Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Алла Александровна Тимофеева.   История предпринимательства в России: учебное пособие

3.4. Правовые условия развития предпринимательства в XVIII – первой половине XIX вв

   Период с XVIII в. до I половины XIX в. включительно, несомненно, заслуживает пристального изучения, поскольку включает в себя два важных этапа в историческом процессе становления правовых основ предпринимательской деятельности. Первый из них охватывает XVIII столетие, и он связан со временем императорских реформ, начало которым положено Петром I.

   Формирование правовых основ предпринимательства на данном этапе имеет ряд особенностей, так как данный процесс протекал в сложной и противоречивой обстановке. Исключительная роль государства в развитии различных сторон жизни российского общества проявилась, с одной стороны, в активизации торговой и промышленной деятельности, с другой – в усилении крепостнических и командноадминистративных начал в организации хозяйственной практики.

   Для данного периода характерны постоянные попытки законодательно закрепить такие порядки в хозяйственной сфере, которые способствовали бы, в первую очередь, обеспечению государственных интересов. Правительство предпринимало немало усилий по поощрению экономического роста торгово-промышленных слоев, с деятельностью которых связывало собственный фискальный интерес казны.

   Именно в эти годы были определены основные принципы и стратегические направления развития предпринимательского права России до начала XX в., тогда же происходит зарождение основ промышленного права.

   Второй этап, охватывающий I половину XIX в., связан с переходом экономики от феодально-крепостнических принципов хозяйствования к капиталистическим. В это время вызревают экономические и социально-политические условия прекращения крепостного права – основного сдерживающего фактора полноценного развития рыночной экономики.

   Усиление крепостничества и государственного авторитаризма в отношении свободной части населения, особенно в начале XVIII в., существенным образом сдерживало возможность проявления предпринимательской активности. Подобное сдерживание было обусловлено, прежде всего, бедностью экономически активной части населения, что означало отсутствие имущественных условий для предпринимательства. Кроме того, крепостничество и авторитаризм власти существенно ограничивали личные права и в том числе право на осуществление предпринимательской деятельности всех слоев населения.

   В этих условиях государство, особенно в период правления Петра I, пошло на инициирование предпринимательства присущими ему административными методами. Это привело к тому, что право предпринимательской деятельности развивается в это время преимущественно как публичное право торгово-промышленной деятельности, что проявилось в почти полном отсутствии в законах того времени постановлений, относящихся к частному торговому праву.[80]

   Усиление государственного вмешательства в хозяйственную практику требовало активизации правотворческой деятельности государства в выработке соответствующего законодательства. Однако законотворческий процесс при этом характеризуется малой согласованностью новых законов со старыми (московского периода). Петр I в своих реформах попытался полностью отказаться от традиций и прошлого опыта. Он стремился отойти от византийских идеалов в российском устройстве и установить западноевропейские традиции во всех сферах жизни общества.

   Во время своих путешествий и в личных сношениях с иностранцами, находящимися в России, он мог убедиться в превосходстве экономического развития Европы. Учреждая в 1712 г. «Коллегию для торгового дела исправления», он считал полезным, чтобы в этом учреждении участвовали «один или два человека иноземцев, дабы лучший порядок устроить, ибо без прекословия есть, что их торги несравнительно лучше наших».[81]

   В этих условиях практика правового заимствования усиливается и не скрывается. В целом в самой практике правового заимствования нет ничего предосудительного. Более того, заимствование положений торгового (предпринимательского) права являлось и является сейчас общемировой практикой. Однако в период правления Петра I в законотворческой деятельности и правоприменительной практике имели место издержки. Если до Петра I заимствование происходило у народов, близких к России по истории, культуре, то в петровский период заимствование идет у государств, далеких от российской ментальности (Швеция, Дания, Германия и др.).

   Такое заимствование отрицало уже сложившуюся практику, требовало значительных затрат на его реализацию. Эти затраты увеличивались также в результате непродуманности и неумелости внедрения в практику правовых заимствований, не принося при этом ожидаемых результатов. Однако в результате данной законотворческой деятельности в рамках этого этапа формировалось более совершенное единое правовое пространство для предпринимательской деятельности в России. При этом осуществлялось унифицирование российского права с более передовым западноевропейским, что способствовало продвижению российской экономики к наиболее передовым формам рыночного хозяйствования и интеграции в мировую экономику.

   Начиная с XVI–XVII вв., русские правительства делают попытки поощрять развитие промышленности, вызывая для учреждения фабрик предпринимателей из-за границы и предоставляя им для этого льготы и привилегии. Но в законодательных памятниках того периода практически нет постановлений относительно промышленных производств.

   До Петра I господствует принцип свободы промысла, право на занятия которым всех и каждого не подвергается сомнению. Реформаторская деятельность Петра I во многом связана с насаждением в России промышленных предприятий, которые должны были удовлетворить потребности прежде всего казенного хозяйства. Естественно, что первоначально именно государство становится организатором промышленных заведений, лишь спорадически допуская частных лиц к занятию промыслами «стратегического» значения. Но уже в 1710-х гг. начинается довольно широкая передача фабрично-заводских заведений в частные руки (едва ли не первым актом такого рода была передача Никите Демидову Невьянского завода на Урале). С этим и связано и начало сколь-нибудь заметной законодательной активности государства по регулированию деловой активности. Первоначально оно выражалось лишь в предоставлении льгот и привилегий частным промышленникам и торговцам вплоть до предоставления монопольных прав на производство и торговлю отдельными видами товаров, что поощряло последних к увеличению производства и торговых оборотов.

   Одним из первых указов общего порядка стал Указ от 17 января 1721 г., согласно которому все заводчики и фабриканты освобождались от обязательной ранее государственной или муниципальной (городской) службы. Беспрецедентный характер носил и Указ от 18 января того же года, впервые позволивший покупку крепостных крестьян целевым назначением – к заводам – лицам не дворянского происхождения – купцам и заводчикам, что стало одним из факторов быстрого наращивания промышленного производства.[82]

   Известно, что, насаждая в стране промышленность, Петр держал ее под постоянной опекой, подвергая строгой регламентации зачастую даже виды, форму, размеры и цены изделий.

   Венцом законодательной деятельности Петра в этой сфере стало издание 3 декабря 1723 г. особого Регламента для созданной им Мануфактур-Коллегии. Главными ее задачами становилось всемерное поощрение промышленности: предоставление для этого необходимых льгот и привилегий, освобождение на известный срок от всяких податей и таможенных пошлин. Коллегии предписывалось даже в случае «ослабления» частных заведений «буде нерадением компанейщиков, то их принуждать к порядочному содержанию». Впрочем, в случае, если упомянутое ослабление происходило по независящим от них причинам, то «чинить им капиталом вспоможение с ведома Сената». Подобное «вспоможение» вплоть до начала XX в. стало одной из профилирующих характеристик торгово-промышленной политики российских правительств.

   В полном соответствии с духом абсолютизма Коллегия наделялась правом вторжения в частную жизнь фабрики – не только контроля и регламентации товарной продукции, о чем было упомянуто выше, но и контроля за использованием рабочей силы, «подвергать работников и учеников особому испытанию», «давать учредителям данное производство» и т. д. Коллегия наделялась также правами судебного органа для всех лиц, обретающихся на фабриках. Регламент содержал и одно, но очень важное положение, способствовавшее свободному развитию предпринимательства в промышленной сфере: им уничтожались монополии, которыми пользовались по прежним указам учредители новых фабрик при продаже произведенной продукции.

   В Регламенте впервые в российской законодательной практике сделана попытка решить проблему иностранного предпринимательства. Коллегия обязывалась вызывать из-за границы промышленников, пожелавших «своими собственными иждивениями» заводить в России фабрики и мануфактуры, предоставляя им право свободного въезда и выезда со всем имуществом, беспошлинную продажу в России своих изделий в течение нескольких лет, покупать или ввозить беспошлинно необходимые материалы и оборудование. Кроме того, Коллегия обязана была снабжать их на первое время готовыми квартирами, ссужать их из казны деньгами, освобождать от всяких поборов, служб и постоев.

   Иноземцы широко используют кредит, ссужая русских поставщиков деньгами на закупку экспортных товаров на внутреннем рынке. В самой России в петровскую эпоху отсутствовали учреждения коммерческого кредита, как государственные, так и частные.[83] Процент по ссудам в сделках между купцами был по-прежнему высок. Под влиянием иностранных коммерсантов активизируется обращение векселей к подобным им ценным бумагам, например так называемым «советным письмам» русских купцов своим кредиторам, где обозначены сумма долга и срок уплаты. Но законодательно обращение векселей было закреплено только в 1729 г.: издается Вексельный устав, законодательно подтверждаются его основные принципы (простота в оформлении, скорая и безусловная процедура взыскания долга). Предусматривались и такие операции, как передача векселя кому-либо с соответствующей надписью на нем (индоссамент), перевод с помощью векселя уплаты с одного лица на другое. Правда, русские купцы и после издания Устава крайне редко пользовались переводными векселями (траттами). Устав о векселях был разработан на основе Германского вексельного устава; он предусматривал и отчасти специально был ориентирован на возможность использования векселя не только в купеческой практике, но также и для пользы казенной. Так, вторая глава Устава определяет порядок использования векселя на казенные деньги.[84]

   Усиление государственного вмешательства в хозяйственную практику и, прежде всего, в торговую и промышленную сферы, требовало активизации правотворческой деятельности государства в выработке соответствующего законодательства. Большое число законодательных актов этого периода (регламентов и положений) содержало в себе нормы торгового права. Так, Указ Сената от 13 апреля 1711 г. предоставил право на торговую деятельность «всякого чина людям торговать всеми товарами везде». Этим самым Петр I способствовал расширению круга лиц, наделенных правом на осуществление торговой деятельности; Устав об эверсах от 26 июля 1720 г., а также Морской торговый регламент и Устав от 31 января 1724 г.[85] явились своеобразной основой российского морского торгового права. Петром I в 1724 г. был издан Указ «О таможенном суде по словесным прошениям», который был предназначен специально для рассмотрения споров купеческих людей. Устав, приложенный к данному Указу подробным образом, определял порядок судебного рассмотрения споров, возникающих между хозяином и наемным работником, между хозяином и приказчиком.

   Основанием для возникновения обязательств продолжали оставаться договоры. Развитие товарно-денежных отношений вело к возрастанию роли договора в гражданском обороте. Повышается требование к его оформлению, больше внимания уделяется способам, обеспечивающим исполнение договорных обязательств. В эпоху Петра придается значение тем видам договоров, которые ранее регулировались главным образом обычаями. Все это ведет к возрастанию роли обязательственного права, увеличению числа нормативных актов, регулирующих торговый оборот, но в основном в нормах права очерчиваются рамки дозволенного, содержатся санкции за нарушения обязательных предписаний. В остальном царствует принцип гражданского права: что не запрещено законом – разрешено. Способ заключения договора определяется в зависимости от размера суммы, на которую он заключался, а также от вида договора. Все сделки, не имевшие характера бытовых, как правило, заключались письменно и оформлялись крепостным актом, или крепостью. Сделка считалась заключенной после регистрации в приказе и уплаты пошлины. В законе отсутствовали правила написания текста договора и не определялись условия, которые непременно должны быть в нем. Однако в ряде случаев законодатель требует соблюдения такой формальности, как обозначение года, месяца и числа, указания в договорах о подрядах ответственности за его неисполнение. Развитие торговых связей потребовало изменения в порядке заключения договоров. Поиску контрагентов, достижению между ними согласия должны были способствовать учрежденные в 1717 г. должности гофмаклера и строительство биржи в Петербурге. Регламент Камер-Коллегии предполагал учреждение должности комиссара подрядных дел, в обязанности которого входил бы поиск подрядчиков, определение условий договоров с ними, наем транспорта. Об интересах людей, которые лишь иногда заключали договоры, должен был заботиться крепостных дел дьяк, особенно о малолетних, женщинах, больных. Он же должен был побеспокоиться о свидетелях, чтобы они были людьми добропорядочными. В Указе 1699 г. говорилось, что «в больших делах» свидетелей должно быть от трех до пяти человек, но могло быть и больше, в меньших делах (сто, двести рублей) два, три человека.[86] Закон знает и такие незаконные сделки, как заключенные лицом недееспособным. Сделки, заключенные пьяницей, могли быть признаны недействительными, и все полученное по ним терялось «трезвой» стороной.

   Уточнялись способы исполнения обязательств. Поручительство – один из древнейших способов обеспечения исполнения обязательств – оформлялось через заключение договора. Особо важное значение придавалось поручительству при заключении договоров личного найма и подряда. При личном найме поручитель должен был засвидетельствовать, что нанимающийся – не беглый и не разбойник. При найме на государственную службу поручитель отвечал за добросовестность лица, за которое он поручился (наказывались и преступник, и поручитель). Вторым способом обеспечения исполнения обязательств был залог (заклад) имущества. Он оформлялся закладной грамотой недвижимого имущества. При залоге движимого имущества оно опечатывалось и передавалось в руки кредитора, который нес ответственность за его сохранность. Залогом обеспечивалась исправность платежей по займам. В заклад можно было записаться и самому должнику. Но здесь существовали ограничения: по должности запрещалось брать в заклад людей воеводам (им вообще запрещалось давать в долг). Военнослужащим запрещалось давать в заклад оружие и обмундирование. Вообще же нормы залогового права были хорошо разработаны в предшествующем законодательстве, так что серьезных изменений здесь внесено не было. Указа, перечислявшего все существовавшие в то время виды договоров, не было. Широко представлен в нормативных актах договор купли-продажи. Различалось правовое регулирование купли-продажи недвижимых имений и крепостных людей и купли-продажи движимости. Субъектами договора купли-продажи поместий и вотчин могли быть только дворяне. Чтобы способствовать развитию промышленности, из правила, запрещавшего иметь землю не дворянам, делалось исключение, допускавшее приобретение промышленниками деревень с крестьянами для обслуживания заводов. Крестьяне, прикрепленные к заводам, не могли продаваться без заводов независимо от того, владел ли заводами дворянин или купец.

   Купля-продажа недвижимости в городах упрощалась и переставала носить узкосословный характер (не было существенных ограничений при покупке горожанами домов, лавок, лавочных мест). Купля-продажа движимости не сопровождалась такого рода формальностями, но, тем не менее, как правило, и эти договоры записывались, заключались, если не при свидетелях, то с поручителями, которые удостоверяли, что вещь некраденая. Договор мены очень близок к договору купли-продажи, их правовое регулирование практически не различалось. Особое распространение в эпоху Петра получил договор подряда. По количеству указов, посвященных подряду, с ним может соперничать лишь договор личного найма. Нормы, посвященные договору подряда, содержатся в Указах от 27 декабря 1714 г. и от 25 января 1716 г.[87] Подрядчик обязывался осуществлять это на свой страх и риск, не обременяя ничем своего контрагента, который должен был лишь уплатить обусловленную сумму. Подрядчик мог получить часть денег авансом. Подряды следовало оформлять и предоставлять поручные записи. В тексте договора требовалось оговорить все условия договора: что, куда, сколько надо поставить и кому сдать, а также размер пени в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения. Когда казна была заинтересована в подрядах, появлялись указы, в которых давались льготы подрядчикам. Договор подряда заключался, как правило, когда на свободном рынке требуемую продукцию приобрести было трудно. Чтобы подрядчик не выступал монополистом и не диктовал казне свои условия, начиная примерно с 10-х годов XVIII в., стали широко практиковаться торги на заключение подрядов, и вскоре они были признаны обязательными при заключении подрядов. Специально оговаривалось, что некоторые должностные лица не могли заключать подряды: это фискалы, морские чины и др. Развитие перевозок грузов как следствие развития торговли привело к необходимости более детальной правовой регламентации этого договора. В нормативно-правовых актах договор перевозки именуется подрядом; из этого следует, что в то время перевозка хотя и выделяется из родственных договоров предоставления услуг, однако законодательно еще не была определена особым термином. Первые правовые акты, регламентирующие перевозку, касались казенных грузов и относились к перевозке на подводах как наиболее распространенном в то время виде транспорта. Кладная расписка выдавалась перевозчикам одновременно с получением груза. С этого момента договор считался заключенным. Кладную записку вполне можно считать предшественницей современного коносамента. Существовал и другой способ заключения договора о перевозке. О нем упоминается в сенатском Указе от 10 декабря 1711 г.: это договор, в соответствии с которым бронируются места на судне для перевозки грузов. Он считается заключенным с момента его подписания и в нем можно увидеть «предка» современного чартера. Необходимо отметить, что законодатель при всей нечеткости терминологии все же различает два вида перевозки. И если первый по большей части именуется подрядом, то второй – наймом судна или места на судне, причем, последний встречается при перевозке товаров «за море». В 1720 г. появляется уже упоминающийся выше акт, целиком относящийся к перевозке водным путем, – Устав об эверсах. Устав содержит ряд новых для российского права норм. В отличие от современного права, рассматривающего договор перевозки как обязательство по перемещению груза, в законодательстве того времени господствовал иной взгляд на этот договор. Считалось, что если лицо нанимает судно для перевозки, то договор сводится, прежде всего, к предоставлению нанятого судна и лишь во вторую очередь к перевозке груза. Устав ввел новую норму, устанавливающую сроки подачи судна. Статья 5 подтверждает, что при заключении этого договора важно было предоставление судна, а не конечный результат – доставка груза в другое место: «Такожде всякий, кто такой эверс наймет, будет время иметь к полному нагружению седмь работных дней, в том числе и… день считая, в который тот эверс принят будет; против же сего, ежели груз не будет полон, а будет ветр и погода способная, тогда хозяин того эверса не повинен далее ждать, но надлежит ему свой намеренный путь воспринять под арбитральным штрафом, а наемщик повинен ему за полный груз того эверса заплатить».[88]

   Немало указов было посвящено и регулированию личного найма. Договор найма иногда похож на договор подряда, разница в том, что в договоре подряда подрядчик обязуется выполнить какую-либо работу, а при найме работника нанимают на какой-либо срок, чтобы в течение этого срока он работал на нанимателя. Договор личного найма оформлялся письменно; запрещался прием на работу без поручных записей. В договорах личного найма могли оговариваться иные условия. Договор займа регулировался нормами, сложившимися в предшествующий период, петровское законодательство вносило в них лишь незначительные изменения и дополнения. Уточнялся порядок взыскания долга несколькими кредиторами с несостоятельного должника. Лица, не выполнившие свои обязательства перед государством, рассматривались как должники. Для законодательства XVII – начала XVIII в. характерно распространение имущественной ответственности на личность самого должника. Правеж (битье палками по икрам ног) предусматривался ещё Соборным Уложением 1649 г. Петровское законодательство вводит для людей, имевших долги перед государством, отработку их на общественных работах, по сути, на каторге. За долги умершего главы семьи отвечали его вдова и дети. Мужчин посылали на «галерную работу», женщин – в прядильный дом. Развитие торговли, в том числе и внешней, вело к распространению кредитных отношений. Время правления Петра I – период становления вексельного законодательства, но Устав о векселях был принят уже при Петре II, в 1729 г. Вексель использовался в России казной для перевода денег в отдаленные районы страны и за границу. Одновременно и купцам было удобнее не везти с собой в дальний путь тяжелые металлические деньги. Удобны для купцов были и расчеты с казной при помощи векселей при уплате таможенных пошлин. Однако такие расчеты не были удобны для казны во внутренней торговле, поэтому законодатель стремился пресечь эту практику. В начале XVIII в. получил распространение перевод государством денег за границу через иностранных купцов.

   После Петра I власть долгое время занималась главным образом административными перестройками. В 1727 г. была упразднена Мануфактур-Коллегия, на месте которой образованы Коммерц-Коллегия и Мануфактур-Контора, объединенные Указом 1731 г. между собой и с Берг-Коллегией в Коммерц-Коллегию; в 1742 г. Мануфактур-Коллегия восстановлена.

   Долгое время в России господствует принцип строгой регламентации как деятельности частных предприятий, так и условий, при которых они могли возникать, что не могло способствовать развитию деловой активности. В результате появляется знаменательный Указ от 12 марта 1734 г., впервые вводивший явочный принцип учреждения новых предприятий (правда, тогда он коснулся лишь суконных фабрик и «на строение мундиру и амуниции»).

   Не менее знаменательный характер имела статья того же Указа, исключавшая из деловой активности подавляющее большинство населения России, крестьянству (представители которого видимо уже почувствовали вкус к такого рода деятельности) запрещалось заводить «суконные и другие аммуничных вещей фабрики». Одним из наиболее важных актов этого времени стал Указ от 7 января 1736 г., в соответствии с которым находившиеся на фабриках рабочие были признаны вечными крепостными фабрикантов. Неэффективность принудительного труда была вполне очевидна уже и тогда, и спустя всего четыре года в другом законодательном акте появляется рекомендация промышленникам «стараться работы наймом и подрядом производить», горнозаводским же рабочим за «излишние работы… платить заработанные деньги».

   В период царствования Анны Иоанновны в 1731 г. был принят Морской пошлинный Регламент или Устав, который представлял собой, по существу, акт таможенного права. Данный Регламент определял порядок декларирования, осмотра иностранных товаров, прибывающих в Россию морем. Здесь же установлены порядок определения и уплаты ввозных пошлин и меры противодействия контрабанде и занижению таможенной стоимости товара.

   В 1740 г. издан Указ о банкротах, где регламентируется порядок осуществления процедуры банкротства (объявление, оповещение кредиторов, описание имущества, принятие требований и т. п.). Определены права участников процедуры: должника, кредиторов, куратора. Тем самым заложены основы законодательства о банкротстве.[89]

   Принятый Елизаветой Петровной в 1755 г. Таможенный устав отменил внутренние пошлины: с товаров, с найма извозчиков, с клеймения хомутов, с мостов и перевозов и т. п. (всего 17), что способствовало развитию торговой деятельности. Устав определял порядок уплаты и величину ввозных и вывозных таможенных пошлин, регламентировал порядок осуществления торговой деятельности по сословиям, по видам товаров, по национальному признаку, что, конечно, ограничивало право свободного торга. Предусмотрены меры по контролю над единообразием весов и мер. Установлены различные ограничения иностранным купцам, что чуждо свободе торговли.

   Интересен с точки зрения развития вексельного права в России и совершенствования расчетной техники именной Указ Елизаветы Петровны от 6 ноября 1757 г. «О развозе новой медной монеты а некоторые города для раздачи оной от Магистратов на векселя и о переводе сумм, вносимых частными людьми в Санкт-Петербургскую Соляную Контору, на другие города». Этот Указ определял средства и механизм, связанный с использованием вексельных технологий для «облегчения коммерции», путем использования векселя как инструмента безналичного перевода денежных средств внутри России.

   Стремление к регламентации и регулированию промышленной деятельности прослеживается и в дальнейшем. Указ Сената от 15 декабря 1751 г. фиксировал разрешительный порядок учреждения предприятий и предписывал, чтобы никто без дозволения Мануфактур-Коллегии «никаких товаров делать не дерзал» под опасением конфискации всех товаров и находящихся при том материалов и инструментов. Административный пыл, с которым по-прежнему власть пыталась регламентировать деловую активность, сочетался в 1760-х гг. с линией на поощрение вольнонаемного, а не крепостного труда: в 1762 г. была совершенно запрещена покупка к фабрикам крестьян с землями и без земель. В середине века власти вновь обращаются в проблеме монополии, на этот раз отменяя рядом частных указов Сената на ранее выданные привилегии на производство отдельных видов товаров, мотивируя это необходимостью более широкого их производства мелкими промышленниками. Все это оказалось весьма характерно для царствования Екатерины II. В 1760-х гг. рядом указов упраздняются привилегии в определенных областях производства, причем провозглашается право занятий ими «всем без исключения», в том числе и крестьянству. В общем порядке это право свободного занятия промыслами, которое не только предоставлялось любому желающему, но и уничтожало систему привилегий, было закреплено манифестами 17 марта 1775 г. и 28 июня 1782 гг. При этом отменялась прежняя система обязательного испрашивания разрешения (концессии). Установление принципа «свободы предпринимательства» повлекло за собой упразднение (1779 г., 1784 г.) административных органов (Мануфактур– и Берг-Коллегий), главной задачей которых долгое время и являлась борьба с этой самой свободой. Отечественные исследователи законодательства екатерининского времени отмечают, что в это время власти по частным поводам пытались облегчить до некоторой степени и положение рабочих при фабриках, но эти попытки носили едва ли не чисто декларативный характер и не имели реальных последствий. Действительно важной мерой стал Указ от 30 января 1781 г., согласно которому у фабрикантов было отнято право судебного разбирательства над приписанными к заводам крестьянами. При этом исследователи даже досоветского периода отмечали, что каждая мера, сколь-нибудь ограничивавшая права фабриканта над личностью его крепостного, компенсировалась, как правило, предоставлением «пострадавшему» дополнительных льгот.

   Конец царствования Екатерины оказался, однако, связан с некоторым попятным движением, что отразилось в знаменитых законодательных актах – «Жалованной грамоте дворянам» и «Городовом положении». В противовес содержанию Манифеста от 17 марта 1775 г. право заводско-фабричной деятельности было предоставлено, в сущности, только дворянству (причем в сельской местности) и купечеству первой и второй гильдий. Таким образом, установлены были теперь уже сословные монополии. Правда, доступ в купечество для мещан и даже крестьян был юридически свободен. Но для этого нужны были, во-первых, солидные капиталы, а во-вторых, получение отпускного свидетельства от помещика, что было делом далеко не простым. Да и правительство, считая необходимым регулировать процесс пополнения мещанского и купеческого сословия, после пугачевского восстания не склонно было отпускать узду.

   Параллельно правительство начинает всячески стимулировать деятельность казенных фабрик и очень настойчиво добиваться исполнения существовавшего со времен Петра правила, по которому все промышленники обязывались поставлять государству определенную долю своей продукции по фиксированным ценам. Были возобновлены и специальные сборы с различных видов производств, отмененные Манифестом 1775 г.

   В эти же годы был издан Устав купеческого водоходства (1781 г.), который способствовал дальнейшему развитию морского торгового права.

   В середине XVIII в. была законодательно подтверждена одна из форм феодальной зависимости посадского населения – «отдача в зажив», т. е. отработка долга с процентами несостоятельным должником, который с этой целью поступал в распоряжение кредитора. Согласно Указу от 19 июля 1736 г. оплата за год работы составляла 24 руб., из которых одна половина шла на уплату задолженности, а другая – на оплату подушной подати и содержание самого работника. Так, например, известен случай, когда признанный несостоятельным должником мещанин города Балахна Василий Трубников был вместе с сыном отдан «в зажив» долга в 590 руб. зарайскому купцу Ивану Степановичу Зайцевскому на 12 лет и 3,5 месяца.

   Но главной целью этого Указа было определение порядка взимания недоимок. Так, по Нижнему Новгороду с 1779 по 1794 гг. в списке банкротов значилось 16 человек. В зависимости от суммы долга срок их пребывания «в заживе» составлял от 6 и более лет. «Зажив» был отменен лишь в 1834 г.

   В период правления Павла I (1796–1801 гг.) был принят Устав о цехах, дополнивший промышленное законодательство. В 1800 г. издан Устав о банкротах, развивший положения Указа 1740 г.

   Обзор торгового законодательства этого периода позволяет сказать, что важным моментом, характеризующим данный этап, явилось законодательное оформление в XVIII в. отдельных частноправовых положений предпринимательского права. Они в это время специально не выделялись в отдельные акты, а фрагментарно включались в императорские указы, посвященные различным аспектам государственного управления. В тогдашних условиях частноправовые институты торгового права регламентировались обычным правом, в то время как на Западе они уже получили законодательное оформление (ордонансы 1673, 1681 гг. во Франции, Прусский свод общего земского права 1794 г.).

   Особая роль в законодательном оформлении основополагающих институтов частного права принадлежит Екатерине II. Именно по ее инициативе в российском праве были выделены и оформлены общие подходы к законодательному закреплению права собственности, что в значительной степени произошло под влиянием европейского права.[90]

   Впервые термин «собственность» был использован в наказах Екатерины II Комиссии, созданной для разработки нового Уложения в 1766 г., где было указано на необходимость развития гражданского права, «которое сохраняет и в безопасности приводит собственность всякого гражданина». В программе подготовки Уложения «право над вещами» характеризуется как право «над имениями справедливо приобретенными».

   На эволюцию права частной (в отличие от общинной, государственной) собственности повлияло уравнение правомочий обладателя права собственности в отношении движимого и недвижимого имущества. Как известно, В предшествующие периоды владелец недвижимости (и прежде всего земли) был ограничен в распоряжении ею княжеской и царской властью. В «Жалованной грамоте дворянству» (1785 г.) ему предоставляется право «быть приобретателем имения, благоприобретенное имение дарить или завещать, или в приданое, или на прожиток отдать, или передать, или продать кому заблагорассудится». Те же правомочия в распоряжении объектами собственности предоставлены и другим сословиям в Городовом положении.

   Таким образом, в период правления Екатерины II происходит переход к качественно иному этапу государственной спецификации прав собственности (прежде всего на недвижимость). Этот период заключался в передаче распорядительных правомочий в отношении недвижимости от государства частным собственникам. Тем самым в это время создаются благоприятные частноправовые предпосылки для большей самостоятельности и активности в предпринимательской сфере.

   Еще одной отличительной особенностью данного этапа явились многочисленные попытки кодификации правовых установлений вообще и предпринимательского (торгового) права в частности. В период правления Петра I были предприняты три попытки кодификации; попытки эти повторяются при Петре II (1728 г.), во время царствования Анны Иоанновны (1730 г.), Елизаветы Петровны (1754, 1760 гг.).

   Кодификационные попытки XVIII в. завершаются очередной неудачей девятой комиссии, учрежденной Павлом I в 1797 г. и просуществовавшей до его смерти.

   Обобщая процесс развития правовых основ предпринимательской деятельности в XVIII в., можно сделать вывод, что именно в эти годы были определены основные принципы и стратегические направления развития предпринимательского права России до начала XX в. В этом столетии происходит законодательное оформление ряда отраслей и институтов права, регламентирующих предпринимательскую практику: морское торговое право, таможенное право, вексельное право и право несостоятельности (банкротства). Здесь же происходит зарождение основ промышленного права, в частности были заложены предпосылки ремесленного и заводского права. Данный период связан также с законодательным оформлением основных институтов частного торгового права: корпоративного, имущественного, договорного.

   В XVIII в. в России закрепляется преобладание фискальнополицейских (административных) начал правовой регламентации предпринимательства, что проявилось в постоянных попытках законодательно закрепить такие порядки в хозяйственной сфере, которые способствовали бы в первую очередь обеспечению государственных интересов.

   Данный этап можно так же охарактеризовать как этап активного заимствования западноевропейских положений предпринимательского права и адаптирования их к российской действительности. Это характерно в первую очередь для морского, вексельного и корпоративного права. В то же время складываются предпосылки для последующей систематизации (кодификации) предпринимательского законодательства. Наряду с выработкой подходов к кодификации российского права уже в XVIII в. получили нормативное оформление основные положения российского предпринимательского (торгового) права, вошедшие затем в Свод законов Российской Империи. Кроме того, при Екатерине II «окончательно восторжествовала сословная юрисдикция».

   Следующий этап предпринимательского права связан с переходом экономики от преобладания феодально-крепостнических принципов хозяйствования к капиталистическим. По времени он охватывает всю первую половину XIX в. до начала 60-х гг., когда антикрепостническая реформа 1861 г. окончательно определила капиталистический выбор России.

   Капиталистическое реформирование в это время сопровождалось активным правотворчеством в растущей сфере предпринимательства. Именно в это время вызревают экономические и социальнополитические условия прекращения крепостного права – основного сдерживающего фактора полноценного развития рыночной экономики, идет активная правотворческая деятельность в сфере предпринимательства.

   Данный период характеризуется относительно либеральным поначалу режимом Александра I. Указ Александра I «О вольных хлебопашцах» от 20 февраля 1803 г.[91] явился первым юридическим прецедентом, который знаменовал собой начало раскрепощения крестьянства и перехода его в статус частного собственника. Этот Указ заложил предпосылки расширения субъектной базы для предпринимательской деятельности. Еще раньше, 12 декабря 1801 г., Александр I также своим Указом «О предоставлении купечеству, мещанству и казенным поселянам приобретать покупкою земли» способствовал активизации формирования свободной торговли землей. Данный Указ расширил круг лиц, обладавших правом купли-продажи и категории, вовлекаемых в земельный оборот земель. В 1812 г. были изданы два акта, определяющих права крепостных крестьян на торговлю как оптовую, так и розничную. Манифест от 11.02.1812 г. «О преобразовании комиссии погашения долгов» содержал «Положение о сборе с торгующих крестьян», в котором признается и закрепляется право казенных и помещичьих крестьян участвовать в торговле, присущей купечеству; Указ от 29.12.1812 г. «О дополнительных правилах для дозволения крестьянам производить разными товарами торговлю с получением на сие право свидетельств и с платежом определенных пошлин» был направлен на устранение «стеснения свободной промышленности крестьян». Эти указания, определяя порядок регистрации торговой деятельности крестьян и уплаты пошлины за право осуществлять эту деятельность, предписывали органам власти на местах «оказывать всякое вспоможение свободному течению сельской промышленности».[92] В эти годы государство формирует правовые предпосылки для содействия развитию предпринимательства в сельской промышленности. Но в то же время отсутствие у значительного числа крестьян права собственности на землю являлось сдерживающим фактором их предпринимательской активности. Намечается тенденция отхода российского предпринимательского права от сословных начал, что в значительной степени происходит под влиянием французского права. Так, Постановление от 14 ноября 1824 г. «Дополнительное постановление об устройстве гильдий о торговле прочих состояний», явилось, по существу, кодификацией российского сословного торгового права, в которую вошли нормы, ориентированные «к облегчению повинностей и к поощрению торговли, мануфактур и всякого рода промышленности». В нем содержались нормы, направленные на выравнивание различных сословий в экономических правах.[93] Кроме того, Манифестом от 1 января 1807 г. «О дарованных купечеству новых выгодах, отличиях, преимуществах и новых способах к распространению и усилению торговых предприятий» возвращалось дворянам право приписываться к гильдиям (1-й и 2-й).

   В первой половине XIX в. происходит оформление целого ряда институтов промышленного права. Так, в 1833 г. было издано Положение о привилегиях, которое дополнило изданный 17 июля 1812 г. Манифест «О выдаче привилегий на разные изобретения и открытия в искусствах и ремеслах». Данные законодательные акты знаменовали собой оформление как рыночных отношений, так и частного права. Развитие рыночной практики приводит к выделению товаров интеллектуальной деятельности. Манифест 1812 г. и Положение о привилегиях, по существу, заложили законодательную основу развития институтов исключительных прав на объекты промышленной собственности, авторских и смежных прав в России. В 1834 г. был законодательно оформлен порядок учетной деятельности в Положении о купеческих книгах, что способствовало подтверждению прав предпринимателя на объекты своей деятельности и обеспечивало контроль за его деятельностью со стороны государства и кредиторов. Эти положения почти полностью были включены в Торговый устав. В 1836 г. было принято Положение об акционерных компаниях, по существу им было завершено оформление российского акционерного законодательства. Почти в неизменном виде оно просуществовало до начала преобразований второго десятилетия XX в. в законах гражданских, уставе торговом и уставе кредитном Свода законов. Это позволяет говорить об оформлении в эти годы институтов акционерного права и юридического лица. Манифестом от 1 января 1807 г. «О даровании купечеству новых выгод, отличиях, преимуществах и новых способах к распространению и усилению торговых предприятий» в стране устанавливались два рода купеческих товариществ (торговых домов), которые должны были действовать на основе особых договоров между «товарищами», а именно: товарищество полное и товарищество на вере. Первое представляло собой объединение предпринимателей, действовавших совместно с солидарной ответственностью по делам предприятия всем своим имуществом. Для товариществ на вере было характерно участие в деле с привлечением одного или нескольких вкладчиков со стороны. Последние в отличие от первых должны были отвечать за действия торгового дома лишь суммой своих взносов. Наконец, императорский манифест предусматривал возможность создания акционерных компаний как таковых (в форме «товариществ по участкам»), правда, лишь как исключение, с разрешения верховной власти.

   В эти же годы дальнейшее оформление получает российское морское право, которое, по существу, заложило основу транспортному праву – одному из важнейших институтов правового регулирования перевозок. В 1836 г. 21 мая были приняты «Правила о спасении кораблей и судов, претерпевающих крушение или гибель», а 5 июня 1846 г. были приняты «Правила о морском страховании».

   Одним из важнейших достижений этого периода явилось завершение работы по систематизации (кодификации) российского законодательства. С 01.01.1835 г. вступил в силу Свод законов Российской империи. Свод способствовал унификации российского права в целом и предпринимательского в частности. Систематизация законодательства способствовала совершенствованию рыночных институтов. Раздел «Таможенный устав» выступил отраслеобразующим началом таможенного права. Раздел пятый, содержащий в себе законы гражданские, оформил законодательно российское гражданское право. Шестой раздел включил в себя кредитный, торговый, промышленный, путей сообщения и другие уставы. Уже в первом издании Свода четко прослеживается попытка составителей законодательно оформить дуализм частного права. Об этом свидетельствует выделение «Свода законов гражданских» и «Свода учреждений и уставов торговых». Однако отсутствие в России того времени достаточного материала для коммерческого уложения (в предшествующие времена нормы гражданского и частного торгового права российскими законодателями игнорировались) привело к тому, что по своему содержанию Коммерческий кодекс получил не цивильный, а финансовополицейский характер. Это в конечном итоге позволило признать, что российской правовой традиции не присущ дуализм частного права.

   Таким образом, в начале XIX в. происходило активное развитие предпринимательского права, издавались нормативные акты, даже предпринималась попытка кодификации. Вместе с тем, крепостное право значительно тормозило дальнейшее развитие экономики, и во многих сферах законодательство не отвечало требованиям современности.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

Олег Соколов.
Битва двух империй. 1805-1812

Надежда Ионина.
100 великих картин

Елена Кочемировская.
10 гениев, изменивших мир

Анатолий Москвин.
Сицилия. Земля вулканов и храмов

Михаил Курушин.
100 великих военных тайн
e-mail: historylib@yandex.ru
X