Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Игорь Ефремов.   Кто убил президента Кеннеди?

2. ПОРЫВИСТЫЙ МСТИТЕЛЬ ИЛИ ЗАГОВОРЩИК?

Два часа спустя Освальд умер от раны в живот в той же самой Паркландской больнице, в которой за два дня до этого скончался от ран президент Кеннеди.

То, что предполагаемый убийца на два дня пережил свою жертву, было чистой случайностью. Если бы полицейские, задержавшие Освальда в кинотеатре «Техас» полтора часа спустя после покушения на президента, не проявили достаточную выдержку, если бы кто-то из них, увидев в руке Освальда пистолет, застрелил бы его в тот же момент, трагедия в Далласе лишилась бы детективной загадочности. Все улики неоспоримо указали бы на маньяка-одиночку, заразившегося коммунистическими идеями, купившего себе по почте винтовку с оптическим прицелом, забравшегося на шестой этаж книжного склада и выстрелившего три раза в проезжавшего внизу президента. Маньяк был опознан полицией, его пытались задержать, он извлек оружие и был убит на месте. Все. Никакого детектива, никаких неясностей.

Возможно, кто-нибудь покритиковал бы далласскую полицию за недостаточную бдительность. Но что вы хотите? В свободной стране, где разрешена продажа винтовок с оптическими прицелами, вы не можете обеспечить стопроцентную защиту президента от маньяков.

Выстрел Руби менял все.

Миллионы людей во всем мире задавали себе простой вопрос: ради чего содержатель ночного кабаре, с весьма темным прошлым и тесными связями с преступным миром, мог пойти на убийство, в котором у него не было ни единого шанса улизнуть незамеченным и которое грозило ему электрическим стулом или пожизненным заключением? Еще один сумасшедший? Но каким образом сумасшедший мог преодолеть кордон из семидесяти полицейских и оказаться в нужный момент (кстати, очень короткий) в двух шагах от своей жертвы?

Ответ всплывал неумолимо: заговор.

Разветвленный.

Возможно, включающий и полицию.

Возможно, с участием мафии.

Возможно, замешаны Москва и Куба.

Возможно, плачены большие деньги. Такие большие, что удалось найти убийцу-камикадзе и уничтожить с его помощью опасного свидетеля — Освальда.

Смятение умов было так велико, что дело нельзя было просто оставить в руках техасских властей. Вступивший в должность президента Линдон Джонсон 29 ноября 1963 года выпустил приказ № 11130, которым перепоручал расследование специальной комиссии под руководством председателя Верховного суда Эола Уоррена. В комиссию были включены два сенатора (демократ и республиканец), два конгрессмена (один из них — будущий президент Джеральд Форд), бывший директор Си-Ай-Эй Аллен Даллес и бывший президент международного банка Джон Макклой. Штат Комиссии составили две дюжины опытных адвокатов и государственных чиновников. В помощь им были приданы десятки клерков, администраторов, экспертов. Федеральному бюро расследований, Секретной службе, Разведывательному управлению (Си-Аи-Эй) было приказано всячески содействовать Комиссии, отвечать на любые вопросы, снабжать необходимой информацией. Комиссия получила право вызывать и допрашивать любых свидетелей. Под присягой давали показания сотни людей, начиная от рядовых полицейских и кончая такими крупными фигурами, как государственный секретарь Дин Раск, директор казначейства Дуглас Диллон, директор Си-Ай-Эй Джон Маккон, директор ФБР Эдгар Гувер, начальник Секретной службы Джеймс Роули.

Комиссия Уоррена заседала 10 месяцев. Результаты расследования были собраны в отчет на 800 страницах, который был представлен президенту Джонсону 24-го сентября 1964 года. Протоколы допросов 552 свидетелей и прочие материалы и документы были изданы в виде 26-томного приложения. Однако стало известно, что часть документов не попала даже туда, а была отправлена в Национальный архив и опечатана там на 75 лет.

Основные выводы Комиссии Уоррена сводились к следующему:

1. Выстрелы, убившие президента Кеннеди и ранившие губернатора Коннэлли, ехавшего в той же машине, были произведены Ли Харви Освальдом из окна шестого этажа книжного распределителя в Далласе.

2. 45 минут спустя после убийства президента Освальд застрелил из револьвера полицейского Типпита, пытавшегося задержать его.

3. Мотивами убийства были глубоко укоренившаяся ненависть к носителям власти, марксистско-коммунистические идеи, питавшие его недовольство политикой и государственным строем США, тщеславное желание попасть в историю любой ценой и компенсировать таким образом сознание своей неполноценности.

4. Освальд действовал в одиночку, никаких улик, подтверждающих версию заговора, обнаружить не удалось.

5. Джек Руби два дня спустя убил Освальда в помещении Далласского полицейского управления под влиянием эмоционального порыва, из желания отомстить за горячо любимого президента.

6. Имеющаяся информация, улики и свидетельства не позволяют заключить, что Руби и Освальд знали друг друга или были звеньями разветвленного заговора.

Публикация Отчета вызвала в американском народе смешанную реакцию.

С одной стороны, известие о том, что страшное преступление было расследовано, раскрыто, виновные (те, кто остался в живых) переданы в руки правосудия, порядок и справедливость восстановлены, вносило успокоение в умы, возвращало доверие людей к стране, закону, государственным учреждениям, избранным носителям власти. Думается, опубликование отчета за полтора месяца до президентских выборов 1964 года очень помогло президенту Джонсону победить Барри Голдуотера с таким большим перевесом (61 % против 38, 5 %). Сама объемность расследования, авторитет людей, подписавших отчет, внушали доверие. Американская пресса, радио и телевиденье, за редким исключением, выражали свою полную поддержку и согласие с выводами Комиссии Уоррена.

С другой стороны, при внимательном прочтении многое в Отчете выглядело шатким, сметанным на живую нитку. Скептицизм не проявлял себя поначалу открыто, но был довольно силен в народе уже в первые месяцы. Опрос общественного мнения, проведенный в октябре 1964-го, показал: 31 % опрошенных не верили в то, что Освальд действовал в одиночку. Через несколько лет эта цифра удвоилась.

Начали появляться статьи и книги с критикой отчета. Авторы этих критических работ не имели возможности провести такое же длительное расследование, какое провела Комиссия Уоррена. Но у них были теперь в руках протоколы допросов и прочая документация, включенные в 26 томов приложений. Внимательное прочтение позволяло сопоставлять имеющиеся улики, анализировать информацию и вскрывать слабость аргументации, на которой базировались многие выводы Комиссии.

Большую известность приобрела книга Марка Лэйна «Скорый суд» (см. библиографию). Отвергнутая поначалу десятком издательств, по выходе в свет осенью 1966-го она немедленно заняла первое место в списке бестселлеров и удерживала его почти шесть месяцев. Лэйн был приглашен матерью Освальда (Маргаритой Освальд) представлять интересы ее покойного сына. Лэйн считал, что вина Освальда не была достаточно доказана, что Комиссия, уже приступая к расследованию, заранее считала его главным и единственным убийцей. Любые показания, противоречившие этой версии, утверждал Лэйн (и доказывал это протоколами допросов), указывавшие на возможность участия других людей в покушении, Комиссией не принимались, искажались, ставились под сомнение. Линии расследования, которые могли бы привести к обнаружению сообщников Освальда или Руби, искусственно обрывались.

В том же 1966 году вышла книга другого независимого автора, Эдуарда Эпштейна — «Расследование». Ее выводы: отчет Комиссии Уоррена составлялся под сильным давлением политических интересов различных групп, и это давление привело к искажению правды.

Бывший следователь сенатской комиссии Гарольд Вайсберг озаглавил свой труд «Заметание следов». Он расследовал замешанность государственных учреждений в событиях, приведших к убийству президента, и попытки скрыть следы этой замешанности. Печатать такую книгу никто не хотел, так что автору пришлось выпустить ее в виде переплетенной машинописи. (В таком виде она и стоит на полках нескольких университетских библиотек.)

Доктор философии из Гарварда (специалист по Кьеркегору) Джошуа Томпсон попытался воссоздать картину убийства на почве анализа баллистической и медицинской информации («Шесть секунд в Далласе»). Сильвия Мейер (администратор в ООН) опубликовала исследование «Сообщники», приводящее к выводу: протоколы допросов не столько поддерживают, сколько опровергают выводы Комиссии Уоррена. Французский исследователь Лео Саваж, как и Марк Лэйн, разбивал пункт за пунктом выдвинутые доказательства вины Освальда («Дело Освальда»).

Защитники теории «убийцы-одиночки» не оставались в долгу. Они тоже выпускали книги и статьи в защиту выводов Комиссии Уоррена, нападали на ее противников, обвиняли их в параноической подозрительности, в готовности видеть повсюду заговоры, агентов, наемных убийц. Адвокат Руби, Мелвин Беллай, писал в своей книге «Правосудие в Далласе»:

«Мы, представители защиты, считали своим долгом перед нацией заранее отмести теорию заговора; она не вязалась с фактами и приносила лишь вред Соединенным Штатам».

Другой адвокат на процессе Руби, Джо Тонахил, сказал присяжным в заключительной речи (март 1964-го), что если они найдут Руби виновным в убийстве с заранее обдуманным намерением, это будет означать, что они считают полицию Далласа замешанной в преступлении. Несмотря на грозное предупреждение, присяжные именно так сформулировали свой вердикт и приговорили Руби к смертной казни.

После объявления приговора адвокат Беллай (случай беспрецедентный) прямо в зале суда разразился проклятьями в адрес жестокого и несправедливого города Далласа, который отказался верить трем светилам психиатрии, привлеченным защитой и доказывавшим невменяемость подсудимого в момент преступления. Он даже отказался пожать руку судье Брауну, заявив, что «видит кровь на ней».

Летом 1967 года телевизионная компания Си-Би-Эс выпустила четырехчасовой документальный фильм, посвященный убийству президента Кеннеди и расследованию Комиссии Уоррена. Фильм полностью поддерживал Отчет, но в конце ведущий Кронкайт задал вопрос: «Почему продажа книг, критикующих Комиссию, намного превосходит продажу самого Отчета?» Другой комментатор, Эрик Севарид, отвечая на это, заявил, что причина лежит в заговорщической ментальное американцев. Что думать, будто «тощий, мелкотравчатый» Освальд действовал не один, это все равно, что верить в заговор сионских мудрецов, задумавших покорить мир; или в то, что Гитлер жив и где-то прячется; или в то, что Рузвельт знал о готовящемся нападении японцев на Перл-Харбор и нарочно дал ему случиться, чтобы развязать войну с Японией, которую он считал неизбежной. Воображать же, что Комиссия Уоррена могла сознательно скрыть или исказить важные факты и улики, — просто идиотизм.

Трудно согласиться с гневными упреками комментатора в адрес американского народа. Ведь, когда произошли покушения на президента Форда и затем на Рейгана, никто не заподозрил двух психопаток или Джона Хинкли в участии в разветвленном заговоре. Массовое недоверие к официальной версии далласской трагедии скорее всего отразило — может быть, впервые с такой наглядностью — пропасть, разделившую к тому историческому моменту два разных способа мышления: формально-юридический (адвокатский) и повседневно-рациональный (способ здравого смысла).

Следует остановиться на этом подробнее.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Дэвид Кортен.
Когда корпорации правят миром

Джон Аллен.
Opus Dei

Этьен Кассе.
Ключ Соломона. Код мирового господства
e-mail: historylib@yandex.ru
X