Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

С.Ю. Сапрыкин.   Религия и культы Понта эллинистического и римского времени

§1. Гера

Богиня Гера, супруга Зевса, почитавшегося в Понтийском царстве в качестве официального божества и покровителя его правителей, была достаточно популярна и воспринималась в разных ипостасях и функциях. Для династии Митридатидов ее культ имел особое значение, что доказывают царские монеты Митридата IV Филопатора Филадельфа и его супруги и сестры — царицы Лаодики (рис. 2). В годы их совместного правления в середине II в. до н. э. на лицевой стороне их монет помещались портреты царя и царицы, а на оборотной — фигуры стоящих Зевса и Геры, которые опираются на скипетры — символы верховной власти (WBRI2, 1, nо. 7, pl. 1,13; suppl. А, 8)1. На посмертных золотых статерах Митридата IV, выпущенных в годы предполагаемого кратковременного царствования его вдовы Лаодики, представлена богиня Гера со скипетром (SNG Aulock, nо. 4, taf. I, 4). Аналогичное изображение имеется на тетрадрахмах самой Лаодики (рис. 61), поместившей на них собственные имя, царский титул и портрет (WBR I2, 1, nо. 8, pl. I, 14). Выше мы отмечали , что с правления царя Митридата III во второй половине III в. до н. э. культ Зевса стал превращаться в Понте в официальный и даже в царский, поскольку этот бог представлен на монетах в образе символического покровителя царствующей династии (см. гл. 2, §1). Поэтому появление божественной пары Зевса и Геры на монетах Митридата IV и Лаодики олицетворяло совместное правление брата и сестры и являлось шагом к последующему обожествлению царя и царицы2 на основе, прежде всего, покровительства им со стороны Зевса. Присутствие Геры со скипетром рядом с Зевсом стало следствием включения ее в официальный пантеон богов царства и, соответственно, отразило личное покровительство богини по отношению к царице Лаодике, которую подданные должны были ассоциировать с супругой верховного бога греков. Это укрепляло позиции царицы после смерти брата, поскольку прямой наследник престола Митридат V, сын Фарнака I, был еще малолетним не мог наследовать трон3. Таким образом, пара богов — Зевс и Гера, а также одна Гера на монетах Митридата IV и Лаодики, олицетворяли власть понтийских царей4.

Рис. 61. Монеты Митридата IV и Лаодики с фигурой богини Геры
Рис. 61. Монеты Митридата IV и Лаодики с фигурой богини Геры

Г. Кляйнер обратил внимание на то, что с появлением на понтийских монетах портрета Лаодики с них тотчас исчезли изображения Мена-Фарнака и Персея — предков и покровителей династии Митридатидов, зато в типологию монет вернулся Зевс (возможно, в ипостаси Стратия). Он объяснил это личной антипатией царицы к Мену-Фарнаку и Персею. Однако причина этих изменений лежала глубже: по линии отца — Фарнака I — Лаодика принадлежала к династии Митридатидов, но по линии матери была представительницей династии Селевкидов. Мужская половина понтийской династии возводила себя к мифическим предкам династии — Персею (как Митридат IV) и Мену-Фарнаку (как Фарнак I), что подчеркивало персидско-анатолийские корни правящего рода. Женская половина понтийского царского дома, имевшая больше греко-македонских, нежели персидских кровей, еще со времени первых браков селевкидскихпринцесс и понтийских царей в III в. до н. э. стремилась возвести себя к греческим верховным богам — Зевсу и Гере, покровителям македонских царей. Селевкидское, точнее греко-македонское, происхождение заставило Лаодику ярче демонстрировать свою приверженность культам Зевса и Геры, что не противоречило религиозной политике царей Понта, которые старались насаждать греческие культы, имевшие параллели среди местных ирано-малоазийских богов. Возвращение к культу Зевса и Геры в официальной идеологии Понта отразило не столько политико-династийные отношения с государством Селевкидов, сколько последствие взаимного соглашения соправителей — понтийского царя Митридата IV и его сестры-царицы Лаодики, которая, подобно одноименным предшественницам — супругам Митридата II и Митридата III, а также Нисе, жене Фарнака I, считалась приверженницей и хранительницей греко-македонских традиций.

В Понтийском царстве богиня Гера появлялась исключительно на царских монетах Лаодики и Митридата IV. Впрочем голова этой богини фигурировала на монетах Амиса на протяжении V-II вв. до н. э. (SNG Aulock, nо. 45-54, taf. 2,45-54; SNG IX: The British Museum, 1053-1126) (рис. 62). Авторы каталога монет коллекции Ваддингтона полагали, что голова богини в стефане, украшенной цветами и бутонами, на амисских монетах принадлежит не Гере, а городской нимфе Амисе — защитнице города, подобно нимфе Синопе на монетах одноименного полиса (WBR I2, 1, nо. 7-11, pl. VI, 2632; VII, 1-4). Так это или нет, сказать сложно5, но при Митридате Евпаторе изображение женской головы полностью исчезло с амисских монет, иные изображения появились и на царских монетах. Это произошло, когда культ богини Геры в Понтийском царстве перестал считаться официальным и царским, поскольку Лаодика, супруга Митридата V и мать Митридата VI, сыграла крайне негативную роль в судьбе этих понтийских царей. Она была замешана в заговоре и убийстве Евергета, а затем хотела расправиться с молодым Митридатом Евпатором, наследником трона, который очень любил отца. За это ок. 115 г. до н. э. Лаодика была казнена вместе с младшим братом Митридата Евпатора — Митридатом Хрестом, которого она продвигала на престол вместо старшего сына. Позднее Митридат Евпатор расправился и со своей сестрой и первой женой Лаодикой, названной в честь матери. Отсюда нелюбовь Митридата Евпатора к культу Геры, покровительнице женской «селевкидской» половины дома Митридатидов. Это, очевидно, послужило причиной невключения Геры в официальный пантеон богов Понта, что повлекло за собой ее исчезновение с понтийских монет, включая чекан полисов. 

Рис. 62. Голова богини Геры на монете Амиса-Пирея. V-II вв. до н.э.
Рис. 62. Голова богини Геры на монете Амиса-Пирея. V-II вв. до н.э.

Вычеркнутая из официального списка богов Понтийского государства, Гера продолжала почитаться на уровне полуофициального и получастного культа в отдельных общинах и регионах. В Пафлагонии, в предгорьях Ольгасских гор, где находилось много храмов и святилищ (Strabo XII. 3. 40), близ современной д. Курмалар, обнаружены остатки храма Геры, которая имела эпитет Μεγάλη — «Великая» (рис. 63). Сохранились часть фундамента храма, фрагменты эллинистической и римской керамики, остатки антаблемента с изображением листьев аканфа. Этот Герайон датируется ΙΙΙ-ΙΙ вв. до н. э. — II — первой половиной III вв. н. э., а поселение близ храма возникло еще в VII—VI вв. до н. э. Существует предположение, что в этом месте находилась Кимиата — столица области Кимиатена, где располагался гарнизон первого царя Понта Митридата I Ктиста и откуда он начал подчинять окрестные земли. Найденные в храме Геры надписи свидетельствуют об активном его функционировании на протяжении долгого времени, о реконструкции и перестройке дверей, окон и ворот, о ритуале священных возлияний. При этом возобновление его деятельности после некоторого перерыва было отмечено посвящениями Великим богам (см. гл. 2, §9) и Θεά Μεγάλη" Ηρα, которой посвятили сделанную из меди дверь храма и наружную дверь всего комплекса6. К. Марек предполагает, что это святилище Геры Кандарены близ Гангры, упоминаемое Стефаном Византийским (Steph. Byz. s.ν. Κάνδαρας, ιερόν Ηρας Κανδαρηνης), а эпитет богиня получила от названия местечка Кандара и деревни-комы Κανδαρηνοί. В таком случае Гера выступала в качестве покровительницы и защитницы деревни и ее жителей, а может быть, и всего района, подобно другим богам, включая ее брата и супруга Зевса (см. гл. 2, § 1).

Рис. 63. Фрагмент надписи с упоминанием Геры Великой. Пафлагония
Рис. 63. Фрагмент надписи с упоминанием Геры Великой. Пафлагония

Эпитет Геры в посвящении из храма — Θεά Μεγάλη — по отношению к этой богине нигде более не встречается, но в поэтической форме засвидетельствован у Пиндара как μεγαλοσθενής (ср. μεγιστοάνασσα — «Величайшая Владычица» у Бакхилида)7. Чаще всего в такой форме он относился к Великой Матери богов — Кибеле, а также к Изиде, Деметре, Персефоне, Артемиде (Syll.3, 1041. 83 — Эритры, III в. до н. э.; 1138 — Делос, II в. до н. э.; OGIS, 540 — Пессинунт). Пафлагонцы могли отождествлять Геру с близкой им Кибелой или Великой Матерью, а также с другими богинями плодородия с функциями защитниц. Не исключено, что эпитет «Великая» Гера получила как супруга Зевса, одного из самых популярных в Пафлагонии богов.

Культ Геры сохранял свое значение в городах Понта в римское время. В Амастрии в I в. н. э. ее почитали вместе с Зевсом Стратегом в одном храме (см. гл. 2, §1) и вместе с ним ее причисляли там к «отеческим богам»8. Это означает, что культ Геры существовал там еще до того, как в 301 г. до н. э. была основана собственно Амастрия (путем синойкизма Китора, Кромн и Сезама). Ведь в Кромнах в IV в. до н. э. головы Зевса и Геры в стефане, украшенном тремя бутонами, являлись главными изображениями на монетах (WBR I2, 1, nо. 1-5, pl. XXI, 23-26; SNG IX: The British Museum, 1322-1343). На амастрийских монетах эпохи Адриана она запечатлена стоящей со скипетром, в одном случае вместе с Зевсом Стратегом (WBR I2, 1, nо. 62, 63, pl. XIX, 16, 17). Иногда ее воспринимали как Гигиею (ibid., по. 31, pl. XVIII, 23) или в образе городской Тюхе (ibid., nо. 32, pl. XVIII, 24), наделяя сотерическими и апотропеическими чертами. Геру и Зевса изображали на монетах города в III в. н. э. при Юлии Мезе и Транквиллине (ibid., nо. 168, 174, pl. XXI, 15, 20).

При Адриане и Сабине монету со стоящей Герой со скипетром и яблоком (это образ Владычицы — Коры или Афродиты) чеканил Амис (ibid., nо. 91, 100а, 102, pl. IX, 11), а при Септимии Севере — Амасия (ibid., nо. 48, pl. V, 7). Это отражало почитание Зевса и Геры как богов-покровителей верховной власти, хотя в целом культ Геры не был популярен и лишь по традиции распространился в Пафлагонии, очевидно, во многом благодаря функционированию ее храмового комплекса в предполагаемой Кимиатене и традиционному почитанию в Кромнах, а затем в Амастрии. Богиню воспринимали как защитницу, заступницу и покровительницу определенной местности или городской общины.

Слабая популярность Геры на севере Анатолии объяснялась не только ее исключением из пантеона официальных богов в Понтийском царстве при Митридате Евпаторе, что повлекло невнимание к ней творцов так называемой «царской пропаганды». В Понте, Каппадокии и Пафлагонии особой популярностью пользовались другие богини — Кибела, Ma, Артемида, Анаит, Изида, Кора-Персефона, Деметра, и ее могли воспринимать в их образе. Это видно на примере Команы Каппадокийской, где найдено бронзовое навершие от жреческого жезла в форме руки, на котором представлены Юпитер Долихен (Зевс) и Юнона (Гера) Долихена с зеркалом на лани9. В Комане особым почитанием пользовалась богиня Ma, так что Гере, супруге Зевса (или Юпитера), придавались черты Артемиды (лань) и Афродиты (зеркало), поскольку их ассоциировали с богиней Ma, местной разновидностью культа Великой Матери богов — Кибелы. Отсюда столь необычный эпитет Геры — «Великая». Не исключено, что ее также воспринимали как Великую Мать или Ma, сближая с Анаит (Афродитой, Артемидой).



1 Reinach T. Monnaie inédit des rois Philadclplics du Pont // Histoire par les monnaies. P., 1902. P. 128; Davesne A. A propos du monnayage des premiers rois du Pont // Türk arkeoloji dergisi. 1988. XXVII. P. 514; Mattingly H.B. The Coinage of Mithridates HI, Pharnakes and Mithridates IV of Pontos // Studies in Greek Numismatics in Memory of Martin Jessop Price, L., 1998. P. 257. PI. 56, 8.
2 Davesne A. Op. cit. P. 514; ср. Сапрыкин С.Ю. Понтийское царство. M., 1996. С. 90.
3 Т. Рейнак поначалу приписал статеры Лаодики с изображением стоящей богини царице Лаодике, дочери селевкидского царя Антиоха Эпифана, супруге Митридата Евергета, ошибочно приняв фигуру богини за Афину (Reinach T. Trois royaumes de l' Asie Mineure. P., 1888. P. 178-180), однако затем справедливо отнес их к Лаодике, супруге Митридата Филопатора Филадельфа, отождествив богиню со скипетром с Герой (см. WBR Ρ, 1. Р. 13, nо. 8). Попытка пересмотреть эту точку зрения и вновь приписать статеры чекану Лаодики, матери-регентши Митридата Евпатора (Габелко О.Л. Критические заметки по хронологии и династической истории Понтийского царства // ВДИ. 2005. 4. С. 145), не заслуживает серьезного отношения. Автор не учитывает такого важного обстоятельства, как общий тип реверса — фигуру Геры на монетах Лаодики, статерах «супружеского» чекана Митридата IV и Лаодики и посмертных выпусков Митридата IV.Это убедительно доказывает принадлежность «статеров Лаодики» сестре-соправитсльнице, а затем самостоятельной правительнице — вдове Митридата Филопатора Филадсльфа, т.е. монеты определенно выпущены в середине II в. до н.э. вслед за «супружеской» тетрадрахмой (Kleiner G. Pontische Reichsmünzen // IM. 1955. Bd. 6. S. 14. Taf. II, 12; McGing В. The Foreign Policy of Mithridates VI Eupator, King of Pontus. Leiden, 1986. P. 35, 36; Сапрыкин С.Ю. Ук. соч. С. 90; подр. см. de Callatay F. L'histoire des guerres mithridatiques: vue par les monnaies. Louvain-la-Neuve, 1997. P. 240). О.Л. Габелко по недоразумению использует последнюю работу для доказательства обратного, хотя бельгийский исследователь придерживается совершенно противоположной точки зрения.
4 Olshausen Ε. Götter, Heroen und ihre Kulte in Pontos — cin erster Bericht // ANRW. 1990. Bd. 18, 3. S. 1881; cf. Kleiner G. Op. cit. S. 10, 15; Г. Кляйнер считал, что на монетах Митридата Филопатора Филадсльфа представлен Зеве Стратий — официальное божество Понта.
5 Максимова М.И. Античные города Юго-Восточного Причерноморья. М., Л., 1956. С. 83, 88: исследовательница называет голову женщины то нимфой Амисой, то богиней Герой; Malloy A.G. The Coinage of Amisus. N.Y., 1970. P. 7ff.: автор считает, что это портрет городской нимфы. По нашему мнению, это голова Геры, так как она напоминает се портрет на монетах Самоса, где находился общеэллинский храм этой богини (Орешников А.В. Описание древнегреческих монет, принадлежащих Императорскому Московскому университету. М., 1891. С. 89, 90).
6 Marek Ch. Stadt, Àra und Tcrritorium in Pontus-Bithynia und Nord-Galatia. Tübingen, 1993. S. 98, 158, no. 3; idem. Pontus et Bithynia. Die romischen Provinzen im Norden Kleinasiens. Mainz, 2003. S. 107. Abb. 153-155. О находках см. Kaygusuz I. ligas (Olgassys) dan ikiyazitvc Kimiatene//Belleten. 1983. XLVII. Sa. 185. P. 47-66; idem. Zwci neue Inschriften aus Ilgaz (Olgassys) und Kimiatcna// EA. 1983. Ht. l . S . 59,60.
7 Eitrem. Hera // RE. 1913. Bd 8. S. 383.
8 Kalinka Ε. Aus Bithynicn und Umgegend // JÖAI. 1933. Bd. XXVUI. S. 70, no. 17; Marek Ch. Pontus... S. 107.
9 Wagner J. Eine Votivhand für Jupiter Dolichenus und Juno Dolichcna aus Comana Cappadociac // Hommages à Maarten J. Vermascren. Vol. III. Leiden, 1978. S. 1300-1308.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

С.Ю. Сапрыкин.
Религия и культы Понта эллинистического и римского времени

А. Р. Корсунский, Р. Гюнтер.
Упадок и гибель Западной Римской Империи и возникновение германских королевств

Ричард Холланд.
Октавиан Август. Крестный отец Европы

Р. В. Гордезиани.
Проблемы гомеровского эпоса

Сергей Утченко.
Юлий Цезарь
e-mail: historylib@yandex.ru
X