Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Николай Непомнящий.   100 великих загадок Индии

Кришна и кришнаиты

Доарийское имя Кришны не установлено наукой, а слово «кришна, крушна» на санскрите означает «черный, темный». И, совершенно очевидно, именно в процессе адаптации местных культов и одновременного признания арьями права автохтонных жрецов на отправление религиозных обрядов, связанных с локальными божествами, эти жрецы были частично причислены к высокой варне (сословию) брахманов нового складывающегося общества. А будучи причисленными, были обучены «Ведам»

Кришна спасает слона из пасти крокодила. Фреска из Форта Орча


Культы доарийских божеств во многом связаны с оргиастическими отправлениями. И в том числе с сохраняющейся вплоть до нашего времени именно в среде бенгальцев формой индуизма, известной как тантризм. Это практика почитания божеств «круга Шивы» и прежде всего – богинь-матерей, основанная на возбуждении и удовлетворении плотских запросов, чему придается большое значение и приписывается сила магического воздействия на явления природы, на успешность хозяйственной деятельности человека и на прирост людских коллективов и стад домашнего скота.

Культ Кришны тоже был явно связан с тантрической практикой, что выявляется в целом ряде сочетаемых с ним ритуальных предписаний, религиозно-эротической литературе и с хранимым в душах всех его почитательниц чувстве влюбленности в Кришну-жениха, дарителя высшего предела сексуального удовлетворения. Но кришнаизм как ветвь вишнуизма – религии милосердия и добра – не мог включать в себя кровавых жертвоприношений.

Беседы с бенгальцами о Чайтанье – местном религиозном наставнике и основателе той ветви кришнаизма, где ярко отражено его эротическое содержание, позволили понять суть религиозных ритуалов, шире всего распространенных именно в среде бенгальцев.

Чайтанья, который здесь обожествлен, жил и проповедовал в конце XV – начале XVI в., призывая людей направлять свои религиозные запросы и устремления не на приверженность точному следованию ведическим гимнам, а на практику любви к Кришне. Это выражалось также и в том, что он проводил любовные игры со своими учениками, исполняя роль Кришны, а ученики – роли его возлюбленных-пастушек.

Последователей Чайтаньи здесь очень много. В литературе по истории индуизма (особенно в исследованиях наших историков) он расценивается как один из вождей средневекового антифеодального движения бхакти, охватившего средние и главным образом низкие касты и использовавшего религиозные мотивы кришнаизма для идеологического выражения своих социальных протестов, своих классовых (сословных) целей.

К числу поддерживающих локальные формы кришнаизма в новое время относится, например, Прабхупада, последователь Чайтаньи, член среднебрахманской (по другим сведениям, торговой) касты Де, эмигрировавший в США и организовавший там секту кришнаитов («Общество сознания Кришны»), которая при финансовой поддержке американских миллионеров широко разрослась и вовлекает в свои ряды десятки тысяч представителей молодежи в США и других странах.

В Пури расположено всего несколько храмов, но он признается одним из «чхар-дхам» – четырех священнейших мест Индии. Главным считается храм Кришны – Джаганнатха (т. е. Кришны-Владыки мира). Выстроен в XI–XII вв. (а по некоторым источникам – в более раннее время).

Орисса, как и Бенгал, была древним центром шиваизма-шактизма. В столице штата, г. Бхубанешваре, тысяча храмов, посвященных Шиве-Шакти и несколько богу Вишну в образе Кришны. Здесь прослеживается ярко выраженный процесс внедрения вишнуизма через утверждение, что Вишну и Шива являются, по сути дела, единым божеством, которое изображается в скульптуре и живописи в облике двуединого бога по имени Хари-Хара.

Успехом, очевидно, увенчался лишь прием адаптации вишнуизмом не столько Шивы, сколько любимого доарийским населением (явно – значительной его частью) черноликого Кришны. Он в новой для себя отведенной ему арья-брахманами роли одного из десяти воплощений Вишну успешно соединился в религиозном сознании людей с близким им образом Шивы: оба бога темнолики, культы обоих сложились в локальной этнической среде, оба связаны с обычаями религиозного эротизма и с институтом полигамии.

Но по таким своим функциональным характеристикам, как насылание кары на людей, разрушение мира и т. п., Шива отстоял дальше от всемилостивого Вишну, чем любвеобильный бог скотоводов Кришна, а поэтому именно он был избран для моделирования на землях Индии одной из ветвей вишнуизма.

Одновременно и главным храмовым праздником в Ориссе стал праздник поклонения Кришне-Джаганнатху, привлекающий с XII–XIII вв. многие тысячи, а затем и миллионы паломников.

Это мистериальные дни, в которые отмечается сочетание Кришны с его возлюбленной пастушкой радхой. Для этого акта изображения всей неразрывной триады в торжественных процессиях вывозят из главного храма и препровождают в другой, где и оставляют на неделю. Эротическое содержание праздника воспевается в исполняемых жрецами гимнах, а также иллюстрируется местными художниками-читракарами.

В день праздника изображения помещают под богатые балдахины, и сотни паломников тянут их за канаты сквозь неисчислимые толпы верующих, перевозя к другому храму. Это сопровождается хоровым исполнением кришнаитских гимнов и музыкой храмовых ансамблей, в которых обязательно участвует флейтист, так как на флейте, по поверью, играл Кришна.

Привлекает внимание тот факт, что из восточного ареала распространились по стране и стали общепризнанными те изображения кришнаитской триады, которые лишь отдаленно напоминают людей, в отличии от огромной массы характерных для индийского искусства скульптурных и живописных изображений всех божеств (не исключая и Кришны с его братом и сестрой). Задаваясь вопросом о значении таких почти неантропоморфных, то есть нечеловеческих форм этих персонажей, приходишь только к одному возможному ответу – это изображения змей, а точнее – кобр (нагов), черной («царской» кобры), белой (светло-серой) и желтой (желтовато-коричневой).

Boсточные земли Гангской равнины, современного штата Мадхья-Прадеш и Ориссы были территорией зарождения не только таких религиозных учений, как джайнизм и буддизм, но и складывания и окончательного утверждения ряда арья-неарийских культов индуизма, включая упомянутый выше синтез шиваизма и вишнуизма-кришнаизма, а также вишнуизма и культа кобр. Иконографический облик кришнаитской триады соответствует мифологическим описаниям кобр-нагов (народа подземного мира), которые имели на своих «капюшонах» человеческие лица, а тела их не имели членов человеческого тела. В мифах говорится, что они произошли от брака одного из мудрецов – авторов ведических гимнов Кашьялы (его описывают и как самого бога Вишну) и «всезмеимной матери» по имени Кадру, поклонение которой могло войти в индуизм только в процессе освоения арьями местных культов.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Адольф фон Эрнстхаузен.
Война на Кавказе. Перелом. Мемуары командира артиллерийского дивизиона горных егерей. 1942–1943

Тамара Т. Райс.
Византия. Быт, религия, культура

Олег Соколов.
Битва двух империй. 1805-1812

Е. А. Глущенко.
Россия в Средней Азии. Завоевания и преобразования

Ричард С. Данн.
Эпоха религиозных войн. 1559—1689
e-mail: historylib@yandex.ru