Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Алла Александровна Тимофеева.   История предпринимательства в России: учебное пособие

2.1. Особенности торговли, ремесленного производства Киевской Руси. Русская Правда – «кодекс капитала» (IX–XII вв.)

   Исторически первым видом предпринимательства является торговое, которое, как видно уже из его названия, зарождается в недрах торговых отношений. Именно торговое предпринимательство послужило тем фундаментом, на котором возникли все остальные его виды (промышленное, банковское, аграрное и др.), т. е. сформировалась рыночная экономика с соответствующими типами социально-экономических систем.

   Потребность в развитии торговых отношений в разных частях русских земель была различна. Богатый юг получал все необходимое за счет собственного земледелия, скотоводства, охоты, рыболовства, бортничества и т. д. Долгое время южные земли довольствовались меновой торговлей, получая взамен продукты сельского хозяйства, меха, скот (в основном коней). С юга на север постоянно везли хлеб, в обратном направлении в обмен на хлеб – новгородские ремесленные изделия. Этим занимались не князья и дружинники, а посадские торговые люди. Торг, т. е. торговая площадь города, был центром общественной жизни, где не только торговали, но и давали объявления об украденном имуществе и т. д. Русская торговля с древних времен находилась в тесной связи с церковью. В соборах хранились важнейшие документы, относившиеся к области внешней и внутренней торговли; по Уставу Владимира церковь стала хранительницей весов и мер. Всякими торговыми делами ведал торговый суд из трех представителей – тысяцкого от житьих или зажиточных граждан и двух старост торговой и гостиной сотен. Русские купцы должны были следовать нравственным правилам, которые гласили:

   – соблюдайте полностью меру и не будьте из числа недомеривающих;

   – взвешивайте верными весами;

   – не уменьшайте людям их вещей и не ходите по земле, распространяя нечестие.

   В XI–XII вв. получила распространение как оптовая, так и розничная торговля продукцией ремесла, сельского хозяйства, промыслов. В ней использовались и натуральный обмен (по схеме «товар на товар»), и товарно-денежные операции (по принципу «товар – деньги – товар»), в том числе, кредит и предоплата за товары; распространяется окладничество купцов. В отличие от стран Западной Европы древнерусское ремесло не имело цеховой организации, но существовали купеческие объединения. В Южной Руси упоминаются «гречники», торговавшие с Византией, «залозники», ездившие на Кавказ.

   Постепенно сформировались местные рынки (город и близлежащая сельская округа), областные (в границах княжеств) и межобластные рынки. В XII-ХIII вв. образовались четыре крупнейших межобластных рынка: 1) Северо-Западная Русь (Новгород, Псков, Полоцк, Витебск, Смоленск п др.); 2) Северо-Восточная Русь (Ростов, Суздаль, Владимир-на-Клязьме, Тверь и др.); 3) Южная Русь (Киев, Чернигов, Переяславль-Южнорусский и др.); 4) Юго-Западная Русь (Владимир-Волынский, Галич, Перемышль и др.). Их функционирование было обусловлено различными естественно-географическими условиями, начавшейся специализацией районов, огромной протяженностью территории Руси. Они отличались по источникам поступления и ценам на товары. Важнейшими статьями межобластной торговли являлись хлеб и соль, цены на них значительно колебались, особенно во время неурожаев и торговых блокад, во время междоусобиц.

   Торговля любой страны, как известно, делится на два вида: внутреннюю и внешнюю. Специфическая особенность старинной торговли на Руси заключается в том, что чем дальше мы углубляемся в историческое прошлое России, тем более внутренняя торговля отодвигается на второй план, и тем заметнее преобладает над ней торговля внешняя. Причем, преобладание внешней торговли было подавляющим, а это означает, что «вокруг России всегда во все время ее исторического существования были налицо народности с более развитыми потребностями, чем она сама».[23] Этот вывод объясняет многое в экономическом поведении русского торгового люда.

   Общеизвестно, что до наступления капитализма существовало два вида капитала – купеческий и ростовщический, а в сфере обращения предпринимательство появляется раньше, чем в сфере производства.

   Эта закономерность на Руси усиливалась тем обстоятельством, что Русь находилась на транзитных путях между Западом и Востоком – по Волге и Днепру. Некоторые видные историки, в том числе и В. О. Ключевский, считали, что даже зарождение российской государственности связано с транзитной торговлей.

   Можно выделить два ее этапа:

   1. В XIII–X вв. торговля шла по Волге и Каспию с обширным Арабским Халифатом, с Багдадом – столицей халифов.

   2. С середины X в. направление торговли меняется: товары перемещаются через Византию знаменитым путем «из варяг в греки», по Днепру, а не по Волге.

   Первый этап, охватывающий период Древней Руси, называют периодом стихийного предпринимательства, не имевшего законодательного закрепления и не испытывавшего регулирующего воздействия государства.

   Великие водные пути способствовали развитию торговых отношений и во многом определяли уклад жизни наших предков, которые строили города на протяжении торговых путей, занимались хлебопашеством и ремеслом.

   Волжский путь занимал важнейшее место во внешней торговле Руси и по времени сложился ранее, чем другие. С IX в. для русских купцов возрастает значение черноморской торговли. «Великий путь из варяг в греки» играл особую роль.

   Наряду с обладанием транспортными путями, необходимым условием внешнеторговой деятельности являлось наличие природных, людских (ремесленники, торговцы), финансовых и иных ресурсов. Чтобы участвовать в международной торговле, нужно было располагать товарами для экспорта.

   Киевское государство владело огромными богатствами леса, поэтому важнейшими статьями его экспорта были пушнина и меховые изделия, мед, воск, смола. В меньшей степени были представлены в структуре торговли продукты сельскохозяйственного производства: шкуры домашних животных, выделанная кожа, сало, зерно, обработанный лен, пенька – продукт первичной обработки конопли и сырьё для производства веревок, канатов и т. д. Однако вывозились не только эти продукты, но и по мере развития ремесел предметы домашнего обихода из дерева и металлов, резная кость, мечи, стрелы и др.

   Большую часть византийского экспорта в Киевскую Русь составляли предметы роскоши и оружие. Археологические раскопки и сохранившиеся письменные источники свидетельствуют, что из Византии восточные славяне вывозили золотые и серебряные изделия, ценные шелковые и бархатные ткани, жемчуг, бисер, бусы, сафьян, копья, мечи и прочие «булатные» товары, пряности и из особенно употребительных – соль. Восточные славяне доставляли в Византию в основном воск, мед и меха, одежда из которых была в большой моде при дворе халифов и у богатых арабов.

   Главными организаторами внешней торговли этого периода были славянские князья Олег, Игорь, Святослав, а также боярская верховная знать, крупные землевладельцы, дружинники – люди, уже имеющие определенную независимость.

   Военные походы князей, овладение великим торговым путем, а также принятие Русью христианства создали предпосылки для установления тесных экономических, дипломатических и культурных связей Киевской Руси с Византией, являвшимися в ту эпоху центрами мировой культуры и предпринимательства.

   Набеги сменялись мирными торговыми договорами между Киевским государством и Византией. Договоры 860, 907, 911, 945, 971, 988 гг., упоминаемые в летописях, свидетельствовали о высоком уровне регулирования торговых отношений. Тексты договоров сохранились в византийском варианте, на греческом языке. Судя по ним, становится очевидным, что киевские князья снаряжали походы не столько ради военной добычи, сколько для получения торговых выгод. С наступлением весны в Киеве снаряжался целый флот, который двигался вниз по Днепру, отбивая нападения кочевников-печенегов. Во главе государства, таким образом, утверждались купцы-дружинники, а Киевская Русь являлась торговым государством.

   Торговые договоры заключались Византией от лица императора, а со стороны Киева – от имени великого князя. Так, по договорам 907 и 911 гг. между императором Византии Константином VII и князем Олегом греки были вынуждены пойти на важные уступки и предоставить руссам ряд торговых льгот. Киевские купцы в Константинополе получили право беспошлинной торговли, которое поддерживалось более 30 лет – до 945 г. Византийские власти в период торговых операций снабжали купцов продовольствием и выдавали продукты, корабельные снасти, паруса, якоря и все необходимое на обратный путь. Русские купцы имели свой торговый центр в Константинополе, где после принятия на Руси христианства возник целый русский квартал. Золотые ворота назывались Русскими, так как через них проезжали киевские купцы. Аналогичные торговые дворы, по свидетельству арабского путешественника Ибн-аль-Асира, существовали в городах Крыма.

   В свою очередь, в Киев ежегодно приходили купеческие флоты из Константинополя, настолько богатые, что князья высылали навстречу им войско для защиты судов от кочевников. Ввозились дорогие ткани (парча, восточные шелка), серебро, олово, свинец, медь, пряности, благовония, лекарственные средства, красящие вещества, мыло, церковная утварь.

   Естественно, что торговые уступки не были актами благотворительности со стороны Византии, они делались во имя поддержания мира с сильной Киевской Русью. Договоры содержали и ряд ограничений для киевских купцов. Жестко регламентировался порядок их въезда и выезда из Константинополя, устанавливалось число приезжающих купцов – не более 50, определялись их места на рынке и др.

   Об этом свидетельствует, например, договор 907 г., заключенный князем Олегом с византийскими императорами Львом и Александром. В нем говорилось, чтобы торговые люди из Руси не «творили пакости», не занимались грабежом и насилием. Ставилось также условие, чтобы купцы и их слуги были без оружия. Наконец, русским купцам не разрешалось зимовать в пределах Византии. Видимо, византийцы побаивались наших предков, и такие опасения не были лишены оснований: облик купца-воина достаточно точно характеризовал деятельность крупного торговца на Руси. Походы в значительной мере определялись возможностью пограбить богатую страну или взять с нее большой откуп. По мнению В. О. Ключевского, византийцы «побаивались Руси, даже приходившей с законным видом».

   Неудачные походы киевского князя Игоря на Царьград привели к осложнению условий торговли. Так, согласно договору Игоря с Византией 945 г., вводились более строгие порядки торговли киевских купцов, ограничивалось их передвижение внутри Константинополя, пребывание в византийской столице сокращалось до шести месяцев. Купцы обязаны были предъявлять товары для клеймения, устанавливались жесткие нормы приобретения ими товаров, которых разрешалось закупать не более чем на 50 золотников. Но, главное, была отменена беспошлинная торговля.

   После того как в середине XI в. сначала половцы, а потом турки-сельджуки перекрыли русским купеческим караванам все пути в южном направлении, положение Киевской Руси стало стремительно ухудшаться. Еще один страшный удар был нанесен крестоносцами, которые в конце XI в. (1096 г.) на своем пути к «гробу Господню» не могли миновать Византию и буквально опустошили ее, тем самым лишив Киевскую Русь главного торгового партнера. К этому добавился упадок Арабского Халифата и конкуренция генуэзцев и венецианцев. Как всегда и везде в подобных ситуациях, в Киевской Руси усилилась внутриполитическая напряженность, княжеские междоусобицы, борьба за власть. Некогда цветущая страна оказалась на краю гибели. Татарское нашествие в 1220–1240 гг. лишь подвело последнюю черту под историей практически распавшейся Киевской Руси.

   Центр торговых связей Древней Руси переместился на северную оконечность «варяжского пути» – в Господин Великий Новгород, который свое название получил еще во времена Киевской Руси благодаря исключительной роли в хозяйственной жизни, и, прежде всего, в развитии древнерусской торговли.

   На изменение направлений торговой деятельности повлиял и подъем ремесленного производства в русских городах.

   Экономика северных земель складывалась особым, отличным от южных земель, образом. Хлебопашество в условиях более сурового климата было затруднено, зато в избытке добывалась ценная пушнина. Жители рано поняли необходимость обмена мехов на продовольствие и другие товары, активно устанавливая торговые связи с готами (скандинавами), немцами, поморянами (вендами). Торговля на первом этапе была исключительно меновой. Счет велся на единицы пушного товара: белки считались тысячами, соболя и куницы – сороками (по сорок штук). Мехами уплачивались налоги, дань, меха везли в Стамбул, Венецию, Гамбург, Париж, Лондон. По всему свету славились меха страны Мраков – царства снега, льда, холода. По свидетельству Марко Поло (около 1254–1324 гг.), покои китайского хана Хубилая были обиты горностаем и соболями. Соболий мех на мужскую шубу стоил две тысячи бизантов (византийская монета из чистого золота), а попроще – тысячу.

   Через Новгород и Псков в Европу вывозились традиционные товары русской торговли: лен, кожи, древесина, смола, мед, воск, китовый и моржовый жир и другие товары. На экспорт поставлялись собольи, лисьи, бобровые, куньи и другие меха, которые в огромных количествах поступали из всех частей обширных новгородских и псковских земель, а также из других русских княжеств – Тверского, Полоцкого, Смоленского, Владимиро-Суздальского и т. д.

   Одним из важнейших товаров, вывозившихся за границу, был лес и лесоматериалы. Об этом свидетельствует, например, торговля Великого Новгорода с Ганзой. Годовой вывоз лесных товаров этим купеческим объединениям достигал 20 тысяч тонн. Большинство европейских и других стран покупали хвойные (сосну, ель, пихту, лиственницу, кедр), а также лиственные (дуб, бук, ясень, березу, липу) породы, которые составляли богатство русских лесов.

   Особое значение для Новгорода приобрели захваты громадных территорий соседних племен: ненцев (самоедов) – на севере, зырян – по Северной Двине, перми – в Прикамье и югры – на Северном Урале. Посылая в эти земли вооруженные экспедиции «ушкуйников» (на речных весельных судах, называвшихся «ушкуями»), бояре и купцы покоряли северные народы, грабили их, облагали данью в виде дорогой пушнины, которая и составляла одну из важнейших статей новгородской внешней торговли. Там же новгородцы устраивали соляные варницы, занимались морским рыбным промыслом, добычей серебряных и железных руд и т. д.

   Ввоз в Новгород из-за границы состоял из предметов ремесленного производства, таких как тонкое сукно, полотно, шелк, оружие; импортировались металлы – железо, медь, олово, свинец, золото и серебро и изделия из них; продовольствие – хлеб, сельдь, вино, пиво. Купцы наживали на внешней торговле крупные состояния, что отразилось, в частности, и в новгородском былинном эпосе «Садко – богатый гость».

   Внешняя торговля была двигателем всех сторон Новгородской республики – политической, экономической, культурной, бытовой. Если в других русских городах внешней торговлей занимались представители господствующего класса, то в Новгороде она со временем перешла в руки купечества. Здесь еще в период Киевской Руси шел процесс складывания сословия торговцев; они вели торговлю, выступали приказчиками и посредниками в торговых сделках. Крупные имущественные состояния, нажитые внешней торговлей, были отмечены в Новгороде уже к концу XII века. Новгородские торговые люди представляли собой не только экономическую, но и крупную политическую силу.

   Торговля велась корпоративно, «миром», на артельных началах. Большие артели занимались промыслами, купеческие артели – торговыми предприятиями. Только в Новгороде таких артелей были десятки. Самые основательные купцы объединялись в торгово-промышленные ассоциации.

   Существовали и другие формы объединения купцов. Торговый посадский человек – член объединения купцов, которые ведут совместные торговые операции, «складывая» капитал и товары. Как правило, купцы одной категории объединялись вокруг своего патронального храма, платили членские взносы и имели определенные привилегии. Известный герой былины Садко был, например, членом купеческого товарищества, которое объединилось вокруг церкви Николы Можайского.

   В XII в. в Новгороде появляются торговые союзы, которые объединяли купцов, осуществлявших операции за рубежом. Один из них – «Иванское сто». Известен устав «Иванского ста» – ассоциации вощников, крупных торговцев воском. Центр ассоциации имел гостиный двор со складами и гридницу (большую палату для деловых собраний). Общественной кассой и оформлением деловой документации ведал выборный староста; купцам – членам ассоциации в случае финансовых затруднений представлялся льготный кредит или оказывалась безвозмездная помощь. Ассоциация обеспечивала и вооруженной охраной, но членство в ней обходилось недешево: наследственные права получали уплатившие взнос в размере 50 гривен серебра (10 кг) и пожертвовавшие церкви 30 гривен серебра.

   Таким образом, «Иванское сто» – это объединение богатейших новгородских купцов. Кроме него, существовал и ряд других купеческих организаций: «Заморские купцы», «Низовские купцы», «Югорщина» для новгородских торговых людей и т. д.

   В Новгород из Норвегии, Швеции и немецких городов непрерывном потоком прибывали купцы, привозили свои и покупали местные товары. Негоцианты основывали в городе купеческие дворы, торговые склады. В XII в. в Новгороде существовала иностранная торговая фактория, так называемый Готский (Готландский) двор с церковью Св. Олафа (построена в 1152 г.), основанный немецкими купцами с острова Готланд. Позднее, в начале XIII в., появился Немецкий двор от Ганзейского союза. В Новгороде под влиянием иностранных негоциантов появились зачатки банковского дела.

   Однако скудные и разрозненные показания источников не позволяют создать о купечестве исчерпывающие представления, о многом приходится говорить лишь в предположительной форме.

   Совсем практически не сохранились сведения о семейнородственных отношениях в купеческой среде Руси, размерах и преемственности капиталов, численности купечества в наиболее крупных центрах, земельных владениях купцов и т. д.

   Думается, что завершение формирования купечества на Руси как особой профессиональной и социальной группы населения относится к XI в., когда сфера его операций значительно расширилась в результате более активного подключения к внутреннему обмену не только торговли рабами и традиционными продуктами промыслов (воск, мед, пушнина, кожа), но и ремесленными изделиями. Для его обозначения в Древней Руси в основном использовались два термина: 1) «гость» как иноземный купец либо соотечественник, который профессионально занимается заморской и межобластной торговлей (позднее на Руси гости относились к зажиточной верхушке купечества); 2) «купец» в узком смысле – это торговец, участвующий во внутреннем обмене в пределах города и близлежащей округи. В широком понимании так называли всех причастных к организации торговли. Позже начинают употребляться и другие наименования: торговец (с XIII в.) и «продавец» (с XIV в.). С XI в. купечество пополняется за счет части городских и сельских ремесленников. Торговлей занимались также священники, монахи, крестьяне и даже холопы, выполнявшие поручения своих господ.

   Таким образом, господствующим фактором экономической жизни формировавшегося государства являлась торговля. Это была, по мнению В. О. Ключевского, Русь Днепровская, городовая, торговая.

   Наряду с купцами-профессионалами на рынках древнерусских городов присутствовала более многочисленная группа мелких торговцев-ремесленников, продававших собственноручно изготовленные изделия. Ремесло по мере усложнения и усиления специализации все больше отделялось от сельского хозяйства и переходило к производству вещей не только на заказ, но и более массовых партий на рынок.

   В большинстве русских селений были развиты такие ремесла, как прядение, ткачество, гончарное дело, металлургическое производство. В «Слове о полку Игореве» упомянуты мечи харалужские, которые изготовлялись в окрестностях волынского селения Харалуг.

   По мере развития производительных сил ремесло выделялось из натурального хозяйства вотчины как самостоятельная отрасль хозяйства.

   Уже в Х! – ХП вв. в городах насчитывалось более 60 видов ремесел. Одним из наиболее ранних видов ремесла на Руси было железоделательное производство. Несмотря на довольно низкое качество кричного пористого железа, получаемого в результате выплавки в домницах, проковки и кузнечной обработки, на данный продукт наблюдался высокий развивающийся спрос: из него изготовлялось оружие, сельскохозяйственные орудия, инструменты для ремесел. Дальнейшая специализация шла по чисто средневековому принципу – по продукту (готовому изделию), а не по материалу: появлялись седельщики, замочники, сапожники, ювелиры и т. д. Селились ремесленники обычно тоже по специальностям. До сих пор сохранились Столешников переулок, Бронная улица, Кузнецкий мост в Москве, Кожемяк в Киеве, Гончарный конец в Новгороде и т. д. Уже в этот период ремесленники работали и на заказ, и на рынок. Об этом свидетельствуют найденные при раскопках городских мастерских однородные заготовки кожи, проволочной меди и т. п., что указывает на массовый характер производства и его стандартизацию.

   Постепенно ремесло начинает переходить на более высокую стадию товарного производства: ремесленник уже не работает по заказам потребителей, а продает изделие человеку, который везет их в отдаленные районы (например, ремесленные изделия новгородцев – на юг, для обмена на хлеб). Купцы привозили из других стран и сырье для изделий: свинец, медь, олово и др.

   На Руси возникали более высокоорганизованные формы производства, которые стали позже характерны для России – артели и подряды. Большими коллективами работали городники – строители городских стен, мостники – укладчики мостовых, порочные мастера, которые изготовляли стенобитные орудия – пороки.

   Подрядным способом строились церкви. Православные храмы являлись не только культовыми, но в значительной степени и общественными зданиями: там совершались религиозные церемонии, торжественные приемы князей. Церкви становились хранительницами частных сокровищ, в соборах хранились важнейшие документы, относившиеся к вопросам торговли, а по Уставу Владимира церковь стала хранительницей весов и мер. Строительные организации носили в Древней Руси наименование дружин, ватаг, артелей. Количество таких артелей было невелико: в XI в. – одна, в Киеве, в конце XI в. – вторая, в Переяславле; позже несколько артелей работают в Новгороде. Вершинами предпринимательских достижений становятся соха и топор, храм Покрова на Нерли и Новгородский кремль, летописи и древние монастыри, икона Живоначальной Троицы и домашние домницы славян.

   Объединять группы работников требовалось для выделки изразцов, для солеварения: из-под земли по скважинам добывали солевой раствор, затем он вываривался на огне в специальных «цренах», на которых действовали кузнецы. Таким образом, уже тогда существовали непростые экономические отношения, требующие выделения предпринимателей – организаторов и значительных капиталов.

   Древнюю Русь называли страной городов. При князе Владимире (конец IX в.) их было 25; в XI в. (период расцвета) – более 89; перед нашествием Орды (начало XIII в.) – 271. Некоторые города возникали как военные крепости на пограничных рубежах государства (Белоозеро), но большая часть – на торговых путях. В последнем случае города основывали не по чьему-либо капризу или приказу. Главной причиной создания города всегда был народный промысел и торг, нуждавшийся в сбыте и включении в рыночные отношения.

   При выборе места для города всегда руководствовались соображениями топографического удобства и близости международных торговых путей. Только такие города возрождались после пожаров, разграблений. Экономические и географические выгоды местоположения были источником внутренней силы города.

   Для города Киевской Руси типично сочетание следующих элементов: крепости, дворов феодалов, ремесленного посада, торгового погоста, административного управления, церкви. Самой населенной частью города был торгово-ремесленный посад. Большую часть населения города составляли ремесленники.

   Сами ремесленники и их секреты (хитрости) охранялись от посягательств, а лишение ремесленника его «мзды» оценивалось как столь же преступное деяние, как прелюбодейство и лжесвидетельство.

   В Древней Руси поощрялось не только производство продуктов для повседневных потребностей, но также и те виды ремесел, которые удовлетворяли эстетическим требованиям состоятельной части населения. Развитие ремесленного производства и в отношении предметов первой необходимости (полотна, колес, телег и т. д.), и предметов роскоши и искусств предполагало возможность в будущем обойтись полностью или частично без этих закупок предметов у других народов.

   Становление на Руси мелкотоварного производства началось еще в XI в., а завершилось только через шесть столетий. К концу XII в. в крупнейших древнерусских городах насчитывалось уже свыше 100 ремесленных специальностей (кожевники, косторезы, гончары, портные, резчики по дереву, замочники, слесари, кузнецы-универсалы, ювелиры, стеклоделы, столяры, сапожники, ткачи и др.), из них только и кузнечном деле – не менее шестнадцати. Но лишь изготовление продукции для рынка свободными городскими и сельскими ремесленниками можно отнести к одному из формирующихся видов предпринимательской деятельности, хотя в товарные отношения с XII в. втягиваются и княжеские, и монастырские мастерские. К сожалению, ни по письменным, ни по археологическим источникам нельзя установить уровень эффективности и прибыли разных отраслей мелкотоварного производства домонгольской Руси, степень имущественной дифференциации в среде купцов и ремесленников.

   С историей становления рыночных отношений в экономике России тесно связан процесс становления правовых основ предпринимательской деятельности.

   Очевидно, что на Руси, как и в Западной Европе, правовые предпосылки предпринимательства возникли в торговом обороте, а при отсутствии устойчивой государственной власти правовая регламентация его осуществляется главным образом в форме норм обычного права, причем на эти обычаи серьезное влияние оказали торговые обычаи других стран. Отчасти по этой причине исторически первыми постановлениями торгового права, нашедшими свое отражение в правовых актах того времени, явились положения договоров великих князей Олега (907, 911 гг.), Игоря (941 г.), Святослава (971 г.) с Византией. Однако эти положения, создавая предпосылки торгового права, не могут быть причислены к актам действующего в стране права. Первым правовым актом, закрепившим в статутной, близкой природе закону форме, отдельные положения действующего тогда торгового права, являлась «Русская Правда».[24] Формируясь путем дополнений в течение XI–XIII вв., «Русская Правда» представляла собой комбинированный правовой источник, в котором объединены нормы, использовавшиеся для регулирования уголовных, уголовно-процессуальных, административных правоотношений. Включение в «Правду» статей, посвященных торговым отношениям, свидетельствует о том, что торговая деятельность приобрела значительные масштабы, а «Русская Правда» имела не только правовое, но и социально-экономическое значение. Названная В. О. Ключевским торговым кодексом капитала, она явилась отражением гражданского общества того периода: кровная месть заменена денежной вирой (штрафом), по принципу материального возмещения предусматривалась и компенсация причиненного вреда.

   Древнему праву известны два вида ответственности по договорам: личная и имущественная (в историческом отношении более поздняя и развитая). В «Русской Правде» доминирует ответственность имущественная, однако обращение взыскания возможно не только на имущество, но и на саму личность должника, а порой даже на его жену и детей.

   Обязательства периода Киевской Руси имели ряд особенностей, отличающих их от периода позднего феодализма:[25]

   1. В более поздний период обязательства вели к установлению прав на действия обязанных лиц. В период же Древнерусского государства они вели к установлению прав на личность обязанных лиц.

   2. Обязательства возлагались не только на обязанное лицо, они падали и на других членов его семьи (жену, детей).

   3. Неисполнение обязательств могло иметь своим последствием превращение обязанного лица в холопа. Так, закуп, не желавший выполнить обязательство по этому договору или ушедший от своего хозяина, превращался в полного холопа (ст. 56).

   Система обязательств вследствие неразвитости оборота была несложной. Можно установить существование в Древнерусском государстве следующих договоров: мены, купли-продажи, займа, личного найма, поклажи.

   Хотя ни в «Русской Правде», ни в других правовых памятниках не говорится о договоре мены, нет никаких оснований сомневаться в его существовании. Договор мены является древнейшим из обязательств, он предшествует купле-продаже. Более того, договор купли-продажи был вначале ничем иным, как разновидностью договора мены. В «Правде» содержится немало статей, посвященных купле-продаже. Предметом купли-продажи могли быть холопы, кони, одежда, домашний скот. Договор заключался словесным соглашением и передачей вещи при свидетелях для предотвращения невыгодных последствий.

   В IX–XII вв. письменная форма договоров еще не развилась, они совершались, как правило, в устной форме, но с употреблением символических форм – возлияние богам, рукобитье. Для устранения последующих взаимных претензий при заключении сделок должны были присутствовать свидетели, однако суд принимал и любые другие доказательства, удостоверяющие договоры. Число известных «Русской Правде» сделок еще не очень значительно.

   Наиболее полно регламентирован договор займа, который был основной формой хозяйственной стабильности при неурожаях, стихийных бедствиях, социальных потрясениях. Предметом договора выступали продукты, деньги, зерно, вместе с возвратом одолженного обязательно взимались проценты. Русское общество не знало свободного труда и отношений найма. Поскольку труд в это время был дешев, а капитал крайне редок, то последний требовал высоких процентов. Ростовщичество (торговля деньгами, кредит) было весьма древней формой предпринимательства на Руси. К тому же православная церковь относилась к кредиту нейтральнее, чем католическая. В древнерусском договоре займа нашли отражения некоторые черты правосознания того времени. Заемщик и кредитор признавались хозяйственно свободными, их отношения носили частноправовой характер, государство не вмешивалось в них, и прослойка ростовщиков процветала, что привело в 1113 г. к восстанию в Киеве.

   События 1113 г. являлись объектом исследования практически всех историков права, в данном случае они будут затронуты в контексте первой в истории нашего государства социально-экономической реформы и ее последствий. Владимир Мономах, будучи любимцем киевлян, являлся единственной кандидатурой на престол великого князя, способной обуздать народное недовольство. Реформа Владимира Мономаха 1113 г. существенно изменила экономические отношения, социальную структуру общества и имела последствия, о которых законодатель и не помышлял. Сразу же после вступления на престол Владимир Всеволодович принимает ряд решительных мер к пресечению беззастенчивого разорения населения в дальнейшем.

   Среди названных мер находим как законодательные, так и административные.

   Законы вошли в состав Пространной редакции «Русской Правды» и помещены там под общим заголовком «Устав Владимира Всеволодовича». Нормы этой части «Русской Правды» сгруппированы учеными в Устав о резах (ст. 53), Банкрутский устав (ст. 54–55), Устав о закупах (ст. 56–64) и Устав о холопах (ст. 110–121).[26]

   Норма, открывающая Устав Владимира Всеволодовича, устанавливает предельные размеры процентов (резов) третных и годовых. Вообще сам факт ограничения размеров процентов говорит о преимущественно бытовом, некоммерческом характере займа, о том займе, который заключался при послухах, если превышал 3 гривны, и доказывался присягой, если был менее 3 гривен (ст. 52). Заключался этот договор не только и не столько между соседями-общинниками, сколько между общинником (как членом городского мира, так и крестьянином) и ростовщиком. К концу XII в. ростовщики в Киеве процветали, о чем говорит сам факт их связи с князем и тысяцким. Об их правовой защищенности свидетельствует и ст. 47, устанавливающая штраф за просрочку долга. С точки зрения исследователей, последние статьи первой части Пространной редакции «Русской Правды» «Суда Ярославль Володимерича» составляют законодательство Святополка Изяславича, княжившего в Киеве непосредственно перед Мономахом и радевшего о благополучии киевских ростовщиков.

   Ограничение в первой же статье Устава Владимира Мономаха размеров процентов по займам должно было оградить население от чересчур разыгравшихся аппетитов ростовщиков. В Уставе о резах было установлено, что ростовщик имеет право брать процент только три раза, иначе он лишается права на возврат и самой кредитной суммы. Была указана и предельная величина процента (около 40 %).

   Кредитные операции с населением являлись источником первоначального накопления капитала, что предполагало потребность во включении этих средств в оборот – путь, известный средневековой Европе. Будучи привязанными к месту, ростовщики могли ссужать купцов деньгами и передавать им для иногородней и особенно для внешней торговли товары. Вполне возможно, что со временем аналогичными операциями стали заниматься князья и их окружение. Нормы обычного купеческого права начали отходить на второй план, поскольку возникали споры между купцами и представителями иных социальных групп. В такой ситуации последствия купеческого банкротства становились для банкрота гораздо более серьезными.

   Купцы, вероятно, объединялись в корпорации, «складства», по терминологии отдельных исследователей – «торговые товарищества». Сплачивались усилия, оказывались взаимные услуги, объединялись для решения своих внутренних дел и для совместных действий на внешних рынках (в частности, для доставки и хранения товаров).

   Банкрутский устав дает иную картину отношений. Суть конфликта, легшего в основу Банкрутского устава, такова. Купец, осуществляющий торговлю с другими городами или странами, взяв помимо своего товара еще и «чужие куны» и «чюжь товар», не смог по возвращении расплатиться с кредиторами, в число которых наряду с его коллегами (ст. 48) входили ростовщики и некоторые должностные лица, включая самого князя.

   Княжий суд под давлением ростовщиков и коррумпированной знати мог в обстановке конца XII – начала XIII в. и «насилити», и «продати» купца, независимо от причины банкротства. Владимир Мономах с участием тысяцких, т. е. должностных лиц, ведавших городским судом и торговлей, установил твердый порядок расчетов по долгам и статус купца-банкрота.

   Статья 54 прямо говорит, что купца, потерпевшего банкротство в силу несчастного случая, нельзя «насилити ему, ни продати его». Следовательно, до этого были случаи и насилия, и продажи – русский закон лаконичен, он не содержит лишних, общеизвестных положений. А если в норму вводится частичка «не», то значит речь идет о пересмотре старой практики. Только в случае умышленного банкротства допускалось решение судьбы должника по усмотрению кредиторов. Разновидностью умышленного банкротства является ситуация, решение которой предложено в ст. 55. Она также ломает прежнюю практику выплаты долга из имущества, находившегося в руках купца-банкрота. Статья устанавливает, что товар гостя должен быть реализован, а вырученные деньги переданы, прежде всего, иноземному купцу, а остальное идет в раздел: сначала князю, а затем домашним кредиторам. Интересно, что ст. 55 имеет прямую отсылку к ст. 53: «Аже кто много реза имал, не имати тому» (ст. 55). И сравним: «Аже кто возметь два реза, то ему взяти исто; паки ли возметь три резы, то иста ему не взяти» (ст. 53) – это норма, адресованная ростовщикам.

   Устав о закупах непосредственно примыкает к Банкрутскому уставу. Он интересен тем, что впервые в «Русской Правде» называется данная категория населения. Причем, кроме восьми статей Устава, закупы нигде больше в «Русской Правде» не встречаются. Впрочем, это характерная черта норм, принятых в 1113 г.: они регулируют отношения, о которых ранее практически не говорилось в законе.

   Споры о закупах широко известны в научной литературе: закуп-наймит, в смысле наемный работник, обязанный отработать полученный аванс, и закуп-челядин-должник, поставивший себя в полурабское положение, заложив личность как гарантию уплаты долга.

   Купа – это зерно, скот, деньги, взятые в долг. Закупничество возникало из договоров займа как следствие частного права с последующим возможным превращением закупа в холопа, закладника, раба, что увеличивало число пахарей-работников. У ростовщиков, понятно, были иные цели. Им не нужны были работники, гораздо выгоднее было продать холопа.

   Недовольство (и очень серьезное) вызывало и обращение ростовщиков с закупами. Именно ростовщики были тесно связаны с работорговлей. Пожалуй, последнее обстоятельство и могло придать столь яростный характер выступлению 1113 г.

   В 1113 г. Владимир Мономах со своей дружиной и тысяцкими некоторых крупнейших городов принял ряд норм, существенно ограничивших права ростовщиков. Взимание процентов по займам вводилось в рамки закона, произвол в отношении должников ограничивался.

   Роль ростовщиков в экономической жизни государства была сведена к нулю. Исчезновение целого социального слоя прошло незаметно и не вызвало ни социального взрыва, ни экономического кризиса, поскольку исчез «чужеродный» элемент, завезенный в Киевскую Русь, а не выросший на естественной почве. Деньги ссужали монастыри, но ростовщичество как источник первоначального накопления капитала не получило на Руси распространения. Российское предпринимательство основывалось прежде всего на торговом капитале. Банки, кредитные отношения не получили своего развития.

   Таким образом, Русь по воле монарха отошла от обычного для Западной Европы пути развития капиталистических отношений, а текст «Русской Правды» в соответствии с дальнейшим социальноэкономическим развитием земель и княжеств включался в юридические сборники последующих веков.

   В начальный период «Русской Правды» образовалась кунная или гривенная денежная система, в которой обращались как чисто русские, так и иноземные монеты, преимущественно дирхемы, динарии, драхмы, а отнюдь не меха пушных зверьков. С начала XI в., в связи с истощением запасов восточного серебра, главные внешнеторговые связи Руси обращаются на Запад, и основным ввозимым товаром снова становится серебряная монета. Считалось, что в своем государстве золота и серебра не родится.

   В «Русской Правде» встречаются следующие наименования денежных понятий: скот и куны – для обозначения денег вообще, гривна, ногата, куна, резана, веверица и векша – для обозначения платежных единиц. Наименование денег вообще – скотом – повлекло к заключению, что некогда в качестве денег действительно обращался скот – домашние животные. Высказано весьма убедительное мнение, что в эпоху «Русской Правды» этот термин являлся пережитком и скорее всего восходил к древнегерманскому Scatta – деньги.

   Понятие «гривна» употреблялось в качестве названия единицы веса (гривна золота, гривна серебра) и в качестве денежной единицы (гривна кун). Древняя серебряная гривна явилась прямой родоначальницей современного русского фунта и послужила обобщением денежных систем различных княжеств. Гривна «Правды» содержала 46,79 г чистого серебра. На одну гривну кунами считалось 20 ногат, или 25 кун, или 50 резан. Во всех списках «Русской Правды» гривна приравнивается по таксе 1 волу, или 10 телятам, или 20 баранам. Когда Ярослав Мудрый приступил к строительству Георгиевской церкви в Киеве (около 1051 г.), то он объявил на торгу, что каждый делатель (ремесленник) получит за труд по ногате на день. За ногату в те времена можно было купить барана. Заработком одного дня, как видим, можно было прокормиться с семьей целую неделю.

   Таким образом, торговля являлась одним из важнейших источников дохода на Руси, что находило отражение не только во внешней политике государства, но и в экономической жизни древнерусского общества. Высокоприбыльная посредническая торговля не только не исключала, но и стимулировала развитие землепашества, лесных промыслов, ремесла.

   Источниками значительных материальных богатств Древнерусского государства была успешная торговля (преимущественно внешняя), а также эксплуатация лесных ресурсов. Однако внешнеэкономическая деятельность не разрушала натурального хозяйства, отсутствовала прочная экономическая основа в виде развитого производства и национального рынка, что наряду с другими причинами привело к распаду Киевской Руси и периоду существования татаро-монгольского ига.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Игорь Муромов.
100 великих авиакатастроф

Галина Ершова.
Древняя Америка: полет во времени и пространстве. Северная Америка. Южная Америка

Игорь Мусский.
100 великих заговоров и переворотов

Елена Жадько.
100 великих династий

Гарольд Лэмб.
Сулейман Великолепный. Величайший султан Османской империи. 1520-1566
e-mail: historylib@yandex.ru
X