Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Сергей Тепляков.   Век Наполеона. Реконструкция эпохи

3

   Все эти сонаты были сыграны Бонапартом в изрядном мажоре. А вот дальше был минор – Египет. Побеждая противника везде (кроме Аккры), Наполеон, как потом в 1814 году, проигрывал в целом.

   От этой войны даже славы было немного – все европейские армии били турок по любому поводу, повышая за их счет и свою самооценку, и свой престиж на континенте. Турки были европейскими мальчиками для битья. Уменья у них не было никакого, но вот число их было так велико, что Наполеон, надо признаться, увяз.

   Чтобы хоть как-то отвести душу, он пошел в Сирию, будто бы надеясь через нее пройти в Индию (вряд ли он всерьез думал о ней, пускаясь в поход с крошечной – в 13 тысяч – армией, скорее надеялся этими слухами заставить понервничать англичан, напомнить о себе во Франции и примериться к судьбе Александра Македонского). Египетский поход был элегией – пьесой печального характера. Бонапарт же элегий не любил – поэтому, потеряв к этому предприятию всякий интерес, сбежал из Египта, использовав первый же сколько-нибудь благовидный предлог. (Он потом так же – под предлогом плохих новостей из Франции – сбежит от армии и из России).

   Потом было Маренго. Армия Наполеона в начале похода составляла 62 тысячи человек при 48 орудиях, на поле боя он привел 23 тысячи человек – вполне в пределах управляемости. (С армией в 20–40 тысяч человек Наполеону нередко удавалось сделать больше, чем с войском в 80–100 тысяч). 45-тысячная армия Меласа атаковала французов и, используя преимущество в артиллерии, начала теснить. К полудню у Бонапарта кончились резервы, а к 15 часам поле боя осталось за австрийцами. Мелас уже отправил в Вену курьера с известием о победе. Но в четвертом часу пополудни вдруг пришел Дезе с 6 тысячами человек – и вместо реквиема получилась вполне себе бодрая токатта в быстром движении и четком темпе: Дезе атаковал австрийцев и к 17 часам ошарашенные такой переменой участи австрийцы отступили. Более того, – 4 тысячи человек попали в плен.

   В этих удивительных событиях многие слышали музыку а один – Бетховен – в 1803 году даже записал ее на бумагу. Получилась Героическая симфония. Как известно, изначально она и посвящалась Бонапарту, но в 1804 году, узнав, что генерал кончился, а появился император, Бетховен посвящение вымарал. (Интересно, что впервые Героическая симфония была исполнена 7 апреля 1805 года в Вене – за полгода до нового столкновения Австрии и ее союзников с Наполеоном).

   В 1804 же году Элиза Бонапарт приблизила к себе 22-летнего скрипача Никколо Паганини, который как-то исполнил на двух струнах пьесу «Любовная сцена» – одна струна «говорила» за девушку, другая – за юношу. «А одной струны не хватит вашему таланту?» – поинтересовалась Элиза. Паганини к 15 августа, дню рождения главного из Бонапартов, преподнес Элизе сонату «Наполеон» – для исполнения на одной, четвертой, струне. Хотел ли Паганини подчеркнуть, что у героя его сонаты получается многое с малыми возможностями? Если и так, то Паганини опоздал: на Маренго время малых форм для Наполеона кончилось. От виртуозно исполняемых им сонат ему требовалось перейти к concerto grosso (большой концерт) и многочастным симфониям. (Интересно, что само слово «концерто» означает «состязаюсь»). Первым состязанием должно было стать форсирование Ла-Манша, но Наполеон при всей внешней энергии, должно быть, не мог решиться на это предприятие внутренне – опыт Египта давил на него: после гибели флота все победы на суше были лишены смысла. Так первым concerto grosso стал Аустерлиц.

   В 1805 году Наполеон впервые собрал гигантскую армию в 250 тысяч человек при 340 пушках. Впервые армия была разделена на семь армейских корпусов. Впервые в ее составе были не только французы, но и ганноверцы, баварцы, вюртембержцы, баденцы.

   Противники сочинили целую оперу в несколько действий, картин и актов: в Голландии высадился корпус Петра Толстого – ему надлежало захватить Ганновер; предполагался русско-английский десант в Южной Италии, чтобы действовать потом вместе с войсками неаполитанского короля. Может, этим союзники хотели раздергать силы Наполеона, а может, их просто увлекала грандиозность действа, масштаб постановки. При этом, союзники на главном театре создали пять армий, которые большей частью были невелики (Кутузов – 50 тысяч человек, Буксгевден – 30 тысяч человек, Беннигсен – 40 тысяч человек, эрцгерцог Иоанн – 30 тысяч человек, только в Дунайской армии Макка было 80 тысяч солдат), да еще и в худших традициях выступили к театру войны порознь и в разное время. Союзники были обречены с самого начала.

   Концерт, как музыкальное произведение, состоит обычно из трех частей, причем первая и последняя исполняются быстро. Так и вышло: Наполеон с огромной для тех времен скоростью (за 28 дней, нередко войска перевозили на подводах – это было впервые) перебросил 250-тысячное войско с берегов Ла-Манша в центр Европы. Тогда Наполеон охотно вводил в музыку войны новые звуки и инструменты, неожиданные для уха любителей классики: в 1805 году таковыми стали распускаемые Наполеоном слухи о том, что в Париже началось восстание и Великая Армия вот-вот повернет назад. Макк терял от этого голову, как спутники Одиссея – от пения сирен. (Для русского императора Александра и его штаба Наполеон потом сочинил новую песенку – о том, что Великая Армия слаба и боится битвы. Получился шлягер – в русском штабе все с удовольствием исполняли эту песню хором вплоть до самого Аустерлица). С 14 по 16 октября французы окружали Макка. 20 октября он сдался. Это был страшный удар, но и после него союзники не насторожились и не пересмотрели своих планов (так уже было – в сентябре 1796-го, когда после разгрома Кваждановича Вурмзер все равно решил придерживаться первоначальной схемы действий).

   Ноябрь ушел на интермедии (маленькие музыкальные пьесы, исполняемые между частями основного произведения): так, Наполеон прислал к союзникам своего представителя с предложением начать переговоры о мире. Наполеон тянул время (у него было всего 53 тысячи человек, тогда как союзники к тому времени собрали уже больше 80 тысяч), но почему так поддавались на его уловки русские и австрийцы? «Продлись, продлись, очарованье…», – не это ли чувство опьяняло тогда русского и австрийского императоров? (Возможно, для верности ждали еще войска эрцгерцогов Карла и Иоанна (150 тысяч человек), да и Пруссия вот-вот могла вступить в войну, дав союзникам еще 180 тысяч солдат). Им, должно быть, даже жалко было разбить Наполеона: раз – и все кончится. Они «тянули удовольствие», думали, что играют с Наполеоном как кошка с мышкой. Наполеон терпел, хотя иногда самоуверенность неприятеля выводила его из себя («Эти люди считают, что нас осталось только слопать!» – воскликнул Наполеон после беседы с князем Долгоруким). Но очень скоро роли переменились: к Наполеону подошли корпуса Даву и Бернадотта, число его войск достигло 73 тысяч солдат. Однако союзники об этом не знали (разведывательное дело в те времена было плохо поставлено у всех) и полагали силы французов в 50 тысяч человек.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Борис Александрович Гиленсон.
История античной литературы. Книга 1. Древняя Греция

Игорь Мусский.
100 великих диктаторов

Николай Непомнящий.
100 великих загадок Африки

Константин Рыжов.
100 великих библейских персонажей

Джаред М. Даймонд.
Ружья, микробы и сталь. Судьбы человеческих обществ
e-mail: historylib@yandex.ru
X