник может передать этот участок другому лицу, продать или же оставить за собой.163 Неуплата чинша в течение двух или даже трех лет еще не ведет к потере владения наделом, наказание ограничивается штрафом в 3 лиры (помимо уплаты чинша). Однако 5-летний срок неуплаты и отсутствия на участке приводит уже к потере прав на него (все это — во власти господина и происходит в соответствии с его желанием — si dominus voluerit);164 невыполнение держателем условий договора и при отсутствии либеллярной грамоты ведет к такому же наказанию. Штраф не взимается, коль скоро сам собственник не примет чинш в установленное время. Если чинш не уплачен вследствие урона, нанесенного участку военными действиями или стихийными бедствиями, его размер сокращается наполовину или на две трети. Подобные предписания нередки и в либеллярных договорах XI—XII вв. — обстоятельство, свидетельствующее, что неурожаи, опустошения и разграбления территорий войсками были обычным явлением и поэтому их возможность предусматривалась повсюду в письменных соглашениях (особенно долгосрочных).165

Как и в XIII в., либеллярные договоры в XIV в. совершенно нельзя отделить от эмфитевтических и иных наследственных контрактов, а порой и от аренды за фикт. Предписания городских статутов, касающиеся различных юридических аспектов, держания (заключение и возобновление договора, меры по своевременной уплате чинша, «улучшению» участка и т. д.), относятся не только к либелляриям и эмфитевтам, но и к аффиктариям и прочим арендаторам,166-167 а порой даже к колонам, статус которых уже сильно изменился.

На смену традиционным либеллярному договору и эмфитевсису приходили иные виды аренды. И если название их сохранялось, содержание договора было другим. Неслучайна и терминология: собственник наряду с dominus именуется locator, а либеллярий — conductor, термины, типичные для краткосрочных арендных договоров XIII—XIV вв.

Итак, либеллярный договор в Средней Италии проделал значительную эволюцию в течение VIII—XIV вв. Если в VIII—X вв. он оформлял вступление в личную зависимость обедневших общинников, то в XI—XII вв. заключение такого контракта зачастую означало приобретение феодальным держателем прав, близких к собственности. В XIV же веке либеллярные и иные наследственные держания вплотную подошли к различным видам краткосрочной аренды (за фикт, испольщине), характеризовавшимся рядом ограничений имущественных (а иногда и личных) прав держателя и усиливавшимся вмешательством собственника в хозяйственную деятельность либеллярия.168 Но на протяжении всего этого периода либеллярный договор, а также соглашения об эмфитевсисе, titulo locationis, iure tenimenti и др. оставались феодальным актом. Само по себе заключение договора отличало положение либеллярия от феодально зависимого крестьянина — колона, массария, виллана. Но его зависимость не теряла своего феодального характера, хотя ее формы и были иными: здесь преобладали экономические элементы, порой значительно вытеснявшие внеэкономические, неизменно характерные для крепостничества. Но ведь «несвобода... от крепостничества с барщинным трудом может смягчаться до простого оброчного обязательства»,169 и «формы и степени этого [внеэкономического] принуждения могут быть самые различные, начиная от крепостного состояния и кончая сословной неполноправностью крестьянина».170 Мы вовсе не хотим сказать, что внеэкономическое принуждение полностью потеряло свое значение либеллярных договорах XI—XIV вв. Этого не случилось. Но формы его были иными. А носителями «привычных» историкам видов крепостничества и личной несвободы остались колоны и сервы, которые, однако, во все большем числе и во все возрастающей степени с конца XII в. и главным образом в XIII—XIV вв. освобождались от личной зависимости.

Либеллярный договор в XIII—XIV вв. в отличие от «классической» испольщины не содержал в себе элементы новых, не феодалыных отношений между собственником и держателем. В источниках нет свидетельств применения либелляриями труда наемных работников, «равного вложения капиталов» и соответственного «деления доходов с участка» и т. п. Тем не менее форма договора была весьма удобной для использования его представителями торгово-ремесленных слоев в целях приобретения обширных земель в контадо, дистретто и даже участков в самом городе. И если земли в дистретто служили источником получения тех или иных сельскохозяйственных продуктов (потреблявшихся там либо шедших на продажу в город), то приобретение городских участков (либеллярным договором обеспечивалось довольно прочное право владения ими) имело важное значение и в другом отношении: на этой земле размещались ремесленные мастерские и торговые заведения. Либеллярный договор предоставлял широкие возможности крестьянам-держателям интенсифицировать свое хозяйство, разводить доходные культуры, применять более совершенные приемы обработки почвы и ухода за посевами. Разумеется, все это могли делать и краткосрочные арендаторы (аффиктарии и испольщики), но непродолжительный срок аренды, постоянное вмешательство собственника в ведение хозяйства, ограничение имущественных прав арендатора рождали у него неуверенность в будущем и недостаточно благоприятствовала всевозможным хозяйственным «улучшениям». Либеллярии же вплоть до XIV в. обладали значительными имущественными правами и хозяйственной свободой. Однако и по отношению к ним собственники стремились (с целью получения больших доходов) постепенно вводить те или иные ограничения. Последние росли на протяжении XIV в., сближая либеллярный договор с краткосрочной арендой.

Мы пытались показать, что было бы совершенно неверно, как это нередко принято в буржуазной историографии, анализировать условия держания некоего «среднего» либеллярия безотносительно к его социальному статусу. Условия либеллярного держания даже в один и тот же период времени бесконечно варьировали в зависимости от географического расположения отдельных районов и от социального положения держателя и собственника. В то же время и одинаковые юридические условия (что также нередко случалось) имели далеко неодинаковое значение для правового и имущественного положения либелляриев различного социального статуса. Совсем не единой массой были и крестьяне-либеллярии, из которых довольно явственно выделялась зажиточная верхушка — лица, арендовавшие несколько участков, порой с сидевшими на них одним-двумя субдержателями. Именно эти либеллярии, по-видимому, чаще связывались с городским рынком, успешно реализуя на нем часть продуктов своего хозяйства.




121 R. Romeо. Op. cit., р. 485; С. Violante. Op. cit., p. 519—520.
122 FFN, р. 104—105, 106—107 и др.: контракт попеременно именуется то эмфитевсисом, то либеллярным держанием. Ср. Rainerius de Perusic. Ars notaria..., parte 2, rubr. 1, 2, 3: либеллярное держание и эмфитевсис практически никак не разграничиваются.
123 Anghiari, rubr. 16: собственниками либеллярных земель могут быть клирики или светские лица (laid); Camaldoli, vol. 3, № 2111 (1236г.): собственность на многие земли в округе Ареццо, переданные по либеллярному праву, принадлежит монастырю Камальдоли. Ср. ibid., № 1472, 4475 (1210 г.); № 1523, 1624 (1213 г.); № 1770 (1224 г.); № 1776 (1225 г.) и многие другие. О собственниках - светских феодалах, передающих земли в держание, см. Camaldoli, vol. 3, № 1546 (1214 г.).
124 DAC, р. 147—148, № 56 (1205 г.): Гвидо Канданци, житель Флоренции, вместе со своей матерью передает по либеллярной грамоте (передача именуется «продажей») Пелличарию Бенинказе (возможно, что имя указывает на его занятие: он — меховщик) дом и другие постройки в городе, в бурге св. Лаврентия, в полное распоряжение либеллярия. Последний должен платить чинш (9 денариев) не Гвидо, а епископу Флоренции, от которого, вероятно, Гвидо сам имел этот дом в держании. Breve ordin. Pist. (1280 г.), p. XXXVI—XXXVII: Писторезе Бонапарте — житель Пистойи, очевидно, бенефициарий монастыря Сан-Пьетро Маджоре. Чинш с дома и земельного участка поступает монастырю. Аббатиса ратифицирует и данную грамоту. Помимо этого участка, переданного в эмфитевсис, Писторезе имел также другие земли в городе.
125 DI (Arezzo), vol. II, p. 204—205 (1234 г.): подеста Ареццо с согласия 200 членов городского Совета от имени коммуны передает в либеллярное отдельные доли крепости Монтекки (которая была подарена городу ее собственниками-феодалами). Многие из держателей, очевидно, также феодалы и должны платить номинальный чинш — 2 денария с доли (platea). Anghiari, rubr. 9, 86: собственником земель, передаваемых в держание (tenuta), выступает коммуна крепости Ангиари, от ее имени сделку заключают подеста или консулы.
126 Camaldoli, vol. 3, № 1640 (1219 г.): Гуэльлельмино Артини да Монторио получил по либеллярной грамоте в округе Ареццо 60 tavole (1 tavola = 12 модиев) от монастыря Камальдоли. Чинш символический — 4 денария, но при заключении акта уплачено 30 сол. DI (Ареццо), vol. II, р. 204—206 (1234 г.): несколько светских феодалов продали городской коммуне Ареццо за 1420 лир крепость Монтекки (в округе города) вместе с принадлежавшими ей реками, лесами и другими необработанными площадями, а также правами на тортовые пошлины и судебные штрафы. Коммуна, поделив крепость и земли на доли (platea), передала их в либеллярное держание 20 лицам (среди них, очевидно, многие были крупными феодалами — domini). Держатели взяли на себя обязательство постоянно проживать на территории крепости, построить там дома, не продавать, не обменивать и не передавать кому-либо эти земли в аренду или держание (последнее для феодалов едва ли было выполнимо). С каждой доли шел символической чинш — 2 денария.
127 Camaldoli, vol. 3, № 1646 (1214 г.) и многие другие. Чинш — 3 денария. За передачу одной пеции уплачено 10 лир, что свидетельствует о больших правах на участок, приобретаемых держателем.
128 DAC, р. 147-148, № 56 (1205 г.); Breve ordin. Pistorii, p. XXXVI—XXXVII (1280 г.). — Ср. Imbreviature notarili, vol. 1, № 294 (1221 г.): аббат монастыря св. Михаила по договору iure locationis передает участки незначительной величины в Сиене около Порта Овиле. Один из держателей — ремесленный мастер (magister Garardo), красильщик; ср. ibid., № 554 (1223 г).
129 DAC, № 56 (1205 г.): 9 денариев; Camaldoli, vol. 3, № 1973 (1232 г.): 21 денарий; Breve ordin. Pistorii p. XXXVI—XXXVII, (1280 г.): 3 стария пшеницы. Camaldoli, vol. 3. № 1487 (1211 г.): 1 бононьин. Imbreviature notarili, vol. I, № 291 (1221 г.): 6 сол.; № 292: 6 сол.; № 293: 7 сол.; № 294: 11 сол.; № 480, 532 (1223 г.): 6 сол.
130 DAC, № 56 (1205 г.): в грамоте прямо говорится о «продаже и передаче по либеллярному праву» дома во Флоренции. Чинш невелик — 9 денариев; плата же за совершение сделки весьма высока — 43 лиры. Breve ordin. Pistorii, р. XXXVI—XXXVII (1280 г.): собственник именуется «продавцом», а эмфитевт — «покупателем». Самый акт расценивается как «продажа по праву эмфитевсиса». Плата за вступление в держание — 40 лир, а ежегодный чинш — 3 стария пшеницы (максимум 10—15 сол.). Camaldoli, vol. 3, № 1487 (1211 г.): 5 лир — плата за передачу в эмфитевсис участка леса кузнецу, чинш — 1 бононьин.
131 DAC, № 56 (1205 г.): либеллярий имеет право делать с держанием «что угодно» («quicquid vobis placuerit faciatis»). Camaldoli, vol. 3, № 1973 (1232 г.): если он «захочет продать свое право» (ius huius rei vendere), должен трижды в течение 30 дней известить собственника — монастырь Камальдоли, и коль скоро тот пожелает купить, продаст монастырю на 2 сол. дешевле, чем другому покупателю. Если монастырь купить не пожелает, либеллярий может продать кому захочет «salvo iure suo» (т. е. право монастыря). Однако запрещается продавать право на держания серву, церкви и лицу того же социального статуса, что и сам держатель (non det suis paribus). Монастырь нуждается в таком либеллярии, который бы нес службу «надлежащим образом» («sed tali persone q. serviat sibi et successoribus, sicuti servire is debet»). Очевидно, данный либеллярий не очень устраивал монастырь, так как был не «рядовым держателем», и монастырю угрожала опасность потерять этот городской участок. Breve ordin. Pistorii, p. XXXVI—XXXVII (1280 г.): эмфитевт может продать дом в Пистойе, которым он владеет, с разрешения аббатиссы монастыря Сан Пьетро Маджоре (Писторезе, передавший этот дом Родольфино, вероятно, как уже говорилось, являлся бенефициарием монастыря). Ограничен и круг возможных покупателей: запрещается продавать рыцарю или его сыну и внуку. Допускается продажа homini artifici seu laboratori, причем за разрешение эмфитевт должен в качестве платы внести 1 ф. перца (вероятно, род занятий эмфитевта был таков, что этот вид оплаты был для него вполне удобен и приемлем).
132 Breve ordin. Pistorii, p. XXXVII (1280т.).
133 Camaldoli, vol. 3, № 1472, 1475 (1210 г.): братья Джанни и Якобо из виллы Башано (округа Ареццо) получили в либеллярную аренду от монастыря Камальдоли земли, ранее бывшие держанием некоего Петруччо в дистретто Башано. По соседству расположены собственные земли либелляриев. Ibid., № 1523, 1524 (1213 г.): Джанни получил от того же монастыря podere в вилле Колле де Башано. В составе podere — 7 пеций, а также 1/8 доля леса, пастбища и пустоши в Башано, которыми прежде владел Спинелло, державший этот podere. К держанию принадлежит и мельница на реке Арно. Camaldoli, vol. 3, № 1770 (1224 г.): Аста де Монтедолио отказался в пользу монастыря от держаний неких Лауренцио и Канни Орлерии [видимо, они непосредственно держали земли, полученным им от обители (tenimenitum del Colle). Ibid., № 1776 (1225 г.): такого же рода отказ некоего Алькерволи от podere, которое держал Бененказе де Орсаллиа. Rumohr, S. 123—125, № XI (1243 г.): некто Бористоро заключил договор «libera et spontanea voluntate et nullo modo coactus» (видимо, он был не настолько знатен, чтобы последнее по отношению к нему исключалось) с Уго и Альделло, сыновьями Альделли (округа Сиены). В составе держания — 15 виноградников (хотя чинш уплачивается только пшеницей) .
134 Rumohr, № XI (1243 г.): 11 стариев пшеницы с 15 виноградников; Camaldoli, vol. 3, № 1472, 1475 (1210 г.): 4 солида и 6 денариев вместо альбергария; ibid., № 1623, 1524 (1213 г.): с podere из 7 пеций и мельницы — 12 денариев. RCI, vol. 8, № 442 (1208 г.): Альбертино Инпулли от имени графини Тавернаре передал Ламберто Альберти Пьянори все земли около Понте Сан-Роффилли ад Монцони (округа Сиены). Ежегодный чинш довольно велик: 40 корзин (corbella) пшеницы, 35 — полбы, 70 — хорошего вина в праздник св. Михаила. Это вино может быть заменено другим с остальных виноградников того же Ламберто, за исключением небольшого участка (pustitio) около крепости Пьянори. Поручителем Ламберто выступает сын кузнеца Альбертинелло, передающий под залог свой участок в Ронкобланкано. Высокий чинш и, по-видимому, немалые собственные владения, имеющиеся в Ламберто, позволяют предположить, что он был не простым крестьянином-держателем. Держание, вероятно, он обрабатывал не один, а привлекая субдержателей.
135 Ср. Camaldoli, vol. 3, № 1475 (1210 г.) и 1472 (1210 г.).
136 Rumohr, № XI (1243 г.): держатель обязуется также «хорошо обрабатывать» полученную землю.
137 Camaldoli, vol. 3, № 1770 (1224 г.): держатель получил 20 сол., сохранив даже узуфрукт по отношению к этим землям. Ibid., № 1776 (1225 г.): держатель отказался от «omnia iura et actiones, terras, servitia et pensiones, quas et que sibi pertinent de persona et podere Benincase de Orcallia et de suo resedio» в пользу собственника — аббата монастыря св. Марии в Праталиа, за что получил крупную сумму в 20 лир, хотя самый акт расценивается как дарение монастырю.
138 Camaldoli, vol. 3, № 1475 (1210 г.); № 1523 (1213 г.).
139 «Sed tali persone, q. dictum tenimentum vel de dicto tenimento serviat sibi sicut ii servire debent». — Camaldoli, vol. 3, № 1475 (1210 г.). В грамоте 1213 г. (держание там не именуется либеллярным) ограничения круга покупателей нет.
140 Наличие для XIII в. сравнительно ограниченного количества либеллярных и иных наследственных договоров из разных районов Тосканы не позволяет предпринять попытку выявить, какая форма ренты преобладала на такого рода держаниях. Можно только констатировать, что и денежный, и натуральный чинш имели довольно широкое распространение. На либеллярных землях округи Ареццо обычен денежный чинш. См. Camaldoli, vol. 3, № 2010 (1233 г.): 4 денария; № 2116 (1236 г.): 2 денария; № 1460 (1209 г.): 4 сол.; № 2085 (1235 г.): 6 сол.; № 1540 (1214 г.): 4 орл.; № 2111 (1236 г.): 6 сол.; ср. Reg. Luc., vol. 3, № 1826 (1200 г.): 12 денариев и др.
141 DAC, р. 251, № 27 (1224 г.): 20 стариев пшеницы; Camaldoli, vol. 3, № 1419 (1203 г.): 1 денарий (эмфитевтический договор); ibid., № 1423 (1204 г.): 2 стария пшеницы (iure locationis); ibid., № 1433 (1205 г.); пшеница, випо, пшеничные лепешки, окорок, каждый третий год — 1 opera на посеве и одна — во время сбора винограда, одна — на прополке «et alia consueta servitia» (договор tenimentum); ibid., № 1474 (1210 г.): 8 денариев и десятина; ibid., № 1486 (1211 г.): 1 денарий (эмфитевтический договор); ibid., № 1458 (1208 г.): 1 денарий (эмфитевтический договор); ibid., № 1496 (1211 г.): 24 стария пшеницы (iure perpetue obligationis); ibid., № 1438 (1206 г.): 5 стариев зерна (iure locationis) и 6 стариев ячменя (iure locationis); ibid. № 1899 (1229 г.): 10 стариев пшеницы и 10 стариев проса (iure locationis); ibid., № 2009 (1233 г.): недавняя барщина (112 operae manualium и 1 opera bovum) заменяется уплатой 7 сол. 1 денария и доставкой курицы (держание названо feudum); DAC, p. 251, № 27 (1224 г.): чинш — 20 стариев пшеницы (держание «ad laborandum et meliorandum in perpetuum»).
142 Camaldoli, vol. 3, № 1504 (12M г.): с шести пеций в Виньяле (общий размер их невелик — 12 стариев) ежегодная барщина на быках — три ореrае на пахоте, одна — на севе и одна — на жатве. Кроме этого, чинш 1 денарий и через год один окорок; ibid., № 1647 (1220 г.): с 4 пеций — 3 сол. 2 денария, одна opera на быках, одна — ручная.
143 Camaldoli, vol. 3, № 2010 (1233 г.): либеллярий Барфоло Кандуччи чинш (4 ден.) доставляет в Мотану, монастырю Камальдоли. Ср. ibid., № 2086 (1235 г.).
144 Camaldoli, vol. 3, № 1433 (1205 г.); № 1438 (1206 г.); № 1471 (1210 г.); № 1496 (1211 г.); № 2050 (1234 г.); № 2100 (1236 г.) и др. Anghiari, rubr. 16; Camaldoli, vol. 3, № 2010 (L233 г.): либеллярный договор на три поколения; ibid., № 1982 (( 1232 г.): то же; за возобновление — 40 сол.; ibid., № 1419 (1203 г.): эмфитевсис на 3 поколения; ibid., № 1485 (1211 г.): срок действия эмфитевсиса — 100 лет, после чего он должен быть возобновлен; cp ibid., № 1486 (1211 г.); № 1504 (1211 г.); № 1534 (1213 г.) и др.; ibid., № 1602 (1217 г.): держание iure locationis на три поколения; ibid., № 1899 (1229 г.): держание iure locationis с возобновлением в третьем или четвертом поколении. Ср. Rainerius de Perusic. Ars notaria..., parte 2, rubr. 2: за возобновление в четвертом поколении либеллярием уплачивается 20 сол.; ср. ibid., parte 1, rubr. 33 (за возобновление — 5 сол.).
145 Camaldoli, vol. 3, № 1458 (1208 г.): держатель получает земли своего отца; ibid., № 1885 (1229 г.): грамота подобного же рода; ibid., № 1899 (1229 г.): лица, получающие теперь участок iure locationis, и прежде были его держателями; ibid., № 2100 (1236 г.): передаваемый по эмфитевтическому праву аббатом монастыря в Праталиа podere раньше держал (возможно, не на основе договора) отец эмфитевта. В держание порой передавались участки, на которых до того сидели массарии, не связанные договором; Camaldoli, vol. 3, № 1602 (1217 г.); № 2050 (1234 г.) и др. Как мы видели, в XI—XII вв. таких грамот было очень много. В XIII в. их гораздо меньше и встречаются они главным образом в округе Ареццо, социально-экономическое развитие которой шло более медленными темпами, чем других городских округ Тосканы.
146 Reg. Luc., vol. 3, № 1826 (1200 г.): землевладелец Ламберто пытался согнать с участка некоего Белландо из Масса Мачинайя, который был libellarius et tenimentarius. Собственник намеревался передать участок другому человеку (alii locare), возможно, рассчитывая повысить плату за держание. Либеллярий усиленно противился этому, доказывая, что он и его отец «habuerunt et tenuerunt et possiderunt» этой землей в течение 40 лет и ежегодно аккуратно платили чинш 12 денариев. Ламберто, признавая 26-летний срок держания, отрицал, что оно было основано на договоре (per tenimentum vel libellum). Вероятно, согнать держателя с участка, поскольку его права не были оформлены наследственным договором, собственнику представлялось значительно более легким делом. Либеллярий обвинял сеньора в том, что уже год он не хочет принимать от него чинш, незаконно вторгается на участок и даже поджег (или заставил поджечь) снопы. Спор был разрешен в городской курии Лукки. Консулы приняли сторону либеллярия и постановили, что Ламберто не должен беспокоить Белландо, как «tenimentarium de cetero habere et tenere atque possidere dictam petiam, sicut suum tenimentum vel libellum». Anghiari, rubr. 16: если либеллярии или эмфитевты (в статуте они обозначены попеременно то одним, то другим термином) не заплатят чинш в течение двух или трех лет, их не сгоняют с участка, а принуждают заплатить штраф. Ср, ibid., rubr. 9, 86; Camaldoli, vol. 3, № 1534 (1213 г.): если на участок, переданный в эмфитевсис другому лицу, вернется сын прежнего держателя или другой наследник, эмфитевт должен оставить этот участок, а собственник возместит ему расходы по «улучшению» земли, которые тот понес. Собственник платит огромный штраф (100 сол.), если попытается отобрать держание; он должен и возместить убытки и вернуть участок.
147 FFN, p. 107—108: «iure libellario possidere, et quicquid sibi eodem iure placuerit facere, sine alicuius contradictione vel molestia, salvo tamen iure dominii et proprietatis». Rainerius de Perusic. Ars notaria..., parte 2, rubr. 3: «quicquid tibi placuerit faciendum». Camaldoli, vol. 3, № 2116 (1236 г.): Райнальдо-Масурелли продал своему родственнику Канбио «ius et actionem, quod et quam ipse habebat in una terra... quam terram habebat ad libellum» от монастыря св. Варфоломея в Ангиари. Покупатель уплачивает 4 лиры и обещает платить ежегодный чинш монастырю — 2 денария. Значительное число грамот (из округи Ареццо) разрешает либеллярию продажу держания, причем собственник пользуется правом предпочтительной покупки (уплачивает на 2 сол. дешевле, чем любой другой покупатель) и должен быть извещен о намечаемой сделке за 30 дней до дня ее совершения. Запрещается также продажа либеллярной земли «servo alterius, nес eccl., neque suis paribus sed tali persone q. ita pacifice sibi serviat sicut is servire debet». — Camaldoli, vol. 3, № 1460 (1209 г.); ibid., № 1540 (1214 г.); № 2085 (1235 r.); Statuti di Volterra, cod. 2 (1224 r.), rubr. 25: эмфитевт или другой держатель, пожелавший продать ius suum, обязан за 20 дней до продажи предупредить собственника (dominum), который тогда заплатит такую же сумму денег, как и другой покупатель. Если собственник не поставлен в известность в течение 30 дней, продажа аннулируется. После истечения этого срока она при всех обстоятельствах сохраняет силу. Ср. Rainerius de Peruisic. Ars notaria..., parte 2, rubr. 3: продавать либеллярное держание разрешается «по закону», т. е. «libellum faciendi in minoribus vel equalibus personis ita quod ius domini non minuatur». Cp. ibid , parte 2, rubr. 6: собственник имеет право заплатить за землю, переданную iure locationis, на 5 сол. дешевле, чем любой другой покупатель. Если сеньор не захочет купить участок, его можно продать кому угодно, «pari suo vel minori, non capitaneo neque valvassori, non servo neque manenti»; из этого следует, что собственник опасался отчуждения участка влиятельным держателем; вместе с тем надлежащий уход за землей и улучшения могли надежно обеспечить только лично свободные держатели и в гораздо меньшей мере — сервы и manentes. Ср. Моnum. Raven., vol. II, № 104 (1223 г.): либеллярный договор должен заключаться с «mediocris tarnen persona qui non sit servus nес de masnada alterius». Camaldoli, vol. 3, № 1627 (1219 г.): с разрешения собственников — светских лиц держатели продают церкви земли, которые держат от них. Ibid., № 4712 (1222 г.): держатели продают светским феодалам землю, находившуюся в собственности монастыря Камальдоли (ее подарил монастырю их отец). Ibid., № 1724 (1223 г.); № 1756 (1224 г.): держатели продают светским лицам участок, собственник которого — аббатство Праталиа. О согласии собственника при этом не упоминается.
148 Camaldoli, vol. 3, № 2111 (1236 г.): Бенчивенне Гвельфумени отказался в пользу монастыря Камальдоли от прав на огороженный участок земли, которым он владел по либеллярному договору (раньше это была собственность его отца, передавшего участок монастырю и получившего его вновь по либелярной грамоте). В качестве платы («как за собственность») Бенчивенне получил 13 лир. Ibid., № 1829 (1227 г.): Альдебрандо Бальдерини де Моджиона за 5 лир продал тому же монастырю пецию земли, которую держал от него. Ibid., Nb 1783 (1225 г.): Урсуччо и Уголино из Оливето продают церкви Curte Luponis пецию земли, они платили с нее чинш этой же церкви (3 денария). За землю, являвшуюся держанием, продавцы получили 48 сол. Statuti di Volterra, cod. 1 (1210—1222 гг.), rubr. 17; cod. 2 (1224 r.), rubr. 39: за определенную сумму, уплаченную собственнику, держатель может приобрести землю в свою собственность. Bonaini, vol. 1 (1286 г.), L. I, rubr. 150: отказ от держания признается вполне правомерным при соблюдении определенных условий; об этом объявляется с середины августа до середины сентября каждого года. Держатель может увезти созревшее зерно. При нарушении предписаний статута — штраф domino terre 5 сол. с каждого стария площади или в размере чинша будущего года.
149 FFN, р. 107—108; iure libellario vendidit. Либеллярий именуется «покупателем». Ср. ibid., р. 104—105; Bonaini, vol. I, L. I, rubr. 179 (1286 г.): подеста и капитаны Пизы выносят постановление, запрещающее горожанину Пизы или жителю дистретто без разрешения андианов продавать земли или судебные права чужаку. «Продажей и отчуждением» считается и передача в эмфитевсис. Camaldoli, vol. 3, № 1773 (1225): iure emphyteosin vendidit; cp. ibid., № 1488 (12111 r.); № 1486 (11211 r.).
150 FFN, p. 107—108. Camaldoli, vol. 3, № 1460 (1209 г.): чинш — 4 сол.; инвеститура — 35 лир; ibid., № 1982 (1232 г.): чинш — 6 денариев, инвеститура — 50 сол.; ibid., № 1540 (1214 г.): чинш — 4 сол., инвеститура — 20 сол.; ibid., № 1458 (1208 г.): чинш — 1 денарий, инвеститура — 4 лиры; ibid., № 1419 (1203 г.): то же соотношение; ibid., № 1485 (1211 г.): чинш — 1 денарий, инвеститура — 34 лиры 10 сол.; ibid., № 1773 (1225 г,): инвеститура — 48 лир 9 сол.; чинш — 1 денарий. Rainerius de Perusic. Ars notaria..., parte 2, rubr. 2: чинш — 2 денария, инвеститура — 4 лиры, и многие другие.
151 FFN, р. 107: «salvo tamen iure dominiii et proprietatis». Camaldoli, vol. 3, № 1707 (1222 r.): «Salva pensione et proprietate ipsius ecclesie». Ibid., № 1460 (1209 r.); «salvo iure proprietatis et dominii; cp. ibid., № 2017 (1233 r.): некий Синибальдо обещал постоянно платить ежегодный чинш — 8 стариев зерна монастырю Камальдоли с земельного участка, (podere) приобретенного им у Барончелло Качиоло salvo dominio et proprietate (очевидно, верховным собственником участка оставался монастырь).
152 Const. Siena 1283, р. 178, rubr. XXXVII: правило, что владелец имущества после 30-летнего срока владения становится его собственником, не распространяется на либелляриев, эмфитевтов и прочих арендаторов и держателей. Statuti di Volterra, cod. 2 (1224 r.), rubr. 43; cod. 1 (1210—1222 гг.), rubr. 76: владение землей, принадлежащей коммуне, даже в течение 30 лет не превращает ее держателя в собственника.
153 Rainerius de Perusic. Ars notaria..., parle 2, rubr. 1 и др.
154 Ibid., rubr. 6: держатель iure locationis обещает построить на участке дом. Camaldoli, vol. 3, № 2010 (1233 г.): собственник может прийти на либеллярный участок, чтобы дать какие-либо указания, касающиеся ведения хозяйства. Ibid., № 2085 (1235 г.): либеллярии обещают содержать в порядке деревья на участке — «teneantur arbores in dicta clausura existentes bene custodire et in bono statu retinere».
155 Statuto di Arezzo (1327), L. 3, rubr. 35.
156 Statuto di Arezzo (1327), L. 3, rubr. 27: либеллярий так же, как и аффиктарий, не может без разрешения собственника или его наследников срубить какое-либо дерево или виноградную лозу на участке. Нарушивший платит большой штраф (если договор отсутствует — банн. коммуне) и, кроме того, возмещает ущерб. Ibidem: в случае увеличения площади надела за счет аллювиальных земель держатель обязан включить их в состав своего участка при условии, если собственник не будет возражать против этого. Ibid., rubr. 35: по желанию собственника либеллярий или эмфитевт обязаны высадить у себя виноградники; всякое изменение культур (так же, как и возобновление договора) вообще может быть ими произведено только «если захочет сеньор» (si dominus voluerit). Ср. ibid., rubr. 26. Если случались неурожай или военные опустошения, собственник предписывал держателю вновь засеять участок, чтобы успеть собрать урожай в это же лето. Так или иначе, но фикт с «нерадивого держателя» взыскивался при любых обстоятельствах.
157 Statuto di Arezzo (1327), L. 3, rubr. 35: и либеллярий, и собственник в равной мере несут расходы, если последний предпишет своему либеллярию развести виноградник. Если же либеллярий слишком беден (nimis pauper), большую часть расходов собственник, очевидно, может взять на себя (решение об этом примут подеста и iudices Ареццо).
158 Statuto di Arezzo (1327), L. 3, rubr. 28.
159 ARAL, t. XXIV, 1886, p. 521—522. Statutum communis Bureri Mozani.
160 Statuto di Arezzo (1327), L. 3, rubr. 35.
161 Const. Siena, 1309—1310, vol. I. D. II, rubr. 300.
162 Statuto di Arezzo, (1327), L. 3, rubr. 34.
163 Ibidem.
164 Ibid., rubr. 26.
165 Ibidem. Арендатор должен известить об этом собственника не позднее, чем через 10 дней после нанесенного ему ущерба.
166-167 Statuto di Arezzo (1327), L. 3, rubr. 26. Cp. Statuti fiorentini, vol. 1, L. 1, rubr. 56. Statuto di Arezzo (1327), L. 3, rubr. 26, 28, 34, 35; Const. Siena, 1309—1310, rubr. 300 и др. Впрочем, подчас заглавия параграфов таковы, словно речь идет лишь о либеллярном держании: «De rebus libellariis»; «De instrumentis libellariis et executione eorum»; «De renovatione libelli» и т. п.
168 Общее направление эволюции либеллярного договора в Средней Италии в XI—XIV вв. было, очевидно, весьма сходным с тем, по которому пошло развитие договорных отношений в Северной Италии. См. Л. М. Брагина. Положение крестьянства в Северо-Восточной Италии в XIII—XIV вв., стр. 104—116; В. В. Са маркин. Эволюция либеллярного держания в Северо-Восточной Италии в XII—XIV вв.; R. Romeo. Op. cit. Недостаточное количество источников XIV в., имевшихся в нашем распоряжении, и их специфический характер не дают возможности со всей определенностью утверждать, что в XIV в. подавляющее большинство либеллярных держаний в Средней Италии эволюционировало в направлении краткосрочной аренды. Возможно, что часть либелляриев продолжала сохранять на свои держания права, близкие к собственности.
169 К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, т. 25, ч. II, стр. 353.
170 В. И. Ленин. Полное собрание сочинений, т. 3, стр. 185.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

М. А. Заборов.
Введение в историографию крестовых походов (Латинская историография XI—XIII веков)

Жорж Дюби.
Трехчастная модель, или Представления средневекового общества о себе самом

Джуэтт Сара Орне.
Завоевание Англии норманнами

Сьюард Десмонд.
Генрих V

Юлиан Борхардт.
Экономическая история Германии
e-mail: historylib@yandex.ru