Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Генрих Шлиман.   Илион. Город и страна троянцев. Том 1

§ V. Панорама Троянской долины

Я могу добавить, что сама Троянская долина еще более щедро, нежели окружающая страна, одарена исключительным плодородием почвы и великолепной красотой своего ландшафта. Я приглашаю читателя вместе со мной пройтись весной на закате по вершине Гиссарлыка, чтобы он мог сам убедиться в том, насколько троянцам повезло по сравнению с прочими людьми в прекрасном местоположении их города[328]. Непосредственно перед нами простирается долина, обрамленная Симоентом и Калифатли-Асмаком, древним Скамандром, которая была местом действия основных сражений «Илиады» и сценой столь многих героических подвигов. Она покрыта пшеницей и бесчисленным количеством красных цветов. Долина кончается у слияния двух рек милей дальше, рядом с деревней Кум-Кей: ее небольшие домики с террасами очень напоминают построенные из ила хижины египетских феллахов. Горный гребень справа от деревни, покрытый крупночешуйчатыми дубами, идет на северо-восток, на мыс Ретий, на нижней высоте которого, слева, наши глаза различают курган, который традиция приписывает Аяксу; его вершина, согласно измерениям Бюрнуфа, находится в 40,22 метра = 131 футе над уровнем моря. К северу от кургана лежит место, где находился древний город (8 метров = 26 футов 8 дюймов над уровнем моря, согласно измерениям Бюрнуфа). Здесь все усеяно фрагментами древней керамики и осколками скульптур из белого мрамора. Близ морского берега поднимается небольшой курган, который, согласно Павсанию[329], должен быть тем самым курганом, на который традиция первоначально указывала как на гробницу Аякса. Я вернусь к нему в описаниях курганов героев[330]. Рядом с этим курганом находится изуродованная мраморная статуя героя, одетого, колоссального размера. Скорее всего, на этом месте находился древний город Эантий, о котором не говорит Страбон, но мельком упоминает Плиний[331], сообщая, что в его время Эантий уже не существовал.
Рис. 21а. Вид северной части троянской долины с холма Гиссарлык: 1 – Ени-Шехр на мысе Сигей; 2 – остров Имброс; 3 – гора Саос на Самофракии; 4 – Эгейское море; 5 – Кум-Кале; 6 – маяк; 7 – полуостров Галлиполи; 8 – Геллеспонт; 9 – Симоент; 10 – справа от верблюдов – древнее ложе Скамандра; 11 – курганы Ахилла и Патрокла

Рис. 21b. Вид юго-восточной части троянской долины с холма Гиссарлык: 1 – цепь гор Иды; 2 – деревня Чиблак; 3 – гора Гаргара (Каз-Даг); 4 – раскопки храма; 5 – алтарь

На мысе Ретий, в 250 метрах = 820 футах к востоку от большого кургана Аякса, находятся многочисленные следы древнего города, возможно Ретия, о котором неоднократно говорит Страбон[332] и который все еще существовал во времена Плиния[333]. Чуть дальше к востоку и северо-востоку находятся еще четыре маленьких искусственных холма; они стоят на возвышенности, которая спускается в миниатюрный порт, который сейчас называется Каранлык («тьма»). Здесь в изобилии встречаются фрагменты мраморных колонн и керамики. Я согласен с г-ном Калвертом в том, что вышеупомянутый город Эантий должен был доходить до этого места и что Каранлык отмечает его порт; возможно, это в то же время был и порт Ретия.
Рядом с вершиной Ретия и параллельно с ней – глубокое ложе Ин-Тепе-Асмака, в которое некогда впадал Скамандр, несколько к северо-востоку от Кум-Кея. Мы не можем увидеть отсюда курган Ила, где Скамандр раньше изгибался на северо-восток или востоку, поскольку он слишком низок. Глаз на некотором расстоянии может следовать на северо-запад за руслом Калифатли-Асмака, пока мы не теряем его из виду среди дубов, которыми покрыта долина; однако мы можем четко проследить его течение к северу вплоть до устья по двум рядам деревьев, которыми обрамлены берега Скамандра. Слева от его устья мы видим маленький городок Кум-Кале с его двумя белыми минаретами и цитаделью, окруженной высокими стенами, на которые теперь можно было бы легко подняться, поскольку ветер нанес огромные массы песка на восточной стороне. Кум-Кале был оживленным и цветущим городом до того, как был построен город Дарданеллы; это случилось от силы сто лет назад; в самом деле, массы мрамора, столь щедро потраченного на строительство мечетей и фонтанов Кум-Кале, которые ныне иссякли, свидетельствуют о его былой пышности. Фрагменты древних мраморов, а также каменных гробниц, которые иногда выкапывают в самом Кум-Кале или рядом с ним, заставляют меня полагать, что на его месте некогда располагался древний город Ахиллейон , который, согласно Геродоту[334], построили митиленцы. О нем упоминает Страбон, который говорит, что он был разрушен илионцами[335], и Плиний[336], который утверждает, что в его время он более не существовал. Месье Бюрнуф заметил мне: «Течение Геллеспонта не мешает образованию наносов у Кум-Кале, поскольку 1) форт практически похоронен под песком, который приносят сюда северный и северо-восточный ветер; 2) течение Скамандра образует перед Кум-Кале горизонтальные песчаные дюны, где болото мало-помалу под воздействием растительности изменяется в плодородную землю; 3) у устья Скамандра есть отложения песка на одном уровне с уровнем моря; хотя кажется, что они не могут расти выше, поскольку ветер сносит их гребни, когда они выступают выше уровня моря и высыхают; 4) за Кум-Кале на берегу Эгейского моря находится лагуна с соленой водой, которая обычно заполняется и, видимо, непосредственно связана с морем. Коротко говоря, весь перешеек Кум-Кале, видимо, образовался недавно; море, должно быть, некогда омывало подножие мыса Сигей. Однако, возможно, этот перешеек в его современном состоянии уже существовал в эпоху Троянской войны, поскольку для его образования нужны были века».
К юго-западу от Кум-Кале мы видим мыс Сигей, увенчанный христианской деревней Ени-Шехр на высоте 252 фута над уровнем моря и множеством ветряных мельниц; непосредственно к востоку от него находятся два кургана, один из которых приписывается Ахиллу, другой – Патроклу. Далее мы видим прекрасный синий Геллеспонт, который с севера ограничивается фракийским Херсонесом, который завершается мысом, увенчанным маяком; возможно, на этом месте находился древний Элей , упомянутый Фукидидом[337]. Далее к северо-западу мы видим Эгейское море и на расстоянии примерно 23 миль от мыса Сигей – остров Имброс. Его окружность составляет примерно 23 мили, и в древности на восточной его стороне находился одноименный город. Над Имбросом вздымается высокая гора острова Самофракия, на вершине которой сидел Посейдон, с удивлением глядя на битвы перед Троей; отсюда он наблюдал за греческим флотом, городом Троей и горой Ида[338]. Согласно автору схолий на это место и Плинию[339], эта гора называлась : высота ее составляет 5 тысяч футов. Плиний говорит (с абсурдным преувеличением, которое представляется ошибкой переписчика): «На Самофракии возвышается гора Саос, высотой 10 миль». Немного далее к западу мы можем увидеть на расстоянии 119 миль прекрасный конус вершины Афона, которая у Гомера называется [340], а у других античных писателей [341] (теперь Монте-Санто) – высочайший и наиболее восточный хребет, которым македонский полуостров Халкидика выступает в Эгейское море. Плиний[342] утверждает, что он выступает в море на 75 римских миль и что его окружность составляет 150 миль. Страбон[343] сравнивает его форму с женской грудью.
Один мой суровый критик объявил, что гора Афон видна с Гиссарлыка только на закате ранней осенью[344]; однако я могу уверить читателя, что это совершенно неверно, поскольку гора видна с Гиссарлыка на закате весь год при ясной погоде.
Согласно Геродоту[345], Ксеркс в ходе своего путешествия в Грецию прорыл канал через перешеек, соединяющий Афон с полуостровом Халкидикой. Этот мыс также назывался Актой[346]. Гора Афон теперь славится своими монастырями, которых, как говорят, там 34 (32 греческих и 2 русских), и древними рукописями, хранящимися в его библиотеках.
Вернувшись на Троянскую долину и обратив наши глаза к северу, северо-западу, западу и юго-западу, мы сразу видим перед собой широкое русло древнего Скамандра (теперь Калифатли-Асмак); затем христианскую деревню Калифатли с ее деревянной церковной колокольней; далее ряды деревьев, которые обрамляют русло современного течения Скамандра; затем поля пшеницы, за которыми идут обширные болота, непроходимые, за исключением лишь самого сухого сезона в году, и даже тогда лишь в нескольких местах. Однако в этих болотах есть три моста, через которые их всегда можно перейти, за исключением периодов разлива и некоторое время после. Эти большие пространства стоячей воды, что усугубляется разложением содержащегося в них животного и растительного материала, производят вредные для здоровья миазмы, которые порождают множество болезней, в особенности перемежающуюся лихорадку.
Из античных авторов мы узнаем, что во все время Античности на Троянской долине существовали болота, даже в то время, когда население было многочисленным и мощным. Было даже болото непосредственно под стенами самой Трои, поскольку Одиссей говорит Эвмею:

К твердо-высоким стенам многославного града пришедши,
Все мы от них недалеко в кустарнике, сросшемся густо,
Между болотной осоки, щитами покрывшись, лежали…[347]

Однако болота должны были значительно увеличиться после исчезновения трудолюбивого населения, которое ранее обитало в Троаде. Одно лишь возвращение процветания и земледелия может устранить большинство эндемических болезней, которые вызывают болота.
Троянская долина, которую в ширину можно проехать на коне за два часа, с запада ограничивается берегами Эгейского моря, высота которых в среднем составляет 131 фут и на которых мы сначала видим конический холм, с виду очень похожий на курган. Он называется Агиос-Деметриос-Тепе, холм Святого Димитрия», из-за открытой часовни, посвященной этому святому, которая построена у подножия этого холма; для этого были использованы фрагменты скульптурного белого мрамора. Многие другие скульптурные мраморные блоки лежат рядом; очевидно, некогда здесь находился древнегреческий храм, который, как справедливо замечает г-н Сэйс[348], должен был, по всей вероятности, быть посвящен Деметре, которая – как и почти все прочие греческие боги – была превращена в не существовавшего в действительности святого или абсурдным образом смешана с реальным святым[349]. Однако люди даже не позаботились изменить название более, чем это было необходимо для того, чтобы превратить женский род в мужской . Я исследовал этот курган и вернусь к нему позднее.
Чуть дальше к юго-западу находится большая христианская деревня Ени-Кей; она очень красиво расположена на скале высотой 203 фута, нависающей над морем. Однако, несмотря на свое высокое положение, из-за близости болот ее жители больше подвержены лихорадке, чем в каком-либо другом месте в Троаде; иногда бывает даже так, что все жители Ени-Кея больны лихорадкой одновременно[350].
К юго-востоку от этой деревни находится военная ферма Еркасси с ее разрушенной мечетью и минаретом; и далее к югу, на возвышенности, высокий курган, именуемый Ужек-Тепе, высота которого составляет 83 фута; таким образом, это самый высокий из всех курганов Троады. Те, кто располагает Трою на Бунарбаши, ошибочно отождествляют его с могилой Эсиета. Я тщательно исследовал его и детально опишу это на следующих страницах.
К северо-западу от Ужек-Тепе мы видим высоко на берегу курган под названием Бесика-Тепе, который я также исследовал и о котором я расскажу дальше. Однако мы можем видеть только самую вершину этого кургана, поскольку его заслоняют от нас стоящие перед ним холмы и высокие дубы. Непосредственно к западу от Бесика-Тепе находится небольшой мыс, который имеет форму замка и поэтому называется Палеокастрон. Я посещал его в обществе профессора Вирхова. Здесь мы нашли фундаменты одного или двух современных зданий, однако никаких следов руин или фрагментов керамики – этих вечных и неразрушимых свидетелей существования древних поселений. Здесь начинается далеко простирающаяся бухта Бесика, перед которой лежит остров Тенедос, который все еще называется его древним именем; однако турки зовут его Богджа-Адасси. Он отстоит от земли примерно на 40 стадиев[351]. Плиний[352] говорит, что Лесбос находится от него на расстоянии 56 римских миль, и Сигей – 121/2 мили.
Остров этот, видимо, славился в Античности, вместе с Хрисой[353] и Киллой[354], почитанием Аполлона Сминфейского:

Бог сребролукий, внемли мне: о ты, что хранящий, обходишь
Хрису, священную Киллу и мощно царишь в Тенедосе,
Сминфей! если когда я храм твой священный украсил,
Если когда пред тобой возжигал я тучные бедра
Коз и тельцов – услышь и исполни одно мне желанье…[355]

Тенедос теперь славится своим великолепным вином, которое не упомянуто у Гомера.
Мы снова возвращаемся на Троянскую долину, в южном направлении[356] на расстояние двух часов езды, и наш взгляд достигает турецкой деревни Бунарбаши и высот справа и слева от нее; эта деревня поднимается ввысь со своим белым минаретом, а за ней на большом расстоянии видна гора Чигри, о которой я уже говорил ранее. К северо-востоку от Бунарбаши мы опять узнаем Скамандр по купам деревьев, которыми обрамлены его берега; здесь к югу от его слияния с Фимбрием – лучший брод. Как я уже говорил, от храма Фимбрийского Аполлона у слияния рек до Нового Илиона расстояние, согласно Страбону[357], составляет 50 стадиев. На расстоянии мили к северо-западу находится прекрасное поместье, принадлежащее моему другу г-ну Калверту, старое название которого – Акши-Кей или Батак (последнее значит «болото») – теперь изменено на Фимбру. Это изменение вполне оправданно, ибо оно не только обрамлено рекой Фимбрий, но и находится, как уже говорилось, прямо на месте древней Фимбры. Поместье также включает в себя место раннего поселения на небольшом холме к северу от фермы г-на Калверта. Это место покрыто фрагментами обычной греческой керамики и в отношении своего положения, расстояния и т. д. так близко соответствует указаниям Страбона, что оно, безусловно, должно являться «деревней илионцев», где, опираясь на авторитет Деметрия из Скепсиса, Страбон располагал гомеровскую Трою. Любопытно, что у подножия этого холма располагаются уже описанные три источника, которые порождают болото Дуден, теперь, как я уже рассказывал, осушенное. Температура этих источников составляет, согласно измерениям профессора Вирхова, 68°– 71,60° по Фаренгейту.
Я уже исследовал место, где находилась «деревня илионцев», но нашел тут только грубый гравиевый песок; нет никаких скоплений руин, и редкие черепки лежат просто на поверхности земли. Деметрия из Скепсиса, видимо, ввел в заблуждение внешний вид земли; возможно, он предполагал, что стены Трои скрыты под небольшим естественным валом, который выдается на некоторое расстояние и кое-где окружает это место; однако в действительности он состоит только из гравия и песка. Г-н Калверт раскопал ряд погребений по соседству. Если судить по содержанию могил, то они должны принадлежать бедным крестьянам. Другая любопытная черта этого поместья – курган Ханай-Тепе, о котором я буду говорить далее.
Между поместьем и Гиссарлыком находятся небольшие возвышенности, покрытые дубами, низкими зарослями и кустарником. На небольшом расстоянии к югу стоит курган, именуемый Паша-Тепе, который был раскопан госпожой Шлиман и который я опишу позднее[358]. К северо-востоку от него находится турецкая деревня Чиблак, или Чиплак (это слово значит «голый»), со своим минаретом, построенным недавно из камней, которые я выкопал в Гиссарлыке. Этот курган расположен на холме, который выдается отсюда в западном направлении еще на полмили далее в Троянскую долину и последний отрог которого господствует над болотом Калифатли-Асмака. На этом своего рода мысе Уэбб[359] располагает древнюю Трою. Однако в его карте какая-то путаница, поскольку он говорит, что этот холм находится к востоку от Илиона и к юго-востоку от Чиблака, в то время как на деле он расположен к югу от первого и к западу от второго. Уэбб[360] полагает, что у подножия этого холма было два источника, которые и образовали болота. Однако никаких источников там нет; здесь только низина, которую затопляет в период разлива. Он допускает еще одну ошибку, утверждая, что Калифатли-Асмак течет из Чиблака, и отождествляя курган Эсиета с Бесика-Тепе. Факты, как пишет мне месье Бюрнуф, таковы: этот низкий «мыс» состоит из горизонтальной известняковой скалы длиной 290 метров = 951 фут и шириной от 16 до 90 метров = от 52 до 295 футов; два нижних выступа, b и c, отходят от него на северо-запад и юго-запад (см. план № 22). На холме А' было найдено только несколько фрагментов современной красной керамики. По мере продвижения к А число фрагментов ваз увеличивается, однако керамика все та же, изготовленная на гончарном круге, матово-красная. Фрагментов отполированной вручную керамики нет, нет фрагментов жерновов или других древних предметов. Культурный слой здесь едва ли достигает 1 дюйма; под ним – голая скала. Однако есть и фрагменты белого или цветного мрамора; некоторые из них – скульптурные.
Рис. 22. Холм, который выступает из Паша-Тепе на долину, в форме небольшого .мыса.

Холм можно пересечь по тропинке, которая ведет от Калифатли через Паша-Тепе в Чиблак. В долине у южного подножия холма находится маленький ручеек Чиблак, ширина которого составляет от силы 3 фута; воды в нем, как правило, нет. Он проходит впереди небольшой возвышенности А', питает тростник на долине и впадает в Калифатли-Асмак примерно в 300 метрах = 984 футах ниже деревни с тем же названием. К юго-востоку от Чиблака издалека высоко поднимает свою голову вершина горы Гаргара, теперь именуемая Каз-Даг. Непосредственно к юго-западу, югу и востоку находится местоположение Нового Илиона, стены которого все еще можно проследить во многих местах. Их протяженность предполагает, что некогда в городе могло быть от 40 до 50 тысяч жителей. Скопление руин здесь в основном глубиной от 6 до 16 футов. Поверхность покрыта эллинскими и римскими черепками, а также фрагментами мраморных скульптур и колонн, которые свидетельствуют о древнем великолепии этого города.
Как уже объяснялось выше, холм Гиссарлык является отрогом непрерывной цепи, который Страбон очень хорошо назвал «непрерывным хребтом» [361], поскольку он идет в восточном направлении на целых 12 миль. Отчасти он покрыт дубами и заканчивается, очевидно, у горы Улу-Даг, которую я пытаюсь отождествить с гомеровской Калликолоной. Между этим хребтом и высотами Ретия находится прекрасная долина, именуемая Халил-Оваси, шириной от 1 до 11/2 мили и длиной 4 мили, которую пересекает Симоент; она доходит до подножия холма, где лежат руины Офирина: на этой долине, которая образует часть великой Троянской долины, на расстоянии 21/2 мили лежит турецкая деревня Халил-Эли. Еще одно ответвление этой долины идет от этой деревни вдоль Симоента, до красивой турецкой деревни Думбрек и дальше; деревня эта находится на расстоянии 8 миль от Гиссарлыка. Эта вторая долина удивительно плодородна: ее сады полны абрикосовых, миндальных, грушевых и тому подобных деревьев.
На крутом скалистом склоне неподалеку от Гиссарлыка был раскопан большой театр со сценой шириной 197 футов, где, очевидно, могло поместиться 5 тысяч человек. Судя по фрагментам скульптурного мрамора, которые я там обнаружил, он, видимо, принадлежал к македонскому времени. Возможно, его построил Лисимах и это была одна из тех милостей, которыми он осыпал Новый Илион[362].
Непосредственно к востоку от театра и прямо под руинами городской стены Нового Илиона, точно в 365 метрах = 399 ярдах от Гиссарлыка находится источник, вода в котором, как уже говорилось, имеет температуру 14,6° по Цельсию (58,28° по Фаренгейту). Он окружен стеной из больших камней, скрепленных цементом, высотой до 61/2 фута и шириной 91/4 фута; перед ним стоят два корыта для поения скота. Второй источник, который также еще находится под руинами древней городской стены, расположен точно в 725 метрах = 793 ярдах от Гиссарлыка. Здесь мы видим подобную же ограду из больших камней высотой 7 футов и шириной 5 футов; температура источника та же. Но он неисправен: все камни из ограды унесли селяне для строительства, и вода перед тем, как попадает в трубу, течет уже не по каменному ложу, а по земле. После этих двух источников, в точности в 945 метрах = 1033 ярдах от Гиссарлыка лежит третий источник. Он весьма обилен и вытекает через две каменных трубы, которые лежат бок о бок в ограде, состоящей из больших камней, сцементированных землей, которая поднимается на высоту 7 футов и имеет ширину 23 фута. Температура источника – от 14,3° до 15° Цельсия (57,74° – 59° Фаренгейта). Перед источником – шесть каменных корыт, расположенных так, что лишняя вода вытекает из первого корыта через все другие. Все эти ограды и корыта – турецкой кладки и постройки. Этих трех источников, конечно, было недостаточно для обширного населения Нового Илиона; вследствие этого большое количество воды доставлялось и из верхнего Фимбрия с помощью уже упомянутого большого акведука, который все еще пересекает нижнее течение этой реки.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Игорь Муромов.
100 великих авиакатастроф

Дмитрий Зубов.
Стратегические операции люфтваффе. От Варшавы до Москвы. 1939-1941

Рудольф Баландин.
100 великих гениев

Чарлз Патрик Фицджералд.
История Китая

Генрих Шлиман.
Илион. Город и страна троянцев. Том 2
e-mail: historylib@yandex.ru
X