Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Евгений Черненко.   Скифский доспех

Поножи

Поножи - один из наиболее распространенных видов защитного оружия античного мира. Они предназначались для защиты ног воина от колена до ступни.

Задача по описанию этого вида доспеха для нас во многом облегчена наличием обстоятельной специальной работы Л. К. Галаниной,1) а также публикации Г. П. Сергеева, сделавшей доступными для изучения поножи Олонештского клада.2) Названные работы и некоторые другие материалы и легли в основу настоящей главы.

На территории Северного Причерноморья и Прикубанья этот типично греческий доспех в скифское время получил значительное распространение. В работе А. И. Мелюковой, посвященной скифскому вооружению, отмечена находка поножей в 26 пунктах.3) В статье Л. К. Галаниной содержится систематическое описание поножей, происходящих из 30 пунктов (всего 65 экз.). В основу ее работы легло описание поножей из богатого собрания Эрмитажа, где хранится большинство доспехов этого рода.

Автору известно 39 пунктов находок поножей. Наша сводка является несколько более полной, чем в работе Л. К. Галаниной. Ее удалось пополнить новыми находками и некоторыми старыми материалами, которые Л. К. Галанина не имела возможности использовать.

На территории юга Украины и Северного Кавказа находки поножей распределены крайне неравномерно. В степной части Северного Причерноморья их известно 11 (в том числе шесть в Крыму). Несколько поножей было обнаружено в курганах днепровского лесостепного Правобережья, Побужья (восемь пунктов) и Левобережья (один пункт). Найдены они также в курганах на Среднем и Нижнем Дону (по два пункта). В Прикубанье доспехи этого вида открыты в пяти местах.

Подавляющее большинство поножей найдено в курганах. Обстоятельства находок двух экземпляров неизвестны. Чрезвычайный интерес представляет находка шести пар ножных доспехов в составе уникального клада предметов вооружения, обнаруженного у с. Олонешты в Молдавии. [112]

Несколько новых доспехов этого рода было обнаружено при раскопках последних лет.

Сильно фрагментированные поножи открыты В. Ф. Пешановым в кургане у г. Днепрорудного Запорожской области. В 1965 г. во время раскопок кургана IV в. до н. э. Страшная могила у г. Орджоникидзе на Никопольщине Скифской экспедицией Института археологии АН УССР под руководством А. И. Тереножкина было найдено полностью ограбленное погребение знатного молодого воина. Кости голеней и колени скелета были сплошь покрыты окислом бронзы. Наличие такого мощного слоя окисла на костях нельзя объяснить ничем иным, как длительным нахождением на них бронзовых поножей.

Не была учтена Л. К. Галаниной и пара доспехов рассматриваемого вида из кургана, раскопанного А. Быдловским в 1904 г. у с. Яцковичи в Побужье.4)

Можно внести некоторые уточнения в сводку находок поножей, составленную Л. К. Галаниной. С некоторыми оговорками она упоминает о находках их в кургане Солоха (№ 13 ее описания) и в одном из курганов у станицы Елизаветинской, раскопанном Н. И. Веселовским почти одновременно с Солохой (№ 25 описания). В опубликованных отчетах Археологической комиссии за 1913-1915 гг., являющихся главным источником об этих раскопках, находка поножей не упоминается ни в Солохе, ни в кургане у станицы Елизаветинской. Нет сведений о находке их у Елизаветинской и в архивных материалах, легших в основу отчетов Археологической комиссии. Вполне вероятно, что хранящиеся ныне в Эрмитаже поножи, записанные в инвентарных книгах как найденные в кургане у станицы Елизаветинской, в действительности происходят из Солохи. В пользу этого свидетельствует как упоминание о такой находке А. А. Бобринского,5) так и изображение им поножей на схематическом плане погребения Солохи.

В описании Л. К. Галаниной под № 18-19 фигурируют поножи из курганов у с. Кринички на Побужье. Одна их пара (№ 18), по словам Л. К. Галаниной, найдена при раскопках В. Б. Антоновича, обстоятельства же находки единичной поножи, хранящейся ныне в КИМ, неизвестны. Вероятно, здесь также произошла ошибка. Поножь, хранящаяся в КИМ (рис. 59, 1), скорее всего, и происходит из кургана, раскопанного у с. Кринички В. Б. Антоновичем.

Таким образом, доспехи, описанные Л. К. Галаниной как происходящие из двух курганов, в действительности найдены в одном. [113]


Рис. 59. Поножи.
1 - Кринички; 2 - Аксютинцы; 3 - Олонешты.

В 1868 г. в некрополе Нимфея было хищнически раскопано несколько курганов. В одном из погребений найдены поножи.6) Л. К. Галанина ошибочно описывает их как поножи из некрополя Нимфея, происходящие из кургана, раскопанного в 1867 г.7) Правда, Л. К. Галанина оговаривается, что принадлежность поножей к этому комплексу точно установить нельзя. Во всяком случае, в публикации Е. Гарднера материалов из нимфейских погребений, ныне хранящихся в Оксфорде, поножи не упоминаются.8) И это не случайно, так как в Оксфордском музее их действительно нет.

Скорее всего, лица, раскопавшие погребение с оружием в Нимфее, сообщая автору первой краткой публикации А. Люценко о своих находках, назвали поножами своеобразные наборные наголенники, ошибочно изданные Е. Гарднером как части наборного панциря.

Большая часть поножей, обнаруженных в погребениях, плохо сохранилась. О некоторых из них можно судить лишь по упоминаниям об их находках в публикациях материалов раскопок. [114]

Поножи, обнаруженные на территории Европейской части Юга СССР, очень близки между собой и относятся в общем к единому типу. Более подробно вопросы их хронологии будут рассмотрены ниже. Здесь ограничимся лишь указанием на то обстоятельство, что самые ранние доспехи, относящиеся к середине V в. до н. э., не отличаются от наиболее поздних.9) Подобным же образом обстояло дело и с поножами, известными в греческой метрополии. Наиболее целесообразный тип этого доспеха оформился еще в период архаики и не претерпел существенных изменений на протяжении всего времени своего бытования.


Рис. 60. Поножи.
1 - Керчь, курган 1838 г.; 2 - курган Кекуватского.

Полное представление об основной группе поножей дают доспехи из кургана Кекуватского.10) Они изготовлены из золотистой бронзы, поверхность их тщательно отполирована. Это наиболее развитая форма ножного доспеха, защищавшего не только голень, но и колено воина. На поверхности поножи рельефно выделены колени и мощная мускулатура голени. Вдоль нее проходит рельефное ребро, придающее доспеху дополнительную жесткость. Нижний край слегка утолщен и отогнут наружу. По периметру прочерчены три неглубокие параллельные линии и пробиты мелкие отверстия для закрепления подкладки. Ряд таких же отверстий сделан ниже коленной части доспеха. Вероятно, последние предназначались для крепления мягкой подушечки, защищавшей колено от повреждения металлом доспеха. Острые края пробитых изнутри отверстий тщательно сглажены. Общая высота поножей 41 см (рис. 60, 2). [115]

Уникальными по своей отделке являются поножи из кургана, раскопанного в 1838 г. А. Ашиком в Керчи.11) В общих чертах они близки большинству доспехов этого вида. Наколенная часть поножи украшена рельефной маской Медузы с растянутым в узкую щель ртом и нахмуренным лбом. Рельефно выделенные длинные мышцы заканчиваются у колена головами змей. По бокам поножи украшены розетками и волютами. Нижний край их слегка отогнут наружу. Вдоль края пробиты мелкие отверстия для крепления подкладки. Такие же отверстия имеются ниже колена (рис. 60, 1). Высота поножей 47 см,  вес около 400 г.

Все достаточно полно сохранившиеся экземпляры поножей, найденные на территории Северного Причерноморья и Северного Кавказа, по которым можно составить представление об их первоначальном внешнем виде, обязательно имеют наколенники. Исключением являются лишь две пары поножей, происходящих из Керчи и раскопанного крестьянами Курджипского кургана в Прикубанье, у которых они отсутствуют. Очевидно, это можно объяснить стремлением использовать поврежденные уже доспехи, имевшие значительную ценность. Для этого у поножи с разрушенным наколенником удалялись мешавшие их дальнейшему применению верхние части. Следы переделки иного рода, при которой стремились улучшить доспех за счет добавления к нему дополнительных пластин, заметны на одной паре поножей Олонештского клада (рис. 59, 3).12)

Выше отмечалось, что поножи на протяжении всего времени бытования не претерпевают существенных изменений. Без изменений сохраняется внешний вид доспеха, система закрепления на нем подкладки и самих поножей на ноге. В этой связи показательны наиболее поздние поножи, известные на территории Северного Причерноморья. Они происходят из «кургана 1949 г.» Восточного могильника Неаполя Скифского, где местные жители в сохранившейся части насыпи разрушили несколько погребений.13) Э. А. Сымоновичем в 1956 г. была зачищена сохранившаяся нижняя часть одного погребения. На ногах погребенного были надеты бронзовые поножи. Сейчас они хранятся в Государственном музее изобразительных искусств им. А. С. Пушкина.14) Поножи удачно реставрированы из мелких фрагментов. На них рельефно выделено колено и мышцы икры. Нижний край [116] отогнут наружу. В середине верхнего края и в верхних углах изнутри пробито по большому круглому отверстию. По паре отверстий, расположенных одно над другим, находится в нижних углах. Вдоль нижнего края изнутри сделано десять отверстий небольших размеров. Острые края их слегка сглажены. Высота доспеха 41 см (рис. 61).

Поножи крепились на ноге несколькими способами.15) На большинстве доспехов в верхних и нижних углах пробиты парные отверстия, через которые проходили тонкие ремни завязок. Иной способ крепления имели поножи всадника солохского гребня. Они крепились на ноге с помощью шнурков (скорее всего кожаных), обвязанных вокруг доспеха. Сохранившиеся части таких шнурков были найдены А. Быдловским в одном из курганов Побужья.16) Поножи могли держаться на ноге и без креплений.

Кроме кнемид, выкованных из сплошной металлической пластины, в скифское время использовались наголенники, набранные из отдельных металлических пластин. Предположение об их существовании было высказано еще в середине прошлого века, но в качестве примера ошибочно приведены обтянутые золотом железные детали набора пояса из Куль-Обы.17) Ошибочность такой интерпретации кульобских пластин убедительно доказала А. П. Манцевич.18)


Рис. 61. Поножи из Неаполя Скифского.

Первые наборные поножи были обнаружены при раскопках кургана № 3 в ур. Стайкин Верх у с. Аксютинцы. К сожалению, не было принято никаких мер для сохранения или хотя бы достаточно полной фиксации находки. Пластины поножей были смешаны с частями набора панциря и набедренников, и только из сообщения Д. Я. Самоквасова и А. А. Бобринского можно судить, что они отличались от последних формой и величиной.19) Выделить пластины наголенников из массы в общем одинаковых пластин, [117] хранящихся ныне в ГИМ, нельзя. Не исключено, что данные Д. Я. Самоквасова и А. А. Бобринского о разной величине и форме пластин ошибочны.

Большой интерес представляет фрагмент, безусловно связанный с защитным вооружением, найденный в одном из курганов в некрополе Нимфея. В настоящее время весь комплекс из кургана хранится в Оксфорде.20)


Рис. 62. Полосчатые поножи из Нимфея.

Интересующий нас фрагмент представляет собой блок, составленный из 13 вертикально расположенных тонких и узких бронзовых пластин. Он имеет форму, близкую к трапециевидной (рис. 62). В середине основания сделан неглубокий вырез. Приблизительная длина блока равна 25 см при максимальной ширине около 20 см. Пластины набора имеют прямоугольную форму. Они ровные, лишь один из длинных краев слегка загнут внутрь. Длина пластин равна длине всего предмета, ширина их немногим более 1,5 см. Каждая деталь перекрывает соседнюю на четверть ее ширины. Пластины связаны между собой и с сохранившейся под ними местами кожаной основой бронзовыми проволочными скобами, образующими три [118] ряда креплений, расположенных горизонтально. Вдоль края пластин, окаймлявших блок набора, пробиты мелкие отверстия. Через них проходят очень тонкие ремешки, которыми к пластинам пришита кожаная тесьма, образующая валик.

Кроме нескольких сохранившихся загнутых концов металлических скоб креплений и заметных в некоторых местах кожаных ремешков вдоль пластин прослеживается еще несколько рядов мелких отверстий. Через них проходили, скорее всего, не тонкие ремешки, а нитки, крепившие к основе мягкую (войлочную?) подкладку или губку.

В нижних углах крайних пластин блока пробито по большому круглому отверстию. В одном из них сохранились части толстого кожаного ремня.

Не может вызывать сомнения предположение, что описанный блок имеет отношение к средствам личной защиты воина. В качестве возможных вариантов назовем щит с панцирным покрытием или панцирь.

Ряд черт сближает эти пластины с панцирным покрытием щитов. Близка их форма, слегка загнутый внутрь край, перекрывающий соседнюю пластину. Аналогичен и способ соединения пластин с помощью проволочных скоб.

В то же время есть и различия. Части панцирного покрытия щитов делались из железа. Более редкое расположение скоб, соединяющих пластины набора рассматриваемого предмета, по сравнению с частым жестким соединением панцирного набора щитов, позволяло придать блоку из отдельных пластин полукруглую форму. Поэтому, на наш взгляд, нет достаточных оснований видеть в этом фрагменте часть панцирного покрытия щита.

Нельзя предполагать в нем и деталь металлического набора, находящуюся на груди кожаного панциря, близкого по устройству доспеху из волковецкого кургана. Помещение этой жесткой части набора на груди доспеха в значительной мере сковывало бы движения одетого в панцирь воина. Для закрепления на груди кожаного панциря вовсе не обязательно было использовать ремни, проходящие сквозь крупные отверстия в углах блока полос. Принцип крепления с помощью проходящих через большие отверстия, сделанные в металлических частях набора, ремней очень характерен для описанного выше соединения концов портупейных поясов. В случае помещения блока на нагрудной части кожаного панциря не было надобности ни в этих больших, ни в мелких отверстиях, пробитых вдоль пластин. Как позволяют судить сохранившиеся металлические части кожаного панциря из Волковцев, последние крепились на доспехе с помощью кожаных ремешков через отверстия, проходящие по краям блока набора.

Вряд ли можно сомневаться в том, что в описанном фрагменте следует видеть не отдельный самостоятельный вид защитного доспеха, а лишь какой-то его элемент. Скорее всего, он является наборным полосчатым наголенником. В пользу этого, помимо уже отмеченных данных, которые нельзя [119] объяснить, трактуя блок как часть панциря или щита, говорят еще некоторые обстоятельства. Размеры блока достаточны для защиты ноги от подъема до колена. Неглубокий вырез в середине нижнего края сделан для предохранения от травмирования острыми краями подъема ступни. Следом крепления мягкой подкладки, необходимой для доспеха, защищавшего ногу, являются, вероятно, мелкие отверстия по краю пластин. Такая поножь надежно крепилась на ноге с помощью ремешков, проходивших через крупные отверстия в нижней части блока.

В случае верности определения рассмотренных пластин в качестве наборных наголенников, они могут быть примером применения для защиты ног воина не только поножей, набранных из пластин, близких набору панцирей (как в доспехе из аксютинецкого кургана), но и полос, использовавшихся для покрытия щитов. Их можно рассматривать как еще одно проявление широкого местного производства в Северном Причерноморье наборного защитного вооружения.

Поножи, выявленные на территории юга Восточной Европы, датируются временем с середины V в. до н. э. до конца II в. до н. э. С V в. до н. э. связываются лишь три их находки.21) Древнейшими поножами являются доспехи из Ромейковки, относящиеся к середине V в. до н. э. Ко второй половине V в. до н. э. можно отнести поножи из Нимфея. Концом V - началом IV в. до н. э. датируются поножи из кургана у хут. Пивнева на Кубани. Основная же часть известных ныне доспехов этого рода относится к IV-III вв. до н. э.

Нельзя согласиться с Л. К. Галаниной, утверждающей, что после первой половины III в. до н. э. поножи на территории Северного Причерноморья не встречаются.22) Доспехи из «кургана 1949 г.» обнаружены в памятнике не старше II в. до н. э. Еще более поздние поножи (I в. до н. э.) изображены на стеле Газурия из Херсонеса.23)

Сплошные бронзовые набедренники, изредка использовавшиеся в античном мире, очевидно, не нашли применения в Северном Причерноморье. Ни целых экземпляров, ни частей, которые безусловно можно было бы отнести к этому виду защитного доспеха, пока что не обнаружено. Их с успехом заменяли наборные набедренники, подобные надетым, по словам исследователей, на воине из кургана № 3 у с. Аксютинцы. Однако выделить части этих наборов из массы остальных пластин доспехов в настоящее время еще нельзя.

Вероятно, наборные набедренники имел также воин в кургане, раскопанном в 1927 г. под Ждановом. По сообщению автора раскопок, на нем [120] был надет длинный доспех, доходящий до колен. Панцири такой длины в скифское время нам не известны. Возможно, в данном случае мы имеем дело с набедренниками, соединенными окислами в одно целое с панцирем.24) Есть все основания полагать, что изображенные ниже панциря на стеле воина из собрания Краснодарского музея крупные насечки, имитирующие металлический пластинчатый набор, воспроизводят доспех этого же типа (рис. 16).

Очень большой интерес представляют кожаные штаны, покрытые металлическим набором, из кургана у с. Новорозановка. Они представляют собой оригинальный доспех, соединявший в себе набедренники и поножи. Вероятно, именно такие штаны и были найдены на воине из аксютинецкого кургана.

В. Д. Блаватский обратил внимание на то обстоятельство, что находки поножей не известны там, где они, казалось бы, должны быть найдены прежде всего - в некрополях античных городов-колоний. Для объяснения этого явления он выдвинул предположение, что «севернопонтийские гоплиты помимо поножей могли применять подвешенные к щитам коврики, как это делали их малоазийские собратья».25) Именно такой кожаный или войлочный коврик, прикрепленный, по словам исследователя, к щиту, изображен на одном из Херсонесских надгробий.26) Мнение В. Д. Блаватского безоговорочно поддержала Л. К. Галанина.27)

Однако такой вывод основан на явном недоразумении. Необходимо отметить, что появление подобных ковриков, укрепленных на нижней части щита, с развитием самих поножей непосредственно не связано. Оно было вызвано появлением новых форм щитов, использовавшихся воинами античного мира. Л. К. Галанина обратила внимание на верную мысль В. Герте о связи размеров щита с определенным видом использовавшихся вместе с ним поножей. Но уменьшение размеров щита не могло повлечь за собой значительного увеличения ножных доспехов. Поэтому после отказа от больших щитов, защищавших туловище и верхнюю часть ног воина, бедра оказались незащищенными. Для их защиты и начинают применять бронзовые набедренники, близкие доспехам, найденным в Олимпии.28) Вероятно, бытовали и кожаные набедренники, аналогичные тем, какие, по словам Ксенофонта, были на вооружении всадников тяжелой античной конницы. Для изготовления их применялась толстая кожа, «из какой делают подошвы».29) [121]

Однако бронзовые набедренники были дороги и недоступны основной массе воинов. Как замену их и стали применять прикрепленные к нижней части щита коврики из толстой ткани или кожи. Первым обратил внимание на это еще В. Герте.30) Он же отметил малую надежность подобной системы личной защиты. Согласно В. Герте, примерно с середины V в. до н. э. известны изображения защитных ковриков и в вазовой живописи. Подобные защитные приспособления применяли не только малоазийские, но и аттические гоплиты.

Интересно, что на подавляющем большинстве известных нам изображений коврики не заменяют ножной доспех, а лишь дополняют его,31) защищая тело воина от верхнего края поножей до низа живота и выполняя, таким образом, роль набедренников.32) Даже на тех малоазийских саркофагах, изображения которых В. Д. Блаватский использовал для вывода о ковриках как эквиваленте поножей, ясно видно, что этот доспех только дополняет, а не заменяет кнемиды.33) [122]


1) Л. К. Галанина. О греческих поножах Северного Причерноморья. - АС, вып. 7. Л., 1965.

2) Г. П. Сергеев. Указ. соч.

3) А. И. Мелюкова. Вооружение скифов, стр. 75.

4) А. Bydlowski. Mogily w Nowosiólce w powiecie Lipowieckim w gub. Kijowskiej.- Swiatowit, t. VI. Warszawa, 1905, стр. 24.

5) А. А. Бобринский. Вновь открытая гробница скифского царя. - ИАК. вып. 50, Прибавления. СПб., 1913, стр. 149.

6) А. Л[юценко]. Указ. соч., стр. 54-55.

7) Л. К. Галанина. Указ. соч., стр. 18, № 5.

8) Е. Gardner. Указ. соч.

9) Нельзя согласиться с Г. П. Сергеевым, разделившим поножи Олонештского клада на две хронологические группы на основании таких случайных признаков как высота наколенных частей, частота отверстий, проходящих вдоль края, расстояния между краями доспехов (Г. П. Сергеев. Указ. соч., стр. 135-136). Разница в этих параметрах есть как на доспехах V в. до н. э., так и на поножах IV-III вв. до н. э.

10) Описание сделано на основании данных, опубликованных Л. К. Галаниной, и осмотра самих поножей, хранящихся в Отделе истории культуры античного мира Государственного Эрмитажа (№ Кек. 6).

11) А. И. Мелюкова ошибочно указала, что поножи, украшенные головой Медузы, происходят из кургана Кекуватского, а поножи, описанные ею как классический доспех подобного рода, найдены в Куль-Обе (А. И. Мелюкова. Вооружение скифов, табл. 16, 9, 10). В действительности первые происходят из кургана, раскопанного А. Ашиком в Керчи в 1838 г., а вторые - из кургана Кекуватского.

12) Г. П. Сергеев. Указ. соч., рис. 5.

13) Л. К. Галанина ошибочно указала, что поножи происходят из кургана № 2. Очевидно, курганом № 1 она считает курган, раскопанный на территории того же могильника еще в середине прошлого века Дюбуа де Монпере.

14) Выражаю искреннюю признательность Э. А. Сымоновичу и И. Д. Марченко за разрешение опубликовать доспех.

15) Л. К. Галанина. Указ. соч., стр. 14-15.

16) A. Bydlowski. Указ. соч., стр. 24.

17) ДБК, стр. 8-92; Атлас, табл. XXVIII, 7.

18) А. П. Манцевич. О скифских поясах, стр. 22.

19) МРЗ, стр. 103; Смела, II. СПб., 1894, стр. 167.

20) Ashmolean Museum, Departament of antiquities, инв. № 1885/463. Благодарю Г. Катлинга за любезно присланные фотографии этого комплекса.

21) Мы имеем в виду только сплошные бронзовые поножи античного типа.

22) Л. К. Галанина. Указ. соч., стр. 12.

23) OAK за 1892 г. СПб., 1894, стр. 26, рис. 23; В. Д. Блаватский. Очерки военного дела..., стр. 79, рис. 35.

24) Е. В. Черненко. Скiфскi кургани V ст. до н. е. пiд м. Ждановом.

25) В. Д. Блаватский. История античной расписной керамики. М., 1953, стр. 13; его же. Очерки военного дела..., стр. 76.

26) OAK за 1905 г. СПб., 1908, стр. 42, рис. 37.

27) Л. К. Галанина. Указ. соч., стр. 11.

28) А. Furtvangler. Olimpia, v. IV. Berlin, 1890, табл. XX, 996.

29) Ксенофонт. О коннице, XII, 10.

30) W. Gaerte. Die Beinschutzwaffen der Griechen. Dresden, 1920, стр. 38-40.

31) Нам известно только одно изображение такого коврика на щите воина, не имеющего поножей (AR, рис. 1).

32) Е. Gerhard. Auserlesene Vasenbilder, b. 1. Berlin, 1841, табл. 1, 4; b. III, табл. XVI, 2, 3; Corpus Vasorum antiquorum, London, 1930, табл. 74, 2.

33) Antike Denkmaeler, b. I, № 4. Berlin, 1890, табл. 44; 46, 2; E. Akurgal. Указ. соч., табл. 28.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

коллектив авторов.
Тамерлан. Эпоха. Личность. Деяния

под ред. А.А. Тишкина.
Древние и средневековые кочевники Центральной Азии

А.И.Мелюкова.
Скифия и фракийский мир

Евгений Черненко.
Скифский доспех

А. И. Тереножкин.
Киммерийцы
e-mail: historylib@yandex.ru
X