Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Пьер Монте.   Эпоха Рамсесов. Быт, религия, культура

1. Каменотесы

В двух пустынях по обе стороны Нильской долины египтянам принадлежали огромные запасы камня, который поставлялся зодчим и скульпторам для воплощения их самых грандиозных замыслов, а также ювелирам, создававшим из него чудеса изящества. Месторождения известняка занимали обширную зону между Мемфисом и Иунитом (Гермонтис, современный Армант) к югу от Фив. Самый прочный и белый известняк добывался в каменоломнях Ройа (совр. Тура) неподалеку от горячих источников Хелуана, а также в фиванских горах. Красный кварцит (мери), цветом напоминавший древесину кедра, привозили с Красной горы, владения богини Хатхор, на северо-востоке от Она. При Двенадцатой династии разработка каменоломни шла полным ходом; мы помним, что, смешавшись с толпой работников этой каменоломни, возвращавшихся после работы в свое селение, беглец Синухе сумел покинуть Египет. Особенно интенсивно работа велась при Рамсесе II. Однажды в присутствии самого великого правителя, прибывшего в пустыню Она на границе с владениями Ра, каменотесы нашли гигантский блок, равного которому не видели с начала времен. Недолго думая египтяне решили, что это его величество сотворил его своими лучами. Царь приказал лучшим каменотесам обработать его, и уже через год из блока была сделана колоссальная статуя, названная «Бог Рамсес». Главный управляющий работами получил в награду золото и серебро, остальные работники тоже удостоились разнообразных царских милостей. Царь присутствовал при всех работах, и мастера трудились с двойным усердием. Неподалеку от первой была открыта вторая каменоломня, в которой высекали камень для колоссов храма Птаха в Мемфисе и храмов Птаха и Амона Рамсеса.


Скульпторы, работающие над колоссом (Дейвис. Гробница Рехмиры)

Песчаник, хотя и не такой красивый, как из Красной горы, но все же вполне достойного качества, в изобилии добывали в трех южных номах. Район Асуан славился своим гранитом. Гранит трех сортов – розовый, серый и черный – добывали недалеко от города, а также на островах Абу (Элефантина), Сатит и Сенмут. Обелиски, саркофаги, гигантские изваяния Осириса говорят об активных разработках в древних каменоломнях, повсюду можно увидеть следы их деятельности. Этот район гранитных месторождений простирается довольно далеко на юг. А если отправиться из Идахета на запад, через три дня пути уже можно добраться до диоритовых карьеров, заброшенных со времен Среднего царства. Но местность это была настолько дикая и пустынная, добыча камня требовала таких жертв и усилий, что даже правители династии Рамсесидов, которые никогда не имели в своем распоряжении достаточно военнопленных, не решились возобновить здесь работы. Тем более что с гораздо меньшими затратами они могли добывать великолепный камень в Среднем Египте: в Хатнубе, в нескольких часах ходьбы от покинутой столицы Эхнатона, и южнее, в долине Рахену (так называли Вади-Хаммамат при Двенадцатой династии), в трех днях хода от Коптоса. Это алебастр, черный песчаниковый сланец бехен, хорошо поддающийся полировке, а также зеленая и обычная брекчия или конгломерат. Почти во всех древних каменоломнях сохранились ниши с надписями, но обычно они представляют собой списки имен и титулов, и лишь в текстах карьеров из долины Рахену приводятся любопытные подробности.

Разработки в каменоломнях велись нерегулярно. Если фараону необходим был камень бехен, он снаряжал экспедицию; каждая экспедиция считалась великим достижением, поскольку для нее нужно было привлечь тысячи работников. Всех, однако, превзошел Рамсес IV, который мобилизовал для своей огромной по тем временам экспедиции 9368 человек. Он готовился к ней очень тщательно: обращался к книгам Дома Жизни, послал специальный отряд на разведку. Возглавляли экспедицию тринадцать высших сановников, среди них верховный жрец Амона со своими помощниками и 20 военных писцов. Все они были опытными специалистами, способными решать самые различные проблемы: от чисто технических, таких, как поднять обелиск, поставить колосс высотой пятьдесят пять футов или воздвигнуть помост из необожженного кирпича, до чисто административных, как, например, во время подготовки похода в Сирию. Кроме того, в походе участвовали девяносто с лишним объездчиков лошадей, конюхов и конюших, пятьдесят человек стражи разного ранга и пятьдесят чиновников различных категорий. С удивлением мы видим тут же двести старшин рыбацких артелей; не очень понятно, зачем они понадобились в этой экспедиции, поскольку происходила она в шему, сезон, не подходящий для рыбной ловли. Основную часть экспедиции составляли пять тысяч воинов, две тысячи работников из храмов и восемьсот наемников (аперу). Кроме того, в поход отправились и девятьсот правительственных чиновников, замыкавших шествие. Множество повозок, влекомых быками, сопровождали эту чиновничью армию. Однако настоящих специалистов было среди них сравнительно немного: начальник художников, три начальника каменоломен, сто тридцать каменотесов, два рисовальщика и четыре резчика по камню. Большинство людей использовалось для перетаскивания тяжелых блоков на полозьях и доставки продовольствия. Одна из самых серьезных проблем состояла в том, чтобы прокормить всю эту многотысячную армию среди голой пустыни. Каждому полагалось немного воды, немного пива и немного хлеба, а специалистов и начальников следовало кормить получше, согласно их рангу, и, наконец, необходимо было достойно отблагодарить богов – хозяев россыпей белена, прежде всего Мина, Хора и Исиду; без их благоволения вся экспедиция была обречена на провал. Как выражались египтяне своим образным языком, им предстояло превратить пустыню в цветущий сад, а пыльную дорогу – в полноводный канал. Зато с какой гордостью могли они потом начертать на стеле отчет, где говорилось, что за все время операции не пал ни один осел, никто из людей не страдал от жажды и даже не потерял ни на мгновение присутствия духа. И действительно, на что им было жаловаться, этим странникам в пустыне, если их поили пивом и кормили хлебом, как в праздничные дни в Египте.

Метод работ в каменоломнях был предельно примитивен. Египтяне не искали жилу в скалах и не вырубали из них блоки нужных размеров. Они находили поблизости уже отбитые блоки, подходившие им для изготовления саркофага, крышки к саркофагу или статуи. Те, кто приходили первыми, брали каменные глыбы поближе к дороге, остальным приходилось карабкаться по склонам и скатывать крупные камни оттуда. При этом многие глыбы разбивались, и вниз летели одни осколки. Смотрителю каменоломни по имени Мери пришла в голову поистине гениальная мысль: построить на склоне специальную наклонную дорогу, чтобы блоки могли соскальзывать по ней. Успех превзошел все ожидания: изобретательному инженеру удалось доставить целых десять статуй длиной около семи футов – поистине беспрецедентное достижение. Чтобы додуматься до этого, понадобилась всего лишь какая-то тысяча лет.

Египтяне видели во всем происходящем божественное вмешательство, а тут, посреди пустыни, даже самое обыденное событие казалось им чудом. Как-то раз, когда каменотесы бродили вокруг горы бехена в поисках подходящей глыбы для крышки саркофага фараона Небтаира Ментухотепа, перед ними появилась газель – без всяких сомнений, руководимая неким божеством – и вывела их на правильную дорогу. «Тяжелая детенышем газель» посмотрела на людей, но не убегала от них, «пока не дошла до места на великой горе, где лежала крышка саркофага, и на ней она и отелилась. Воины фараона, видевшие это, перерезали ей горло. Они остановились здесь, принесли газель в жертву богам и спустились в долину с миром. Величием могущественного бога, владыки пустынь, ниспослан был этот дар сыну его, Небтаиру, да живет он вечно, дабы ублагостить его, чтобы он жил на своем троне вечно и праздновал без числа годовщин своих».

Найденный камень спустили, не повредив, на дорогу, уложили на полозья, однако глава экспедиции не мог дать сигнал к отправлению, пока божествам гор бехена, из которых первым был Мин, владыка Коптоса и Ипу, не воздвигли подобающий памятник, тем более что после чуда с газелью случилось другое, не менее удивительное происшествие. Посреди долины нашли квадратную цистерну около десяти локтей в длину. Она была до краев наполнена водой. Египтяне приняли специальные меры, чтобы антилопы не замутили священную воду и кочевники ее не нашли.

«Ибо воины предыдущих царей проходили мимо и уходили, но ни один глаз ее не замечал, ни одно человеческое лицо не отразилось в ней. Она сама открылась только для его величества… Когда те, кто в Томери, народ рехет (так называли себя жители Египта; точное значение слова неизвестно), которые в Египте, на севере и на юге, услышат об этом, они склонятся лбом до земли. Они признают совершенство его величества вечно и во веки веков».

По воле его величества «эта стела была воздвигнута в честь Мина, его отца, владыки пустынь на этой священной горе, первородной, первой поставленной на земле восходящего солнца, божественный дворец, давший жизнь Хору, божественное гнездо, где бог радуется, чистое место его веселья в пустынях божественной земли. Чтобы ка его был удовлетворен, а бог восхитился в сердце своем, правя с великого трона, который выше других тронов, чтобы воздвигли памятники совершенному богу, властителю радости, страшному во гневе, великому любовью, наследнику Хора в его Обеих землях, воспитанному Исидой, божественной матерью Мина, великой волшебницей в царстве Хора Обоих берегов. Поставлена эта стела царем Юга и Севера Небтаира, живущим вечно, подобно Ра».

Он говорит: «Мое величество повелел Аменемхету, наследному царевичу и визирю, начальнику работ, радующему сердце царя, выступить с войском в 10 000 человек из южных номов, начиная с Уабута (ном Оксиринхус), чтобы доставить ему достойный блок, драгоценный камень, самый чистый, который есть на этой горе, укрепленный богом Мином, для его саркофага, напоминающего о вечности больше, чем все памятники в храмах Верхнего Египта; предпринят этот поход царя, владыки Обеих земель, чтобы доставить ему из пустынь отца его Мина то, что вожделеет сердце его».

Через двадцать два дня экспедиция тронулась в обратный путь, волоча на полозьях превосходный блок около двадцати футов длиной, шести футов шириной и трех футов толщиной. Перед этим были принесены в жертву быки и антилопы и воскурены благовонные смолы во славу благосклонного бога.

Египтяне не любили излишне нагружать себя работой и всегда по возможности добывали камень именно этим методом. Похоже, они склонны были полагать, что блок песчаника, который выше любого обелиска, найденного в каменоломнях Красной горы, также был даром богини Хатхор. Однако, если другого выхода не были, они выдалбливали в скале галерею, чтобы добыть камень. Высекая гробницы в фиванских горах, египтяне достигали сразу двух целей: они создавали «вечные пристанища» для своих мертвых и добывали каменные блоки для живых. Многие каменотесы и резчики были либо военнопленными, либо осужденными преступниками, хотя нам точно известно, что свободные египтяне тоже занимались этим делом. Так или иначе, во времена последних Рамсесидов, когда страну раздирали надвое кровавые междоусобные войны, они разбили свои цепи и, присоединившись к врагам Амона, рассеялись по всей стране, грабя, убивая и совершая ужасные святотатства. Едва ли это указывает на то, что прежде они были довольны своей участью.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

И. В. Рак.
Египетская мифология

М.А. Дандамаев.
Политическая история Ахеменидской державы

Пьер Монте.
Эпоха Рамсесов. Быт, религия, культура

Игорь Тимофеев.
Бируни

Харден Дональд.
Финикийцы. Основатели Карфагена
e-mail: historylib@yandex.ru
X