Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Валерий Демин, Юрий Абрамов.   100 великих книг

73. Метерлинк «Синяя Птица»

«Синяя Птица» — феерия-сказка, воплотившая в себе философию мечты. Можно даже сказать, что эта драматическая притча — утопия и пророчество одновременно — символистский слепок и отголосок «Божественной комедии» Данте. Ибо, подобно великому флорентийцу, Метерлинк проводит своих героев и через Царство Мертвых, и через Страну Блаженств (коррелят Рая), через Прошлое, Настоящее и Будущее. Вместе с тем в оживших антропоморфных стихиях — Огне, Воде, Свете, Ночи (Тьме), Времени проступают архаические черты языческих Божеств, а в животных, растениях и вещах — отблески Древних тотемов. Философия помноженная на Фантазию обернулась эффектом необычайной выразительности и красоты.

Творение Метерлинка захватывает до головокружения. Особенно в зрелищном исполнении. Правда, добротных экранизаций — ни игровых, ни мультипликационных — не получилось. Непревзойденным остался лишь знаменитый спектакль МХАТа в постановке К. С. Станиславского. Начало феерии развертывается по традиционным канонам рождественской сказки: голодные дети дровосека Тильтиль и Митиль наблюдают из окна своей хижины, как веселятся их богатые и счастливые сверстники. Чудеса начинаются с появлением Феи Берилюны (она же — соседка Барленго), которая просит для своей больной внучки Синюю Птицу Счастья. Что она такое и где находится — дети, естественно, понятия не имеют. Тогда их отправляют на поиск с волшебным алмазом, способным переносить всех в пространстве и времени. В беспримерном путешествии по иным мирам детей будут сопровождать ожившие предметы, животные и стихии:

Только успел Тильтиль повернуть алмаз, как со всеми предметами произошла внезапная и чудесная перемена. Старая колдунья вдруг превращается в прекрасную сказочную принцессу. Камни, из которых сложены стены хижины, светятся синим, как сапфир, светом, становятся призрачными, искрятся и ослепительно сверкают, точно это самые Драгоценные камни. Бедная обстановка хижины оживает и преображается: простой деревянный стол держит себя так величественно, с таким достоинством, точно он мраморный. Циферблат стенных часов прищуривается и добродушно усмехается; дверца, за которой ходит взад и вперед маятник, открывается, и оттуда выскакивают Души Часов; держась за руки и весело смеясь, они начинают танцевать под звуки прелестной музыки. Тильтиль, понятно, изумлен, у него невольно вырывается восклицание. «…»

Феерия между тем не прекращается. Собака и кошка, до сего времени спавшие, свернувшись клубком, возле шкафа, вдруг просыпаются: слышится дикий вой собаки и мяуканье кошки, затем они проваливаются в люк, а вместо них появляются два существа, одно из которых носит маску бульдога, а другое — маску кошки. В ту же минуту человечек с маской бульдога — впредь мы будем именовать его Псом — бросается к Тильтилю, душит его в объятиях, осыпает бурными и шумными ласками, а в это время маленькая женщина с маской кошки — мы будем называть ее просто Кошка, — прежде чем подойти к Митиль, умывается и разглаживает усы. Пес рычит, прыгает, толкается, ведет себя ужасно. «…»

А феерия идет своим чередом: веретено в углу кружится с невероятной быстротой и прядет пряжу из дивных лучей света. В другом углу вода в кране начинает петь тонким голосом и, превратившись в сверкающий фонтан, низвергает в раковину потоки изумрудов и жемчужин. Из этих потоков выходит Душа Воды в обличье плаксивой девушки с распущенными волосами, в как бы струящихся одеждах и немедленно вступает в бой с Огнем. «…» Со стола падает на пол и разбивается кувшин с молоком. Из разлитого молока поднимается высокая белая фигура, робкая и стыдливая. «…»

Сахарная голова, стоявшая около шкафа, растет, ширится и разрывает обертку. Из обертки выходит слащавое, фальшивое существо в холщовой синей с белым одежде «…»

Со стола падает лампа, из нее мгновенно вымахивает пламя и превращается в светозарную девушку несравненной красоты. На девушке длинное, прозрачное, ослепительно яркое покрывало. Она стоит неподвижно, как бы в экстазе.

Это — Душа Света, которая в дальнейшем, до самого конца сказки, станет главным проводником и советчиком в поисках Синей Птицы. У каждого ожившего существа, предмета, стихии свой особый неповторимый характер: Молоко постоянно боится скиснуть, Огонь — быть залитым Водой, Хлеб — напыщенно важничает, Сахар, напротив, непрерывно угощает всех отломанными пальцами-леденцами. Особенно выразительны Пес и Кошка — носители безграничной преданности и потенциальной измены. Конфликт между верным Псом и предательницей Кошкой, усиленный их извечной природной враждой, оживляют действие сказки на всем ее протяжении.

Путь к Синей Птице неблизок, нелегок и непрост. Искателям вроде бы удается ее увидеть и даже поймать, но каждый раз она оказывается ненастоящей. Поэтому в своих трудных поисках героям пьесы приходится последовательно преодолеть несколько «царств» — Страну Воспоминаний, Дворец Ночи, Заколдованный Лес, Страну Мертвых, Сады Блаженств, Царство Будущего. Впервые с фальшивыми синими птицами — суррогатами счастья — дети и их спутники столкнулись во владениях Ночи, которая целенаправленно мешает их поискам. И уже здесь героев Метерлинка постигает первое, но не последнее разочарование. Ибо настоящая Синяя Птица — не просто носитель Счастья. Она еще и величайшая Тайна Бытия, познать которую людям опасно. Во всяком случае противостоящий им мир делает все, чтобы этого не допустить. Потому-то и в пьесе-сказке Синяя Птица никак и никому не дается в руки и постоянно удаляется из поля зрения, как линия горизонта. Следуя за этим недосягаемым, в общем-то, фантомом дети в окружении друзей продвигаются все дальше и дальше. Завораживает сцена на Кладбище, когда из могил вместо страшных мертвецов появляются цветы:

И тут из всех разверстых могил медленно поднимаются целые снопы цветов; сначала смутные, неуловимые, точно клубы дыма, цветы эти постепенно наливаются девственной белизной, растут, пленяют взор своей пышностью, обилием, великолепием и, заполонив в конце концов все кладбище, превращают его в некий волшебный, чистый, как брачные одежды, сад, а в это время над садом встает заря. Блестит роса, распускаются цветы, в ветвях шелестит ветер, жужжат пчелы, просыпаются птицы и наполняют пространство первыми восторженными гимнами Солнцу и Жизни. Потрясенные, ошеломленные Тильтиль и Митиль, держась за руки, ходят среди цветов и не могут найти следы могил.

И пророчески звучат слова автора, вложенные в уста детей:

«Где же мертвые?» — «Мертвых нет»

Творческое воображение Метерлинка разыгрывается до непредсказуемых высот, когда он приводит своих героев в Страну Радостей и Блаженств. Кого тут только не встретишь! И огромные, грузные Тучные Блаженства, олицетворяющие пустое пресыщение жизнью. И имена-то им под стать: Блаженства — Быть Собственником; Утоленного Тщеславия; Пить, Когда Уже Не Чувствуешь Жажды; Есть, Когда Уже Не Чувствуешь Голода; Ничего Не Знать; Ничего Не Понимать; Ничего Не Делать; Спать Больше, Чем Нужно; Утробный Смех и др. Им противостоят подлинные Блаженства — Быть Здоровым; Дышать Воздухом; Любить Родителей; Голубого Неба, Блаженного Леса; Солнечных Дней; Заходящего Солнца; Зажигающихся Звезд; Зимнего Очага; Невинных Мыслей; Бегать По Траве Босиком.

И наконец Радости — Мыслить; Понимать; Любить; Быть Справедливым; Быть Добрым; Завершенного Труда; Созерцать Прекрасное. Великая Радость Материнской Любви, чье платье соткано из поцелуев, взглядов и ласк, каждый из которых вплетает в ткань по солнечному или лунному лучу, — дает детям свое покровительство, но не в силах помочь отыскать Синюю Птицу.

Миновав Царство Будущего, где живут еще не родившиеся Лазоревые Дети, которых Старик Время периодически на волшебных кораблях с золотыми парусами отправляет к ожидающим их родителям, — Тильтиль и Митиль возвращаются домой, так и не найдя Синей Птицы. Перед входом в дом они прощаются навсегда со своими новыми друзьями. Реальная ипостась Синей Птицы появится еще раз в заключительной сцене пьесы-сказки. Дети дровосека пробуждаются, и все выглядит так, как будто чудесное путешествие им приснилось. Однако они дарят парализованной соседской девочке свою живую горлицу, и ребенок вдруг неожиданно выздоравливает так велико его счастье!

Значит, Синяя Птица все-таки существует. Ее надо искать! И можно найти! Ибо нет предела в стремлении к счастью! Вот почему последние слова фантастической феерии Метерлинка обращены прямо к зрителю и читателю: «Мы вас очень просим: если кто-нибудь из вас ее [Синюю Птицу] найдет, то пусть принесет нам — она нужна нам для того, чтобы стать счастливыми в будущем…»

Трудно сказать как во всем остальном мире, но народам России Синяя Птица Счастья давно стала роднее всех родных. Высоко над Москвой на Воробьевых горах (название-то какое птичье!), изваянная из металла, вознесла она вверх свои лазурные крылья и лиру над Детским музыкальным театром. И в рукотворном виде она по-прежнему созывает всех искателей счастья, которые будут существовать всегда и всюду. Пока бьется в груди человеческое сердце!

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Надежда Ионина.
100 великих городов мира

Николай Непомнящий.
100 великих загадок Индии

Геогрий Чернявский.
Лев Троцкий. Революционер. 1879–1917

Е. Авадяева, Л. Зданович.
100 великих казней
e-mail: historylib@yandex.ru