Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Борис Башилов.   Враг масонов N1 (масоно-интеллигентские мифы о Николае I)

XXI

 
       Трафаретную оценку Николая I, как государственного деятеля, можно свести к следующим оценкам сделанным А. Герценом в "Движение общественной мысли в России":
       "Среди военных парадов, балтийских немцев и диких охранителей видели недоверяющего себе самому холодного, упрямого и безжалостного Николая, такую же посредственность, как и его окружающие". "Какая нищета правительственной мысли, какая проза абсолютизма".
       Приведенная выше оценка Герцена пристрастна и неверна. Подобного рода пристрастными оценками Имп. Николая I, как государственного деятеля, можно наполнить несколько больших томов. Но все эти оценки характеризуют совсем не личность Николая I, а политический фанатизм и нравственную нечистоплотность Герценов, Мережковских и их последователей.
       Русские историки очень любят упрекать Николая I также в политическом доктринерстве. В предисловии к составленному им сборнику "Эпоха Николая I" М. Гершензон, например, утверждает: "Николай не был тем тупым и бездушным деспотом, каким его обыкновенно изображают. Отличительной чертой его характера, от природы не дурного, была непоколебимая верность раз усвоенным им принципам, крайнее доктринерство, мешавшее ему видеть вещи в их подлинном виде. По-видимому, еще в юности, лишенный всякого житейского опыта, он выработал себе наибольшее число совершенно абстрактных идей — о назначении и ответственности монарха, о целях государственной жизни и про." Сняв с Николая I обвинение о том, что он был тупым и бездушным деспотом, Гершензон пытается изобразить его крайним доктринером, не имеющим никакого представления о русской жизни в его эпоху. "Он, не злой человек, — утверждает Гершензон, — он только доктринер; он любит Россию и служит ее благу с удивительным самоотвержением, но он не знает России, потому что смотрит на нее сквозь призму своей доктрины. Едва ли на протяжении XIX века найдется в Европе еще один государственный деятель, так детски-неопытный в делах правления, и в оценке явлений и людей, как Николай. За тридцать лет царствования он ни на один шаг не подвинулся в знании жизни".
       Подобной характеристикой Гершензон преследует ту же самую цель, что и Герцен. Он идет к той же самой цели, но только другим путем. Перед революцией было опубликовано уже значительное число воспоминаний, авторы которых правдиво обрисовали Николая I. Изображать его в стиле Герцена — тупым бездушным деспотом было уже нельзя. Значит нужно было подыскать какое-то иное обвинение. И такое обвинение было найдено: политическое доктринерство Николая I.
       Гершензон утверждает, что Николай "еще в юности, лишенный всякого житейского опыта" выработал себе небольшое число совершенно абстрактных идей". Ключевский же, наоборот, утверждает, что в противовес Александру I, хорошо знавшему различные абстрактные идеи и очень плохо русскую действительность, Николай I уже с юности очень хорошо знал не только парадную сторону, но и изнанку русской жизни.
       Николай I был государственным деятелем-реалистом. В то время, когда его старшие братья Александр и Константин изучали европейские политические и социальные идеи, Николай изучал русскую жизнь. "Он имел случай познакомиться с ходом дел, просто и прямо присмотреться к людям, делавшим государственные дела, и получил обильный запас житейских наблюдений и сведений. До 18 лет он не имел определенной службы, но каждое утро проводил по часу и более во дворцовой приемной, теряясь в толпе военных и гражданских сановников, ждавших очереди аудиенции или доклада. Сановники эти не стеснялись присутствием младшего великого князя, никогда не предназначавшегося к престолу; среди откровенных бесед, шуток и интриг, какие здесь велись и завязывались, Николай, при своей наблюдательности, получал характеристические сведения о людях и хорошо видел, как дела разделывались. Все эти сведения сводились к одному общему впечатлению, что надо не только иметь программу действий, но и следить за всеми подробностями исполнения. Таким образом Николай смотрел на ход дел с иной точки зрения, какая недоступна была его старшему брату: последний рассматривал все сверху, Николай имел возможность взглянуть на государственный механизм в России снизу" (В.Ключевский. Курс Рус. истории. 1922. часть V, стр. 217).
       Миф о том, что узкое доктринерство Имп. Николая I является следствием его полной неподготовленности к роли государственного деятеля, является тоже чистейшим образцом политического мифотворчества русской интеллигенции. Из исследования проф. М. Полиектова "Николай I" (Биография и обзор царствования), являющегося наиболее объективным исследованием эпохи Николая I, узнаем, что Имп. Николай I не только был хорошо подготовлен к управлению Государством, но с 1814 года, то есть за 11 лет до восшествия на престол, принимал активное участие в проведении внешней политики, присутствовал на многих европейских конгрессах, на которых обсуждались важнейшие международные проблемы того времени. Начиная же с 1822 г., Александр I, часто оставляет его своим заместителем и он принимает деятельное участие в управлении Государством.
       К управлению Государством Николай I был подготовлен несравненно лучше, чем любой из современных ему и нынешних президентов, вроде Трумана и ему подобных политиков.
 
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Юрий Бобылов.
Генетическая бомба. Тайные сценарии наукоёмкого биотерроризма

Эндрю Росс Соркин.
Слишком большие, чтобы рухнуть

Юрий Мухин.
Лунная афера США
e-mail: historylib@yandex.ru