Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
С.А. Плетнёва.   Kочевники южнорусских степей в эпоху средневековья IV—XIII века

4. Хронология гуннских древностей

Вопросы более дробной хронологии гуннских восточноевропейских древностей поднимались в археологической науке неоднократно.

Разногласия по поводу отдельных вещей и целых комплексов продолжаются и поныне. Хотя следует признать, что в книге, специально посвященной археологии южнорусских степей гуннской эпохи, ее автору, И. П. Засецкой, удалось достаточно убедительно датировать гуннские древности в пределах конца IV — начала VI в. и, что особенно ценно, разделить их на две хронологические группы:
I группа — конец IV — первая половина V в. Группа разделена на две подгруппы: А и Б. Подгруппа А характеризуется находками в инвентаре погребений полихромных изделий. Погребения локализуются в Северном Причерноморье, Крыму, Ставрополье, в Нижнем Поволжье, Казахстане и даже на Алтае, Существенно, что полихромные изделия в восточных регионах представляют собой местные варианты таких предметов и могут рассматриваться как разновидности западных образцов. Следует отметить также, что в этой группе преобладают женские захоронения, в которых и сохранились великолепные образцы полихромного стиля.

В погребениях подгруппы Б заметное место занимают предметы типичного для гуннской эпохи конского снаряжения: от железных удил нередко с серебряными наконечниками до богатых уздечек с накладками, выполненными в полихромном стиле.

Обе подгруппы почти синхронны: первая половина V в., но в подгруппе А попадаются вещи конца IV в., а в Б — их нет, зато встречаются вещи середины V в.

Заметим также, что погребения подгруппы Б встречаются в Северном Причерноморье и Крыму, однако на восток они заходят не далее правого берега Волги, а на западе распространены в Прикарпатье и Дунайском бассейне, Молдавии, Венгрии, Румынии, изредка — в Польше, т.е. на широкой территории империи Аттилы и на прилегающих к ней землях.

II группа датирована И. П. Засецкой второй половиной V — началом VI в. В настоящее время погребения этой группы (всего 7) известны в Саратовском и Самарском Заволжье и Южном Приуралье. Исключение всего одно: в Приднепровье в Новогригорьевском могильнике наряду с более ранними захоронениями I группы обнаружена могила VII с инвентарем, относящемся ко второй половине V в. Следует отметить, что в этой могиле и в нескольких других синхронных ей погребениях были обнаружены сбруйные бляхи с "личинами", о которых говорилось выше. Очевидно, можно считать их надежным датирующим признаком комплексов II группы.

В целом, захоронений гуннского периода, конечно, очень мало для окончательного решения хронологии этих комплексов. Представляется очевидным, что разногласия ученых относительно конкретных датировок будут продолжаться и, пожалуй, только коллекции новых находок помогут разрешить некоторые, казалось бы, непримиримые противоречия. Наиболее серьезная дискуссия о датировках некоторых комплексов этой эпохи разгорелась между двумя исследователями: И. П. Засецкой и А. К. Амброза.

Несмотря на стройность построений А. К. Амброза [1971, 1981], решительно относившего ряд вещей и погребений к VII в., И. П. Засецкой, взявшей для своей работы целый комплекс единой эпохи, характеризующийся определенным набором признаков, хронология более обоснована, и ее выводы соответствуют тем историческим процессам, которые происходили тогда, как мы знаем из письменных источников, в южнорусской степи.

Как бы то ни было, но владетелем южнорусских степей и громадных территорий, простиравшихся к востоку и западу от них, оставался гуннский союз орд. По различиям в погребальных обрядах, по разнообразию полихромных стилей можно уверенно говорить о многоэтничности этих орд. Малое количество памятников этой эпохи свидетельствует о постоянных их передвижениях по степи, что способствовало сложению какой-то своеобразной, хотя и рыхлой, культурной общности. Она, прежде всего, характеризовалась ярко выраженным "всадничеством": захоронениями коней, богатством сбруи и воинского инвентаря.

Представляют несомненный интерес прослеженные в сохранившихся детских захоронениях следы ранней инициации воинов-всадников (погребения подростков сопровождались конями, а иногда и оружием). Не столь ярко, но все же запечатлено в погребальном обряде высокое социальное положение женщины в гуннских ордах. Во всяком случае, хоронили их столь же пышно, с богатым инвентарем, а также нередко, как и мужчин, снабжали уздечкой и седлом.

С начала VI в. как будто устоявшаяся и склонная к объединению общность начала распадаться на отдельные группировки, постепенно складывавшиеся в народы со своим языком и этническим именем.

В следующей главе попытаемся выявить археологические следы этих новых явлений, результаты которых стали особенно заметны в VII — первой половине VIII в.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

под ред. А.А. Тишкина.
Древние и средневековые кочевники Центральной Азии

Эдуард Паркер.
Татары. История возникновения великого народа

Тадеуш Сулимирский.
Сарматы. Древний народ юга России

Евгений Черненко.
Скифские лучники

Евгений Черненко.
Скифский доспех
e-mail: historylib@yandex.ru
X