Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
под ред. Т.И. Алексеевой.   Восточные славяне. Антропология и этническая история

Антропологические типы и время их бытования на территории Восточной Европы

Для того, чтобы понять, когда и где сформировалось такое соотношение антропологических типов в эпоху энеолита - поздней бронзы, обратимся вновь к материалам Восточной Европы и смежных территорий и постараемся проанализировать временные границы того или иного антропологического комплекса.
Долихокранный узколицый и высоколицый тип с резкой горизонтальной профилированностью и сильным выступанием носа появился на территории Восточной Европы уже в эпоху мезолита, но его широкое распространение здесь начинается лишь с начала III тыс. до н.э., тогда как на территории Кавказа и Закавказья он отчетливо проявляется в V-IV тыс. и бытует, в изучаемый нами период времени, до начала I тыс. до н.э. На Кавказе это земледельческие и скотоводческо-земледельческие группы. Распространяясь по широким просторам Восточно-Европейской равнины, они стали отдавать предпочтение скотоводству. Во всяком случае, на территории Восточной Европы группы, генетически связанные с югом, преимущественно скотоводы.

Уже в первой половине III тыс. до н.э. население южноевропеоидного облика проникает в степной Крым и в причерноморские степи, проявляясь здесь в носителях ямной и кемиобинской культур и обосновывается на Днестре (трипольская культура) и Нижнем Днепре. Вполне вероятно, что оно проникает и в Верхнее Поволжье. Население, оставившее могильники фатьяновской культуры, также характеризуются южноевропеоидными чертами.
Эти черты проявляются в населении Среднего Поволжья (Балановский могильник) и в Прибалтике в первой половине - середине II тыс. до н.э. Поскольку, судя по антропологическим данным, большого прилива южного населения в лесостепную зону Восточной Европы во II тыс. до н.э. не наблюдается, южноевропеоидные черты в облике жителей этой территории могут иметь иной, более ранний источник - в мезолитическом долихокраном и узколицем населении северо-запада Восточной Европы (см. могильник Кирсна).
По известным нам антропологическим материалам, в это время и на рубеже II и I тыс. до н.э. длинноголовый узколицый и высоколицый тип широко распространен на Северном Кавказе и в Закавказье. Энеолитические культуры Грузии и Армении, куроаракская и майкопская культуры представлены именно таким антропологическим типом. Хозяйство этого населения носит комплексный скотоводческо-земледельческий характер.

Резкой противоположностью ему выступает суббрахикранный, с тенденцией к брахикрании, широколицый и высоколицый, с четко выраженными европеоидными чертами тип, проявившийся в населении ямной культуры прикаспийских степей, Подонья и Нижнего Поволжья. Хронологически он охватывает вторую половину III тыс. до н.э., а в конце его и в первой четверти II тыс. до н.э. еще сохраняется в Прикаспии. Наиболее типичные его представители - население ямной культуры, оставившее могильники Чограй, Лола-Архара и Кривая Лука.
За пределами территории Прикаспия, Подонья и Нижней Волги население подобного физического облика обнаруживается в Армении, в краниологической серии из могильника Джарарат. Однако, для Закавказья эта комбинация антропологических признаков нетипична, хотя Джарарат датируется более ранним временем, нежели ямная культура восточно-европейских степей. Можно было бы видеть в его насельниках исходную форму для широкоголового крупнолицего варианта, широко представленного в носителях ямной культуры. Но подобный комплекс выявляется в населении Подонья в начале IV тыс. до н.э. (Госпитальный холм). Похоже, что, истоки этого антропологического типа находятся где-то за пределами Восточной Европы и Кавказа.

В более позднее время, в первой половине II тыс. до н.э. суббрахикрания, при несколько меньшем, чем в предшествующую эпоху, черепном указателе, в сочетании с крупными размерами хорошо профилированого лица и сильным выступанием носа, четко связывается с населением катакомбной культуры. Создается впечатление, что носители этого физического облика в большей своей массе перемещаются к западу - в междуречье Буга и Ингульца, на Верхний Ингулец, в право- и левобережье Нижнего Днепра, в причерноморские степи и степной Крым, то есть, на те территории, куда в более раннее время пришло население, связанное, по всей вероятности, в своем генезисе с Кавказом. Может быть, именно этим обстоятельством объясняется прекращение экспансии на территорию Восточной Европы с юга.
В старых местах своего обитания, в Прикаспии и на Дону, еще остается это крупнолицее и широкоголовое население, но проявляется оно в наиболее ранних могильниках, датируемых концом III - началом II тыс. до н.э., а именно в могильнике Кривая Лука в Нижнем Поволжье, в носителях позднеямно-катакомбной культуры.

Такая четкая преемственность антропологического типа населения ямной и катакомбной культур служит подтверждением его родства, несмотря на изменение территории обитания. Отсутствие непроходимых географических рубежей и подвижный скотоводческий образ жизни способствовали перемещению этого населения в пределах южнорусских степей.
Как уже отмечалось, наиболее распространенной антропологической комбинацией на территории степной зоны Восточной Европы была долихомезокрания, широкое среднее и выше среднего по высоте лицо, сильная горизонтальная профилировка и сильное выступание носа.
В конце V - начале IV тыс. этот тип обнаруживается в населении, оставившем Съезжинский могильник в Нижнем Поволжье, в IV - на Северском Донце, во второй половине IV тыс. до н.э. - на территории Поднепрвья в населении Среднестоговской культуры. В III тыс. до н.э. население, характеризующееся этими чертами, занимает огромную территорию, включающую Поднепровье, междуречье Буга и Ингульца, Верхний Ингулец, Самарско-Орельское междуречье, Нижнее Поволжье, Северский Донец. На этой территории оно связывается с ямной культурой. В последней четверти III - половине II тыс. до н.э. ареал этого типа и его культурная принадлежность расширяются. Помимо территории Прикаспия и Подонья, где он связывается с носителями катакомбной культуры, он проявляется среди катакомбников степного Крыма, долины р.Молочной, населения культуры многоваликовой керамики Калмыкии и Поднепровья, среди населения срубной культуры степного Крыма, Нижнего Поднепровья, Подонья, абашевской культуры Среднего и Нижнего Поволжья и Приуралья. Этот же антропологический тип оказывается характерным и для срубников Прутско- Днестровского междуречья. Он выявляется и на Кавказе в Армении, в период перехода от бронзы к железу (первая треть - середина I тыс. до н.э.).

Очень сходная антропологическая комбинация характерна для энеолитического населения Поднепровья (V-IV тыс. до н.э., Никольское, Дериивка), Подонья (Дрониха, IV—III, Ракушечный яр VI-V тыс. до н.э.) и некоторых групп населения волосовской культуры. Если к этому добавить наличие архаических черт, заключающихся в сочетании уплощенности в верхнем отделе лица и резкой профилированности в среднем, встречающееся в некоторых группах этой территории, то этот наиболее распространенный в Восточной Европе антропологический тип не может рассматриваться только как промежуточный между долихокранным узколицым и суббрахикранным широколицым, а должен занять самостоятельное положение, как имеющий местные истоки, восходящие в населению мезолита, но из-за очень широкого распространения на территории Восточной Европы испытавшего воздействие более поздних пришельцев.
Резюмируя все вышесказанное, приходим к заключению, что Восточная Европа с давних пор была ареной взаимодействия различных в культурном и физическом отношениях групп населения, имеющих, к тому же, разные генетические истоки.
В эпоху мезолита наиболее многочисленным, судя по имеющимся в нашем распоряжении данным, было население, связанное в своем генезисе с северо-западными территориями Европы. Для него характерна долихокрания, широкое лицо с уплощенностью в верхнем отделе и резкой профилированностью в среднем, сильное выступание носа. Преимущественная концентрация этих черт на севере и северо-западе Европы дает основание отнести их носителей к кругу северных европеоидов.

В это же время, на территории Восточной Европы, как на северо-западе, так и в степной зоне отмечаются черты, связывающие население, обладающее ими, с кругом южноевропеоидных форм. Его отличительные черты - долихо- и мезокрания, узкое резко профилированное лицо с сильно выступающим носом. В мезолитическую эпоху этот антропологический тип имеет значительно меньшее распространение, чем предшествующий.
Черты северного типа совершенно отчетливо проявляются в населении лесной полосы Восточной Европы в V-IV тыс. до н.э. и, в большей или меньшей степени выраженности, прослеживаются в населении восточной Европы в последующие эпохи. Например, в населении верхневолжской и волосовской культур. Население волосовской культуры испытало и воздействие племен культуры ямочно-гребенчатой керамики, которые, судя по их антропологическому типу, генетически увязываются с Зауральем.

Антропологические данные по лесной полосе Восточной Европы свидетельствуют о непродолжительном притоке на эту территорию монголоидного населения с востока, которое, тем не менее, оставило некоторый след в антропологическом облике восточноевропейского населения последующих эпох.
Широкая экспансия южноевропеоидного населения на территорию Восточной Европы, а именно в ее степные области, начинается примерно с V-IV тыс. до н.э. в III-II тыс. достигает территории Среднего и Верхнего Поволжья и продолжается до катакомбного времени, когда это движение перекрывается пришельцами из районов Прикаспия. Последние, судя по их антропологическим чертам, связаны с широким кругом суббрахикранных крупнолицых европеоидных форм бронзы Южной Сибири, возможно, населения афанасьевской культуры Алтая и Минусинской котловины. Этот комплекс признаков преобладал и в населении более поздней андроновской культуры Казахстана.
Основная масса населения лесостепной и степной полосы Восточной Европы в эпоху бронзы характеризовалась долихомезокранией, широким и средневысоким сильнопрофилированным лицом, сильным выступанием носа. В некоторых его группах отмечается проявление архаических черт в назомалярной области, восходящих к мезолиту. Этот тип с некоторыми модификациями, что не должно вызывать удивления из-за широкого распространения его носителей и их многочисленных контактов с окружающим населением иного физического облика, воспроизводится на протяжении очень длительного времени, по крайней мере, в течение трех тысячелетий. Немудрено, что население этого облика увязывается с различными археологическими культурами.
Каково таксономическое положение этого наиболее распространенного на территории Восточной Европы в эпоху бронзы антропологического типа в системе расовой классификации народов Европы? Судя по его географическому положению и истории контактов его носителей с окружающим населением, формировался он на стыке южных и северных европеоидов и, следовательно, вобрал в себя черты тех и других. Можно думать, что в населении северной части его ареала больше проявлялись черты северных европеоидов, так же как в южной - южных.

В свете антропологических данных эпохи мезолита - поздней бронзы Восточной Европы можно объяснить и тот факт, почему одни и те же антропологические особенности сопрягаются с различными культурами.
Отсутствие причинной связи между физическим типом населения и его культурой давно уже стало аксиомой в антропологии. В то же время, нередко в силу географической или социальной изоляции, эти две характеристики, хозяйственно-культурная и морфологическая, оказываются тесно связанными. Появление инородного антропологического типа на какой-либо территории нередко сопровождается культурной спецификой его носителей. На территории Восточной Европы довольно ярким примером подобной связи оказывается население культуры ямочногребенчатой керамики, характеризующееся чертами "лапоноидности", и население ямной культуры - суббрахикранное, с крупными размерами лица и выраженно европеоидное. Как показали антропологические данные и то и другое было пришлым на территории Восточной Европы.
В целом же в этом регионе отсутствие географических препятствий и сходный хозяйственно- культурный тип, во многом обусловившие контакты населения, создавали предпосылки для локальной изменчивости морфологических черт и возможности проявления одних и тех же антропологических типов у представителей различных культур.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Любор Нидерле.
Славянские древности

Игорь Фроянов.
Рабство и данничество у восточных славян

под ред. Т.И. Алексеевой.
Восточные славяне. Антропология и этническая история

А.С. Щавелёв.
Славянские легенды о первых князьях

Д. Гаврилов, С. Ермаков.
Боги славянского и русского язычества. Общие представления
e-mail: historylib@yandex.ru
X