Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Игорь Коломийцев.   Тайны Великой Скифии

Собиратели черепов

Последним народом, в существовании которого отец всех историков не сомневался, являлись исседоны. По одной из версий, именно их натиск заставил скифов покинуть Среднюю Азию. Данное племя было знаменито тем, что разрезало на куски трупы своих умерших, варило их с прочим мясом и поедало, а выделанным, покрытым позолотой черепам собственных предков поклонялось как идолам.

К черепам, кстати, неравнодушны были и скифы. По сведениям Геродота, головы особо лютых врагов, даже родственников, если с ними враждовали, скифы превращали в застольные чаши и чрезвычайно гордились подобными трофеями. Любили снять с противника скальп, а также кожу с руки или даже со всего тела целиком. Этой «добычей» обтягивали гориты, делали из нее полотенца или просто привязывали к уздечке в качестве доказательства доблести воина. Вообще, поскольку у скифов добыча после боя делилась не поровну, а по участию, то воины отрезали головы убитых противников, приносили их своим царям и по количеству умерщвленных в битве получали свою долю трофеев. Те же из юношей, кто еще не успел убить ни одного врага, не могли пить вино из чаши во время пиршества — видимо, полагались детьми и лишены были гражданских прав. Юный скиф, умертвив свою первую жертву, должен был глотнуть ее крови, обретая таким образом, по древнему поверию, энергию и силу побежденного [38]. Впрочем, все эти рассказы древних греков о своих ближайших соседях многие ученые долгое время считали досужими баснями.

Если верить Геродоту, степняки Северного Причерноморья изобрели древнейшую в мире паровую баню. Для ее устройства приспособили войлочный шалаш, причем на раскаленные камни кочевники лили не только воду, но и бросали растертое конопляное семя, от вздымающихся испарений они впадали в наркотический экстаз [38]. Скифы весьма любили всяческие взбадривающие вещества, в том числе и алкоголь. У древних греков они имели в связи с этим весьма нелестную репутацию, поскольку употребляли знаменитое эллинское вино, не разбавляя его ключевой водой, причем в изрядном количестве. Существовало даже выражение: «Пить, как скиф», явно не одобрительного свойства. Впрочем, даже на пиру эти грозные воины не расставались с оружием. Плутарх замечал: «...разве скиф, когда пьет, не прикасается часто к луку и не пощипывает тетиву, призывая этим пропадающее от опьянения сознание?» [158].

Пищу кочевники, в основном, потребляли мясную — конину, баранину. Любили также конское молоко и особый сыр, на его основе приготовляемый, — иппаку. Еще Гомер именовал северных кочевников не иначе как «млекоедами». А Геродот, пораженный скифским обычаем доить кобылиц, подробно описал весь этот экзотический процесс.

В целом же образ жизни этого народа постоянно ставил цивилизованных эллинов в тупик. Те понимали, что скифы в качестве воинов не имели себе равных. Данное обстоятельство охотно признал весь тогдашний мир еще со времен переднеазиатских походов. Они легко могли подчинить своей власти множество царств и народов, но довольствовались покорностью тех, кто жил рядом. Они в состоянии были захватить и занять любую страну Азии с ее теплым климатом, но отчего-то поселились в холодном и неприветливом Северном Причерноморье. Наконец, в скифской земле греческие колонисты, признающие власть кочевых царей, выстроили великолепные, благоустроенные города. Но скифы упорно отказывались селиться в них, предпочитая степной простор каменным клеткам эллинских полисов.

Псевдо-Гиппократ, описывая их образ жизни, отмечал: «Называются они кочевниками потому, что нет у них домов, а живут они в кибитках, из которых наименьшие бывают четырехколесными, а другие — шестиколесными; они кругом закрыты войлоками и устроены подобно домам: одни с двумя, другие с тремя отделениями; они непроницаемы ни для дождевой воды, ни для света, ни для ветров. В эти повозки запрягают по две и по три пары безрогих волов; рога у них не растут от холода. В таких кибитках помещаются женщины, а мужчины ездят верхом на лошадях; за ними следуют их стада овец и коров и табуны лошадей» [39].

Кстати, скифские кони принадлежали к особой породе — были довольно крупными, с изящно изогнутой высокой шеей, небольшой головой и тонкими ногами, похожими на современных ахалтекинцев. Они прославились не только красотой, но, и в первую очередь, выносливостью и силой. Ибо легко несли на своей спине всадников, вес доспехов которых, по подсчетам современных исследователей, превышал двадцать пять килограммов.

Поэтому в древности эти скакуны ценились чрезвычайно высоко. Когда царю Македонии Филиппу удалось захватить табун скифских кобылиц в двадцать тысяч голов, он немедленно отправил их к себе на родину, для замены местной македонской породы. Возможно, что знаменитый конь Александра Македонского Буцефал ведет свою родословную из Причерноморских степей [229].

Одежды кочевников были просты, но удобны. Мужчины носили длинные пестрые штаны, заправленные в сапоги, и кафтан, перехваченный неизменным поясом. Их жены наряжались в просторные платья — сарафаны и надевали высокие островерхие головные уборы с накидкой сзади, типа кокошников.

Что касается политической истории Скифского царства, то она довольно незатейлива. После создания своего кочевого государства, скифы более не совершали широкомасштабных набегов на цивилизованный мир, довольствуясь покорностью тех народов, которых они себе подчинили. Зависимые земледельцы поставляли им продукты своего труда, кочевники — овец и коров, кавказские меоты ковали им доспехи и оружие. Греческие колонии, возникшие на берегах Черного моря, исправно платили дань, кроме того через них вольнолюбивые кочевники вели взаимовыгодную торговлю, поставляя в Элладу скот, зерно и рабов и получая взамен вино, оливковое масло и предметы роскоши.

Удивительно, но эти кочевники проявили себя тонкими ценителями прекрасного. По заказам знатных скифов эллинские и местные мастера создавали настоящие шедевры из золота и бронзы, по технике исполнения и глубине замысла не уступающие самым выдающимся произведениям высокой античной скульптуры. Знаменитый скифский «звериный стиль» — изображения животных в движении — до сих пор поражает своим изяществом и совершенством. Кстати, подобные же фигурки зверей археологи обнаруживают и в других местах евразийского континента, не только в Средней Азии, откуда якобы скифы и появились, но и на Урале, в Южной Сибири, Монголии и Северном Китае.

Видный русский историк Георгий Вернадский, изучая древности Саяно-Алтайского региона, предположил, что истоки скифского искусства находятся в этих краях. О южносибирских находках он пишет: «Глаза и ноздри животных, так же как и концы ступней и хвостов имеют округлое очертание, плечи и ляжки выпирают, уши длинны и временами направлены вперед. В то время как стилизация более выражена, чем в скифских предметах Южной России, основа орнамента та же» [33].

К великому сожалению, людская алчность во многом затруднила достоверное изучение тех мест, откуда, судя по найденным предметам, возможно, вышли некогда предки причерноморских скифов. Когда в Южную Сибирь добрались русские переселенцы, среди них пошли легенды о золоте «нехристей», хранящемся в «буграх» (то есть курганах). В результате ушлые русаки разворотили в поисках драгоценного металла половину Азии, в некоторых зауральских губерниях среди крестьян бытовала даже признаваемая официально профессия «бугровщик», то есть кладоискатель.

Власти спохватились, как всегда, когда спасать многое было уже поздно — ценнейшие находки безбожно переплавлялись и сдавались на вес. Царь Алексей Михайлович (отец Петра I), прослышав о такой беде, начал скупать у населения древние диковины. Но хотели как лучше — получилось, как всегда в России: эти меры лишь подстегнули гробокопателей или, как сейчас говорят, «черных археологов».

Петр Великий, напротив, под страхом кары сей промысел запретил, но к тому времени нетронутых могильников в Сибири практически не осталось. Поэтому золото ранних скифов, приписанное к так называемой Сибирской коллекции Петра, мало что может поведать ученым мужам [138].
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

А.Н. Дзиговский.
Очерки истории сарматов Карпато-Днепровских земель

Тамара Т. Райс.
Скифы. Строители степных пирамид

Светлана Плетнева.
Половцы

Коллектив авторов.
Гунны, готы и сарматы между Волгой и Дунаем

Эдуард Паркер.
Татары. История возникновения великого народа
e-mail: historylib@yandex.ru
X