Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Борис Башилов.   Тишайший царь и его время

XIII

 
       Знаток древней и европейской истории Виппер в своей книге "Круговорот истории" так оценивает качество общественного и политического строя Московской Руси:
       "...Культура, которою жило великорусское племя в свою блестящую московскую эпоху... Рыцарское войско, дисциплина поместного дворянства, государственные дороги — нечто единственное в тогдашней Европе, система податей, устройство приказов, сложная художественна символика придворной жизни, и изумительное дипломатическое искусство московских деятелей". 13
       А политика и дипломатия Московской Руси была действительно на много выше современной им политики и дипломатии западного мира. Приведу примеры из хорошо знакомой мне области русской истории — истории колонизации Сибири, поразительные успехи которой известны каждому действительно образованному человеку. Этих удивительных успехов в чрезвычайно короткое время добилась исключительно благодаря мудрой и гибкой политике, которая проводилась во время колонизации огромных пространств Сибири.
       В своей книге "Галеоты идут в Америку", характеризуя эту политику, я писал:
       "Первый период русской колонизации в Северной Азии заканчивается исследованием и покорением племен живущих по берегам реки Оби. Двигаясь по Оби, русские достигли побережья Ледовитого океана. Во время этого первого этапа колонизации, все походы для покорения новых племен и новых земель, совершались под руководством центральных правительственных органов, находившихся в Москве. Начальнику каждого отряда, отправлявшегося в неизвестные земли вручалась подробная инструкция, как он должен вести себя и что он должен делать.
       Но как только казачьи отряды переходят Обь, в Москве начинают понимать, что в дальнейшем нет возможности руководить действиями всех двигающихся на восток по собственной инициативе русских людей. И Москва сразу меняет тактику. Вместо подробных наказов теперь московские воеводы приказывают предводителям отрядов только всемерно "радеть о государевом деле" и поступать "смотря по тамошнему делу".
       Как видим, "невежественные" русские чиновники еще в 16 веке были достаточно гибки и умели быстро менять политику колонизации в зависимости от измеряющихся обстоятельств. Успех завоевания Сибири и великих географических открытий в ней есть результат умелого сочетания действий государственной инициативы и широчайших народных масс. В завоевании Сибири государевы воеводы и народ действовали дружно, рука об руку.
       Вывод, который делает историк-западник Виппер в упоминавшейся выше книге "Круговорот истории" в результате анализа состояния Московского государства, следующий:
       "Если Московское государство выдержало смуту XVII века, и смогло опять восстановиться, то это объясняется именно крепким строением национального целого, тем, что национальность срослась со своей культурой, что эта культура давала смысл и направление национальным силам. Для национальной энергии великороссам XVI века очень характерна политика Грозного в Ливонском крае, восточной половиной которого Москва владела в течении 20 лет. Если принять во внимание тогдашнюю редкость населения, неразвитость путей сообщения, техническую отсталость от Запада, — какую удивительную энергию проявила Москва в колонизации торговой и земледельческой, какой напор и какую цепкость в деле распространения своей национальной культуры. И как жалки по сравнению с этим попытки русификации того же края в конце XIX века, когда великая империя, выстроенная на европейскую ногу обладала громадными техническими, военными и финансовыми ресурсами".
       Нельзя не согласиться с следующей правильной оценкой, которую делает И. Солоневич в "Народной Монархии", что время царствования двух первых царей из династии Романовых "было, можно сказать, классической эпохой нашей монархии, повторенной в сильно измененных условиях в 19-м веке. Было "едино стадо и един пастырь", но не в стиле "Айн фюрер, айн Рейх", не в стиле вождизма. Ибо монархия есть единоличная власть, подчиненная традициям страны, ее вере и ее интересам, иначе говоря, власть одного лица, но без отсебятины. Вождь — тоже одно лицо, но с отсебятиной. Первые два Романовы — Михаил и Алексей в невероятно тяжких условиях послереволюционной и послевоенной разрухи и в исключительно короткий промежуток времени успели и восстановить страну, и установить некое нормальное равновесие между слоями и классами народа — указать каждому его место и его тягло" (т. е. обязанности. — Б.Б.)
       Что: "русская история выработала совершенно определенный тип "Царя-Хозяина", — расчетливого и осторожного "собирателя Земли, ее защитника и устроителя, чуждого каких бы то ни было авантюрных порывов — но и чуждого той индивидуальной яркости, какую дает в политике авантюра. Русские цари были очень плохими поставщиками материала для легенд."
       "...Жизнь огромного народа ставила свои очередные задачи — и эти задачи решались с той осторожной мудростью, какая дается сознанием столь же огромной ответственности. Иногда это решение казалось слишком медленным, но оно всегда оказывалось окончательным. Мы сейчас живем в период какой-то судорожной решимости, и мы, может быть, больше, чем другие поколения истории, может оценить сомнительные преимущества эпилептических движений в политике".
       Идеального царя русский народ представляет себе именно таким, каким был царь Алексей, а не его взбалмошный сын. В представлении русского народа царь должен быть религиозным, добрым и справедливым человеком, уметь подбирать себе добрых советников и помощников, давать им широкую свободу работать на благо народа, быть главой государства, а не размениваться на мелочи, не делать то, что должны делать царевы слуги. Таким именно царем и был царь Алексей. Он был таким царем, каким по мнению русского народа должен быть царь, а его сын Петр был вождем, реформатором, бойцом, революционером, палачем, плотником, шкипером, чем угодно, но только не русским православным царем, каким он должен бы был быть.
 
 
13Виппер. "Круговорот истории". Стр. 64 и др.
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Иоханнес Рогалла фон Биберштайн.
Миф о заговоре. Философы, масоны, евреи, либералы и социалисты в роли заговорщиков.

Росси Джанни и Ломбрасса Франческо.
Во имя ложи

Дуглас Смит.
Работа над диким камнем: Масонский орден и русское общество в XVIII веке.
e-mail: historylib@yandex.ru
X