Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

С.Ю. Сапрыкин.   Религия и культы Понта эллинистического и римского времени

§7. Дионис

Среди мужских богов умирающей и возрождающейся природы Дионис, греческий бог плодородия, виноделия, виноградарства, пиров и симпозиев, занимал одно из ведущих мест. Его культ считался в Понте не только официальным, но и царским, так как сам Митридат Евпатор называл себя его воплощением и добавлял эпитет «Дионис» к своему личному имени и царскому титулу1. Это был откровенно пропагандистский жест с его стороны, о чем подробно будет сказано ниже (см. гл. 4). Здесь же мы сконцентрируем внимание на том, почему именно Дионис превратился в один из основных постулатов понтийской религии, попав в центр так называемой «царской пропаганды» и царского культа.

Изображения Диониса и его атрибутов постоянно присутствовали на царских статерах и тетрадрахмах, а также на квазиавтономных монетах понтийских полисов. На монетах с именем и титулом Митридата Евпатора с 96/95 г. до н. э. появляется обрамление реверса в виде венка плюща, что указывает на царский характер культа Диониса и на отождествление царя с этим богом (WBR I2, 1, по. 9-16). В распоряжении исследователей имеются ранние тетрадрахмы Митридата VI без венка плюща, которые, по убедительной датировке Г. Кляйнера, появились не позднее 102/101 г. до н. э., когда понтийский монарх стал официально величаться Митридатом Евпатором Дионисом, а культ Диониса превратился в царский2. На понтийско-пафлагонских медных монетах Синопы (ibid., по. 73), Амиса (ibid., по. 24-28), Команы Понтийской (ibid., по. 2-3), Лаодикеи (ibid., по. 2), Кабиры (ibid., по. 5), Дии (ibid., по. 1) изображались голова молодого Диониса в плющевом венке (рис. 19) и его символы — циста, тирс, пантера (рис. 20). Монеты с дионисийской атрибутикой Ф. Имхоф-Блумер датировал 105-90 гг. до н. э. (тип «Дионис-тирс») и 90-80 гг. до н. э. («Дионис-циста», «пантера-циста»), согласно классификации Ф. де Каллатая, монеты «Дионис/пантера-циста» относятся к 100-95 гг. до н. э., а монеты типа «Дионис-тирс» — к 90-85 гг. до н. э.3 Это означает, что появление атрибутов Диониса на монетах греческих полисов Понта совпадает с введением официального царского культа этого бога в качестве пропагандистской акции по подготовке к территориальным завоеваниям в Малой Азии и Восточном Средиземноморье.

Рис. 19. Голова Диониса в венке на монете Амиса. I в. до н.э.
Рис. 19. Голова Диониса в венке на монете Амиса. I в. до н.э.
Рис. 20. Монеты понтийских городов с атрибутикой Диониса. II—I вв. до н.э.
Рис. 20. Монеты понтийских городов с атрибутикой Диониса. II—I вв. до н.э.

Митридат Евпатор взял эпитет «Дионис» и включил его в свою титулатуру ок. 102-101 гг. до н. э., так как, согласно надписям из делосского героона, построенного жрецом Гелианактом приблизительно в эти годы, понтийский царь уже обладал этим «божественным» эпитетом (OGIS, 370, I)4. По одной из версий царь взял себе этот эпитет не позднее 88 г. до н. э., а по другой — не ранее 88 г. до н. э., что якобы стало следствием его родственных связей с сирийским царем Антиохом VI Дионисом по материнской линии5. После освобождения Азии от римлян в 89-85 гг. до н. э. почти все греческое население приветствовало Митридата как Диониса. «Они (греки. — С.С.) звали Митридата Богом, Отцом, Спасителем Азии, Евхием (от крика почитателей Диониса), Нисием, Вакхом, Либером» — говорит Цицерон (Pro Flacco. XXV. 60). В 88 г. до н. э., когда в Афины прибыл личный друг царя Митридата Евпатора философ-перипатетик Афенион, ставший там наместником понтийского монарха, он «был встречен также актерами Диониса, приветствовавшими посланника Нового Диониса и пригласившими его на празднества, чтобы присоединиться к молящимся и либациям, с ними связанными»; были также принесены жертвы в кругу артистов (технитов) Диониса в честь прибытия Афениона — пишет Афиней (Athen. V. 212d).

Эти события свидетельствуют о том, что в основе царского культа Митридата лежало не простое обожествление властителя, а его прямая связь с богами, которые были наделены функциями спасителей. В Понте, как мы убедились, это практически все греческие мужские боги, но в первую очередь Зевс, Аполлон, Асклепий, Гелиос и Дионис. Следовательно, ко времени Первой митридатовой войны и наивысших военных и политических успехов царя в 89-88 гг. до н. э. Митридат VI завершил создание собственного божественного образа путем введения официального царского культа. Для этой цели царская пропаганда использовала исключительно греческие божества и культы, и Дионис играл при этом ведущую роль. Это было понятно религиозному сознанию греческих подданных, с чем, по мнению творцов царского культа Митридата, должно было считаться местное неэллинское население.

Процесс обожествления Митридата Евпатора начался раньше событий в Пергаме и Афинах первых лет войны Понта с Римом. В 110-107 гг. до н. э., когда проходила Крымская кампания во главе с полководцем понтийского царя Диофантом, Митридат Евпатор еще не пользовался этим эпитетом (IosPE I2. 352). Он принял его позднее и это могло быть вызвано тенденцией к усилению власти понтийского царя после 106 г. до н. э., как только на повестку дня встал вопрос о территориальной экспансии в Малой Азии и подготовке будущих войн с Римом. Политико-пропагандистский аспект культа Диониса в Понтийском царстве усилился, когда в 106 г. до н. э. Митридат VI попытался завладеть Пафлагонией и вмешался в дела Каппадокии, чтобы захватить Малую Армению и Колхиду.

Отождествление Митридата VI с «Новым Дионисом» шло от падданных, которые, благоговея перед властителем, дублировали божественный титул. Это стало результатом восприятия его по делам и деяниям, которые были в прошлом и, как они верили, будут совершены в будущем, поэтому термин νέος — «новый», «молодой» должен был означать начало новой жизни с царем-победителем. Отсюда тесная связь с Дионисом — богом плодородия и возрождения6. Митридат Евпатор принял титул «Дионис» в самом конце II в. до н. э. в результате присоединения к Понтийскому царству соседних территорий от Ольвии и Боспора до Малой Армении и Колхиды, что ознаменовало начало борьбы за расширение малоазийских владений. В таких условиях царь стремился предстать в глазах подданных и союзников в роли избавителя от внешней угрозы, в том числе исходившей от варваров и римлян, поэтому для создания образа филэллина и благодетеля он выбрал Диониса, популярного у греков бога возрождения новой жизни и спасителя. Этот бог как нельзя более подходил на роль «божественного» покровителя царя — освободителя обширных регионов Малой Азии и всего Причерноморья от внешней угрозы. Поэтому появление его имени в титулатуре понтийского монарха явилось не следствием простого заимствования у Селевкидов, а диктовалось политическими соображениями и задачами внешней и внутренней политики.

Введение царского культа на основе отождествления Митридата с богом Дионисом прошло несколько этапов. Сначала в Понтийском государстве и соседних эллинистических царствах и полисах, не без подачи со стороны окружения Митридата Евпатора, сложилась легенда о его божественном происхождении. Она связывала рождение царя с образом молодого Диониса и его матери Семелы, согласно мифу погибшей от удара молнии Зевса-громовержца (Plut. Мог. 624 В = Quast. conv. I. 6. 2). Молния Зевса сделала Диониса бессмертным богом и, соответственно, бессмертным стал сам царь Митридат Евпатор, названный Дионисом. В этом заключался смысл так называемой «царской пропаганды» по обожествлению царя, в основу которой легли два главных эллинских культа — Зевса и Диониса. Затем на монетах Понта и Пафлагонии в самом начале I в. до н. э. появились портрет Зевса и орел на молнии, а также дионисийские символы. При этом изображению бога (в ряде случаев даже Зевса) были приданы черты лица правящего царя. А после этого уже в Пергаме и Афинах на первом, успешном для него этапе войны с Римом, наступил апофеоз царского культа, когда Митридата VI официально героизировали как Нового Диониса, спасителя всех греков.

Царская пропаганда была рассчитана на эллинские и эллинизованные слои населения Понта и соседних областей, поскольку Дионис был широко-популярен, в том числе в греческих полисах. Фрако-анатолийское население Малой Азии ассоциировало его с фригийскими мужскими богами Сабазием и Аттисом, причем последний даже имел прозвища Ζεύς и Διόνυσος7. Этих богов, покровителей природы и плодородия, связывали друг с другом представления о силе влаги, соке растений, воде как источниках новой жизни. Диониса почитали и как морского бога, например в Фессалии, где греки называли его Дионисом Пелагием. Из Мисии происходит вотивная стела II—I вв. до н. э. с посвящением Дионису-Аттису-Гелиосу, так как солнце и лучи света считались источником жизни и плодородия8, — это примеры синкретизма Диониса и других богов плодородия. Ираноязычное население воспринимало его как горного бога, близкого авест. Ноша или Soma. Ведь матерью последнего была Земля, а матерью Диониса — Семела, почитавшаяся в том числе и как богиня Земли. Азиатские народы связывали Диониса с культом коня, а в Анатолии он ассоциировался с лунным богом Меном Всадником, что сближало его с Нота9.

Особенно широко Дионис почитался в Амисе и Синопе, а в Трапезуйте его считали защитником виноградников (SP II. Р. 367), поэтому на монетах города императорской эпохи он представлен в виде стоящего обнаженного юноши с тирсом, канфаром и патерой (ibid., по. 31,35,51,53, pl. XVI, 9). На монетах Амиса бога изображали с цистой, тирсом и змеей (ibid., nо. 53-57, 59-61 pl. VIII, 9, 10, 12), а в одном случае даже вместе с богиней Деметрой (ibid., по. 58, pl. VIII, 11). На монетах Керасунта Дионис показан обнаженным с тирсом и пантерой (ibid., nо. 2, pl. XI, 12). В музее Синопы хранится мраморная фигура Диониса на алтаре в виде колонны-пилястры, датированная римской эпохой: она представляет бога обнаженным, с прической из цветов, листьев плюща и бутонов в длинных волосах, перехваченных снизу повязкой, концы которой спадают на грудь и плечи, в высоких сапожках и с пантерой, от которой сохранились только лапы10. В митридатовскую и римскую эпохи Дионис выступал в главной своей функции — покровителя виноделия, виноградарства и производительных сил природы, что доказывает его изображение вместе с Деметрой на одной из монет Амиса. Этот монетный тип и постоянные атрибуты Диониса — пантера и змея — выдают катахтоническое значение образа, близкое пониманию людьми угасания и возрождения природы и всего сущего как начала новой жизни в потустороннем мире, что составляло главную идею элевсинского культа. Поэтому Дионис считался мужским паредром великих элевсинских богинь, а хтоническая сторона его культа подтверждается находкой в одной из могил некрополя Амиса четырех бронзовых медальонов конца II — начала I в. до н. э. Они украшали один из деревянных саркофагов или погребальный столик, так как к ним приделаны кольца от рукоятей. На пластинах в высоком рельефе представлены Дионис-Бык и его женский коррелят Ариадна (рис. 21), а также Серапис и Изида (см. ниже, §13, рис. 59, а, б)11. Связь Диониса с Сераписом-Аидом прослеживается по монетам южнопонтийских городов, поскольку он имел отношение к погребальному культу. Все это свидетельствует о восприятии Диониса как бога, дарующего жизнь после смерти, что соответствовало функции сотера-спасителя, обычной для божества плодородия, покровительствовавшего рождению и новой жизни. Дионис воспринимался и в облике победителя смерти, олицетворяя переход от потусторонней жизни к мирской12.

Рис. 21. Дионис и Ариадна. Бронзовые медальоны. Амис. Эпоха эллинизма
Рис. 21. Дионис и Ариадна. Бронзовые медальоны. Амис. Эпоха эллинизма

Восприятие Диониса как божества плодородия и возрождения в хтоническом смысле, характерное для греческой религии, в Понтийском царстве подтверждают многочисленные терракотовые статуэтки бога и членов его свиты. Их массовое производство было налажено в Амисе в так называемой «мастерской коропласта», откуда они распространялись по всему Причерноморью и поступали даже в Эгеиду. Параллельно изображения Диониса отливали в бронзе, о чем свидетельствуют бронзовый бюст Диониса-Быка начала I в. до н. э. из Амиса, который хранится в Музее искусств в Бонне (рис. 22)13, 19-сантиметровая бронзовая голова Диониса из Кара-Самсуна (Амиса) I в. до н. э с бородой и в обрамлении длинных волос, украшенных коримбами и виноградными листьями, которая обнаружена в разграбленной гробнице и представляет бога производительных сил природы в хтоническом аспекте (ныне в музее Самсуна, инв. № 9-2.1970)14, и бронзовая маска Диониса (также из музея Самсуна). Бронзовые бюсты и маски служили прототипами терракотовых масок Диониса-Быка, который тесно связан с хтонической стороной культа, и Диониса-Винограда (или Диониса-Ботрюса), покровителя виноградарства, виноделия и плодородия. Тематика этих изображений давно поставлена в связь с царским культом Митридата Евпатора Диониса15.

Рис. 22. Дионис Бык. Бронзовый бюст. Амис. Начало I в. до н.э.
Рис. 22. Дионис Бык. Бронзовый бюст. Амис. Начало I в. до н.э.

В Амисе изготовлены терракотовые фигурки юного Диониса с быком, протомы быков, маски бога и представителей его свиты — сатиров и силенов, пожилых и юных, обычно с цветами и повязками. Среди них встречаются протомы (маски) Диониса-Винограда в венке и с бородой в виде виноградных гроздьев, Диониса-Быка с бородой, небольшими рожками и в короне типа тюрбана (рис. 23, 24), иногда он без бороды. Среди продукции амисских коропластов встречаются маски Диониса-Винограда без бороды, но с волосами, украшенными гроздьями винограда, и скифосом в правой руке (рис. 25). Они напоминают о том, что это бог молодого вина, которого почитали во время праздников плодородия, в том числе аттических Анфестерий. В первые два дня их участники пили вино до исступления, а на третий день приносили жертвы умершим, что связано с почитанием хтонического Диониса16. Скифос или канфар в руках Диониса или возлежащего Геракла являлся атрибутом хтонической стороны культа, когда богов и героев воспринимали как спасителей, вкусивших божественный напиток бессмертия.

Рис. 23. Дионис Виноград. Терракотовые маски. Амис. II—I вв. до н.э.
Рис. 23. Дионис Виноград. Терракотовые маски. Амис. II—I вв. до н.э.
Рис. 24. Дионис Бык. Терракотовые маски. Амис. II—I вв. до н.э.
Рис. 24. Дионис Бык. Терракотовые маски. Амис. II—I вв. до н.э.

Маски силенов и сатиров, безбородые и с бородой в виде гроздьев винограда, гротески и сценические маски трагических актеров в образе сатиров, силенов (рис. 26) и самого Диониса с бородой и без нее (рис. 27) свидетельствуют о праздновании Дионисий в театрах. Головки сатиров использовались в качестве декоративных мотивов, например, маска-гротеск из Саталы (рис. 28), крепости в Малой Армении, которая украшала фонтан (SP II. Р. 350). Среди терракот дионисийского круга много фигурок женщин-танцовщиц, вероятно, вакханок. Встречаются маски вакханок в круглой короне с коримбами и цветками. Комические маски молодых женщин или актрис, очевидно, театральный реквизит актеров, игравших персонажи Дионисий или Анфестерий, происходят из Амасии17. Протомы детей также относятся к кругу дионисийских сюжетов: их трактуют как изображение Диониса-Сына (Παις) либо Эрота, связанного с культом плодородия (ср. образ мальчика Плутоса как олицетворение богатства природы) и фигурировавшего в заупокойном культе. Эти терракоты нередко передают образ Эрота-Диониса и олицетворяют богатство природы в греческой мифологии вообще и элевсинском культе в частности.

Рис. 25. Протома Диониса Винограда. Амис. II—I вв. до н.э.
Рис. 25. Протома Диониса Винограда. Амис. II—I вв. до н.э.
Рис. 26. Маска молодого сатира. Амис
Рис. 26. Маска молодого сатира. Амис

Терракоты с дионисийскими сюжетами известны и в других городах Понтийского царства. Из Трапезунта происходят маска бородатого Диониса I в. до н. э. — I в. н. э.18 и мраморная голова молодого Диониса с повязкой и венком из цветов или плодов на голове (может быть, это украшенный плодами тюрбан) — характерный для Восточной Анатолии головной убор бога виноделия19. В Котиоре найдена фигурка сидящего на скале силена, которая была изготовлена, по-видимому, в Синопе в эллинистическую эпоху20. При раскопках в Синопе эллинистического храма II в. до н. э. (рис. 29) и домашних святилищ обнаружены вотивные терракоты Сераписа, Диониса, Геракла, Коры-Изиды, фигурки и протомы быков, маски силенов и сатиров, связанные с почитанием Сераписа и Диониса, а также Зевса, Артемиды и Деметры21. Храм в Синопе относят к Серапису (см. ниже §13), следовательно, изображения Диониса из этого храма подтверждают связь этих богов. Она основана на их покровительстве плодородию, хтоническим силам, а также важной роли обоих в культе мертвых. Это убедительно подтверждают вышеупомянутые бронзовые медальоны позднеэллинистической эпохи с изображениями Диониса-Быка, Ариадны, Сераписа и Изиды из некрополя Амиса, украшавшие саркофаг. На основе хтонических и земледельческих пред-ставлений Диониса ассоциировали с Аттисом и Зевсом, а в западных регионах Фригии — с Сабазием. Так что в Понте и Пафлагонии Диониса также могли синкретизировать с местными богами производительных сил природы. На реверсе медных монет Синопы II-III вв. н. э. изображен бородатый бог в тюрбане, которого считают местным Дионисом (WBR I2, 1, no. 111, 131, pl. XXVI, 21). На монетах 207 г. н. э. он показан сидящим на троне со скипетром и в башлыке (рис. 30, 31) в образе местного бога с восточными чертами лица (ibid., по. 123, 130, pl. XXVIII, 30; SNG Aulock, 6872, taf. I, l)22. Они выдают связь Диониса с Аттисом, Адонисом, Осирисом, паредрами Великой Матери богов — Кибелы и Изиды, а также с Белом-Баалом, покровителем персидских сатрапов, владевших Синопой и ее хорой до походов Александра Македонского.

Рис. 27. Терракотовая маска Диониса Быка. Амис. II в. до н.э.
Рис. 27. Терракотовая маска Диониса Быка. Амис. II в. до н.э.
Рис. 28. Маска-гротеск из Саталы
Рис. 28. Маска-гротеск из Саталы

Большинство терракотовых фигурок и протом, бронзовых и мраморных изображений Диониса и членов его свиты из Амиса и других городов Южного Причерноморья (рис. 32) датируется второй половиной II — первой половиной I вв. до н. э., или римской эпохой. И только единичные экземпляры относятся к III в. до н. э. и рубежу I в. до н. э. — I в. н. э. Так называемая «мастерская коропласта» в Амисе выпускала фигурки и протомы дионисийского круга еще до Митридата Евпатора, однако основная их масса совпадает с введением в Понтийском царстве официального культа Диониса и началом обожествления царя как Нового Диониса23. С.А. Финогенова установила, что амисские коропласты выпускали два типа масок Диониса,которые датируются IV—III вв. до н. э. и I в. до н. э. Некоторые из них производили непосредственно в городах Северного Причерноморья — Херсонесе Таврическом, Пантикапее, Мирмекии, используя импортные образцы из Амиса, причем именно в конце II — начале I вв. до н. э., когда амисские коропласты наладили наиболее массовый выпуск такой продукции24. Это показывает, что культ Диониса стал популярным в Амисе (и по всему Понту, включая Херсонес и Боспор) до Митридата Евпатора. Но после превращения его в царский, что произошло в самом конце II в. до н. э., коропласты и бронзолитейщики Амиса и других городов Южного Понта стали работать намного интенсивнее. Параллельно начался чекан монет с изображением Диониса и атрибутами его культа. Это могло произойти под воздействием царской пропаганды, которая внушала в сознание подданных новый образ царя как Диониса — бессмертного бога и героя, спасителя и освободителя от невзгод и неприятельских козней.

Рис. 29. Эллинистический храм в Синопе. II в. до н.э.
Рис. 29. Эллинистический храм в Синопе. II в. до н.э.

Новые идеологические реалии отражались и в коропластике. Интерес вызывает терракота второй половины II в. до н. э. из Британского музея (инв. № 1906. 7-19.3): голова, обрамленная длинными волосами. Л. Шумерер считает ее женской, так как она имеет аналогии в Кизике, а черты лица, по ее мнению, напоминают амисские образцы, изображавшие полуодетых дев, у которых одна грудь открыта, а рука поддерживает длинные волосы. Строением лица она действительно напоминает так называемых «амазонок» из Амиса25, но мы полагаем, что это все же не женский, а мужской образ, выражением лица живо напоминающий молодого царя Митридата Евпатора. Сходство с этим царем становится особенно заметным, если сравнить терракоту со скульптурными и монетными портретами понтийского монарха (о них подробно см. главу 4). Вполне возможно, что, после того как Митридат VI получил имя «Дионис», а затем был официально героизирован, некоторые терракотовые изображения бога, как в скульптуре, глиптике и на монетах, стали26 напоминать облик царя — Нового Диониса. Хотя большая часть терракот из Амиса по-прежнему изображала Диониса в традиционном понимании, культ которого превратился в общепонтийский.

Рис. 30. Архаическая статуя Диониса-Баала на монете Синопы. Римское время
Рис. 30. Архаическая статуя Диониса-Баала на монете Синопы. Римское время
Рис. 31. Голова архаического Диониса или Баала на монете Синопы. Римское время
Рис. 31. Голова архаического Диониса или Баала на монете Синопы. Римское время

Митридат Евпатор выбрал Диониса для личного обожествления по причине очень большой популярности этого бога среди греков и возможности легко ассоциировать с Аттисом, Меном и Адонисом — местными богами плодородия и жизненных сил, а также с популярными в эпоху эллинизма Зевсом, Сабазием и Осирисом. Диониса считали воплощением новой жизни, олицетворением молодости, победителем смерти, поэтому его культ вполне соответствовал новому образу царя Понта, разыгрывавшего из себя друга греков. По политическим соображениям, продиктованным желанием предстать освободителем эллинов и эллинизованных варваров от римлян, понтийский царь хотел уподобиться Александру Македонскому, провозгласившему свободу эллинов от персов, что превратило его в избавителя от злых и темных вражеских сил. К эпохе позднего эллинизма у греков и эллинизованных подданных различных царей Азии образ Александра Великого как Диониса уже полностью сформировался и практически повсюду стал знаменем политики и официальной идеологии27. Эти идеи соответствовали функциям Диониса, которого считали сотером, поэтому Митридату VI придавался идеализированный образ божества, а его статуи выставляли в храмах Диониса в Афинах и Диониса Катагемона в Пергаме, святилищах Диониса в Вани (Колхида) и Пантикапее (см. главы 4 и 5). Целью принятия имени «Дионис» было не столько сделать культ бога царским, сколько использовать его для обоснования претензий Митридата на обожествление и героизацию. В свою очередь, это усиливало популярность Диониса среди подданных и союзников царя, стимулируя синкретизм с другими богами. Окружение Митридата использовало в своих политико-стратегических целях именно эллинское, а не ирано-анатолийское божество, насаждая его популярность для престижа власти полуэллинского монарха.

Рис. 32. Голова Диониса из Трапезунта. Римская эпоха
Рис. 32. Голова Диониса из Трапезунта. Римская эпоха

Дионис в образе спасителя и покровителя власти оставался популярным в Анатолии и в римскую эпоху. Императорская власть охотно помещала его изображение на монеты греческих городов провинции Вифиния Понт, так как это подчеркивало идею обожествления правящих императоров. В I в. н. э. на монетах Амастрии был запечатлен бюст молодого Диониса и виноградная ветвь с шестью гроздьями, что сопровождалось легендой AION[YCO]C СЕВАСТОС, которая свидетельствует об обожествлении императора Августа и ассоциации его с популярным богом виноделия и возрождения (WBR I2, 1, nо. 36, pl. XVIII, 28). Дионис в образе молодого человека с тирсом и пантерой встречается на монетах этого города при Луцилле и Коммоде во второй половине II в. н. э. (ibid., nо. 148, pl. XX, 43) и на монетах соседней Синопы при Валериане и Галлиене (ibid., по. 164, 167, 168, 170, pl. XXVIII, 27, 28), что указывает на прочность его культа на протяжении длительного времени. Его традиционные атрибуты — тирс, гроздь винограда, пантера — показывают, что в римское время бог по-прежнему почитался в качестве покровителя виноградарства и виноделия. А его изображение с канфаром на монетах Помпейополя при Фаустине Младшей (ibid., nо. 4, pl. XXIII, 21), длинным скипетром и шаром (ibid., nо. 5, pl. XXIII, 22), подтверждает его функцию покровителя верховной власти как сотера, освещающего ее своей божественной силой. Это можно рассматривать в качестве наследства прежних эллинистических представлений о боге, столь популярном в Понтийском царстве при Митридате Евпаторе.



1 См. делосские надписи с упоминанием титулатуры Митридата Евпатора — ID 1562, 1563, боспорские надписи — CIRB, 31,979; Rcinach T. Mithridatcs Eupator, König von Pontos. Hildcshcim, N.Y., 1974. Anhang, no. 7; подбор письменных и эпиграфических свидетельств см. Cerfaux L., Tondriau J. Le culte des souveraines dans la civilization greco-romaine. Tournai, 1957. P. 255-258.
2 Kleiner G. Op. cit. S. 7.
3 Imhoof-Blümer F. Op. cit. S. 169-192; de Callatay F. La révision... P. 282.
4 Durrbach F. Op. cit., no. 133, 134; Gross W. Die Mithridatcs-Kapcll auf Dclos // Antike und Abcndland. 1954. Bd. 4. S. 105-117.
5 Geyer F. Mithridates // RE. 1933. Bd. 15, 2. S. 2163; Ccrfaux L . Jondriau J. Op. cit. P. 255-258; McGing B. Op. cit. P. 90, note 5.
6 Nock A.D. Notes on Ruler Cult. I-IV // JHS. 1928. Vol. 48. P. 34, 35.
7 Hepding H. Attis, seine Mythen und sein Kult. Gieszen, 1903. S. 100, 209; Vermascren M.J. The Legend of Attis in Greek and Roman Art. Leiden, 1966. P. 7-11; Simon E. Die Götter der Gricehen. München, 1985. S. 270.
8 The Anatolian Civilizations. II. Istanbul, 1983. P. 121. B. 347.
9 Davies G.M.N. The Asiatic Dionysos. L., 1914. P. 143-155.
10 Akifisin M., Tatlican I., Isin M. Sinop. Ankara. P. 35.
11 Summerer L. Vier Hellenistische Bronzen aus Amisos // AA. 1998. Ht. 3. S. 401. Abb. 1-4.
12 Scott Ch. The Religions of Antiquity. L., 1914. Согласно мифам, Дионис спускался в Тартар, откуда освободил свою умершую мать Сeмeлу, поднеся в подарок Пeрсефоне ветку мирта; по учению орфиков, Дионис вообще был сыном Пeрсeфоны (Graves R. Les mythes grecs. P., 1967. P. 92).
13 Summerer L. Vier Hellenistische Bronzen. S. 412. Abb. 5.
14 Eadem. Hellenistische Terrakotten aus Amisos. S. 33.
15 Ibid. S. 8 I. Anm. 555.
16 Simon Ε. Op. cit. S. 279; Nilsson M.P. Gricchische Feste. Leipzig, 1906. S. 456.
17 Терракотовые статуэтки из Амиса хранятся в Археологическом музее в Стамбуле (Mendel G. Catalogue des figurines grecques de terre cuite. Musées impériaux Ottomans. Constantinople, 1908. P. 196-200,no. 1922g, 1922h — гротеск; no. 1922k — сатир; no. 1922m — голова быка; no. 3536-3548 — маски Диониса, сатиров, силенов, гротсeки; по. 3554 — украшение в виде головы сатира; см. также Atasoy S. Amisos. Karadeniz kiyisinda antik bir kent. Samsun, 1997. P. 99, 100. Res. 32, 33: Дионис-Бык и Дионис-Виноград; P. 102, 103. Res. 35, 36: маски сатиров; The Anatolian Civilizations. II. P. 92, 93, B223-B226: маски Диониса-Винограда и сатира; наиболее полную подборку терракот см. Mollard-Besques S. Catalogue raisonné des figurines et relief en terre-cuite grees, étrusques et romains. Vol. III. P., 1972. P. 75-89, D457: Эрот-Дионис сидит в тюрбане или венке из цветов -коримбов; D494, pl. 107a-d, D 501, pl. 107c, M8a-d: Дионис-Бык, силен, Ариадна; D 468, pl. 101, f,g — сидящий актер; D502, pl. 109a — сатир; D509-D517: сценические маски актеров или сатиров; D518, pl. 112, а.с: сатир; Schmitt Ε. Katalog der antiken Terrakotten. T. I. Mainz,1994. S. 180, no. 303, taf. 55: фигурка танцовщицы, III-II вв. до н.э., Амис; Summerer L. Hellenistische Terrakotten aus Amisos. S. 40-53, 82. Anm. 559: фигурки, протомы и маски из Амиса и Амасии.
18 Summerer L. Hellenistische Terrakotten aus Amisos. S. 57.
19 Schmitt H. Op. cit., no. 311, taf. 56d; Summerer L. Hellenistische Terrakotten. S. 40-53.
20 The Museum of Trabzon, no. 5. Ср. часть терракотовой протомы Диониса из Амиса с аналогичным головным убором (Summerer L. Hellenistische Terrakotten.Taf. 12. Kat. PV 8).
21 Mollard-Besques S. Catalogue raisonne... D522, pl. 113c.
22 Akurgal E., Budde L. Vorlaufiger Bericht über die Ausgrabungen in Sinope // Türk Tarih Kurumu. Ankara, 1956. V ser. No. 14. S. 27-33, taf. XHIb — Дионис; Хайнд Дж. Памятники античных городов Южного Причерноморья // СА. 1964. 3. С. 178.
23 Franke P.R. Kleinasien zur Römerzcit, grieehisches Leben im Spiegel der Münzen. München, 1968. S. 61, no. 371; Ebeioglu I. Nesredilmenis yeni bir Sinope (Sinop) sehri sikkesi ve onunla ilgili bazi sorunlar // Anadolu. 1974. XVIII. P. 91-103. Tab. 1, -6; ср. протому Диониса-Быка из Амиса с такими же полувосточными полугреческими чертами лица (Mollard-Besques S. Catalogue raisonne... III. D494, pl. 107a).
24 Olshausen E. Op. cit. S. 1879.
25 Финогенова С.А. Античные терракотовые маски Северного Причерноморья // СА. 1990. 2. С. 192, 193.
26 Summerer L. Hellenistische Terrakotten. S. 53-55, taf. 14, kat. Ρ VI 21; pl. 13-15, kat. Ρ VI 1-28; о женских амисских протомах, идентифицируемых как «амазонки», см. Mollard-Besques S. Catalogue raisonne, vol. III. D508, pl. 110b; D529-D531.
27 Nock A.D. Op. cit. P. 21-30; Balsdon J.P.V.D. The "Divinity" of Alexander // Alexander the Great. The Main Problems. Cambr.. N.Y., 1966. P. 378.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Терри Джонс, Алан Эрейра.
Варвары против Рима

Уильям Тейлор.
Микенцы. Подданные царя Миноса

Ричард Холланд.
Октавиан Август. Крестный отец Европы

Антонин Бартонек.
Златообильные Микены
e-mail: historylib@yandex.ru
X