Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Пьер Монте.   Эпоха Рамсесов. Быт, религия, культура

2. Набор и обучение чиновников

Девятнадцатая династия была основана неким Парамсесом, который за свою длинную жизнь удостоился множества важных титулов, как религиозных, так и жреческих, а кроме того, военных званий. Когда царь Хоремхеб призвал его в Фивы для надзора за строительством храма в Опете, Парамсес передал большую часть титулов и должностей своему сыну Сети, который к этому времени был уже зрелым мужем.

Мелкие чиновники старались во всем подражать важным государственным персонам. Некий Неферперит, один из членов личной свиты фараона во время экспедиции к горам Речену, отправил в Египет четырех финикийских коров, двух египетских коров и быка, предназначавшихся Дому миллионов лет. Ему удалось устроить своего брата хранителем этого небольшого стада, а сына – носильщиком кувшинов с молоком в Доме миллионов лет. Эти должности не только оставались за ними на всю жизнь, но и переходили дальше от отца к сыну. Подобная практика ни у кого не вызывала нареканий: любой отец старался обеспечить своему сыну надежное место. В одной из гробниц мы можем прочитать заклинание, предназначенное как раз для этой цели: «Если желаешь, чтобы твое место перешло детям твоим, скажи слова эти…» А тот, кто недостойно ведет себя в чужой гробнице, подвергается серьезной опасности: «Не станет его, и сын не займет место его». По закону не только плохо зарекомендовавший себя чиновник лишался своей должности и подвергался суровым наказаниям, но и дети его лишались всех привилегий и низводились до простых рабочих или рабов. Однако из всего этого вовсе не следует, что после смерти отца ответственная должность, требующая знаний и способностей, непременно сразу переходила к сыну. Дети чиновников поступали на службу, едва окончив школу, и поднимались по служебной лестнице в соответствии со своим усердием и талантом, хотя порой немалое значение имело и могущество их покровителей.

Школы обычно появлялись при храмах. Бакенхонсу, будущий верховный жрец Амона, двенадцать лет посещал «школу письма» в храме Владычицы Неба. В ограде Рамсесеума, Танисе, Дейр-эль-Медины и в других святилищах найдены остраконы и папирусы со школьными упражнениями. Обучение начиналось рано. Бакенхонсу исполнилось всего пять лет, когда его отправили в школу, но, возможно, его отец, прославленный жрец, считал сына очень способным. Во всяком случае, когда маленькие мальчики переставали бегать голышом и повязывали свой первый поясок, приходила пора отправляться в школу.


Писцы со своими инструментами (Мастаба Мереруки)

Мы уже знаем, что будущего военачальника разлучали с семьей в юном возрасте, а учащиеся обычных школ жили дома. Маленький школьник брал из дома корзинку с хлебом и кувшинчиком пива, которые мать давала ему каждое утро. По дороге в школу и на обратном пути он мог вволю браниться и драться со своими школьными друзьями. Одна недавно опубликованная египетская сказка рассказывает нам о способном ученике, превосходившем умом своих старших друзей. Однажды они узнали, как можно лучше всего досадить ему, и стали приставать: «Чей ты сын? Разве нет у тебя отца?» Он ничего не ответил, поэтому его колотили и насмехались: «В самом деле нет у тебя отца!»

Ребенок прежде всего учился читать и писать. Папирус был слишком дорог, чтобы его давать школьникам, поэтому им раздавали полированные пластинки известняка, разграфленные в линейку или в клетку. В Фивах довольствовались грубо обтесанными осколками камня. Они служили «тетрадями» для упражнений. Школьники учились выводить на них отдельные иероглифы или скорописные знаки, делать маленькие рисунки, а позднее – переписывать все более и более длинные отрывки текстов. На некоторых есть даже даты. Если бы у нас было достаточно таких «тетрадок», мы бы узнали, сколько времени требовалось египетскому школьнику, чтобы прочесть и заучить наизусть такие классические тексты, как «Гимн Нилу» или «Поучение Аменемхета». Перепортив достаточно этого дешевого материала, школьник – теперь почти «студент» – получал драгоценный чистый папирус, на который переписывал уже не отрывки, а целое произведение. Сидя на корточках, он разворачивал свиток ровно на ширину стандартного листа, ставил рядом чернила красные и черные. Выбирал из пенала подходящие кисточки и принимался переписывать либо сказку, либо сборник стихов или притч или же копировал разные иероглифы. Заглавия и начальные строки писали красными чернилами, остальной текст – черными. Но каждый писец был в то же время рисовальщиком и художником. Для расцвечивания своего рисунка он пользовался разными красками – зелеными, синими, желтыми и белыми.

Образование заключалось в заучивании классических и священных текстов и обучении не только грамматике, но и письму и основам рисунка. Египетские чиновники выполняли самые разнообразные обязанности и с удивительной легкостью переходили с одной должности на другую. Уна был сначала стражником и судьей, затем занимался поиском камней в далекой стране, строил корабли, очищал каналы, а когда разразилась война, стал начальником войска. «Студенты» должны были знать законы и уложения, историю и географию и разбираться в основах техники. Не знаю, проводились ли у них экзамены и получали ли они дипломы, но, похоже, нечто подобное было, если вспомнить, какие вопросы задавал писец Хори своему коллеге, желая уличить его в невежестве: каков рацион войска на марше? Сколько нужно кирпичей для постройки платформы заданных размеров? Сколько нужно людей для перевозки обелиска? Как поставить на пьедестал колоссальную статую? Как организовать военную экспедицию? И под конец целый ряд вопросов по географии Сирии. Чтобы ответить на столь разнообразные вопросы, необходимо обладать весьма обширными познаниями в разных областях.

Разумеется, не все будущие писцы проявляли в учебе одинаковое рвение. Иногда учителя отчаивались, глядя на ленивых учеников. «Пиши рукой своей, – без конца повторяет писец Аменмос, – советуйся со знающими больше, чем ты… Будь настойчив в работе ежедневно, и ты овладеешь своим делом… Не проводи ни одного дня в безделье, иначе будут бить тебя. Уши юноши – это спина его, и он внемлет, когда бьют его. Слушай внимательно слова мои, это тебе пригодится. Обучают обезьян танцам, объезжают лошадей. Будь настойчив в получении советов! Не ленись! Пиши! Не поддавайся пресыщению письмом, внимай словам!» Этот педагог думает или делает вид, что думает, будто единственные враги учения – это лень и упрямство. Но раз уж укрощают и дрсесируют животных, он рассчитывает, взывая к честолюбию и здравому смыслу, а главное, с помощью наказаний наставить заблудшего «студента» на путь истинный, который ведет к самым высоким должностям. Увы, у молодых египтян были куда более пагубные склонности. Другой наставник, настроенный на тот же лад, что Аменмос, но гораздо лучше осведомленный, говорит так: «Я слышал, что вы не упражняетесь в письме, а шляетесь из таверны в таверну, и несет от вас пивом… Вы подобны святилищу без бога его или дому без хлеба. Видели вас, когда вы шли, задевая стены, и люди шарахаются от вас. О, если бы знали вы, сколько зла от вина, и могли бы отказаться от кувшинов с вином. Но вы отказались от вашего достоинства». Это еще не самое худшее. Поскольку египтянину ничего не стоило завести наложницу, купить или даже нанять рабыню, публичных домов было немного, однако они все же существовали. В них «студенты» пили сверх меры, здесь приводили к ним танцовщиц, певиц и музыкантш, которые, даже если принадлежали к культу Амона, зарабатывали, продавая свое тело. Здесь можно было услышать иноземную музыку, здесь пели песни и декламировали стихи под звуки тамбурина и арфы. Здесь предавались всем мыслимым наслаждениям, чтобы потом, под утро оказаться на улице, шатаясь бродить по городу и наконец уснуть в сточной канаве или ввязаться в драку с первым встречным.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Владимир Миронов.
Древние цивилизации

Д. Ч. Садаев.
История древней Ассирии

Леонард Вулли.
Ур халдеев

Пьер Монте.
Эпоха Рамсесов. Быт, религия, культура

М.А. Дандамаев.
Политическая история Ахеменидской державы
e-mail: historylib@yandex.ru