Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Надежда Ионина.   100 великих замков

Мертвая крепость в Хара-Хото

Легенды о мертвом городе Хара-Хото передавались из века в век, и сейчас уже трудно сказать, кто из европейских путешественников первым узнал о нем. Этот город сменил много названий. Уйгуры называли его Индикутшари, китайцы – Хочжоу (Огненный город), а монголы именовали Хара-Хото. Назывался он и Гаочаном – по имени государства, столицей которого был.

Много преданий слышал об этом городе русский путешественник П.К. Козлов еще во время своей первой экспедиции в Монголию. Его неудержимо влекла к себе тайна мертвого города, но пустыня ревниво хранила эту тайну, а скотоводы-кочевники на все вопросы уклончиво отвечали: «Вы, русские, хотите знать больше нас даже о наших местах».

Многие путешественники и до П.К. Козлова пытались отыскать дорогу к Хара-Хото, но только монголы знали, где находятся развалины города. Однако они никому не хотели раскрывать свои святыни, и потому одного из путешественников местные жители направили по заведомо ложному пути. В 1886 году экспедиция русского путешественника Г.Н. Потанина, пересекая пустыню Гоби, остановилась на отдых в низовьях реки Эдзин-гол. Неподалеку располагалось стойбище монголов, от которых русские узнали о развалинах какой-то крепости, покинутой людьми и засыпанной песками. В записках Г.Н Потанина были лишь сведения о том, что древний город «находится в одном дне пути к востоку от Кунделен-гола». В 1893 году эти места посетил В.А. Обручев, который подробно расспрашивал о руинах древней крепости, но сам их так и не увидел.

Интерес к Хара-Хото постепенно исчезал, но П.К. Козлов продолжал верить в сообщение Г.Н. Потанина. В свою первую экспедицию он мало что нового мог узнать о таинственном городе, но русский ученый твердо решил побывать там и упорно шел к своей цели. Более того, он был уверен, что именно ему удастся обнаружить древний Хара-Хото.

В 1907 году при поддержке Географического общества снаряжается экспедиция в Монголию. Отправляясь в свою вторую экспедицию, П.К. Козлов писал: «Таинственный голос дали будит душу, властно зовет ее снова к себе». В середине февраля путешественники достигли хребта Гурбун-сойхан («Три прекрасных»), за которым лежало урочище Уголцзин-тологой, где находилась ставка местного князя Балдын-цзасака. Экспедиция простояла в урочище 10 дней, и П.К. Козлов ежедневно навещал князя, который оказался человеком радушным и общительным. Сначала Балдын-цзасак отговаривал его идти к реке Эдзин-гол, так как, мол, дорога туда трудная. Наконец, взяв с П.К. Козлова слово никому не говорить об этом, старый князь указал дорогу в Хара-Хото. И даже согласился дать проводников и вьючных животных.

Путь туда действительно был трудным и опасным. П.К. Козлов писал впоследствии: «По сторонам ни зверя, ни птички – все абсолютно тихо, только ветер свободно гуляет на просторе, поднимая порою пыльные вихри». Однажды путешественники попали в такую пыльную бурю, что сбились с пути и пять суток блуждали в пустыне. Наконец с одного из увалов они увидели древнюю дорогу, на которой уже попадались полузасыпанные песками развалины глинобитных построек, свидетельствовавшие о былой оседлой культуре.

В своем дневнике П.К. Козлов записывал: «По мере приближения к заветной цели наше волнение все увеличивалось… Мы пересекли древнее сухое русло с валявшимися по нему сухими, обточенными песком и ветром стволами деревьев». А дальше, на возвышенном берегу, показались стены самого города. «Мы поднялись на террасу, и нашим глазам представился Хара-Хото во всей внешней прелести».

Мечта русского путешественника исполнилась: он ступил на улицы Хара-Хото – «азиатской Помпеи», погребенной песками пустыни Гоби. Одни здания были совсем разрушены и сровнялись с землей, другие еще держались. Когда-то здесь жили люди, работали, молились, страдали, веселились; теперь здесь не было ни одного человека, и даже имя города было забыто, ведь «Хара-Хото» означает «Мертвый город», а это не название.

Город-крепость представлял собой прямоугольник площадью 380х450 метров, длинной стороной ориентированный (как многие китайские крепости) в направлении «запад—восток». Высота глинобитных стен достигала 6–8 метров при толщине у основания 4–6 метров. Вся внутренняя часть крепости была разбита на правильные кварталы; от ворот, устроенных в западной и восточной стенах и несколько смещенных относительно друг друга, к центру шли две большие улицы. На них стояли ряды небольших глинобитных домишек, прикрытых соломой, а сверху – сплошной твердой коркой глины. Следы бойниц были заметны только в очень немногих местах, зато повсюду стояли субурганы – памятные буддийские знаки (надгробные или отмечающие место каких-либо событий).

Полуразвалившийся субурган в крепости

Свой лагерь П.К. Козлов решил разбить прямо внутри крепости – возле развалин храма, разрушенного почти до основания. И начались раскопки, результаты которых прославили русских географов на весь мир. В мертвом городе были сделаны ценнейшие археологические находки: обнаружены рукописи и книги, картины и предметы религиозного культа, относящиеся к XI–XII векам. Среди книг находилась и знаменитая книга «Китаб и Синдбад» – рассказы семи мудрецов, а также книга гаданий с рецептами лекарств от лошадиных болезней…

В одном из субурганов были найдены небольшие фигурки и большая, чуть улыбающаяся красивая маска; в другом – несколько экземпляров стекловидных глаз и глаз из горного хрусталя и топаза, выпавших из глиняных статуй, уничтоженных временем. Был обнаружен и чудный образ на полотне – «Явление Амитабхи». Краски на нем сохранились такими яркими и свежими, как будто образ был написан только вчера, а ведь он пролежал под землей не один век. «Явление Амитабхи» сохранилось так хорошо потому, что рисунок прикрывался тонкой шелковой занавеской, вместе с ней был накручен на палку и зарыт в субургане, где было очень сухо и куда не проникал воздух. Попадались путешественникам и пачки ассигнаций, на которых, как потом выяснилось, было написано, что подделывателям будут отрубать головы. Все найденные сокровища нагрузили в 10 ящиков и отправили в Санкт-Петербург, чтобы ученые могли разобрать их. А экспедиция П.К. Козлова отправилась дальше – в гористый Тибет. Через некоторое время они получили вести, где их поздравляли с важными открытиями.

Экспедиция П.К. Козлова побывала в Хара-Хото еще раз, но сначала что-либо новое найти не удавалось. Люди уже начинали роптать, что измучились и пора бы возвращаться домой. Но вдруг… один субурган оказался полным сокровищ. Едва сняли его верхушку, как открылись книги, рядами стоящие на полках. Тут были и свитки, и рукописи, и даже печатные книги – целая библиотека. Было множество разноцветных буддийских образов на полотне и шелке, расписанных красной, голубой и золотой краской. Две недели участники экспедиции отрывали сокровища. Ниже книг и картин было найдено множество статуй – глиняных и деревянных, а также останки женщины-святой, которой принадлежали все эти сокровища.

Огромная библиотека содержала 2000 рукописей, написанных на «мертвом» тангутском языке, о котором почти ничего не было известно. Но найденный здесь же тангутско-китайский словарь дал возможность прочитать эти рукописи, и ученые познакомились с жизнью исчезнувшего, но в прошлом цветущего и могущественного царства тангутов Си-Ся. Так была открыта блестящая цивилизация, и тангутам, давно забывшим свой язык и письменность, была возвращена яркая страница их истории.

Царство Си-Ся располагалось в тех местах, где ныне простираются песчаные пустыни. Казалось бы, их государство должно было быть бедным и малочисленным, на самом же деле оно содержало армию в 150 000 всадников, имело университет, школы, судопроизводство и т. д. Хара-Хото когда-то был столицей государства Си-Ся, и столица эта была очень богатая, так как через нее пролегал путь из Китая. По этому пути проходили многочисленные караваны с товарами, и жители города за безопасный проезд взимали с них определенную дань.

Форпостом Китая оазис в низовьях Эрцин-гол стал еще во II–I веках до нашей эры: тогда вдоль реки шла оборонительная полоса, защищавшая Китай от набегов кочевников. С III века упоминается стоявший в оазисе город Сихай, но через 300 лет на его месте возводится крепость Тунчэн. Раскопки установили, что она занимала треть территории Хара-Хото и помещалась в его северо-восточной части. Потом эта местность перешла под власть тибетцев, от них – к тюркским князьям, во второй половине IX века управлялась уйгурами.

В это время на исторической сцене и появляются тангуты, создавшие в Х веке свое мощное государство. Си-Ся, что по-китайски означает «Западное Ся», простиралось на сотни километров с запада на восток и с севера на юг. На месте старой китайской крепости они и основали город Хара-Хото, причем в войнах с Китаем им удалось сохранить свою независимость, но вот ударов с севера они не выдержали. В 1226 году войска Чингисхана двинулись на Китай, государство Си-Ся находилось на их пути и… в 1227 году перестало существовать. Но монгольские завоевания не разрушили цивилизацию тангутов, они продолжали жить на своей территории и сохранили свою религию.

И хотя разрушение крепости приписывают монголам, которые захватили столицу тангутов и жестоко расправились с ее жителями, город продолжал жить и в XIV веке. А погиб Хара-Хото в 1372 году, когда был взят китайскими войсками династии Мин, воевавшей с последними потомками Чингисхана. Древняя легенда рассказывает об этом так.

В XIV веке в Хара-Хото жил последний правитель тангутов – храбрый Хара-Цзянь-Цзюнь. У него было непобедимое войско, при появлении которого трепетали все соседи. И задумал Хара-Цзянь-Цзюнь отнять престол у самого китайского императора. Дошли его хвастливые речи до китайцев, и решил император не ждать прихода тангутов, а сам послал против них войско.

Сражение с китайцами было неудачным для правителя тангутов, пришлось ему отступить и укрыться за крепкими стенами своей столицы, которая тогда называлась «Крепостной город». Провизии здесь было припасено много, через город протекала река, и ничего не могли сделать китайцы с крепостью, хотя и долго ее осаждали.

Тогда один китайский инженер предложил отвести реку в другую сторону, чтобы уморить защитников города жаждой. Китайцы вырыли новое русло, перекопали песчаную насыпь реки и накидали в нее мешки с землей. Не смогла река течь по прежнему руслу, и тангуты остались без воды. Кинулись они было рыть колодцы, но сколько ни копали – до воды не дошли.

Увидел Хара-Цзянь-Цзюнь, что приходится умирать, и наполнил все вырытые колодцы своими сокровищами. На 40 телегах привезли золото, серебро и другие драгоценности и закопали их в землю, чтобы не достались они китайцам. А затем правитель умертвил двух своих красавиц-жен, сына и дочь, чтобы не могли над ними надругаться враги. И велел пробить брешь в северной стене, вышел через нее со своим войском и кинулся в последний бой, в котором и погиб со всей своей армией.

Китайцы ворвались в город, разгромили его, но сокровищ не нашли. Вскоре опустевший Хара-Хото стали заносить пески пустыни, и богатая и славная столица царства Си-Ся превратилась в мертвый город.

Местные жители страшились приближаться к его развалинам, боялись духов и наваждений, особенно после случая, когда некоторые хотели найти сокровища, но вместо богатства отрыли на дне колодца двух больших змей, ярко блестевших красной и зеленой чешуей. В Хара-Хото давно нет следов завоевателей, поэтому высокие и толстые стены, ворота и массивные башни хорошо сохранились до наших дней, хотя и были сложены из земляных глыб.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Константин Рыжов.
100 великих библейских персонажей

Игорь Муромов.
100 великих авантюристов

Геогрий Чернявский.
Лев Троцкий. Революционер. 1879–1917

Константин Рыжов.
100 великих изобретений

Адольф фон Эрнстхаузен.
Война на Кавказе. Перелом. Мемуары командира артиллерийского дивизиона горных егерей. 1942–1943
e-mail: historylib@yandex.ru