Список книг по данной тематике

Реклама

Мурад Аджи.   Европа, тюрки, Великая Степь

Исчезнувшее наследие

О духовном наследии тюрков известно мало, почти ничего. И это странно. Куда все подевалось? Было и исчезло… О нем не прочитать в книгах, его не увидеть на стендах музеев. И вместе с тем оно есть! По крайней мере было.

Открыть прошлое заново позволяет История, на которую можно смотреть двояко: как на перечень дат и событий, как на описание битв и смен династий (что, безусловно, необходимо) или как на эволюцию идей, чувств народов, их настроений в ту или иную эпоху. Только так можно увидеть настоящую, живую, а не выдуманную жизнь предков.

Полноценность картины делают детали, черточки. Отсутствие на ее полотне одного-единственного штриха, одной-единственной краски открывает фальшь. И из песни тоже, как говорят, слова не выкинешь. Живая жизнь, она и есть вершина совершенства.

Как известно, криминалистам по едва заметным следам удается распутывать самые трудные преступления. А возможны ли методики криминалистики в истории? Может быть, их время пришло?..

Начать бы с поиска «пропавших» тюркских культурных ценностей. Они не могли исчезнуть бесследно. Даже звучания слов становятся следами, которые ведут к цели. Вот тому примеры.

Аббат — это слово выводят от арамейского «або» или «авва», так якобы обращались к учителю синагоги. С V века «аббатом» называли настоятеля монастыря (Бенедиктинского, Клюнийского и Цистерцианского орденов).

Слово «аббат» вошло в церковный обиход со времен Аттилы. На языке древних тюрков «абата» (abata < aba + аффикс — ta) означало «около отца». Это выражение и отразило идею аббатства: ученики Бенедикта Нурсийского селились рядом со «святым отцом». Существовал целый ритуал.

Европейские аббатства повторяли устав древних тюркских и ламаистских монастырей, которые придерживались тенгрианских традиций. Устав делил монастыри на два типа: для изучения философии и для наставления верующих.

В Казахстане, например, сохранились святые места, в названии которых встречается слово «абат». А в Актюбинской области в Абат-Байтаке уцелели здания древних храмов, следы монашеских келий, сюда приходят паломники.

Акафист — хвалебные церковные песнопения. Древнейшим в христианстве считается акафист, написанный в VII веке по случаю избавления Богородицей Константинополя от нашествия врагов.

По официальной версии слово произошло от греческого akathistos и означает «не сидящий», поскольку, мол, акафист исполняется стоя. Сомнительное толкование. Хотя бы потому, что чтение и пение молитв стоя у греков называлось «стадеис» (стояние).

Точнее иное. Слово «акафист» — адаптация древнетюркского выражения aq apizik, состоящего из aq(благоприятный) и apizik (abisik) (посвящение, особая молитва). Что передает суть акафиста!

В выражении aq apizik заслуживает внимания второе слово — apizik. При помазании на царский трон или рукоположении в духовный сан тенгриане совершали обряд посвящения «апизик» (apizik, abisik), у тюрков даже бытовало выражение: «…el orniliv abisikig teg» («…как помазание на царский трон»). Впервые об этом написано письмом брахми (возникло в VIII–VII веках до новой эры), что указывает на древность тюркского выражения и обряда.

Как видим, неуместное для молитвы слово «не сидящий» — это попытка объяснить незнакомое тюркское выражение, принятое в тенгрианстве (aq apizik ~ акапизик ~ акапис ~ акафис ~ акафист ~ akathistos).

Это хвалебное пение в честь Бога Небесного в VII веке было заимствовано Церковью у тюрков, согласно ее же документам, по инициативе папы Григория Великого.

Алтарь — место для жертвоприношения. Считается, что слово латинское — altaria, altarium: от altus(высокий) и ara (возвышение) — «возвышенное место». В христианской синагоге роль алтаря выполнял стол, за которым справлялась «вечеря любви» (агапа).

Начиная с IV века, то есть с появлением у христиан храмов, название «алтарь» присвоено части храма, обращенной к востоку и огражденной иконостасом. Самые древние алтарные храмы известны на Кавказе — в Армении, Кавказской Албании и Иверии.

Новые христианские алтари устраивали по тюркскому образцу и тюркскими мастерами. Не случайно Лаодикийский собор (~ 363) постановил: «Не должно в местах Господних или в церквах устраивать так называемые агапы».

Слово «алтарь» есть адаптация древнетюркского выражения ala tor, состоящего из слов: ala (Берущий — одно из обращений к Богу Небесному) и tor (почетное место, место против входа). То есть «почетное место Берущего» (ala tor ~ алатор ~ алатар ~ алтар ~ алтарь ~ altaria).

Такая трактовка точно передает назначение алтаря и согласуется с религиозными обычаями тенгриан. Христиане заимствовали предмет и его название.

Аминь — «да будет верно», заключительное слово молитвы. Оно якобы из Ветхого завета. Однако сами богословы отмечают, что «аминь» в Новом завете часто звучит в ином значении, чем в еврейских книгах.

Это противоречие легко устраняется: христиане взяли у тенгриан не только сам обряд богослужения, но и многие термины, его сопровождающие.

По-тюркски amin означает «нахожусь в безопасности», «защищен».

Традиция произносить amin (амин) в конце молитвы отмечена у тюрков еще в глубокой древности. Ее истоки — в культе, который сложился задолго до новой эры: к душам предков (amin) обращались они за помощью и защитой.

У чувашей, например, принята молитвенная формула: «Амин, Турa, зырлах!» — «Амин, Тура, помилуй!» («Тура» — обращение к Тенгри у чувашей.) Таким образом, завершение молитвы словом «амин» получает свое естественное объяснение.

Артос — квасной хлеб, освящаемый на Пасху; другое название — просфора. Якобы произошло из греческого artos — «хлеб».

Но обратим внимание на очень важную деталь: Восточная церковь использует для этого таинства только квасной хлеб, а Западная — пресный (опресноки). Почему?

Столь принципиальные отличия в отправлении одного из важнейших христианских обрядов предполагают объяснение, а его нет… Откуда эта традиция? И она из тенгрианства.

Именно квасной хлеб на праздник весны приносили тенгриане в храмы как дар Тенгри, это был древний культовый обряд у тюрков, известный задолго до новой эры. Он и стал обязательным при праздновании Пасхи в Восточной церкви — отсюда кулич.

Вместе с этим, абсолютно новым обрядом пришло в Церковь и незнакомое древнетюркское слово artut(приношение, дар, подарок), превратившееся в понятное для греков «хлеб» (artut ~ артут ~ артус ~ артос ~ artos).

Бог — верховная сущность, наделенная высшим разумом, абсолютным совершенством, всемогуществом, сотворившая мир и управляющая им.

Слово «Бог» обычно связывают с монгольским «Бурхан». Однако слово «Бог», как известно, было в русском языке задолго до прихода монголов.

Реже имя Всевышнего выводят из санскрита: в ведийской мифологии «Бхага» (bhaga) — божество, имя которого переводится как «доля», «счастье», «имущество». Но эта версия без аргументации, в ней найдено только созвучие. И все.

Убедительнее слово «Бог» искать в древнетюркском bodi, которое подтверждается и буддийской традицией. Известно, что в I веке в буддизме после IV Собора, на котором приняты тенгрианские обряды богослужения, распространилось новое учение «махаяна» (широкая колесница) как противоположное более древнему — «хинаяна» (узкая колесница). Оно возникло при царе Канишке — так в Индии звучало имя хана Ерке, тюрка, владыки Кушанской империи.

«Бодхи» (Просветление, Пробуждение) стало важнейшим понятием буддизма, обозначая высшее сознание, духовное просветление, достижение мудрости. У тюрков это слово звучало как «боди» (bodi). Вот цитата из сутры «Золотой блеск»: «Bodi tegma tujunmaqi? jana sozagali boltuqmaz» («Прозрение, называемое bodhi, нельзя выразить словами»).

Если в Азии «боди» за века трансформировалось в «богдохан» (достигший Просветления государь), «богдо-гэгэн» (Свет августейший), то в Европе, незнакомой с культурой Востока, оно означало не «Свет Небесный», а только имя Высшего Существа — Бога.

Обращение «Бог», «Бох», «Боже», «Божич» встречается только у народов, чья история связана с тюркской. Показательно, что у тюрков слово boq (bo) означало «обрести мир, покой».

Не исключено, что выражение «в Бозе почить», ныне понимаемое как «умереть в Боге» есть искажение тюркского bodi bosa-. В его основе два слова: bodi (Просветление) и bosa- (покидать), или «покидать в Просветлении».

Бурса — общежитие для бедных студентов. Слово выводят из латинского bursa — «сумка», «кошелек», объясняя тем, что в средние века так называли кассу какого-либо союза. Крайне сомнительное объяснение. Идея подобных учреждений и их название — явно заимствование у тюрков в V веке и тому есть ряд доказательств.

В переводе с древнетюркского bursan (бурсан ~ бурса) — «монашеская община», что абсолютно точно передает истинный смысл слова «бурса».

Господи — в русском языке одно из обращений к Богу. Его почему-то выводят от ho (старинный звательный падеж). Но куда убедительнее иное объяснение.

Согласно постулатам восточной философии, человек на пути к совершенству проходит через пять ступеней познания. Он как бы проживает пять жизней в одной. На каждой ступени у него свое представление об Истине, дарованной Вечным Синим Небом. Отсюда пять видений и пять обращений к Всевышнему: Тенгри, Алла, Бога, Ходай и Господи.

В основе слова «Господи» лежит koz bodi (~ гозбоди ~ госбоди ~ господи), составленное из двух древнетюркских слов — koz (глаз) и bodi (Прозрение).

Именно «Прозрения глаз» просит у Всевышнего верующий. К этому призывает и тенгрианство, и буддизм, в этом они видели развитие души и самого человека. У христиан, как известно, цели религии совершенно иные, они ищут для себя спасения в смирении.

Дух — в русском языке понимается как «внутренняя моральная сила». Здесь явное заимствование древнетюркского слова tu — «знамя».

Известно, что знамя окружалось ореолом святости у всех азиатских народов. В знамени обитает дух-покровитель, дарующий людям военный успех и самое их существование. Знамя у тюрков имело значение священного талисмана.

В Европе знамя привычной ныне формы появилось только с приходом тюрков.

В результате русской фонетической адаптации слово tu превратилось в «дух» (tu ~ туг ~ дуг ~ дух), но сохранило смысл, который вкладывали в него тюрки.

Уронить знамя или сломать его — считалось дурным знаком. Отсюда фразеологизмы типа «поднять боевой дух», «боевой дух упал», «сломлен духом». Все они есть буквальный перевод тюркских выражений, их калька.

Ереси — в христианстве отклонения от церковной доктрины. В переносном значении — заблуждение.

Происхождение этого слова связывают с греческим hairesis — «избранный образ мыслей», «особое вероучение». Однако и здесь явная интерпретация древнетюркского выражения jer- esiz. Оно состоит из двух слов: jer- (отвергать) и esiz (зло).

После незначительных фонетических изменений незнакомое тюркское выражение превратилось в понятное для греков «выбор», «особое вероучение» (jer- esiz ~ ересиз ~ ересис ~ hairesis). Возможен и другой вариант этимологии этого слова, также тюркский — jer-asi. Сочетание jer- + аффикс — asi (<-a+si)дословно «то, что следует отвергнуть» (jer-asi ~ ерэсы ~ ереси ~ hairesis).

Икона — от греческого «изображение», изображение Иисуса Христа, Богоматери и святых.

Но иконопись не могла начаться со времен Христа, хотя бы потому, что христианство было ветвью иудаизма, которому икона не свойственна и ныне.

Лишь с VI века в Византии появились первые иконы. В конце VIII века (II Никейский собор, 783–787 годы) иконы стали обязательной принадлежностью христианского культа в Европе. Одним из защитников иконопочитания был святой Иоанн Дамаскин, похоже, тюрк по крови. Он жил в VIII веке и в миру носил имя Мансур. В 787 году Вселенский собор провозгласил его «глашатаем истины».

Первые иконы отмечены в церковном обиходе уже в IV веке в Армении, Кавказской Албании и Иверии.

Показательно, что икона обязательна для северной ветви буддизма, основанной, как известно, на тенгрианских традициях. Будда изображается с поднятой в жесте умиротворения рукой: большой и безымянный пальцы сомкнуты.

У тенгриан этот жест назывался двоеперстием. Точно таким же он перешел и сохранился в Армянской и других Церквах, первыми перенявших духовные традиции тюрков.

У тюрков культ священных образов восходит к наскальной живописи. По сохранившимся поверьям, они помогали человеку настроиться на общение с Богом, достичь Просветления.

Древняя «наскальная» традиция соединения молитвы и образа выражалась в двух древнетюркских словах: aj- (говори) и koni (истинно, правдиво). (Слово koni часто использовалось в религиозной терминологии древних тюрков: например, koni kertu nom (истинное учение).

Заимствуя у тенгриан обряд иконопочитания, христиане, что видно из их объяснения (!), приняли лишь внешнюю сторону, они не поняли сокровенной сущности иконы (отсюда иконоборческие смуты!). В итоге тюркское наставление «говори истинно», или «открой душу» превратилось в убогое греческое — «изображение».

Едва ли не на всех европейских языках слово «айкон» (aj- koni ~ айкони ~ айкон ~ eikon) звучит одинаково.

Ирмос — в христианстве богослужебная песня утреннего канона, служащая связью между песнями из Святого Писания и тропарями. Отсюда, якобы, и название: от греческого heirmos — «сплетение». Здесь, как с иконой, пример внешнего заимствования.

В византийской гимнографии ирмосы появились не ранее VII века. Слово «ирмос» тюркского корня: jir(песня) + аффикс — maz дословно — «наши песни» (йырмаз).

Очевидно, в результате фонетической адаптации тюркское «йырмаз» превратилось в греческое «ирмос» (jir-maz ~ ирмаз ~ ирмоз ~ ирмос).

Как известно, пение — обязательный элемент духовной культуры тюрков, особенность тенгрианской традиции. Ее отметил римский папа Григорий Великий, который и заимствовал у тюрков-тенгриан этот обряд: отсюда грегорианское пение в католической Церкви.

Происхождение слова «ирмос» от тюркского «песня» подтверждается и тем, что богослужебная книга «Ирмология» содержит молитвы, предназначенные только для пения. Одним из первых авторов ирмосов был святой Иоанн Дамаскин (в миру Мансур).

Кадило — сосуд для курения фимиамом в христианской службе. В древности он имел вид чашки, укрепленной на деревянной рукоятке и назывался кация. (Так до сих пор устроена кадильница у русских старообрядцев.) Ныне кадило подвешивают на цепочке, в него кладут горящие угли, а на них насыпают ладан. По древним поверьям Востока ладан отгоняет злых духов.

Оба названия («кадило» и «кация») бесспорно тюркского происхождения. В переводе с древнетюркского qadit- означает «отвращать», отсюда «кадило», дымом которого тенгриане отвращали злых духов (qadit- ~ кадыт ~ кадит — > «кадило»).

Название «кация» восходит к сложному слову qa cajti (qa cajti ~ качайти ~ кацайти ~ кацай ~ кация), которое состоит из двух древнетюркских слов: qa (сосуд) и cajti (святыня).

Перевод этого слова — «сосуд со святыней» — точно отражает не только назначение кации, но и благоговейное отношение к помещаемому в нее ладану.

Камилавка — у христиан головной убор лиц священного сана. В IX веке так называли императорские венцы и папскую тиару. С XV века камилавку носит духовенство.

Происхождение слова связывают с греческим kamelos (верблюд). Название якобы восходит к шапке из верблюжьего (kamelos) волоса. Версия малоубедительна. Какая связь с царским венцом и папской тиарой?

Налицо очередное заимствование из тенгрианства. Название головного убора восходит к qam jelvi, состоящему опять же из двух древнетюркских слов: qam (священнослужитель) и jelvi(священнодействие).

Сцены священнодействия сохранились в наскальной живописи Алтая. Известно, что у тюрков священнослужитель во время священнодействия обязательно надевал подобный головной убор. У христиан такого головного убора не было.

Введя его в свои обряды, христиане стали искать объяснение незнакомому названию. Кроме неуклюжего греческого «верблюда», ничего предложено не было.

Клобук — головной убор монахов, состоящий из камилавки и крепа. Нынешняя форма взята Русской церковью у греков в XVII веке. Прежде этот покров делался не из легкой материи, а из плотной. У монахов времен Пахомия (IV век) он повторял башлык.

Клобук имеет бесспорно тюркское происхождение. Сами христиане выводят его из тюркского слова «колпак» — шапка. Однако это не точно. В основе названия лежит выражение qul ba, состоящее из двух древнетюркских слов: qul («раб Божий») и ba («покрывало»). Иначе говоря, «покрывало раба Божьего».

Название говорит и о форме клобука, и передает символическую его суть.

Колокол — его появление в христианстве связывают с именем епископа Павлина (353–431), которому якобы подсказал идею вид полевого цветка. Но это — более чем наивно. Латинское название колокола — «кампана» (campana) по невежеству объясняют названием провинции, где их начали отливать.

Документы свидетельствуют совершенно иное. В Италии колокола появились только при папе Сабиниане, около 604 года, а во Франции — в 550 году. Греки не знали колоколов до IX века. Там прихожан созывали ударами молотка в било (деревянную доску) или клепало (железную полосу).

Родина колоколов — Тибет, а изобретатель их — Аблома, сын Аботени и его четвертой жены Джамир Гимбаре. Так утверждают легенды Востока, сложившиеся еще до новой эры.

От тюрков традицию использовать колокола для сбора верующих первыми заимствовали армяне. В Эчмиадзине — духовном центре Армянской апостольской церкви — хранится древнейший колокол с Тибета, видимо, подаренный тюрками.

Не случайно, русское колокол, немецкое Glock и французское cloche — явно одного корня. Однако объяснение, будто в их основе лежит латинское clocca, не удовлетворительно. Здесь явная латинская адаптация иноязычного слова, которое вытеснило прежнее campana.

Название выведено из выражения qalik qol-, составленного из двух древнетюркских слов: qalik (небо, небеса) и qol- (просить, молить). Перевод «моли небеса» прямо указывает на назначение колокола (qalik qol- ~ калыккол ~ калыкол ~ колокол).

Воистину, верны слова: «Колокол таинственно связан со святыми силами и людскими душами; он будит землю и небо». Впрочем, не исключено и другое толкование этого слова, тоже тюркское: qol (в значении «рука») и oqi- (звать, призывать), то есть «призывать рукою».

Иначе выглядит и история слова «кампана» — к итальянской провинции оно не имеет отношения. Название составлено из двух древнетюркских слов: cam (священнослужитель) и pan (доска), что значит «доска священнослужителя». Это абсолютно точно передает назначение била (campana ~ кампана ~ кампан ~ cam pan).

Более того, объясняет, почему с появлением настоящих колоколов на смену слову campana пришлоclocca.

И это не все. В церковном уставе помимо «кампаны» используется термин «тяжкая», якобы перевод греческого слова «барайа» («тяжкие»). Считается, что так назвали большие колокола за их сильный звук.

Здесь явное сочетание двух древнетюркских слов: bar- (исчезни) и aja (грех) (bar- aja ~ барайаг ~ барайа). Перевод «исчезни грех» передает символическую суть благовеста, когда колокола («во вся тяжкая») звучат в дни торжественных событий в церкви. Например, на Пасху.

В северной ветви буддизма есть специальный обряд уничтожения грехов. Эта церемония проводится перед входом в монастырь.

К слову, колокольчик — атрибут буддийского алтаря, он символизирует высшую мудрость.

Кондак — жанр византийской церковной поэзии. Отсюда якобы и название, восходящее к греческомуkontakion — «краткий».

Творцом кондаков в христианской Церкви был Роман Сладкопевец, он родом из Сирии, жил в V–VI веках. Однако самые ранние образцы («Пир дев») приписывают Мефодию, епископу из Ликии, умершему в 311 году.

Кондак как жанр церковного творчества расцветает в западном мире благодаря тюркам. О чем в VI веке сообщали сирийские источники. Это позволяет полагать, что термин «кондак», как и «ирмос», тюркского происхождения. Он от древнетюркского слова kondgar- (направлять на истинный путь). Сочетание kondgar- + аффикс — k дословно — «направление на истинный путь». Вот почему кондаки излагают содержание праздника или жизни святого!

Такая трактовка куда уместнее, нежели греческое «краткий» (kondgark ~ кондгарк ~ кондарк ~ кондак ~ kontakion).

На Руси певческие рукописи XI–XIV веков включали в себя собрание кондаков и назывались «кондакарь». Эта фонетическая адаптация еще ближе к тюркскому первоисточнику, нежели греческая (kondgark ~ кондгарк ~ кондагарк ~ кондакарь).

Кондакарное письмо, к сожалению, так и не расшифровано. А причина неудачи в игнорировании тюркских традиций. Европа не желает замечать, что кондакарное письмо имеет тюркские истоки.

Кукуль — головной покров монахов-великосхимников. В отличие от клобука покрывает голову и спускается на оба плеча, грудь и спину и везде покрыт изображениями святого равностороннего креста. Кукуль — знак беззлобия, напоминающий монаху о незлобии и младенческой простоте.

Кукуль, как и клобук, имеет бесспорно тюркское происхождение, название состоит из двух слов: ku-(охранять) и qul (раб Божий). Перевод «охраняй раба Божьего» говорит о прямом назначении кукуля и передает его символическую суть.

Лабарум — название знамени с крестом, которое утвердил император Константин. Происхождение слова «лабарум» (labarum) считается неизвестным.

Культ креста пришел в Европу вместе с тюрками-кипчаками. Равносторонний крест — символ Тенгри.

Византия, заимствуя у тенгриан обряды почитания Бога Небесного и приспосабливая к ним христианство, переняла и культ креста. Вот почему в IV веке равносторонний крест украсил знамена Константина.

«Лабарум» есть явная адаптация тюркского выражения ala barim (ala barim ~ алабарым ~ алабарум ~ лабарум ~ labarum). В его основе: ala (в значении «недобрые помыслы», «козни») и barim (погибель), образованного сочетанием глагола bar- (исчезать, умирать) + аффикс — im.

Перевод этого выражения — «погибель недобрых помыслов» — очень точно отражает ситуацию, после которой малоизвестный грек Константин стал Великим государем. Имея за плечами тюркское войско, сделать это было не трудно.

Монастырь — общины монахов или монахинь.

Первые западные монастыри возникли через тысячу лет после буддийских, в III–IV веках. Это были поселения отшельников в Египте, которые имели облик крепостей. Но только в середине V века по правилам IV Вселенского собора (451) монахи были причислены к христианам и подчинены ведению епархиальных архиереев.

Уже одно это показывает, что идея монашества не могла возникнуть в христианской среде.

Но официальная версия слово «монастырь» выводит из греческого «монос» (один), отсюда — monasterion(келья отшельника). Однако это совершенно не согласуется с историей монастырей.

Налицо очередная неудачная греческая «адаптация»! У древних тюрков была молитва manastar irz-a(«прости мне мои прегрешения»). Эта формула пришла из санскрита. Особого внимания заслуживает в ней первое слово manastar. Оно состоит из manasa (душа) и tar (спасать), что переводится как «спаси душу».

Видимо, эту короткую молитву тюрки читали при входе в монастыри или около святых мест. Она абсолютно точно передает чувства тех, кто искал в монастырях спасения от мирской скверны.

Нимб — изображение сияния вокруг головы (символ святости). Происхождение его не установлено.

В Европе слово «нимб» обычно выводят из латыни, от nimbus (туча, облако). Между тем нимб — один из древнейших символов восточной культуры, означающий истечение жизненной силы, мудрости, сияние святости. Нимбы были разной формы и разного цвета.

Этот термин — явная адаптация древнетюркского выражения jan im ba (jan im ba ~ янимба ~ нимба ~ нимб ~ nimbus), состоящего из трех слов: jan (сияние), im (знак) и ba (обвязывать).

Перевод понятен — «окружи знаком света», «высвети». Он — наставление иконописцам.

Орарь — длинная лента, которую носит на плечах христианский священник.

Историки Церкви не установили, когда орарь стал облачением священнослужителей. Расходятся их взгляды и на происхождение самого слова «орарь».

По дурной традиции слово «орарь» считается греческим. Одни настаивают на греческом «видеть», «наблюдать». Другие производят его от «хранение», «попечение», подразумевая, что лица, имеющие орарь, пекутся о душах верующих. Есть и латинский вариант — orarium, от orare (молиться).

Такая разноголосица объяснима. Слово это тюркское, в его основе лежит or- ari-, состоящее из or-(вязать, плести) и ari- (очищаться) (or- ari- ~ орары ~ орари ~ орарь).

Особого внимания в выражении or- ari — заслуживает слово ari-. В древнетюркских религиозных текстах слово ari- означает «очищаться от грехов». Вот цитата: «jazuqun aria mujan bula sen» (очистятся твои грехи, и ты добьешься справедливости).

Таким образом, перевод слова «орарь» с древнетюркского — «завяжи и очистись» — совершенно точно передает символическую суть носимого облачения.

Надевая орарь, священнослужитель опускает его концы вниз, а прочитав молитву, он перевязывается орарем, показывая тем самым свою духовную чистоту. Это — тенгрианская традиция.

Язычник — сторонник многобожия, идолопоклонник.

Слово «язычник» имеет явную древнетюркскую основу jaz- (грешить). Сочетание jaz- + аффикс — igciпереводится как «грешник» (jaz- + — igci ~ языгчи ~ язычиг ~ язычник).

Не исключен и другой вариант этимологии этого слова: тюркская основа jazinc (грех) + русский суффикс — ник (jazinc + — ник ~ язынчник ~ язычник). Однако это менее вероятно.

Таким образом, можно полагать, что русское слово «язычник» есть заимствование тюркского слова «грешник»…

Как видим, криминалистам открываются неплохие перспективы в исторических исследованиях. Их методики здесь кстати. А мы взяли лишь одну область «преступлений» — религиозную… Так, куда исчезли тюркские духовные ценности? Этот вопрос уже не зависает в воздухе, как прежде.

Но религиозная история не закончилась «потерянными» словами, она имела продолжение.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Мурад Аджи.
Европа, тюрки, Великая Степь
e-mail: historylib@yandex.ru
X