Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Александр Север.   «Моссад» и другие спецслужбы Израиля

Глава 5. «Аман» – военная разведка

   «Институт разведки и специальных задач» (на иврите ha-Mossad le-Modiin ule-Tafkidim Meyuhadim) – так звучит официальное название «МОССАД», самой известной из всех израильских спецслужб. В годы «холодной войны» она стала таким же брендом, как ЦРУ или КГБ, и продолжает оставаться таким же и сейчас.
   «Учреждение» (так в переводе с иврита звучит слово «моссад») было создано в декабре 1949 года в качестве «центрального ведомства концентрации и координации служб разведки и безопасности». Таким образом, «Ведомство по координации» («а-Мосад Летэум») получило под свой контроль Политический отдел МИДа страны (внешняя разведка), а также должно было координировать действия других двух организаций: «Шабак шин бет» (Служба общей безопасности) и «Мамана» (разведывательного сектора при оперативном отделе Армии обороны Израиля). В таком виде «МОССАД» просуществовал до марта 1951 года, пока не был выведен из структуры МИДа и подчинен непосредственно премьер-министру страны. С этого момента он стал выполнять функции органа внешней разведки Израиля.
   Деятельность «МОССАДа» не ограничивается только шпионажем и проведением активных мероприятий (похищения, убийства и т. п.) за пределами Израиля. Также сотрудники этой организации занимаются, как заявлено на ее официальном сайте, «репатриацией евреев из стран, выезд из которых невозможен, при содействии официальных учреждений Государства Израиль, занимающихся вопросами репатриации».
   Формально «МОССАД» гражданское учреждение, но почти весь персонал имеет опыт армейской службы. Во-первых, большинство сотрудников – бывшие офицеры военной разведки или Службы безопасности. Во-вторых, в стране существует всеобщая воинская повинность, поэтому суровую школу армейской жизни прошли все.
Структура центрального аппарата «МОССАДа»
   Оперативный департамент – несколько десятков отделов, каждый из которых отвечает за определенный географический район мира.
   Управление политических акций и связи. Основная задача – поддерживание связей с правительствами тех стран и иностранных спецслужб, с которыми у Израиля сложные дипломатические отношения.
   Управление ЛАП (Lohamah Psichologit) – разработка и проведение акций психологической войны и пропаганды.
   Департамент исследований. Анализ и хранение собранной разведывательной информации. Состоит из пятнадцати географических специализированных отделов или «столов». В сфере интересов департамента: США, Канада и Западная Европа, Латинская Америка, СНГ и страны Балтии, Китай, Африка, Магриб (Марокко, Алжир, Тунис), Ливия, Ирак, Иордания, Сирия, Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты и Иран. Также есть отдел, занимающийся вопросами создания ядерного оружия странами – противниками Израиля.
   Технический департамент занимается вопросами создания спецтехники для нужд «МОССАДа».
   Еще два департамента «МОССАДа» выполняют административно-технические функции.
   Количество сотрудников «МОССАДа» – около 2000 человек.
   С октября 2002 года пост директора «МОССАДа» занимает генерал-майор армии Израиля Меир Даган.
Директора «МОССАДа»
   Реувен Шилоах – 13 декабря 1949 года – 12 сентября 1952 года;
   Иссер Харель – 13 сентября 1952 года – 26 марта 1963 года;
   Меир Амит – 27 марта 1963 года – начало 1968 года;
   Цви Замир – 1968–1974 годы;
   Ицхак Хофи – 1974 год – 26 июня 1982 года;
   Нахум Адмони – 27 июня 1982 года – 1989 год;
   Шабтай Шавит – 1989–1996 годы;
   Дани Ятом – 1996 год – 24 февраля 1998 года;
   Эфраим Халеви – 25 февраля 1998 года – 1 октября 2002 года;
   Меир Даган – 2 октября 2002 года – по настоящее время.
Кадры для «МОССАДа»
   Система подготовки и повышения квалификации кадров для «МОССАДа» состоит из трех основных компонентов:
   – базовые оперативные курсы для новичков и сотрудников низшего звена;
   – оперативные курсы;
   – оперативные курсы практической направленности.
   Все кандидаты на офицерские должности, перед тем как непосредственно приступить к выполнению служебных обязанностей, обязаны пройти обучение на четырехмесячных базовых оперативных курсах.
   Полный цикл обучения занимает почти два года и проводится групповым методом по 12 человек в группе. Большую часть времени слушатели учатся в районе Тель-Авива. Преподают на курсах как штатные преподаватели, так и специально привлекаемые к этому на временной основе офицеры разведки, а также сотрудники штаб-квартиры, включая директора «МОССАДа» и директоров главных управлений, которые время от времени читают лекции по своей специальности.
   Для повышения квалификации существует Школа повышения оперативного мастерства, где обучаются не только сотрудники «МОССАДа», но и других израильских спецслужб. Там группы численностью 40–60 человек проходят двух-трехмесячные курсы по вопросам мировой политики, политических и экономических целей израильского государства, новых методов технического обеспечения разведопераций, а также новейших данных о зарубежных разведслужбах.
   Некоторые молодые сотрудники «МОССАДа», у кого есть пробелы в образовании или языковой подготовке, направляются на учебу в зарубежные университеты, где они параллельно с получением высшего образования (и под прикрытием этого) ведут внеурочную оперативную работу [148].
   Зарплата руководителя «МОССАДа» приравнена к зарплате начальника Генштаба и генерального комиссара полиции и составляет 10 тыс. долларов США. Начальник отдела «МОССАДа» получает от 5 до 8 тыс. долларов в месяц. Кроме этого, сотрудники израильской разведки могут выйти на пенсию в 45 лет (служба за границей засчитывается год за полтора) [149].
Женщины в «МОССАДе»
   Сейчас до 20?% сотрудников этой организации – женщины. В первые годы существования «МОССАДа» они служили на вспомогательных оперативных должностях, например, играли роль жен или невест (смотря по тому, как строилась легенда) агентов или резидентов, работавших за рубежом. Также без их участия невозможно было организовать «медовые ловушки». Это когда к потенциальному объекту вербовки или похищения подводили даму с целью заманить его в ловушку или выудить из него информацию.
   С течением времени женщины в «МОССАДе» стали выполнять все более сложные и многообразные функции. Журналист Амит Навон утверждает:
   «В каждом из управлений и отделов «МОССАДа» в составе оперативных групп работают женщины. Например, согласно публикациям зарубежных СМИ, в подразделении «Радуга», специализирующемся на тайном проникновении в квартиры и офисы с целью фотографирования секретных документов и установки аппаратуры прослушивания, служит немало дам. Точно так же, как в подразделении «Ярмарка», занимающемся обеспечением безопасности офицеров разведки в момент встреч с источниками информации. Женщины работают и в группах, осуществляющих слежку за теми или иными объектами, и в звеньях, которым поручают захват и похищение интересующих «МОССАД» лиц, а иногда и ликвидацию» [150].
   Бывший руководитель оперативного отдела «МОССАДа», который проработал в разведке 27 лет, утверждал, что иногда он привлекал женщин для выполнения отдельных заданий. Хотя такое случалось редко. Ведь, по его мнению, «…значение женщин в разведке часто преувеличивают. Дамы хороши для шпионских романов и фильмов. Бывают случаи, когда они полезны как прикрытие, например, если изображаешь солидного, женатого человека. Но для добывания информации? Вряд ли. Особенно если женщина красивая. Она бросается в глаза, запоминается, и это плохо» [151].
   Амит Навон взял интервью у экс-заместителя директора «МОССАДа» Ализы Маген:
   «…Для меня все в «МОССАДе» началось случайно, – рассказывает дама. – Собственно, меня взяли туда простой служащей, делопроизводителем. До этого я успела отслужить в армии. Через несколько месяцев после того, как я поступила на работу, для выполнения некой миссии срочно потребовался человек, свободно говорящий по-немецки. А немецким я как раз владела практически как родным языком. Мне тут же оформили заграничный паспорт, и я поехала. Это был прорыв. Я стала оперативным работником, не пройдя даже базисной спецподготовки. В ходе этой первой миссии мне предстояло водить машину за рубежом. А я не умела водить и не имела прав. Меня спешно, за несколько интенсивных уроков, вроде бы научили, но каждый раз, когда я садилась за руль, меня охватывал страх. Вообще то, что меня, неподготовленную, не имевшую водительских прав в Израиле, взяли для выполнения заданий за рубеж, было в некотором смысле авантюрой. Тогда «МОССАД» часто импровизировал таким образом. Теперь служба научилась обходиться без подобных импровизаций. После первой операции начальник «МОССАДа» Исер Харель обратил на меня внимание. Меня стали подключать к разным делам.
   – ?У женщины в разведке есть какие-нибудь преимущества перед мужчинами?
   – ?Я, к примеру, верю, что интуиция у женщин развита сильнее, чем у мужчин. А разведка – это работа, где без интуиции не обойтись. Кроме того, есть места, где женщина может спокойно пройти и, не вызвав подозрений, увидеть все что надо. А появись там мужчина, да еще один, без дамы, – он неизбежно вызовет подозрения.
   – ?Простите за такой вопрос, но в разведке женщин часто используют и как приманку, верно? Так было, например, в истории с Мордехаем Вануну. Ту женщину звали Синди.
   – ?Что есть, то есть, не стану отрицать. Но, вопреки расхожим представлениям, такие случаи не столь уж часты. Кстати, при приеме женщин на работу в «МОССАД» наша служба гарантирует им, что, вербуя некого мужчину как источник информации, не потребует от женщины невозможного. К слову, Синди ведь тоже не вступила в близкие отношения с Вануну. Она лишь завлекла его. На протяжении долгих лет курс подготовки офицеров по сбору информации и резидентов внутри «МОССАДа» был закрыт для женщин. И лишь десять лет назад, когда начальником внешней разведки Израиля стал Шабтай Шавит, на этот курс стали принимать и женщин.
   – ?Это правда, что женщин не брали в подразделение «Перекресток» потому, что оно работает с арабами, а араб никогда не станет иметь дело с женщиной, даже если женщина просто должна передать ему пакет?
   – ?Это правда. «Перекресток» работает с арабами, а араб не считает женщину равноценным партнером, человеком, которому можно доверять. Но есть масса должностей, где сотрудник не имеет непосредственных контактов с информаторами-арабами. Например, в подразделениях, занятых поиском разведывательной информации в открытых источниках (газеты, радио, ТВ). Там женская аккуратность, интуиция, тщательность просто необходимы» [152].
Секс и шпионаж
   Большинство авторов книг, посвященных деятельности «МОССАДа», в своих произведениях не затрагивают тему «Секс и шпионаж». Иногда, правда, описывая ту или иную операцию, они намекают, что между представителем «МОССАДа» и завербованным израильской разведкой человеком или будущей жертвой похищения были интимные отношения.
   Автор книги «МОССАД». История лучшей в мире разведки» Иосиф Дайчман утверждает:
   «МОССАД» изредка использует женщин для сексуальной компрометации объектов разработки. Для этой роли предпочитают одиноких женщин и берут их на такого рода операции только однократно. «МОССАД» редко разрешает своим работникам, мужчинам и женщинам, вступать в сексуальные связи даже в интересах дела. Сейчас отношение к сексу меняется, и хотя никто не заставляет женщин использовать свои чары в шпионских интересах, считается, что это – одно из средств в арсенале разведки.
   Если шантаж на сексуальной почве является составным элементом какой-то разведывательной операции, то «МОССАД» чаще всего использует настоящих проституток. Например, «МОССАД» широко практикует нелегальный вывоз в Израиль агентов-арабов из соседних стран для подробного опроса. Такой опрос проводится в каком-нибудь маленьком городе, и за свои услуги агент награждается проституткой. Временами его развлечения снимаются на пленку (для возможного шантажа в будущем).
   Гораздо свободнее «МОССАД» эксплуатирует в сексуальном плане своих сотрудников мужского пола. Интимные связи с секретаршами иностранных посольств и стюардессами, которые могут сообщать полезную информацию о дипломатах, аэропортах и тому подобное, стали обычной практикой.
   Здесь порой случаются казусы. Один моссадовец получал от европейской агентессы информацию и все остальное. Прошло несколько лет, и даму передали на связь новому разведчику. При первой же встрече она оказалась крайне удивлена, что новый оперативник не захотел лечь с ней в постель. Оказывается, агентесса считала, что секс является неотъемлемой частью ее работы на израильскую разведку…» [153].
«МОССАД» и Вторая ливанская война
   С 12 июля по 14 августа 2006 года произошло вооруженное столкновение между Израилем, с одной стороны, и радикальной шиитской группировкой «Хезболла» [154], фактически контролировавшей южные районы государства Ливан, – с другой. Этот конфликт в Израиле принято называть Второй ливанской войной, а в арабском мире – Июльской войной.
   Конфликт был спровоцирован 12 июля ракетно-минометным обстрелом укрепленного пункта «Нурит» и приграничного населенного пункта Шломи на севере Израиля (при обстреле ранено 11 человек) с одновременным нападением на пограничный патруль (убийство трех и захват двух израильских военнослужащих) Армии обороны Израиля на израильско-ливанской границе боевиками «Хезболлы».
   В результате боевых действий, по данным из различных источников, было уничтожено от 700 до 250 боевиков. Армия обороны Израиля, по официальным данным, потеряла убитыми 121 человека, 400 солдат получили ранения. По разным оценкам, в результате ракетно-бомбовых ударов израильской авиации по городам Ливана погибли от 850 до 1200 граждан этой страны. В результате ракетных обстрелов Израиля погибли 44 израильтянина. Около 100 человек получили серьезные ранения, 2000 – ранения. 300 000 человек временно эвакуированы из Северного округа, точное количество беженцев не известно.
   По официальным израильским данным, опубликованным в газете «Гаарец» от 13 августа 2006 года, общие убытки от конфликта составили около 6 млрд долл. США, из них 2 млрд долл. США – прямые военные расходы. При этом фактически Израиль проиграл эту войну, так как не только не смог достичь своих целей, но и спровоцировал мощный внутриполитический кризис.
   Хотя основная вина за поражение была возложена на премьер-министра Эхуда Ольмерта [155], министра обороны Амира Переца (занимал этот пост в 2006–2007 годах) и бывшего начальника Генштаба Израиля Дана Халуца [156], но все равно эксперты также обвинили в произошедшем «МОССАД».
   «По мнению бывшего сотрудника ЦРУ Роберта Баера, знакомого с работой израильских коллег, «МОССАД» оказался не способен собрать достаточное количество информации о военном крыле «Хезболлы», что резко контрастировало с исключительно успешными действиями израильтян против террористов на палестинских территориях.
   Эксперты полагали, что разведка не смогла предоставить военным достаточно сведений о местах расположения складов оружия и боеприпасов, а также об укрытиях лидеров террористов.
   Баер пояснил, что «МОССАД» не обратил должного внимания на разделение обязанностей внутри «Хезболлы»: открыто функционирующие офисы благотворительных, образовательных и политических подразделений группировки почти не связаны с его боевой инфраструктурой, которая в основном действует под покровом тайны и обладает хорошими контрразведывательными возможностями.
   Авиаудары по всем известным объектам «Хезболлы» наносили относительно небольшой ущерб боевой мощи террористов и не сказывались на количестве выпускаемых по Израилю ракет.
   Бывший разведывательный аналитик Государственного департамента США Деннис Плучински отметил, что еще одной ошибкой «МОССАДа» было устоявшееся мнение разведчиков, что в случае начала войны ливанское население повернется против «Хезболлы» [157].
«МОССАД» и оружейный бизнес
   В опубликованной в августе 2003 года статье заместитель начальника аналитического управления Академии изучения проблем национальной безопасности Александр Борисович Рудаков сообщил, что «МОССАД» занимается оперативным сопровождением внешнеэкономических контрактов в сфере торговли оружием. «Все контракты по линии ВТС (военно-техническое сотрудничество. – Прим. ред.) за рубежом контролирует «МОССАД»… Вопросами изучения рынка вооружения занимаются… «Апам» – внешняя контрразведка, входящая в структуру «МОССАДа»… Физическую защиту и сопровождение крупных контрактов иногда осуществляет Управление тайных операций «Комемиют», входящее в структуру «МОССАДа», а если быть точнее – его боевые подразделения «Кидон» [158].
Биографии директоров «МОССАДа»
Адмони Наум
   Родился в Иерусалиме в 1929 году в семье эмигрантов из Польши по фамилии Ротбаум. В Палестине они сменили ее на Адмони. Его отец был архитектором Иерусалимского парка, и семья жила в фешенебельном квартале Рехавия, недалеко от отеля «Царь Давид». Значительное число израильских лидеров, появившихся на политической арене после создания Государства Израиль, были выходцами из этого района: правительственные чиновники, министры, университетские профессора, военные и разведчики.
   В юношестве Адмони входил в «Шай» – разведывательное подразделение организации «Хагана».
   Участник Войны за Независимость Израиля, служил в разведке.
   С 1949 по 1954 год учился в университете Беркли в США. Там он подрабатывал в еврейской воскресной школе, в синагоге, а также на фабрике, выпускавшей военное обмундирование для вооруженных сил США.
   В 1954 году вернулся в Израиль, надеясь сделать дипломатическую карьеру, но был направлен в спецшколу «МОССАДа» в качестве инструктора. Служил около 30 лет в различных резидентурах от Вашингтона до Эфиопии в качестве оперативного работника или офицера связи, принимал участие во всех совместных с ЦРУ проектах и был экспертом в области альтернативной дипломатии «МОССАДа».
   С 27 июня 1982 года по 1989 год – директор «МОССАДа». До своего назначения на этот пост занимался иракским направлением.
   По завершении службы занимал руководящие посты в различных фирмах, в том числе инвестиционное отделение банка «Дисконт», банк «Мишкан», банк «Апоалим», «Телеком» и «Осем» [159].
   С августа 2006 года по февраль 2007 года – руководитель независимой комиссии по «изучению действия правительства, его реакции и принятия решений» в ходе Ливанской войны 2006 года [160].
   В первой половине 2009 года – член совета директоров охранной фирмы «Universe security group» (USG), которая не смогла предотвратить ограбление ювелирного магазина в августе 2009 года в Лондоне, в ходе которого неизвестные украли драгоценности на сумму 40 млн фунтов стерлингов. Хотя охранная фирма USG зарегистрирована в Великобритании, фактически она является израильской, и работают в ней выходцы из боевых частей ЦАХАЛа, а также израильских спецслужб. В совете директоров фирмы числился экс-глава «Амана» генерал-майор Ури Саги, а одним из акционеров компании являлся специальный советник премьер-министра Биньямина Нетаниягу по контактам с США адвокат Ицхак Молко [161].
Амит Меир
   Родился 17 марта 1921 года в г. Тверия (Палестина).
   Родители Амита приехали в Палестину в 1920 году с Украины. Его отец, Хаим, был родным братом Абрама Наумовича Слуцкого, отца поэта Бориса Слуцкого.
   Позже семья переехала в Иерусалим, а затем в Рамат-Ган.
   В 1936 году Меир Слуцкий вступил в ряды «Хаганы», сменив свою фамилию на Амит.
   В 1939 году, будучи приверженцем социализма, стал членом киббуца Алоним в Нижней Галилее.
   С 1940 по 1945 год служил в «Еврейской полиции» Палестины («Нотрим»), созданной по инициативе британской администрации.
   После провозглашения Государства Израиль Меир Амит вступил в Армию обороны Израиля. Во время Войны за независимость 1948–1949 годов последовательно командовал ротой, батальоном, полком, затем был назначен заместителем командира бригады «Голани». Был ранен. По окончании войны остался в армии.
   В 1951 году Амит, будучи уже командиром бригады, познакомился с генералом Моше Даяном, тогда командующим Южным военным округом.
   В 1956 году, во время Суэцкого кризиса, был начальником оперативного отдела Генерального штаба, который к тому времени возглавил Даян.
   В 1958 году, в период плановой стажировки в парашютных войсках, парашют Амита во время прыжка раскрылся не полностью. Он остался жив, но 18 месяцев провел в госпиталях. После госпиталя он вышел в отставку и уехал учиться в Колумбийский университет. В 1961 году получил в степень магистра, его дипломная работа называлась «Сравнительный анализ армейской системы воспитания с системой воспитания в киббуце».
   В 1962 году, после выхода в отставку начальника военной разведки «Аман» Хаима Герцога, Моше Даян предложил на этот пост Меира Амита. Несмотря на отрицательное мнение куратора всех разведслужб Иссера Хареля, который опасался отсутствия у кандидата опыта работы в разведке, премьер-министр Давид Бен-Гурион по представлению начальника Генштаба Цви Цура все же назначил Меира Амита начальником военной разведки, которую он возглавлял всего год.
   26 марта 1963 года из-за конфликта с премьер-министром Бен-Гурионом по вопросу проведения диверсионных операций против немецких ученых, работавших над ракетной программой в Египте, ушел в отставку Иссер Харель. Новым директором «МОССАДа» был назначен Меир Амит, стиль руководства которого принципиально отличался от его предшественника.
   В 1968 году закончилась служба Амита в качестве директора «МОССАДа».
   С 13 июня 1977 года по 20 июля 1981 года был депутатом кнессета. В парламенте Амит был членом комиссии по иностранным делам и безопасности, до 15 сентября 1978 года занимал пост министра транспорта и связи.
   В 2003 году стал лауреатом Государственной премии Израиля за государственную и общественную деятельность.
   Умер 17 июля 2009 года [162].
Даган Меир
   Родился в 1945 году в городе Новосибирске.
   В 1950 году семья эмигрировала в Израиль и поселилась в городке Бат-Ям, недалеко от Тель-Авива.
   В 1963 году Меир Даган поступил на службу в Армию обороны Израиля. За время военной службы принимал участие в большинстве военных столкновений в ходе арабо-израильского конфликта.
   С 1963 по 1970 год служил в парашютно-десантных войсках. Участвовал в боях на Синайском полуострове и на Голанских высотах в 1967 году в ходе Шестидневной войны. В 1971 году награжден медалью «За отвагу».
   В 1970 году стал одним из организаторов элитного антитеррористического подразделения «Римон» (Sayeret Rimon). Позднее преемниками подразделения стали спецотряды «Дувдеван» (1988) и «Шимшон» (1989).
   В 1991 году назначен помощником начальника Генерального штаба Армии обороны Израиля Эхуда Барака.
   В 1992 году назначен помощником начальника Главного оперативного управления Генерального штаба Армии обороны Израиля.
   В 1995 году вышел в отставку.
   В 1996 году глава правительства Шимон Перес назначил Дагана заместителем начальника антитеррористического отдела при канцелярии премьер-министра Израиля. В июне этого же года, после избрания главой правительства, Биньямин Нетаниягу назначил Дагана начальником антитеррористического отдела при канцелярии премьер-министра Израиля.
   В 2001 году возглавлял предвыборный штаб Ариэля Шарона.
   2 октября 2002 года назначен премьер-министром Израиля Ариэлем Шароном на пост директора внешней разведки «МОССАД».
   30 апреля 2009 года премьер-министр Израиля Биньямин Нетаниягу принял решение о продлении полномочий Меира Дагана на посту руководителя «МОССАДа» еще на один год [163].
Замир Цви
   Родился в 1925 году в польском городе Лодзь. Имя и фамилия при рождении – Звичка Заржевский. В том же году семья перебралась в Палестину. Сменили фамилию с Заржевских на Замир.
   В 1942 году вступил в ряды «Пальмаха», став в 1944 году командиром дивизиона.
   В 1946 году британская полиция арестовала Замира за участие в незаконной доставке евреев из Европы в Палестину. В течение года находился в тюрьме возле Латруна. После освобождения вернулся к активной деятельности в «Пальмахе», занимаясь охраной конвоев в Иерусалим.
   В 1950 году был назначен командиром бригады Гивати.
   В 1953 году прошел курс высшего командования в Великобритании.
   В 1956 году был назначен инструктором в Министерство обороны.
   В 1957 году взял отпуск для сдачи экзаменов на степень бакалавра по гуманитарным наукам в Иерусалимском университете.
   В 1962–1966 годах руководил Южным военным округом.
   В 1966 году стал военным атташе Израиля в Великобритании.
   В 1968 году назначен директором «МОССАДа».
   В 1974 году был смещен со своего поста. Одна из причин отставки: «МОССАД» предоставил ошибочные данные о военных планах Египта и Сирии накануне войны Судного дня (октябрь 1973 года) [164].
   После отставки Цви Замир возглавляет государственные и общественные организации, среди которых крупнейшая строительная фирма Израиля «Солель Боне», холдинговую компанию «А-Хевра ле Исраэль», государственную компанию по переработке нефти.
   В 1990 году был назначен председателем правительственной комиссии по выяснению причин беспорядков на Храмовой горе, в ходе которых погибло 17 палестинцев.
   В 1994 году Заир был одним из основателей партии «Третий путь».
   В 1995 году участвовал в работе комиссии Шамгара, выяснявшей причины убийства Ицхака Рабина [165].
Халеви Эфраим
   Родился в 1934 году в северном пригороде Лондона. Его семья была довольно известной в местной еврейской общине, а многие ее представители являлись видными деятелями как международного сионистского движения, так и внутрибританской политики. Наиболее знаменитым из них был Исайя Берлин – один из крупнейших еврейских историков и философов XX столетия. В период Второй мировой войны Исайя Берлин выполнял личные поручения Уинстона Черчилля в Вашингтоне, а также выступал в качестве посредника между спецслужбами США, Великобритании и американскими еврейскими организациями.
   В юные годы Эфраим Халеви, последовав примеру многих своих родственников, принял активное участие в деятельности лондонского филиала сионистского молодежного движения «Бней-Акива».
   В 1948 году, репатриировавшись в Израиль, он поступил на юридический факультет Еврейского университета в Иерусалиме. Во время учебы был генеральным секретарем Союза студентов и активистом студенческой религиозной организации «Явне». Окончив его с отличием, был призван на службу в армию, где вскоре попал в Главное управление просвещения (ГУП).
   С 1957 по 1961 год занимал пост редактора печатного издания ГУП, посвященного актуальным вопросам армейской службы, а также общеполитической и военной ситуации в регионе. Способности, проявленные им на этом посту: свободное владение английским, умение ясно и лаконично формулировать обрабатываемую информацию, а также организаторский талант – были замечены тогдашним заместителем начальника «МОССАДа» – легендарным для истории израильской разведки Давидом Кимхи.
   С 1961 года служит в «МОССАДе». По окончании курсов общей подготовки протеже Кимхи был распределен в Управление по внешним связям «МОССАДа», известное под названием «Тевель». Оно занимается не только поддерживанием отношений между израильской разведкой и соответствующими структурами в дружественных странах, но и курирует контакты с теми государствами, с которыми дипотношения вообще отсутствуют.
   В 1967 году Эфраим Халеви вошел в закрытый форум руководителей основных управлений «МОССАДа».
   В 1970 году был назначен представителем «Тевеля» в Вашингтоне. Он не ограничивался установлением связей лишь с американцами. Работая в США, Халеви поддерживал отношения со многими предпринимателями и дипломатами с Ближнего и Среднего Востока, находившимися в то время в Америке. Тогда же он установил близкие отношения с послом Израиля в Вашингтоне Ицхаком Рабином, что сыграло важную роль в дальнейшей судьбе сотрудника Управления «Тевель».
   После того как Эфраим Халеви возвратился на родину, ему было поручено курировать деятельность «МОССАДа» по организации репатриации евреев из тех стран, в которых этому препятствовали местные власти. Выполняя свои новые обязанности, он установил тесное сотрудничество с «Натив», а также связи со спецслужбами ряда государств Восточной Европы и Восточной Африки.
   В 1987 году по инициативе Шимона Переса Эфраим Халеви впервые принял участие в тайных переговорах с иорданским королем Хусейном. С тех пор он неизменно остается одной из главных фигур, определяющих закулисные израильско-иорданские отношения.
   С 1990 по 1995 год Эфраим Халеви был заместителем главы разведки и руководителем ее командного штаба. Участвовал в организации практически всех тайных контактов Израиля с Сирией, Египтом, странами Персидского залива, а по некоторым сведениям – даже с Ираком.
   С 1996 года по начало 1998 года представлял Израиль в штаб-квартире Европейского союза в Брюсселе.
   С апреля 1998 года по ноябрь 2002 года – директор «МОССАДа».
   С сентября 2002 года – руководитель Совета национальной безопасности (СНБ – МАЛАЛЬ), входящего в состав канцелярии премьер-министра [166].
   В марте 2006 года в Великобритании была издана его книга мемуаров «Человек в тени».
   В 2008 году руководил Центром стратегических и политических исследований при Еврейском университете в Иерусалиме.
Харель Иссер
   Родился в Витебске в 1912 году. Его отец, Натан Гальперин, был выпускником Воложинской ешивы [167]. Его мать, урожденная Иохевед Левина, была младшей дочерью владельца заводов по производству уксуса в Двинске (Даугавпилс) и Витебске. Тесть назначил Натана Гальперина управляющим заводом в Витебске. Во время Гражданской войны они утратили большую часть своего имущества.
   В 1922 году они эмигрировали из Советской России в Даугавпилс (Латвия). В Даугавпилсе Харель учился в начальной и средней школе. Там же он присоединился к молодежной сионистской организации «Ха-шомер Ха-цаир» [168]. Поскольку он собирался переехать в Палестину и жить в киббуце, то, даже не сдав выпускные экзамены, уехал работать на сельскохозяйственную ферму под Ригой.
   В 1929 году Харель вместе со своими друзьями решил эмигрировать в Палестину. На следующий год он приехал туда с пистолетом, который он прятал в буханке хлеба и пронес через британскую таможню.
   С 1930 по 1935 год жил в киббуце Шефаним, а затем – в Герцлии. Сразу же после приезда в Палестину он вступил в «Хагану». В Герцлии Иссер с женой и ее сестрами занимались уборкой фруктов, а затем открыли собственное дело по выращиванию цитрусовых.
   В 1935–1944 годах он работал на дорожном строительстве и прокладке оросительных систем, являясь одновременно членом «Хаганы» и активным бойцом отрядов еврейской самообороны.
   Летом 1940 года «Хагана» направила Хареля в тренировочный лагерь в Яарот ха-Кармел, где он учился стрельбе и осуществлению диверсионных акций.
   В период с 1940 по 1944 год Харель служил в береговом патруле Хаганы – встречал нелегальных иммигрантов.
   В 1944 году начал выполнять задания разведки. За два года до этого внутри «Хаганы» была сформирована первая служба безопасности «Шерут едиот» («Информационная служба»), или сокращенно «Шай», в рамках которой Харелю была поручена работа в так называемом Еврейском дивизионе, или отделе внутренней безопасности. Он отвечал за сбор информации праворадикальных еврейских военизированных организаций «Иргун» и «Лехи».
   В 1946 году он возглавил «Еврейский дивизион».
   В 1947 году стал руководителем тель-авивского регионального отдела «Шай».
   В июле 1948 года возглавил созданную 30 июня 1948 года «Службу общей контрразведки» (впоследствии Общая служба безопасности – «Шин-Бет», которая затем была переименована в «Шабак»).
   С 19 сентября 1952 года по 26 марта 1963 года руководил «МОССАДом». Одновременно он возглавлял объединенный комитет руководителей всех израильских секретных служб и был советником премьер-министра по вопросам обороны и безопасности. Почти сразу же после вступления в должность Харель добился от премьер-министра Израиля Бен-Гуриона десятикратного увеличения бюджета «МОССАДа» и реорганизовал работу службы. При нем в «МОССАДе» была создана спецшкола для подготовки агентов и установлены жесткие стандарты для отбора кандидатов. Он говорил: «Мне нужны люди, испытывающие отвращение к убийству, но которых тем не менее можно научить убивать…»
   Также он считал, что «МОССАД» должен помочь стране компенсировать разницу в ресурсах между Израилем и его противниками: «Мы окружены врагами, которые намного превосходят нас в численном отношении. Поэтому мы вынуждены выдвигать нашу разведку как можно дальше. Она служит нам подобно длинной руке, помогая скомпенсировать недостаток времени и пространства».
   Он был единственным человеком в истории Израиля, который совмещал руководство разведкой и контрразведкой. Для этого уникального положения Давид Бен-Гурион придумал в 1957 году специальную должность – на иврите HaMemuneh («ответственный»). Эта должность не была официальной, однако авторитет Хареля в спецслужбах Израиля был непререкаем. Фактически он был человеком номер два в государстве, поскольку подчинялся только главе правительства и руководил всеми спецслужбами страны.
   Также он лично участвовал в организации захвата на территории Аргентины и вывоза в Израиль нацистского военного преступника Адольфа Эйхмана в мае 1960 года. Об этих событиях он написал две книги: «Дом на улице Гарибальди» и «Похищение палача».
   В марте 1963 года между Харелем и Бен-Гурионом возникли острые разногласия. Они были связаны с операциями «МОССАДа» в Египте. Незадолго до этого Бен-Гурион заключил тайное соглашение с канцлером ФРГ Конрадом Аденауэром о том, что Германия выплатит Израилю крупные суммы денег в качестве компенсации за преступления нацистов, а также поставит большую партию оружия, в котором Израиль очень нуждался. В это же время Харель развернул в Египте операцию «Дамоклов меч» против немецких ученых, помогавших Египту в разработке ракетной программы, которую Харель считал чрезвычайно опасной для Израиля. Впоследствии выяснилось, что Харель сильно переоценил способности германских оружейников и их египетских коллег. Немецкие специалисты получали от агентов «МОССАДа» угрожающие письма, а затем и посылки, начиненные взрывчаткой. Таким способом Харель рассчитывал заставить их уехать из Египта. В конце марта 1963 года Бен-Гурион попросил Хареля свернуть операцию в Египте, чтобы не ставить под угрозу отношения с ФРГ. Однако Харель приказал, наоборот, активизировать теракты против немецких ученых. Результатом стало обострение отношений с Германией, которая прекратила поставки новейшего оружия Израилю. Это вызвало конфликт между ним и Бен-Гурионом, и Харель подал в отставку 26 марта.
   С сентября 1965 года по июнь 1966 года Харель был советником по вопросам разведки и борьбы с террором премьер-министра Леви Эшколя. Однако в связи с личным соперничеством с новым главой «МОССАДа» Меиром Амитом ему пришлось уйти в отставку и с этого поста – на этот раз окончательно завершив свою работу в разведке. Последним поводом для отстранения Хареля стал конфликт вокруг дела Бен-Барки.
   С 17 ноября 1969 года по 21 января 1974 года – депутат кнессета 7-го созыва, член комиссии по внутренним делам.
   Автор 11 книг: «Великий обман: политический роман» (1971); «Джихад» (1972); «Дом на улице Гарибальди» (1975); «Анатомия измены» (1980); «Операция Йосселе» (1982); «Кризис немецких ученых» (1982); «Брат против брата: квалифицированный всесторонний анализ дела Лавона» (1982); «Правда об убийстве Кастнера» (1985); «Советский шпионаж» (1987); «Безопасность и демократия» (1989); «Похищение палача» (1992).
   Умер 18 февраля 2003 года в возрасте 91 года в медицинском центре «Бейлинсон» в Петах-Тикве [169].
Хофи Ицхак
   Родился в 1927 году в семье иммигрантов из Одессы в тель-авивском квартале бедноты, где жили и тяжелым трудом добывали хлеб насущный евреи-ашкенази – выходцы из Восточной Европы.
   В качестве командира парашютного подразделения он еще до войны 1956 года принимал участие в нескольких дерзких рейдах Израиля на Синайском полуострове и в секторе Газа.
   До 1974 года занимал пост командующего Северным округом Израиля.
   С 1974 года по 26 июня 1982 года [170] руководил «МОССАДом».
Шавит Шабтай
   Родился в 1939 году в городке Гешер под Хайфой в семье директора начальной школы. Учился в реальном училище, после которого поступил в Иерусалимский университет на отделение востоковедения.
   В 1958 году был призван в Армию обороны Израиля. Служил в звании сержанта в военной комендатуре Южного военного округа, затем был переведен в подразделение спецназа (так как владел арабским языком).
   В 1960 году, после окончания срока срочной службы, демобилизовался из армии.
   В течение нескольких месяцев трудился в отделе безналичных расчетов в головном отделении банка «Леуми», затем в отделе советника главы правительства по арабским делам Ури Лубрани. Одновременно начал учиться в Иерусалимском университете на отделении востоковедения: арабский язык и литература.
   В 1962 году окончил учебу в университете, получив степень бакалавра по арабской литературе и истории Ближнего Востока.
   В 1964 году был принят на службу в «МОССАД».
   В 1966 году был направлен в многолетнюю командировку в одну из африканских стран.
   С 1971 по 1973 год находился в командировке в одной из европейских стран.
   С 1973 года возглавлял один из отделов управления «Ярид», отвечающий за обеспечение безопасности Израиля и его заграничных представительств.
   С 1979 по 1980 год – стажировался в Гарвардском университете.
   С 1980 года – начальник управления «МОССАДа».
   С 1988 по 1989 год – зам. директора «МОССАДа».
   С 1989 по 1996 год – директор «МОССАДа».
   С 1996 года – генеральный директор государственной больничной кассы «Маккаби» [171].
Шилоах Реувен
   Родился в декабре 1909 года в Иерусалиме в ортодоксальной еврейской семье. Его отец, Ицхак Засланский, был потомственным раввином.
   В 15 лет вступил в ряды подпольной еврейской организации «Хагана». Там Реувена заметили Давид Бен-Гурион (будущий первый премьер-министр Израиля) и другие лидеры. Оценив его способности, они стали продвигать молодого парня вверх по служебной лестнице. Он отвечал им беспредельной преданностью.
   Работал в политическом отделе Еврейского агентства («Сохнут»).
   В августе 1931 года был направлен с разведывательными целями в Ирак. Работа Шилоаха в Ираке продолжалась три года. Все это время сначала под видом учителя, а затем журналиста (работал на палестинское издание «Бюллетень») он занимался созданием мощной агентурной сети.
   В 1934 году, после возвращения из Ирака, вновь работал в Еврейском агентстве, отвечал за связи с британской администрацией Подмандатной Палестины.
   С 1936 года Шилоах в сотрудничестве с Эзрой Даниным, Саулом Мейеровым (Саул Авигур) и другими деятелями «Хаганы» создавал первую спецслужбу будущего еврейского государства – «Шерут едиот».
   Во время Второй мировой войны налаживал контакты с американским Управлением стратегических служб и британской разведкой СИС. Также занимался подбором кадров для разведывательно-диверсионной работы в тылу противника. Людей с арийской внешностью направляли в оккупированные немцами европейские страны, а те, кто был похож на араба и владел арабским языком, проникали в Сирию и Ливан, находившиеся под контролем пронацистского вишистского режима Франции. 26 завербованных Шилоахом еврейских парашютистов были заброшены в немецкий тыл на Балканы. Некоторые из них, как, например, Ханна Сенеш и Энзио Серени, были арестованы и как шпионы расстреляны – их имена причислены к сонму героев Израиля. Другие, как Ешайяху (Шайке) Трахтенберг-Дан, выжили и впоследствии сделали немало полезного в израильской разведке.
   Также Шилоах помог создать Еврейскую бригаду в составе британских Вооруженных сил. Это был дальновидный шаг: впоследствии бригада явилась одной из основ израильской армии.
   В 1946 году в Миннеаполисе он уговорил миллионеров-евреев создать фиктивные компании, с помощью которых можно было наладить закупку оружия и доставлять его контрабандным путем в Палестину.
   В 1948 году во время первой арабо-израильской войны (израильтяне называют ее Войной за независимость) он несколько раз вступал в секретные переговоры с королем Иордании. Став личным советником президента Хаима Вейцмана и премьер-министра Давида Бен-Гуриона по особо важным вопросам, он играл ключевую роль в организации арабо-израильских переговоров о прекращении огня на острове Родос в 1949 году.
   В июне 1948 года занимался реорганизацией «Шай» и созданием новых израильских спецслужб в качестве советника премьер-министра по внешней политике и стратегическим вопросам.
   После окончания первой арабо-израильской войны создал комитет руководителей разведслужб «Вараш» и возглавил его.
   Сформулировал цели и задачи израильских спецслужб, которые остаются актуальными по сей день:
   «Арабы являются врагом номер один еврейской общины, и в арабскую среду надо внедрять профессиональных агентов. Израильская разведка не должна ограничиваться рамками Палестины. Она должна выполнять роль еврейско-сионистского гаранта безопасности евреев по всему миру. Тайная деятельность должна основываться на современной технологии, использовать новейшие достижения в области шпионажа, поддерживая связи с дружественными службами США и европейских стран».
   После ухода в отставку с поста директора «МОССАДа» Шилоах сменил Аббу Эвена на посту посла Израиля в США.
   Умер в мае 1959 года от болезни сердца, диагноз которой так и не был установлен [172].
Ятом Дани
   Родился 15 марта 1945 года в семье владельца рыбного магазина в Нетании [173].
   В 1965 году после окончания школы был призван в армию.
   С 1963 по 1996 год служил в Армии обороны Израиля. Сначала в в спецназе Генерального штаба «Сайерет Маткаль», где дослужился до должности заместителя командира, затем в танковых войсках и в Генеральном штабе. Командовал Центральным военным округом.
   В мае 1972 года, во время службы в спецназе, принимал участие в операции по освобождению 99 заложников из захваченного террористами группировки «Черный Сентябрь» самолета в аэропорту Тель-Авива.
   В 1972 году перешел в танковые войска и в октябре 1973 года принимал участие в боевых действиях в Войне Судного дня.
   В 1981 году получил назначение в Оперативное управление танковых войск.
   В 1982 году направлен в США на курсы повышения квалификации и по возвращении назначен начальником отдела по разработке военной доктрины танковых войск, а затем начальником научно-исследовательского отдела при Министерстве обороны. Одновременно учился в Еврейском университете в Иерусалиме. После окончания университета получил степень бакалавра по математике, физике и компьютерным наукам.
   В 1983 году был назначен военным советником министра обороны.
   В 1985 году был назначен командиром танковой бригады.
   В 1987 году был назначен начальником отдела планирования Министерства обороны с присвоением звания генерал-майора.
   В декабре 1990 года был назначен командующим Центральным военным округом.
   В 1993 году становится военным советником премьер-министра Ицхака Рабина.
   В 1994 году непродолжительное время занимал пост командующего Центральным военным округом (после гибели предшественника – генерала Нехемия Тамри), затем снова стал военным советником главы правительства Израиля.
   С 1996 по 1998 год руководил «МОССАДом».
   В июне 1999 года был назначен руководителем военно-политического отдела при канцелярии премьер-министра Эхуда Барака. Основным направлением его деятельности стали переговоры с арабскими странами [174].
   С 2003 по 2008 год был депутатом Кнессета.
   В июне 2008 года Ятом подал в отставку с депутатского поста в знак протеста против политики правительства Эхуда Ольмерта.
Приложение 1
   Письмо Давида Бен-Гуриона о создании «МОССАДа»:
   «Секретно»
   13 декабря 1949 года
   Кому: Министерство иностранных дел
   От кого: Премьер-министр
   По моему распоряжению создано Ведомство по концентрации и координации деятельности разведывательных служб государства (разведывательного отдела армии, политического отдела Министерства иностранных дел, службы общей безопасности и др.).
   Я поручил Реувену Шилоаху, советнику по особым делам при Министерстве иностранных дел, организовать и возглавить это ведомство. Реувен Шилоах будет подчиняться лично мне, действовать согласно моим указаниям и будет регулярно представлять мне отчеты о своей работе. Однако административно его ведомство будет находиться в рамках Министерства иностранных дел.
   Я предоставил руководству Министерства иностранных дел штатное предписание и бюджет на 1950-51 год в размере 20 000 израильских лир. При этом 5000 израильских лир из данной суммы предназначены для выполнения особых заданий при обязательном предварительном утверждении мною лично.
   Прошу добавить указанный бюджет к бюджету Министерства иностранных дел на 1950-51 год.
(Подпись) Д. Бен-Гурион
Приложение 2
Интервью основателя израильской разведки Исера Харела журналисту Игорю Коротченко.
   – ?Господин Харел, какое место в системе государственных институтов Израиля занимает «МОССАД»?
   – ?«МОССАД» – это разведывательная служба, занимающая ведущее место в иерархии специальных ведомств Израиля и подчиняющаяся премьер-министру страны. Ее главная задача – добывание разведданных, их обобщение и анализ. Самостоятельных действий политического характера «МОССАДа» не предпринимает. Вся собираемая информация после обработки поступает политическому руководству Израиля, которое на основе полученных данных принимает соответствующие решения.
   – ?Сотрудники «МОССАДа» имеют офицерские звания?
   – ?Воинских званий у них нет.
   – ?«МОССАД» и военная разведка АМАН конкурируют между собой?
   – ?Между оперативниками, конечно, конкуренция есть. Но существует строгое разделение полномочий между «МОССАДом» и АМАН. Те, кто работает в «МОССАДе», могут действовать в любой точке мира. Что же касается сотрудников АМАН, то у них есть определенные ограничения. В перечень стран, на территории которых они могут вести разведывательную работу, входит сам Израиль, а также близлежащие арабские государства. По некоторым направлениям «МОССАД» и АМАН работают параллельно. Но полномочия «МОССАДа» гораздо шире, так как эта служба, как я уже сказал, действует в глобальном масштабе.
   – ?Как осуществляется координация действий между военной и политической разведками?
   – ?Есть Совет глав секретных служб Израиля, в рамках которого высшие чины израильских спецслужб решают все возникающие проблемы. Туда, помимо «МОССАДа» и АМАН, также входит Служба внутренней безопасности «Шин-Бет».
   – ?Каким образом отбираются кадры для работы в израильской разведке?
   – ?Кандидатов стараются отбирать среди тех людей, которые имеют опыт армейской службы. Кроме того, отбор осуществляют среди выпускников высших учебных заведений. Большое значение придается изучению личностных качеств потенциальных сотрудников. После предварительного отбора приемная комиссия рассматривает дела каждого кандидата. Проводится проверка биографических данных, прошлого. У кандидатов не должно быть порочащих связей и темных пятен в биографии, они должны идеально соответствовать требованиям «МОССАДа». Затем отобранные люди проходят испытательный срок.
   – ?В России издано всего лишь несколько книг о работе «МОССАДа». Одну из них, самую знаменитую, написал ее бывший сотрудник Островский. В своей книге он детально рассказывает о процедуре отбора. Кандидату дают задание, требующее нестандартного мышления и быстрой реакции, а затем наблюдают, как он с ним справляется. В книге Островского есть и ряд других очень интересных моментов. То, что он написал, правда?
   – ?Действительно, от сотрудников «МОССАДа» требуется нестандартное мышление. Но судить об организации по книге Островского нельзя, сложится неправильное впечатление. Островский – патологический лгун. То, о чем он написал, не соответствует действительности. Он, распространяя выдумки, пытается отомстить спецслужбе за то, что не был зачислен в ее ряды. И делает это самым низменным способом.
   – ?Какова численность кадровых сотрудников израильской разведки?
   – ?Точную цифру я вам назвать не могу. Но она невелика. Поэтому действия «МОССАДа» носят точечный, локальный характер.
   – ?«МОССАД» известен прежде всего эффективными акциями по уничтожению террористов, тех, кто представлял реальную угрозу национальной безопасности Израиля. Стиль работы боевых групп спецслужбы в 1960–1970 годах во многом напоминает почерк Четвертого управления НКВД, которое возглавлял генерал Павел Судоплатов. Скажите, вы изучали советский опыт ликвидации врагов государства?
   – ?Мне кажется, что подобное сравнение не совсем корректно. То, что делали НКВД и «МОССАД», – это разные вещи. Наша главная цель – сбор информации по всему миру, для того чтобы она могла служить интересам безопасности Израиля. Но не уничтожение врагов, которые скрываются в других странах. Единственное исключение – когда речь шла об особо опасных террористах или тех лицах, которые ими руководили и которых нельзя было остановить какими-то иными средствами. Только в этом случае их приходилось убирать. Что же касается опыта Четвертого управления НКВД, то он нами не изучался.
   – ?Кто давал санкцию на ликвидацию террористов?
   – ?Я не хочу отвечать на данный вопрос, это закрытая информация. Могу лишь сказать, что каждая операция требовала очень большой подготовительной работы и занимала много времени. Это не было прихотью одного человека, который хочет кого-то убрать. Все детально и тщательно обсуждается. Самостоятельно глава «МОССАДа» решений по ликвидации не принимает.
   – ?Те сотрудники, которые участвовали в уничтожении террористов, они каким-то образом поощрялись за успешное выполнение задания? Например, государственными наградами или денежными премиями?
   – ?Никаких наград и повышений в должности не было. Они принимали это как часть тяжелой, вынужденной работы. В большинстве случаев сотрудники разведки относились с отвращением к тому, что им приходилось делать, с отвращением к самому акту уничтожения.
   – ?Осталась ли подобная практика по уничтожению лидеров террористов в настоящее время?
   – ?Я не могу ответить на этот вопрос.
   – ?В книгах, посвященных деятельности «МОССАДа», я читал, что вы придерживались жесткого стиля руководства и подчиненные вас побаивались.
   – ?Я никогда не был жестким руководителем. С моими подчиненными у меня складывались дружеские отношения. В ряде операций я принимал личное участие. Когда я покинул «МОССАД», в коллективе очень сожалели об этом.
   – ?Почему вы ушли?
   – ?Был конфликт с премьер-министром. Мы разошлись в оценках относительно необходимости проведения одной из разведопераций.
   – ?В последнее время мы стали свидетелями нескольких скандальных провалов операций, проводимых «МОССАДом» в Европе, на Ближнем Востоке и Средиземноморье. «МОССАД» стал хуже работать?
   – ?С тех пор как я возглавлял разведку, произошли огромные изменения как в мире, так и в Израиле. Объем работы, выполняемой сегодня спецслужбой, гораздо больше, чем в прежние времена. А чем больше работаешь, тем выше риск неудач. Хотя, конечно, я не оправдываю все те неудачи «МОССАДа», которые получили огласку. Возможно, эти провалы можно было предотвратить. Но на сегодняшний день «МОССАД» – это единственная организация в Израиле, которая может успешно выполнять свои специфические функции.
   – ?Когда вы возглавляли «МОССАД», проводились ли разведывательные операции на территории Советского Союза?
   – ?В то время мы не осуществляли никаких разведывательных акций против СССР. На это было наложено своеобразное табу. Советский Союз являлся сверхдержавой, где проживало 6 миллионов евреев. И огласка какой-либо разведоперации «МОССАДа» против СССР могла самым негативным образом отразиться на их положении. Поэтому никаких разведывательных акций и подрывных действий мы не предпринимали. Все, что происходило в Советском Союзе в то время, отслеживалось достаточно просто. «Дело врачей», например. Об этом широко писали в мировой прессе. Кроме того, ту же информацию можно было получить от людей, которые жили в России.
   – ?Как вы интерпретировали «дело врачей»? Какие выводы сделали?
   – ?Подобный процесс мог инициировать только психически ненормальный человек. Сталин был диктатор, его поведение было непредсказуемо. В Тель-Авиве был страх за судьбу советских евреев. Могли начаться погромы и высылки.
   – ?Некоторые авторы утверждают, что в начале 50-х годов Сталин планировал депортацию евреев в Сибирь. Вы знали об этом?
   – ?Я слышу об этом первый раз. В то время в «МОССАДе» даже не было русского отдела. Единственное, чем мы могли заниматься, – это отправкой в СССР молитвенников для синагог. Мы давали информацию советским евреям об Израиле. Вот и все. Наверное, это выглядит абсурдно, но на самом деле все было именно так.
   – ?Некоторые авторы в России высказывают мнение, что Сталин умер неестественным путем, ему «помогли». Что вы думаете по этому поводу?
   – ?Теоретически в таком государстве, как СССР, при том режиме это было возможно. Однако конкретной информацией по данному поводу я не обладаю.
   – ?«МОССАД» имел отношение к смерти Сталина?
   – ?Ни в коем случае. Я категорически отрицаю какую-либо связь «МОССАДа» со смертью Сталина. Я также категорически отрицаю контакты нашей спецслужбы с отдельными членами Политбюро того времени и их женами. Тогда проникнуть в окружение Сталина, в Кремль, было все равно что совершить полет на Марс. Абсолютно невозможно!
   – ?Одна из самых знаменитых операций «МОССАДа» – похищение Адольфа Эйхмана. Как родился замысел этой акции?
   – ?С того времени, как я возглавил «МОССАД» в 1952 году, я сразу же поставил в качестве приоритетной задачи поимку нацистских преступников, виновных в уничтожении евреев в Европе. Мы определили, кто из виновных был еще жив. Основная верхушка нацистов была уничтожена. Остались лишь Эйхман и Менгеле. Мы сконцентрировали наши усилия по установлению местоположения этих двух нацистов. Их искали по всему миру много лет, но безрезультатно. И вдруг совершенно неожиданно главный прокурор земли Гессен (ФРГ) доктор Фриц Бауэр, по согласованию с премьер-министром этой земли, передал нам данные о том, что Эйхман жив и находится в Аргентине. После проверки данной информации выяснилось, что она соответствует действительности. Тогда мы провели операцию по его поимке и переправке в Израиль. Я возглавил ее лично и разработал все технические детали. Наши действия были санкционированы премьер-министром Израиля. После проведения судебного процесса Эйхман был казнен.
   – ?Какая дата считается официальной в отсчете истории «МОССАДа»?
   – ?Наша спецслужба образована в 1951 году. «МОССАД» был создан по инициативе Реувена Шилоаха. Я сменил его в 1952 году и возглавлял спецслужбу на протяжении 15 лет.
   – ?Существовали ли какие-то государственные акты, регламентирующие деятельность «МОССАДа»? На основании какой нормативной базы действовала израильская разведка?
   – ?Только сейчас, в 1999 году, разрабатывается кодекс законов, в соответствии с которым должен действовать «МОССАД». Тогда этого не было.
   – ?Но у вас были внутренние инструкции, определяющие структуру разведки, подчиненность, правила проведения операций?
   – ?Конечно, мы действовали по определенным правилам. Но у «МОССАДа» не было жесткой структуры. Все определялось мною лично. Сотрудники разведки действовали в соответствии с моими указаниями.
   – ?Были ли проблемы с финансированием?
   – ?Если они вдруг возникали, я обращался к премьер-министру и получал все необходимое для разведки.
   – ?Вы ощущали себя руководителем могущественной секретной службы?
   – ?Я никогда не переоценивал возможности нашей организации. И в том же духе старался воспитывать своих подчиненных. Мы существуем только для того, чтобы обеспечивать безопасность Государства Израиль и его народа. Особой гордости я не ощущал. Когда о нас писали, что «МОССАД» – лучшая спецслужба мира, я всегда говорил своим подчиненным: да, мы хорошая разведка, но не самая лучшая.
   – ?Сильной стороной «МОССАДа» всегда была агентура. На каких принципах строилась работа с ней?
   – ?Во главу угла ставились безопасность агента и сохранение его жизни. Разумеется, учитывалась и материальная сторона дела.
   – ?У вашей разведки существуют архивы?
   – ?Разумеется. На каждого агента есть специальное досье. Дело заводилось и на каждую разведоперацию.
   – ?Вы ощущаете себя живой легендой?
   – ?Некоторым образом да. Например, когда сажусь в такси, а водитель мне говорит: я вас знаю. С этим ничего нельзя поделать. Создание и становление «МОССАДа» – главное дело моей жизни.
   – ?Вы согласовывали нашу встречу и интервью с руководством «МОССАДа»?
   – ?Нет. Я свободный человек, который живет в демократической стране. К тому же я знаю, о чем можно говорить, а что до сих пор остается государственной тайной.

   Источник: Коротченко И. «МОССАД» – главное дело моей жизни» // Независимое военное обозрение. 1999. 30 сентября.
Приложение 3
Интервью экс-директора «МОССАДа» Меира Амита журналисту газеты «Известия» Давиду Маркишу
   «МОССАД» в переводе с иврита означает «служба». Со времени своего возникновения более полувека тому назад «МОССАД» возглавляли люди, чьи имена, пока они исполняли свои служебные обязанности, были строго засекречены. Это правило было отменено по той причине, что в мире разведки рано или поздно «вычисляли» столь тщательно скрываемые в Израиле имена, тайна переставала быть тайной, после каждой операции «МОССАДа» газеты всего мира писали об Иссаре Хареле, Меире Амите и других руководителях внешней разведки. Но Израиль продолжал молчать: «генерал Икс, генерал Игрек…» Наконец догадались, что без ущерба можно снять гриф высшей секретности с того, что известно «по секрету всему свету».
   Меир Амит возглавил внешнюю разведку в 1963 году и руководил ею почти до конца десятилетия. Как принято говорить в подобных случаях, «о многом еще не пришло время рассказать». Но разговор о Меире Амите, его взглядах на мир и на свою профессию сам по себе интересен.
   – ?Люди вашего времени и вашего калибра, как правило, не были уроженцами страны – всеми правдами и неправдами они эмигрировали в подмандатную Палестину в 20-е годы, преимущественно из России и с Украины, и уже здесь началась их деятельность в рядах еврейских подпольных военных формирований. Составляете ли вы исключение из правила?
   – ?Мои родители приехали сюда в 20-м году с Украины. Год спустя в сельскохозяйственном поселении на берегу Генисаретского озера родился я. Я знаю немало языков, а вот русским, к сожалению, не владею: в семье говорили только на иврите. Мы все считали, что евреи, вернувшиеся на историческую родину, должны говорить на своем языке.
   – ?А фамилия? В те времена многие, добравшись до Палестины, меняли старые фамилии на новые, то есть на старые – библейские…
   – ?Мы – Слуцкие. Под этой фамилией мои родители жили на Украине. Моя мать осталась Слуцкой, а я стал Амитом, когда подрос и шестнадцатилетним парнем ушел в подпольную еврейскую армию.
   – ?Тогда позвольте задать вопрос, ответ на который интересует многих и в Израиле, и в России. Ходили слухи, что известный советский поэт Борис Слуцкий – ваш близкий родственник.
   – ?Близкий родственник! Да он мой двоюродный брат! У меня есть несколько его книг, я знаю, что он занимал видное место в советской литературе. Он прошел войну, был комиссаром, а его брат Фима был полковником Красной Армии. Но лично я с ним не был знаком, мы никогда не встречались.
   – ?Вы знали, что у вас есть двоюродный брат в Советском Союзе. А знал ли Борис Абрамович Слуцкий о том, что его родственник – командир израильского «МОССАДа»?
   – ?Ну конечно! Что за вопрос… Моя мать в 64-м году была в СССР, встречалась с Абрамом – отцом Бориса и Фимы. Русские знали, кто она такая. Когда она пришла в советское посольство за визой, ее спросили: «Как же так, вы – Слуцкая, а ваш сын Меир Амит?» Мама была встревожена, сомневалась – ехать или не ехать: ведь в КГБ знали, кто она такая. А я ей сказал: «Езжай! То, что они знают, – гарантия твоей безопасности». Но Борис и Фима не пришли к ней повидаться, они все же испугались. Можно их понять.
   – ?За родство с Меиром Амитом в Советском Союзе можно было сесть, и надолго. Борис Слуцкий не пострадал. Как вы думаете, почему?
   – ?Ну, во-первых, всезнайство КГБ было несколько преувеличено. Может, они и не докопались до Бориса. Но как разведчик, я принимаю худшую версию: докопались, знали. Борис, надо отдать ему должное, умел держать рот на замке. Обо мне он молчал как рыба – и правильно делал. Если бы он заговорил, его судьба могла бы сложиться иначе. Он молчал, и КГБ его не трогал.
   – ?Вернемся в Израиль. Как вы пришли в «МОССАД»? До того как вы возглавили внешнюю разведку, вы были оперативным разведчиком? Нелегалом? Вы преодолели все ступени разведывательной карьеры?
   – ?Я профессиональный военный. Я учился этому делу и у нас, и за границей. Командовал крупными боевыми формированиями, потом округами. Работал в Генштабе. Воевал. В моем теле еще сидят чужие пули. Пришло время, и я возглавил военную разведку. В 63-м году меня вызвал Бен-Гурион и сказал: «Ты примешь «МОССАД».
   – ?И осведомленные эксперты, и простые читатели газет и шпионских романов уверены в том, что наша внешняя разведка – одна из лучших в мире. «МОССАД» не раз доказывал на деле, на что он способен. Чем вы объясняете такие успехи?
   – ?Между серьезными разведслужбами существуют связи – так же, как между ними существует и элемент профессионального соревнования. Это и подстегивает, и помогает. Почему у «МОССАДа» хорошая репутация? У нас был пароль: «Нет выхода». Мы маленькая бедная страна, у нас нет территории, как у русских, мы не можем отступить до Сталинграда, а потом сражаться с немцами. Поэтому разведка обязана своими действиями хотя бы отчасти компенсировать нехватку армейского оперативного пространства.
   Второе: мы – бедная страна, мы не можем позволить себе держать под ружьем большую армию. «МОССАД» в какой-то степени должен освободить страну от содержания большой армии и призыва резервистов перед лицом военной угрозы извне.
   Внешняя разведка призвана помогать власти проводить свой политический курс. По решению правительства «МОССАД» оказывал практическую помощь некоторым странам, даже тем, с которыми мы не поддерживали дипломатических отношений. В бытность свою командиром «МОССАДа» я несколько раз встречался с королем Марокко Хасаном, с высшими руководителями Индонезии.
   Мы вынуждены сотрудничать и работать с арабами, у нас нет других соседей. Не самые разумные из нас надуваются и кричат арабам, как индюки: «Мы вам покажем, где раки зимуют!» А нам необходимо понимать менталитет арабов: многие из них видят в нас империалистов, замышляющих подчинить их экономически и повелевать ими.
   – ?На вашем столе стоит модель космического спутника. Это для вас просто красивая игрушка или вы имеете непосредственное отношение к космическим проблемам?
   – ?Однажды, после одного из ранений, я около года провел в госпитале. Я не хотел, чтобы это время пропало даром, и учился. Потом, после выздоровления, я продолжил учебу. Сейчас я прежде всего занимаюсь двумя проблемами: спутниками и Институтом разведки. То, что вы видите, – модель действующего израильского спутника «Амос-1». За ним последует «Амос-2». Что же до Института разведки – это не учебный центр, там разведчиков не готовят. Там есть музей, библиотека, электронные приборы. Это открытое учреждение, туда даже школьники приходят – посмотреть, пощупать. Хотите об этом написать? Милости просим!
   – ?В разговоре с бывшим главой внешней разведки так и тянет спросить о каком-нибудь необыкновенном случае из его практики, о какой-нибудь тайной истории. С другой стороны, не знаешь толком, о чем можно спрашивать, а о чем нельзя… Все-таки я рискну: расскажите о том, что вам представляется интересным, важным.
   – ?В то время, когда наши отношения с Египтом были далеко не безоблачными, мне удалось установить связь с высокопоставленным египетским генералом. Мы договорились встретиться в одной из европейских стран. Египтяне просили нас помочь: уговорить немцев, чтобы те оказали Каиру экономическую помощь – ситуация в Египте была чрезвычайно неблагоприятной, это мы хорошо знали. Из-за целого ряда досадных обстоятельств наша встреча не состоялась. Египтяне были обижены, почти оскорблены… Некоторое время спустя, за неделю до начала Шестидневной войны, я позвонил тому генералу и сказал: «Надо что-то делать. Положение катастрофическое. Необходимо попытаться изменить ход событий». Генерал бросил трубку – он помнил о несостоявшейся встрече и был на меня, скажем, очень сердит.
   Тогда я, уже за два дня до начала войны, поехал в США. С ЦРУ у меня были очень тесные связи. Американцам я задал один вопрос: война вот-вот начнется, что вы собираетесь делать, чтобы нам помочь? Они ответили: ничего не собираемся делать. Я вернулся домой, глава правительства, выслушав меня, сказал: нам нечего от них ждать. Если с нами, не дай бог, случится беда – они не будут сидеть Шиву (Шива – у евреев семидневный траур по умершему. – Д. М.). Война началась, мы ее выиграли за шесть дней. У нас действительно не было выхода, и об этом знали все в Израиле – от мала до велика…

   Источник: Маркиш Д. Пароль? – «Нет выхода» // Известия. 1999. 2 декабря. № 227.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Анна Ермановская.
50 знаменитых загадок древнего мира

Надежда Ионина.
100 великих городов мира

Сабатино Москати.
Древние семитские цивилизации

Вячеслав Маркин, Рудольф Баландин.
100 великих географических открытий

Николай Николаев.
100 великих загадок истории Франции
e-mail: historylib@yandex.ru