Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Г. А. Порхунов, Е. Е. Воложанина, К. Ю. Воложанин.   История Сибири: Хрестоматия

Вольнонародная и правительственная колонизация

В историографии принято классифицировать колонизацию Сибири по официально-правовому статусу на вольнонародную и правительственную; по социальному составу участвовавших в ней – на казачью, посадскую, торгово-промышленную, крестьянскую и «разночинскую» («гулящие» люди, нищие и т. д.).

Под правительственной колонизацией понимается переселение людей в Сибирь под контролем и с разрешения властей. При этом правительство предоставляло переселенцам денежную и натуральную помощь, временно освобождало их от налогов. Такая помощь оказывалась в основном крестьянам и посадским; служилые люди просто зачислялись на хлебное и денежное довольствие. И этим колонизация Сибири существенно отличается от колонизации Северной Америки, где правительство по сути дела устранилось от такой помощи, передало все финансовые проблемы колонистов в руки частных торговых компаний.

По форме правительственная колонизация подразделяется на вольную, служебно-переводную и штрафную. Вольная – это когда крестьяне сами изъявляли желание с согласия общин переселяться в Сибирь, но такие случаи сравнительно редки. Гораздо чаще само государство принимало решение о переводе крестьян в Сибирь. В обоих случаях оно преследовало одну цель – не потерять налогоплательщиков.

Под служебно-переводной колонизацией следует понимать перевод служилых людей и военнопленных солдат иноземного происхождения из европейских районов России в гарнизоны сибирских городов как обычное перемещение военного контингента в целях обороны своих границ. Аналогично тому, как стрельцы, предположим, из Вологды переводились на крымскую или польскую границу. При этом служилые люди получали подъемные (хлебные и денежные довольствия).

Штрафная колонизация – перевод провинившихся в Европейской России служилых людей, а также высылка в Сибирь различных заключенных и определение их в служилые люди, крестьяне или в посад. Эта категория высылалась в сибирские города уже без «подмоги», но с «кормовым» содержанием в пути. В Сибири они зачислялись на хлебное и денежное довольствие, как и все служилые люди. Сюда можно отнести и ссылку в Сибирь военнопленных иноземного происхождения, если они сразу же отправлялись в Сибирь на службу. Причем причисленные к служилым людям заключенные и ссыльные пользовались всеми теми же правами, что и просто переведенные по службе в Сибирь, и получали такое же жалованье. Случаи содержания арестантов в тюрьмах крайне редки, особенно в первой половине XVII в.

Под вольнонародной колонизацией обычно подразумевается переселение без ведома властей, прежде всего, бегство крестьян и посадских в Сибирь, движения «гулящих» людей. Однако установить более-менее точные масштабы такой колонизации в XVII в. не представляется возможным, поскольку никаких статистических данных просто не существует. В какой-то мере об этом можно судить лишь по количеству сысканных властями беглых крепостных крестьян и холопов. Так, по данным 1725 г., «всего в Сибири… мужеска полу душ беглых крестьян 1186, женска – 1021 человек». Когда власти попытались силой отправить их обратно, более 41 % опять сбежали с пути в Сибирь. Причем не редко местные сибирские власти вовсе не горели желанием вернуть крестьян из числа беглых их европейским владельцам, ибо это наносило ущерб местной сибирской пашне, за которую они были в ответе перед Москвой. Поэтому беглый крепостной человек, скрывшись в Сибири, мог иной раз, перейдя в сословие служилых людей, даже дослужиться до чина сына боярского. Однако, когда бывший беглый крестьянин поступал на государеву службу в Сибирь, то он уже переставал быть в числе вольной колонизацией и превращался в орудие правительственной политики.

Довольно значительным было движение «гулящих» людей. Например, только за 1635–1638 гг. в верхотурских таможенных книгах их зарегистрировано 1171 чел. Но считать это движение проявлением сугубо вольнонародной колонизации вряд ли возможно, ибо оно также происходило под определенным контролем властей.

Если рассматривать колонизацию Сибири с точки зрения социального состава участвовавших в ней, то самой первой по времени была торгово-промышленная. Она началась еще за долго до прихода Ермака в Сибирь. Известно, что уже новгородцы, а затем московские промышленники ходили «за Камень» за пушниной и даже основывали свои торгово-промышленные городки еще до появления там царских воевод. Именно с этих городков начинается история таких первых сибирских городов, как Березов, Мангазея, Пелым. Здесь торговцы и промышленники вели меновую торговлю с аборигенами, получая за нехитрый, «русский» товар драгоценную пушнину.

С утверждением русской власти в Сибири торгово-промышленная колонизация еще больше расширилась. На пушные промыслы стекалось немало людей и капиталов из Европейской России. Начинают разрабатываться соляные, рыбные, кедровые, хмельные, плотницкие и другие промыслы. Значительных размеров достигает, например, рыбный промысел. Так, в 1654 г. один енисейский крестьянин вместе с еще 13 промышленными людьми привез в Енисейск с Самарской заставы 380 пудов просольной нельмы на 152 руб. При этом рыба начинает активно вывозиться из Сибири в европейские города. Только, например, из Верхотурья в 1673–1674 гг. было отпущено в Соликамск 315 чел., которые везли рыбу на продажу.

Важным моментом развития крестьянских промыслов было то, что с освоением технических сельскохозяйственных культур (лен, конопля) возникает домашнее производство холста, пеньки, веревки. Только в 1685 г. крестьяне пяти пашенных уездов Тобольского разряда сдали в казну 20 764 аршина холста и 675 пудов пеньки. Получает развитие и кожевенный промысел.

В итоге к концу XVII в. резко сократился ассортимент промышленных изделий, завозимых в Сибирь. Причем важно отметить, что в торгово-промышленной деятельности сибиряк все активнее вытеснял торговцев из европейской части России. В этом проявилось возрастание роли и значения сибирских посадских людей, численность которых в конце России XVII в. уже достигла уровня служилых людей, а в таких старых торговых центрах Западной Сибири, как Тюмень, Тара и Томск даже превзошла его. Сибирские города становятся торгово-промышленными центрами, а некоторые из них мало в чем уступают таким старым русским городам, как Белоозеро, Сольвычегодск, Соликамск, Тверь.

Следующей по времени была служилая колонизация, преследовавшая, прежде всего, политико-административные цели: присоединение к России все новых и новых сибирских «землиц» и управление аборигенным населением. И с этой задачей она успешно справилась: всего за 63 года с момента основания первого русского города Тюмени и выхода к Тихому океану с постройкой Охотского острога, русские прошли территорию, равную Северной Америке! При этом служилая колонизация имела большое народнохозяйственное значение: земледелие у служилых людей почти до середины XVII в. мало в чем уступало собственно крестьянскому, значительна также была их роль в развитии торговли и промыслов в Сибири.

(Резун Д. Я. Вольнонародная и правительственная колонизация. URL: http://www. sibheritage. nsc.ru)

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Надежда Ионина.
100 великих городов мира

Генри Бэзил, Лиддел Гарт.
Решающие войны в истории

Борис Соколов.
100 великих войн

Е. Авадяева, Л. Зданович.
100 великих казней

Михаил Козырев.
Реактивная авиация Второй мировой войны
e-mail: historylib@yandex.ru
X