Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Леонид Васильев.   Древний Китай. Том 2. Период Чуньцю (VIII-V вв. до н.э.)

Реформы в царствах как показатель перемен

Ключевыми моментами в процессе перемен в более или менее развитых обществах обычно являются реформы. Потребность в них возникает тогда, когда в жизни общества что-то меняется или необходимо изменить. Иногда эта потребность связана с критическими ситуациями, иногда является результатом накопления определенных ожиданий либо небольших изменений. Подчас реформа предпринимается с целью обретения военных или политических выгод. В любом случае реформы являются чем-то вынужденным, навязанным стечением обстоятельств и потому практически неизбежным. Проведение их по большей части не зависит от доброй воли лидеров, хотя эта добрая воля и тем более государственный ум, знание ситуации и понимание того, в чем нуждается общество, всегда являются залогом успеха реформ. В источниках периода Чуньцю обо всем этом сохранилось немало сведений.

Наиболее ранний и детально разработанный проект реформ приписывается Гуань Чжуну, который пришел к власти в царстве Ци в качестве главного министра гегемона-ба Хуань-гуна в 685 г. до н.э. О нем достаточно подробно рассказано в первой главе. При характеристике предложенных Гуань Чжуном реформ — как они изложены в «Го юе» — отмечалось, что многое в них представляется для начала VII в. до н.э. анахронизмом и выглядит приглаженной схемой, типичной для более позднего времени, для конца Чжоу. В частности, вызывает серьезные сомнения возможность административно расчленить все население царства на строго фиксированные низовые ячейки-группы по пять семей в одной из схем и по 30 — в другой.

Конечно, в принципе можно представить военизированную структуру из отделений по пять воинов, взводов по 50 человек и рот по 200 (10 рот в каждом из 15 сянов, на которые предлагалось делить воинов столичной зоны; остальные 6 сянов приходились на ремесленников и торговцев, а иного населения быть не должно). Можно даже предположить, что первая из схем Гуань Чжуна была попыткой восстановить то, что реально существовало в западночжоуское время во второй столице Лои, где некогда базировались восемь армий чжоуского вана, давно уже канувшие в Лету. Но вот вторая схема с ее деревенским населением, структурированным в общины по 30 семей, волости-цзу, сяны и уезды-сяни — явный анахронизм. Нечто в этом роде могло появиться лишь во второй половине периода Чжаньго в рамках упорядочивавшегося к тому времени административного деления централизованных государств (наподобие того, что осуществил в царстве Цинь в середине IV в. до н.э. Шан Ян), но никак не в феодальной структуре начала периода Чуньцю с ее уделами и кормлениями.

Сыма Цянь, говоря о реформах Гуань Чжуна и явно имея в виду данные «Го юя», упоминает лишь о совершенствовании армии, низовой ячейкой которой было отделение-пятерка, а также об укреплении экономики, включая ловлю рыбы, добычу соли и упорядочение цен (этим, видимо, должны были заниматься ремесленники и торговцы из 6 сянов столичной зоны). О реформе административной структуры сельского населения он не упоминает [103, гл. 32 и 62; 71, т. V, с. 46; т. VII, с. 35]. Это умолчание красноречиво. Можно добавить к нему, что упоминаемые в «Го юе» предложения Гуань Чжуна о создании системы строгой отчетности начальников различных административных уровней, не говоря уже о тщательно разработанной системе наград и наказаний и о практике выдвижения заслуженных, вообще сомнительны и скорее всего приписаны Гуань Чжуну задним числом.

В «Цзо-чжуань» о реформах Гуань Чжуна данных нет. Можно найти упоминания о том, как Гуань И-у бежал в свое время из Ци со своим патроном Цзю, как после смерти Цзю Гуань Чжун при содействии Бао Шу-я был возвращен в Ци, где был представлен Хуань-гуну как лучший кандидат в главные министры [114, 8-й и 9-й годы Чжуан-гуна; 212, т. V, с. 81 и 82, 83 и 84], или как уже в новом своем качестве он отражал нападения варварских племен и организовал поход против Чу [114, 1-й год Минь-гуна и 4-й год Си-гуна; 212, т. V, с. 123 и 124, 139 и 140]. Есть интересная запись о том, что Гуань Чжун посоветовал Хуань-гуну не вмешиваться во внутренние дела Чжэн на стороне старшего сына правителя Хуа, который просил поддержать его в борьбе с тремя могущественными кланами. Гуань Чжун считал, что такое вмешательство было бы делом недобродетельным и невыгодным для Ци [114, 7-й год Си-гуна; 212, т. V, с. 148 и 149]. Есть рассказ о визите Гуань Чжуна в домен вана и еще несколько упоминаний о нем [189, с. 285]. Но ни слова о реформах.

Вообще-то это странно. «Цзо-чжуань» — основной и наиболее основательный из наших источников, так что отсутствие в нем упоминаний о преобразованиях Гуань Чжуна не может не настораживать. Конечно, это само по себе еще не означает, что никаких реформ не было вовсе, но дает весомые основания отнестись к сообщениям о них с большой долей сомнения. Если мы возьмем в руки биографию Гуань Чжуна, написанную Сыма Цянем [103, гл. 62; 71, т. VII, с. 34-35], то сомнения могут лишь возрасти: стилизованные в конфуцианском духе рассуждения Гуань Чжуна о его молодых годах представляются для VII в. до н.э. предельно странными, а утверждения, будто административный гений Гуань Чжуна позволил держать в порядке финансы, меры и весы, обеспечить обилие пищи и одежды, не слишком убедительны. Это отмечает в своем комментарии и Р.В.Вяткин, упоминающий об анахронизме в тексте [71, т. VII, с. 306, примеч. 12].

Словом, данные о реформах Гуань Чжуна мы получаем лишь из сообщений «Го юя», которые, правда, частично подтверждаются материалами трактата «Гуань-цзы», сочинения сводно-систематического по своему характеру, датируемого примерно IV—II вв. до н.э., но никак не временем жизни Гуань Чжуна (см. [87]). Насколько данные «Го юя», не подкрепленные материалами «Цзо-чжуань», заслуживают доверия, остается не вполне ясным. Тем не менее проект реформ Гуань Чжуна в целом впечатляет. Даже если он был реализован лишь в той его части, которая касалась некоторых проблем экономики и усиления военно-административного управления, результат должен был проявиться.

Сам факт усиления роли и влияния царства Ци в Чжунго вроде бы подтверждает то, что в целом проект реформ Гуань Чжуна мог существовать и сыграть важную роль. «Цзо-чжуань», в частности, обращает немалое внимание на добродетели Гуань Чжуна как администратора. Это видно и в его стремлении не вмешиваться в конфликт в царстве Чжэн, и в его нежелании поддерживать амбиции Хуань-гуна, мечтавшего о мандате Неба, и даже в том, что он, по словам Сыма Цяня [103, гл. 62; 71, т. VII, с. 35], заботился о народе.

Забота добродетельного правителя о благе народном (как главная его обязанность) пронизывает практически все рассказы о реформах. В 660 г. до н.э. царство Вэй подверглось жестокому разгрому со стороны северных варваров, причем вину за это бедствие «Цзо-чжуань» [114, 2-й год Минь-гуна; 212, т. V, с. 127 и 129] возложило на беззаботного правителя, интересовавшегося только своими любимыми журавлями (из текста неясно, насколько в действительности был виновен любитель птиц, но он с честью погиб в битве с врагом). Зато его преемник, на долю которого выпало возродить Вэй из руин с помощью циского Хуань-гуна, провел необходимые в сложившихся экстремальных обстоятельствах реформы: по словам Сыма Цяня, он «облегчил подати... вместе с бай-син переживал трудности и этим привлек к себе народ...» [103, гл. 37; 71, т. V, с. 115-116]. Здесь для нас важно то, что в годы бедствий налоги сокращаются — к этому в данном случае и сводилась вся реформа.

В 636 г. до н.э. цзиньский Вэнь-гун, заняв отцовский престол и став гегемоном-ба, щедро расплатился со всеми, кто помогал ему, и даже простил кое-кого из тех, кто был против него. Кроме того, как сказано в «Цзо-чжуань», он, готовясь к войне с Чу, позаботился о том, чтобы народ благоденствовал [114, 27-й год Си-гуна; 12, т. V, с. 200 и 201]. Прислушиваясь к советам Цзы Фаня, он стремился быть справедливым, вознаграждать всех по заслугам. В «Го юе» его деяния раскрываются более подробно: Вэнь-гун сократил налоги, простил недоимки, щедро разрешил всем пользоваться дарами природы (гор и вод), оказал помощь нуждающимся, позаботился о дорогах, стал поощрять земледельческие занятия, сократил расходы и создал запасы, позаботился о заслуженных и не забыл о воспитании в народе добродетели [85, с. 133; 29, с. 178-179].

Когда в 621 г. до н.э. к власти в Цзинь пришел в качестве главного министра Чжао Дунь, он создал строгую административную систему, определил наказания за различные преступления, обновил устаревшие регламенты, выдвинул новых людей и т.п. [114, 6-й год Вэнь-гуна; 212, т. V, с. 242 и 243-244]. В «Го юе» об этом материалов нет, как и у Сыма Цяня [103, гл. 39; 71, т. V, с. 167-170]. Но из рассказа Сыма Цяня явствует, что Чжао Дунь был хорошим администратором и умел привязывать к себе людей.

В 594 г. до н.э. в царстве Лy был введен земельный налог шуй с каждого му [133, 15-й год Си-гуна; 212, т. V, с. 325, 327 и 329]. Смысл нововведения не ясен. «Цзо-чжуань» упоминает лишь о том, что оно против правил, что налог не должен превышать десятину-чэ, дабы благосостояние людей не пострадало. Если принять во внимание, что знак му впервые употреблен древними текстами именно в этом случае и что вокруг форм землепользования в древнем Китае, особенно в связи с теорией Мэн-цзы о цзин-тянь (подробнее см. [16]), идет немало споров, то проблема окажется практически неразрешимой1.

После жестокого поражения, понесенного от оскорбленного им цзиньского Ци Кэ, циский Цин-гун провел в Ци ряд важных реформ, включая уменьшение налогов, раздачу зерна людям, помощь сиротам и т.п. Правда, данных об этом в аутентичных текстах нет, есть они лишь у Сыма Цяня [103, гл. 32; 71, т. V, с. 54]. Но вполне логично, что после тяжелого поражения Цин-гун должен был как-то реабилитироваться в глазах своего народа.

В 572 г. до н.э. к власти в Цзинь после очередного кризиса пришел Дао-гун. В число проведенных им реформ входили смягчение налогов, прощение долгов, забота о сирых и слабых, восстановление справедливости по отношению к обиженным и обойденным служащим. Он назначил достойных на новые посты и обратил внимание на добродетельное поведение, так что в итоге, как сообщается в «Цзо-чжуань» [114, 18-й год Чэн-гуна; 212, т. V, c. 407 и 409-410], все были довольны. В «Го юе» подробно сказано об основных назначениях, причем даны характеристики вновь назначенных и упомянуты их заслуги и заслуги их предков [85, с. 156-157; 29, с. 205-206], а Сыма Цянь добавил к этому, что Дао-гун советовался с приближенными и просил их выдвигать достойных [103, гл. 39; 71, т. V, с. 177].

В 548 г. до н.э. чуский главный министр Цзы My поручил военному министру (сы-ма) Вэй Яню провести реформы, связанные с урегулированием военных налогов и обеспечением армии. Из текста «Цзо-чжуань», где подробно рассказано об этом, явствует, что Вэй Янь подошел к данному ему поручению очень серьезно [114, 25-й год Сян-гуна; 212, т. V, с. 512 и 517]. Он составил подробную опись земель, включая леса и болота, возвышенности и низменности пастбища и пахотные поля. Он определил военный налог фу согласно доходам, указав, сколько лошадей и колесниц, сколько солдат и какое количество снаряжения должно поступать. После этого он доложил о проделанной работе Цзы My.

К 543 г. до н.э. относится описание в «Цзо-чжуань» реформ, проведенных Цзы Чанем в царстве Чжэн [114, 30-й год Сян-гуна; 212, т. V, с. 555 и 558]. Это была, судя по сохранившимся сведениям, едва ли не наиболее полная — во всяком случае, после проекта Гуань Чжуна — перестройка сложившейся системы. Городские поселения административно были четко отделены от сельских, была введена строгая форма одежды для старших и младших должностных лиц. Были измерены поля и проведены межи, а деревенское население разбили на пяти-дворки, как следует полагать, с взаимной ответственностью внутри каждого из них. В тексте сообщается об определенном недовольстве радикальными реформами и о сопротивлении им, но, как сказано в заключении, всего через три года в песнях начали прославлять Цзы Чаня за его реформы — настолько стали заметными перемены к лучшему.

В завершение цикла реформ в 536 г. до н.э. Цзы Чань составил кодекс законов (точнее, свод с описанием преступлений и наказаний за них), который был выгравирован на бронзовом сосуде. Как сообщается в «Цзо-чжуань», это нововведение было решительно осуждено цзиньским Шу Сяном, который в специальном послании к Цзы Чаню осудил его за отход от традиции древних, которые обходились без фиксирования свода наказаний и больше полагались на воспитание людей, на конкретный учет всех обстоятельств (если люди будут руководствоваться лишь безликими законами, исчезнет уважение к старшим) [114, 6-й год Чжао-гуна; 212, т. V, с. 607 и 609]. Шу Сян полагал, что, вводя законы, Чжэн может прийти в упадок и погибнуть. В ответ Цзы Чань не без ехидства заметил, что он не заботится о далеком будущем, но ставит своей целью привести в порядок дела сегодняшние и что он, хотя совет принять не может, тем не менее глубоко благодарен за внимание.

В 539 г. до н.э. состоялась беседа между цзиньским Шу Сяном и прибывшим с визитом циским Янь-цзы, в ходе которой оба сетовали на то, что дела в их царствах идут плохо. Вскоре после этой беседы, в 522 г. до н.э., в царстве Ци Цзин-гун и Янь-цзы провели реформы [114, 20-й год Чжао-гуна; 212, т. V, с. 678-679 и 683-684]. Были, в частности, устранены таможенные барьеры (для Ци с его развитой торговлей это имело немалое значение), сняты некоторые ограничения, прощены долги.

В 528 г. до н.э. чуский Пин-ван, который пришел к власти, жестоко расправившись с близкими родственниками, счел за благо реабилитироваться в глазах уставшего от смутных лет народа и обрести ореол мудрого и справедливого правителя. Он вернул политическую самостоятельность аннексированным чусцами царствам Чэнь и Цай и ряду более мелких княжеств, приостановил конфронтацию с царством У и решил заняться внутренними делами. Реформы его, согласно «Цзо-чжуань», сводились к помощи бедным, старым и сирым, включая освобождение их от налогов, к прощению некоторых из провинившихся, награждению заслуженных, использованию на службе достойных и заботе о новопоселенцах [114, 14-й год Чжао-гуна; 212, т. V, с. 654 и 655]. В тексте вся программа реформ была одобрена, а Сыма Цянь со ссылкой на обширное рассуждение все того же цзиньского Шу Сяна подкрепил эту оценку словами: «Духи предков дают ему мандат на управление, а население царства доверяет ему» [103, гл. 40; 71, т. V, с. 195].

О некоей попытке реформ в Цзинь в 513 г. до н.э. можно судить в связи с сообщением «Цзо-чжуань», где говорится об обложении населения налогом, чтобы отлить металлический сосуд и выгравировать на нем кодекс наказаний [114, 29-й год Чжао-гуна; 212, т. V, с. 730 и 732]. Цзиньские сановники (упоминаются кланы Фань и Чжун-хан) пошли по пути Чжэн и сочли за благо создать развернутое уложение о наказаниях, что было одобрено далеко не всеми.

В начале V в. до н.э., после понесенного от царства У сокрушительного поражения, юэский Гоу Цзянь провел в своем царстве серию реформ, направленных на укрепление страны. Сообщение «Го-юя» свидетельствует о том, что Гоу Цзянь всю вину за поражение принял на себя и стал заботиться об укреплении царства [85, с. 229-231; 29, с. 292-294]. Он стимулировал рождаемость (было объявлено, что все девушки в 17 лет должны выходить замуж, за что должны отвечать их родители), расширил социальные льготы (вдовые и сирые, больные и бедные получали выдачи из казны) и взял курс на накопление запасов в стране. Как сказано в гл. 41 труда Сыма Цяня, все эти меры привели к тому, что уже в 483 г. до н.э. Юэ стало крепким государством и было готово начать войну с У, которое было им уничтожено десятилетие спустя [103, гл. 41; 71, т. V, с. 38; т. VI, с. 18-21].

Как легко заметить, набор нововведений в рамках каждой из реформ, за немногими исключениями, был достаточно однообразен: сокращались налоги, прощались долги, заботились о вдовых и сирых, бедных и старых, стремились воздать всем по справедливости и каждому по заслугам. Дважды реформаторы (Гуань Чжун и Цзы Чань) предпринимали административную реформу, сводя дело прежде всего к созданию низовых ячеек-пятидворок (военных в первом случае и крестьянских во втором). Дважды предпринимались попытки создать кодекс наказаний. Обращалось внимание на раздачи, на создание запасов и военное усиление царства. И самое главное — все реформы подавались под знаком сохранения добродетели, заботы о порядке и гармонии. Это была константа, рожденная еще в начале Чжоу под знаком теории о небесном мандате с его этическим детерминантом дэ и многократно усиленная идеологической революцией, смысл которой сводился к созданию четко осознанной всеми в Поднебесной нерушимой системы ценностей (крепкое государство и справедливая администрация мудрых — это залог гармонии, порядка и процветания в стране).

Нет сомнения, что многое из того, что содержится в сообщениях о реформах в наших источниках, было связано с этой системой идеологических и этических ценностей и, возможно, частично приукрашено задним числом. Но как бы то ни было, реформы все же проводились и приносили свои результаты. Принимая это во внимание, мы вправе проанализировать весь цикл реформ как таковых и, главное, связать их с некоторыми иными сообщениями (о налогах и о богачах, например) в нечто цельное, имеющее определенную динамику эволюции.




1Некоторый свет на нее может пролить приводившийся в девятой главе диалог между Ю Жо и луским Ай-гуном о том, какой налог следует брать в случае неурожая. Хотя в диалоге (напомню, что диалог этот, вполне возможно, придуман) о налоге шуй речи нет, в ответ на предложение ограничиться десятиной-чэ Ай-гун заметил, что ему вдвое большего не хватает, как хватит чэ? Не исключено поэтому, что налог шуй, введенный в начале VI в. до н.э. именно в Лу, был равен двум десятым урожая — несмотря на то, что, по данным династийной истории «Цянь Хань шу» (правда, ориентирующимся на схему цзин-тянь), он в древности был равен десятине (см. словарь «Цыхай», с. 1109). Не исключено также, что две десятых возникали при сложении древнего чэ и нового шуй. Впрочем, вполне возможно, что нововведение сводилось более к изменению формы налогообложения, нежели его нормы. Наконец, не исключено, что в сообщении хроники от 594 г. до н.э. речь шла о том, что в Лу стали взимать налог не с урожая (десятина-чэ), а с количества земли (му). Быть может, однако, при этом налог возрос (были учтены ранее неучтенные поля) и потому стало считаться, что теперь в Лу берут вдвое больший налог, чем прежде.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Чарльз Данн.
Традиционная Япония. Быт, религия, культура

Леонид Васильев.
Проблемы генезиса китайского государства

В.М. Тихонов, Кан Мангиль.
История Кореи. Том 1. С древнейших времен до 1904 г.

Леонид Васильев.
Древний Китай. Том 1. Предыстория, Шан-Инь, Западное Чжоу (до VIII в. до н. э.)

Дж. Э. Киддер.
Япония до буддизма. Острова, заселенные богами
e-mail: historylib@yandex.ru
X