Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Евгений Черненко.   Скифский доспех

Щиты с металлическим покрытием

Щиты со сплошным покрытием. В эту группу объединены доспехи, поверхность которых была покрыта сплошной железной или бронзовой пластиной.

Уникальный щит со сплошной железной пластиной найден Н. И. Веселовским в Костромском кургане. Это «тонкий и круглый железный щит, на котором был укреплен превосходный литой золотой олень длиною в 0,33 м».17) Судя по рисунку доспеха на плане могилы, он имел диаметр около 75 см.

Несколько щитов, покрытых тонкой бронзовой пластиной, было обнаружено при раскопках погребений в Северном Причерноморье. Часть их описана Н. И. Сокольским.

Большинство щитов со сплошным покрытием найдено в обломках. Это во многом затрудняет выяснение как формы доспеха, так и деталей его устройства. Единственный целый щит рассматриваемого типа был обнаружен в [101] окрестностях Керчи, в кургане, раскопанном Г. Ашиком в 1834 г. Доспех не сохранился. Он был «...найден наполовину сломанным, т. к. бронза была сильно повреждена, то он скоро рассыпался, и частицы не могли быть сохранены. Щит имел вид выпуклого продолговатого круга и был окружен плоским краем, по которому... были набиты гвозди, служившие закрепою для подкладки и кожаных петель, которые еще видны были на нижней стороне щита в то время, когда была открыта гробница».18) По подсчетам В. Д. Блаватского, щит был небольшой. Его размеры около 0,51*0,27 м.19)

Обломки нескольких щитов, имевших аналогичное устройство, открыты в погребениях IV-III вв. до н. э. К их числу относятся небольшие круглые (диаметром 43-50 см) щиты из курганов № 9 и 10 у станицы Елизаветовской.20) Возможно, частями таких же щитов являются обломки бронзовых гладких пластин из погребения Васюриной горы21) и Зеленского кургана.22)

К сожалению, ничего определенного нельзя сказать об устройстве щитов рассматриваемой группы. В этой связи важна находка разрушенного щита в составе клада у с Большое Плоское под Одессой. Доспех позволяет с уверенностью говорить об использовании в качестве основы некоторых подобных щитов деревянных досок толщиной до 1 см. Бронзовая пластина оббивки крепилась на основе с помощью железных заклепок, проходивших вдоль края.

Есть основания во многих щитах, изображенных на предметах торевтики, видеть доспехи, возможно, имевшие сплошное, скорее всего, бронзовое пластинчатое покрытие. Несколько воинов, с такими, очевидно, щитами изображены на ножнах мечей из Чертомлыка и станицы Елизаветовской, а также на горитах типа Мелитопольского. Близкий по форме и устройству к доспеху ножен чертомлыкского меча щит виден на частях горита из Карагодеуашха.23) На сохранившейся части ритона, приобретенного А. А. Бобринским в Керчи, Анапе или Новороссийске, в руке воина изображен овальный щит, который «...окаймлен двумя рядами точек, изображающих, вероятно, два ряда металлических гвоздей».24) Воин держит щит в руках с помощью двух ременных петель. Одна из них одета на предплечье, а вторая зажата в ладони. Очевидно, такой же щит изображен и за спиной воина расписной стелы IV-III вв. до н. э. из собрания Керченского музея. Игрушечный [102] круглый терракотовый щит был найден В. В. Шкорпилом в погребении IV-III вв. до н. э.25) Круглые щиты держат в руках воины и нереиды на деревянных деталях украшения Анапского саркофага III в. до н. э.26)

Деревянные в основе щиты с металлическими умбонами в скифское время на территории Северного Причерноморья, вероятно, не применялись. Во всяком случае, металлические предметы, которые можно было бы считать умбонами, пока что не обнаружены.

Нельзя согласиться с В. М. Скудновой, описавшей в качестве умбона кожаного или деревянного щита выпуклую бронзовую бляху диаметром около 10 см из погребения № 82 некрополя Ольвии.27) Это изделие не может быть умбоном хотя бы уже потому, что основной довод, выдвинутый В. М. Скудновой в пользу отнесения его к щиту, не совсем соответствует действительности. Она отмечает, что «умбон» был разрублен в бою. В действительности же рубящий удар пришелся по нему не снаружи, а изнутри.

Возможно, прав К. Ф. Смирнов, определивший как умбон полую массивную железную инкрустированную золотом бляху из кургана у с. Сары в Поволжье.28)

Вызывает возражение отнесение А. П. Манцевич к щитам бронзовых пластин из Прикубанья.29) По ее мнению, они близки к фракийским пластинам покрытия щитов беотийского типа, выделенным Л. Огненовой.30) Пластины из Фракии отличаются от прикубанских и аналогичных им из кургана под Никополем (тоже определенных Г. Павлуцким31) в качестве своеобразного щита) как формой и размерами, так и способом крепления на основе. Имели они и другое назначение.

Особую группу составляют щиты с панцирным покрытием. Целый такой доспех овальной формы был найден в Золотом кургане.32) Скорее всего, подобные очертания имел и щит из Крячковки. Щиты [103] рассматриваемой группы, вероятно, имели и другую форму, однако нынешнее их состояние не позволяет говорить об этом более определенно.

Самое полное представление о щитах с панцирным покрытием дает изображение доспеха конного воина на солохском гребне. Щит закрывает левый бок и спину воина (рис. 21). Форма его вытянутая, бобовидная или овальная. Очень четко передано 11 рядов чешуй,33) покрывавших доспех. Вдоль его края проходит рельефный валик. Вероятно, это кожаная тесьма, окаймляющая набор щита, как на панцирях и боевых поясах.

Обе руки всадника заняты копьем и поводьями, щит висит за спиной, но ремней, с помощью которых он мог быть укреплен, на груди не видно. В нижней части доспеха, чуть выше края, находятся два расположенных вертикально круглых цилиндра. Снизу в них входят два изогнутых стержня. Единственное имеющееся в литературе объяснение назначения этих стержней и трубочек предложил И. Н. Своронос. Он пытался истолковать их как своеобразные приспособления для крепления щита на воткнутых в землю копьях с целью прикрытия спешенного воина от стрел.34)

Однако подобное толкование кажется неприемлемым. Более естественным в этом случае было не горизонтальное, а вертикальное положение доспеха. Укрепленный на копьях щит, имеющий большую ширину, чем высоту, может закрыть лишь очень незначительную часть корпуса. Очевидно, трубочки, о которых идет речь, предназначались для закрепления щита на корпусе всадника. Это было продиктовано стремлением освободить руки воина, дать ему возможность управлять конем и действовать оружием. Щит мог крепиться на двух расположенных рядом крюках, подвешенных на боевом поясе или на панцире. Парное размещение крюков обеспечивало необходимую устойчивость щита.

Две бронзовые «трубочки» были найдены вместе с остатками щита в 1965 г. в кургане у г. Орджоникидзе (раскопки А. И. Тереножкина). В докладе «О щитах скифского времени» на конференции Института археологии АН СССР в 1968 г. А. П. Манцевич сообщила о том, что в составе инвентаря погребения в кургане Солоха вместе с пластинами, являющимися, по ее мнению, частью панцирного покрытия щита, были найдены трубочки, аналогичные упомянутым выше.

Щит, имевший большую ширину, чем высоту, в отличие от продолговатых овальных щитов пехотинцев (по верному мнению Н. И. Сокольского), был доспехом всадников.

Щиты рассматриваемого типа по особенностям металлического набора можно разделить на доспехи с чешуйчатым и полосчатым покрытием.

Щиты с чешуйчатым покрытием. Предположение о возможном [104] использовании в Скифии щитов с покрытием такого рода было высказано Н. И. Веселовским. По его словам, «...продолговатый щит, покрытий, по-видимому, предохранительными чешуйками»35) изображен у конного воина на солохском гребне. Эту мысль поддержали Б. З. Рабинович и Н. И. Сокольский.36)


Рис. 55. План погребения в Золотом кургане

Но панцирное покрытие щитов не было выделено из общей массы железных чешуи, которые обычно считали остатками панцирей. Ведь форма наборных пластин доспехов обоих видов одна и та же. Отличие заключается только в использовании для соединения частей набора щитов не мягкой ременной, а жесткой проволочной связи.

Целый такой щит был найден в конце прошлого века в Золотом кургане на окраине Симферополя.

Железных пластин среди инвентаря погребения было немного. Ввиду большого сходства их с пластинами панцирных наборов и нечеткого описания при публикации в литературе утвердилось мнение, что в кургане найден панцирь.37) В действительности мы безусловно имеем дело со щитом. Об этом определенно свидетельствует как способ соединения пластин, так и подробное описание самой находки, сделанное проводившим раскопки А. X. Стевеном. «Щит, на котором лежал покойник, овальной формы, несколько вогнутый, имел 1 аршин 12 вершков длины и 1 аршин ширины (около 125*70 см. - Е. Ч.) и состоял из тонких жестяных пластинок, весьма густо в наклонном положении набитых на дерево. В разрезе части составляли более 1/2 вершка толщины, и вес всего щита был очень значителен».38) На плане погребения, приведенном А. X. Стевеном, изображен доспех, имеющий форму, близкую форме щита на гребне из Солохи (рис. 55).

В Эрмитаже хранится часть железных пластин этого набора (№ Кр. 1890, I, 121). Размеры их 4*1,7 см и 4*2,5 см. Чешуи вытянутые, округлые внизу. Нижний край слегка загнут внутрь. В верхней части находится [105] по три отверстия. На железных пластинах находились круглые бронзовые бляшки диаметром 0,8-1 см с отверстием в центре. Через эти отверстия проходили железные или бронзовые проволочки, крепившие пластины на основе и между собой. Наличие в составе набора помимо железных чешуи круглых бронзовых бляшек и обусловило ошибку М. И. Ростовцева, указавшего, что пластины были «...скреплены бронзовыми гвоздиками с широкими шляпками».39) Включение этих бляшек в состав набора не было вызвано конструктивными соображениями. Несомненно, они имели декоративное назначение.

Частями щитов с чешуйчатым железным покрытием являются детали наборов, происходящие из двух курганов у с. Журовка.

В КИМ хранится несколько фрагментов из кургана № 398 (инв. № Б-46-203). Это продолговатые прямоугольные вверху и закругленные внизу пластины размерами 4,3*3,1 см и толщиной до 1,5 мм. В верхней их части имеется по три-четыре отверстия. По одному отверстию сделано в нижних углах. Пластины скреплены проволочными железными скобами толщиной до 2 мм. Острые края скоб неплотно прижаты к пластине. В наборе есть также небольшое количество более узких пластин той же длины и формы.

В Эрмитаже находятся железные почти квадратные пластины размером 2*2 см, происходящие из кургана № 401 (рис. 56, 1). В отличие от описанных выше, для соединения их была использована не только железная, но и бронзовая проволока.

Железный чешуйчатый набор имел щит из станицы Келермесской. Украшением его служила знаменитая Келермесская пантера.40)

Щиты с полосчатым покрытием. Пластины этих наборов прямые, один край их слегка загнут внутрь. Общую длину полос ввиду значительной разрушенности установить невозможно. Ширина их колеблется в пределах от 2 до 4 см. Пластины крепились между собой и на основе металлической проволочной связью.

Остатки щита с полосчатым покрытием были обнаружены А. И. Тереножкиным в кургане № 12 группы 22-й шахты у г. Орджоникидзе на Никополыцине. Длина сохранившихся частей набора достигает 21 см, ширина - около 3 см. Один из краев пластин загнут внутрь. Каждая полоса перекрывает соседнюю на треть ее ширины (рис. 57, 3, 4). Пластины соединены железной и бронзовой проволокой. На одном из фрагментов железных полос укреплена бронзовая почти прямоугольная бляшка. Вдоль двух ее краев пробиты отверстия, через которые проходит бронзовая проволочная связь. Размер пластинки 4*3 см (рис. 57, 3). Очевидно, подобные бляшки находились в средней нижней части щита, там, где были укреплены [106]


Рис. 56. Панцирное покрытие щитов.
1 - курган 401 у с. Журовка; 2 - курган у с. Волковцы.

и бронзовые цилиндрические трубочки, о которых упоминалось выше. К одной из них окислами приклеилась часть железной пластины набора. Длина трубок 6 см, диаметр - 2 см (рис. 57, 2). Щит был овальный - сохранились части округлых краев (рис. 57, 4). Украшала доспех массивная литая бронзовая рыба длиной 22 см и шириной 5,6 см (рис. 57, 1). На внутренней ее стороне заметны следы окислов железа, оставленные частями набора. Судя по ним, рыба была расположена вдоль пластин. Части железной проволоки, крепившей ее к щиту, сохранились в отверстиях, идущих вдоль края изделия. [107]


Рис. 57. Части щита из кургана № 12 группы 22-й шахты у г. Орджоникидзе.
1 - рыба (украшение щита); 2- бронзовые трубки; 3,4 - набор. [108]

Устройство, в общих чертах аналогичное описанному выше, имеют наборы щитов из многих курганов.41) В публикациях они обычно описываются как панцири. К их числу относятся доспехи из Ак-Бурунского кургана,42) курганов № 2 у с. Аксютинцы,43) № 2 у с. Хитцы, у сел Борзна и Крячковка,44) № 23 группы Частых.45)


Рис. 58. Панцирное покрытие щита из кургана у с. Волковицы

Несколько отличается от них доспех из кургана № 2 у с. Волковцы. Его фрагменты экспонируются в КИМ. Края пластин обломаны. Длина сохранившейся их части 38 см, ширина блока около 20 см (рис. 56, 2). Интересен фрагмент, набранный из десяти толстых пластин шириной по 3-4 см. Край каждой пластины, заходящей на соседнюю на 1 см, слегка загнут внутрь. Полосы соединены между собой жесткой проволочной связью. Проволочные скобы образуют почти правильные ряды. Расстояние между рядами 4-5 см. Фрагмент из трех пластин, находящийся в системе набора, своей формой и взаимным расположением полос отличается от остальных (рис. 58). Две пластины его расположены параллельно, но не смыкаются. Зазор в 1 см перекрывает лежащая поверх них слегка изогнутая в разрезе полоса шириной 4,2 см, скрепленная с ними в одно целое с помощью жесткой проволочной связи, от которой сохранились четыре скобы (по две вдоль каждого края пластины). По длинной оси этой полосы железными заклепками прикреплен железный прут. Конец его расклепан и уплощен. Вероятно, он предназначался для придания дополнительной жесткости и прочности металлическому набору щита и проходил вдоль его оси. На внутренней стороне пластин сохранились фрагменты кожаной основы. Края блока обшиты кожаной тесьмой. [109]

Щиты с металлическим, особенно панцирным, покрытием имели очень значительный вес. Однако вряд ли он был намного больше веса железного щита из Костромской, металлических урартийских щитов, бронзовых щитов эпохи бронзы Западной Европы и тяжелых щитов античного мира, состоящих из нескольких слоев кожи и металла.46) Следует учитывать, что большая часть этих доспехов состояла на вооружении всадников, и носили их в основном не в руках, а укрепленными на поясе или панцире.

Щиты, покрытые набором из металлических полос, скрепленных проволочной металлической связью, известны только на территории Северного Причерноморья. Остатками единственного такого щита за его пределами являются фрагменты, найденные в Браничево (Болгария) и опубликованные как части панцирного набора.47)

Кроме щитов с металлическим панцирным покрытием, очевидно, существовали щиты с костяным набором.

Единственная находка, которую предположительно можно рассматривать как остатки щита этого рода, была сделана в Посулье. Для этого района вообще характерно широкое использование кости для изготовления предметов вооружения и конской сбруи.48)

Мы имеем в виду найденные в кургане № 3 у Поповки 210 костяных пластинок набора, лежавших у правой руки погребенного на уровне груди. В Киевском историческом музее хранится немногим более 110 пластин, вырезанных из трубчатой кости. Размеры их 6,2-10*1,3-2,9 см. Острым предметом была произведена предварительная разметка - прочерчен контур чешуи. Рыхлая внутренняя часть кости срезана. Большинство пластин прямоугольные и продолговатые. Поверхность некоторых из них тщательно отполирована. Вдоль узких краев пластин просверлено по два-три отверстия. Такие пластины известны только в этом кургане. В пользу отнесения их к щиту свидетельствует и то обстоятельство, что в панцирных наборах пластины подобной формы не использовались. Известные на этой же территории костяные панцирные пластины (курганы у сел Волковцы и Лозовая, поселение у с. Буды) абсолютно тождественны металлическим частям набора.

Несомненно, часто щиты богато украшались. Большинство доспехов этого рода происходит из ограбленных погребений. Представление о характере украшений щитов с панцирным покрытием дают золотой олень, из Костромского кургана, золотая пантера из Келермесса и бронзовая рыба из Орджоникидзе. Деревянные доспехи раскрашивались красками. [110] Украшала щиты и бронзовая проволока, связывающая железные части набора.

В 1956 г. М. М. Трапш в окрестностях г. Сухуми исследовал богатое погребение ахаменидского времени. В составе его инвентаря находилось украшение щита в виде стилизованной фигуры орла. Б. Б. Пиотровский, сообщая об этой находке, помещает ее среди других скифских материалов, происходящих с территории Закавказья.49) К сожалению, эта интересная находка еще не опубликована, поэтому нельзя сказать ничего определенного ни о конструкции самого щита, ни об украшавшей его бляхе.

Деревянные щиты происходят из курганов IV-III вв. до н. э. Однако из этого не следует, что подобные доспехи не применялись ранее. Щит, покрытый сплошной железной пластиной из Костромского кургана, относится к VI в. до н. э. Щиты со сплошным бронзовым покрытием датируются IV-III вв. до н. э., а с панцирным - известны для всего периода существования скифской культуры - от VI до IV-III вв. до н. э.

Способ ношения щита установить не всегда возможно. Доспехи, покрытые сплошными бронзовыми пластинами, носились как можно судить по изображениям вазовой живописи, на ременных петлях и ручках. Остатки этих приспособлений были обнаружены на описанном выше щите из Керчи. На щите пешего воина солохского гребня имеются две, вероятно, также кожаные ручки (рис. 21). Тяжелые щиты с панцирным покрытием носить таким образом было очень трудно. Скорее всего, они могли крепиться на корпусе воина, оставляя его руки свободными.

Немногочисленность находок щитов не следует объяснять их незначительной распространенностью в Северном Причерноморье. Права А. И. Мелюкова, заметившая, что косвенным свидетельством, указывающим на широкое применение щитов скифами, является то обстоятельство, что на предметах торевтики этот вид защитного вооружения встречается гораздо чаще других.50) [111]


17) OAK за 1897 г., стр. 13, рис. 44.

18) ДБК. СПб., 1854, стр. XXVIII; Атлас, табл. С. 5.

19) В. Д. Блаватский. Очерки военного дела..., стр. 84.

20) ИАК, вып. 35. СПб., 1910, стр. 103-104, рис. 8, ж; 9, г.

21) АДЖ, стр. 40.

22) ИАК, вып. 60. Пг., 1916, стр. 28.

23) В. К. Мальмберг. Памятники греческого и греко-варварского искусства, найденные в кургане Карагодеуашх. - MAP, № 13. М., 1894, стр. 126, рис. 2, 4.

24) Е. Придик. Два серебряных ритона..., стр. 175, табл. IV; V, 2.

25) Н. И. Сокольский. О боспорских щитах, стр. 15.

26) А. П. Иванова. Художественные изделия из дерева и кости. - Античные города Северного Причерноморья. М.-Л., 1955, стр. 116-117, рис. 15-17.

27) В. М. Скуднова. Погребения с оружием из некрополя Ольвии. - ЗОАО, т. 1 (34). Одесса, 1960, стр. 66.

28) К. Ф. Смирнов. Вооружение савроматов, стр. 75, рис. 42, 2.

29) А. П. Манцевич. Бронзовые пластины из Прикубанья.

30) Л. Огненова. Опит на реконструкция на два щита от Тракия. - ИБАИ, т. XVIII. София, 1952; ее же. Survivances de la civilisation méditeranéenne du II e millenaire en Thrace vers la seconde motie du I er millenaire. - Acta antiqua Philippopolitana. Sofia, 1963.

31) Г. Павлуцкий. Указ. соч.

32) По сообщению В. Ф. Пешанова, овальный щит с панцирным покрытием был найден им в кургане № 1 у г. Днепрорудного. После доклада В. Ф. Пешанова на конференции Института археологии АН СССР 1966 г. в Москве многие специалисты высказались против отнесения частей этого доспеха к щиту. Материалы из этого интересного погребения еще не изданы. Не имея возможности познакомиться с этой находкой лично, считаем преждевременным включать этот доспех в нашу работу.

33) М. И. Ростовцев и А. И. Мелюкова считали, что щит всадника плетеный (АДЖ, стр. 334; А. И. Мелюкова. Вооружение скифов, стр. 78).

34) С. Половцова. Объяснение изображений на драгоценных вещах из Солохи проф. Свороносом. - ИАК, вып. 65, стр. 27.

35) Н. И. Веселовский. Из находок в кургане Солоха. - ИАК, вып. 52, Прибавления. СПб., 1914, стр. 192.

36) Б. З. Рабинович. Указ. соч., стр. 138; Н. И. Сокольский. О боспорских щитах, стр. 16.

37) OAK за 1890 г. СПб., 1893, стр. 4-6; А. А. Спицын. Скифо-сарматские курганы Крымской степи. - ИТУАК, вып. 54. Симферополь, 1918, стр. 176.

38) А. X. Стевен. Указ. соч., стр. 149, рис. 4.

39) М. И. Ростовцев. Скифия и Боспор, стр. 397.

40) А. П. Манцевич. Золотая чаша Келермесского кургана. - Omagui lui George Oprescu. Bucurest, 1961, стр. 333.

41) Не исключено, однако, что какая-то часть этих пластин может относиться и к своеобразным наборным поножам.

42) OAK за 1876 г., стр. 6.

43) МРЗ, стр. 102.

44) Г. О. Сидоренко. Указ. соч., стр. 193.

45) П. Д. Либеров. Памятники..., стр. 81, табл. 21, 4, 8.

46) Тяжесть античных щитов подчеркивал Ксенофонт (Анабазис, III, V).

47) Цв. Дремсизова. Надгробна могила при с. Браничево.- Изследования в чест на акад. Д. Дечев, стр. 447, рис. 3; Е. В. Черненко. Происхождение пластинчатого панцирного доспеха. - КС ОГАМ. Одесса, 1965, стр. 133.

48) А. А. Спицын. Курганы скифов-пахарей, стр. 122; В. А. Iллiнська. Скiфська вузда VI ст. до н. е. - Археологiя, т. XIII. К., 1961, стр. 50.

49) Б. Б. Пиотровский. Ванское царство. М., 1959, стр. 245.

50) А. И. Мелюкова. Вооружение скифов, стр. 78.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Игорь Коломийцев.
Тайны Великой Скифии

А. И. Тереножкин.
Киммерийцы

М. И. Артамонов.
Киммерийцы и скифы (от появления на исторической арене до конца IV в. до н. э.)

Герман Алексеевич Федоров-Давыдов.
Кочевники Восточной Европы под властью золотоордынских ханов

под ред. А.А. Тишкина.
Древние и средневековые кочевники Центральной Азии
e-mail: historylib@yandex.ru
X