Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
под ред. Т.И. Алексеевой.   Восточные славяне. Антропология и этническая история

Эпоха энеолита - ранней бронзы

Набор таксономически ценных признаков в эпоху энеолита - ранней бронзы остается более или менее неизменным, хотя в шкале значимости происходят некоторые перемещения. Так, в предшествующую эпоху наибольшую таксономическую ценность имел зигомаксиллярный угол горизонтальной профилировки лица. Это и понятно, если вспомнить проникновение на территорию Восточной Европы населения культуры ямочно-гребенчатой керамики, которое характеризовалось достаточно заметной уплощенностью лица в среднем отделе. В комплексе с этим признаком выступала меньшая высота черепа, что также было отражено в ранге ее таксономической ценности.
В эпоху энеолита - ранней бронзы, судя по шкале ценностных характеристик признаков, наибольшую значимость имеют скуловая ширина и головной указатель. Значительной изменчивости подвержены и такие признаки, как высота лица, назомалярный угол и размеры орбит.
В ряду таксономической ценности признаки располагаются в следующем порядке: 45 - 1,0; 8 - 0,87; 51 - 0,81; 1 - 0,80; 48 - 0,79; 77 - 0,66; 55 - 0,57; 54 - 0,45; 9 - 0,36; 52 - 0,30.

Векторы канонических переменных представлены в таблице XV-2.
Особенно отчетливо выявляются основные антропологические компоненты по сочетанию вышеотмеченных признаков при картографировании первой канонической переменной (рис.XV-4, 5). Выделяются пять таких сочетаний - типов, описывающих изменчивость антропологических признаков на территории Восточной Европы в эпоху энеолита - ранней бронзы. Прежде всего, это долихокрания, высокое и среднеширокое лицо, резкая горизонтальная профилировка, сильно выступающий нос. Это сочетание проявляется у небольшого числа групп, но территориально они достаточно разобщены и разнообразны в отношении культурной принадлежности. Здесь и население ям ной культуры степного Крыма и Поднепровья (долина р.Молочной), культуры шнуровой керамики с территории Западной Украины, майкопской культуры с территории Калмыкии (Эвдык) и население фатьяновской культуры, известное по сборной краниологической серии из могильников Верхнего Поволжья.

Таблица ХV-2. Векторы канонических переменных по антропологическим материалам энеолита - ранней бронзы
Таблица ХV-2. Векторы канонических переменных по антропологическим материалам энеолита - ранней бронзы

Судя по археологическим данным, население это преимущественно скотоводческое, элементы земледелия отмечаются лишь в населении культуры шнуровой керамики и фатьяновской. Датировка могильников - начало III - начало II тыс. до н.э. Комплексный характер хозяйственной деятельности свойственен лишь коллективам, относящихся к поздним этапам этого временного периода.
Вторая антропологическая комбинация весьма сходна с первой, но отличается сдвигом в сторону мезокрании (долихомезокрания) и более узким лицом. Хронологически наиболее ранним (V-IV тыс. до н.э.), относящимся к этому типу, оказывается земледельческое население Армении (Шенгавит) и Дагестана (Гинчи). Этот же тип характерен и для более позднего населения Кавказа - Грузии (III-II тыс. до н. э) и Северного Кавказа (майкопская культура, Заманкул, Кисловодск, конец IV - начало III тыс. до н.э.). Подобный антропологический облик имеет земледельческое население трипольской культуры Поднестровья. В IV тысячелетии происходит проникновение этого типа в степную зону Восточной Европы - в Подонье (могильники Северского Донца) и Нижнее Поволжье (Хвалынский могильник).

В III тысячелетии до н. э., в эпоху широкого распространения ямной культуры, долихомезокефалы с резко профилированным узким и высоким лицом, с сильно выступающим носом занимают уже значительное пространство - причерноморские степи и Нижнее Поднепровье (Каховка, Запорожье). Такой же антропологический тип характеризует территориально близкие, но относящиеся к иным культурам группы населения кемиобинской культуры (Степной Крым) и культуры "окрашенных и скорченных костяков" (Украина).
Территориально и антропологически близким к нему оказывается еще более длинноголовое, высоколицее со средней шириной лица население, выделенное компонентным анализом и охарактеризованное нами как первый антропологический тип.
Преимущественно носители этого антропологического типа - скотоводы, поэтому экспансия их на новые степные территории не вызывает удивления. Гораздо труднее объяснить, как и в случае с населением фатьяновской культуры, проявление южно-европеоидных черт в древнем населении Эстонии и Литвы, а именно в носителях культуры боевых топоров, для которых характерен комплексный тип хозяйства. Последнее обстоятельство, учитывая их обитание близ полноводной реки (фатьяновцы) и на побережье Балтийского моря в местностях, богатых озерами и реками, объясняется легко. Что же касается их физического облика, то, очевидно, следует признать возможность их генетических связей с населением значительно более южных территорий. Эта точка зрения не оригинальна, поскольку на элементы южного происхождения в населении Прибалтики и Верхнего и Среднего Поволжья уже указывали авторы, изучающие краниологически серии этой территории [Акимова, 1963; Трофимова, 196; Денисова, 1975]. Напомним также, что уже в эпоху мезолита наблюдались южноевропеоидные черты в населении Прибалтики (Кирсна).

Долихокранные и долихомезокранные довольно узколицые антропологические типы отнюдь не являются преобладающими на широких пространствах Восточной Европы. Столь подробное описание их физических особенностей, территории их распространения, времени и культурной атрибутации, как нам кажется, позволило выявить истоки носителей этого комплекса, родственные связи и оценить долю участия в формировании антропологического облика древнейшего населения Восточной Европы.





Легенда к карте рис. ХV-4
Легенда к карте рнс. ХV-4





Рис.ХV-6. Сопоставление краниологических материалов степной зоны Восточной Европы и Кавказа (конец IV - начало II тысячелетия до н.э.) методом канонического анализа
Рис.ХV-6. Сопоставление краниологических материалов степной зоны Восточной Европы и Кавказа (конец IV - начало II тысячелетия до н.э.) методом канонического анализа

Рис.ХУ-7. Сопоставление краниологических материалов юга Европы (конец IV - начало II тысячелетия до н.э.) методом канонического анализа
Рис.ХV-7. Сопоставление краниологических материалов юга Европы (конец IV - начало II тысячелетия до н.э.) методом канонического анализа


Третье сочетание признаков, выделяемое каноническим анализом, хронологически и территориально более или менее совпадает с предшествующими, но характеризуется другими физическими чертами. Это мезокранное население с широким довольно высоким лицом, с резкой горизонтальной профилировкой и с сильным выступанием носа. Наиболее ранний рубеж проявления зтих черт - V-IV тыс. до н.э., т.е., примерно тот же, что и для долихокранных и узколицых представителей южноевропеоидного типа. Наиболее древней находкой с чертами этого типа можно считать краниологическую серию из Съезжинского могильника в Нижнем Поволжье. Следует обратить внимание на проявлении некоторых архаических черт, в частности, некоторой уплощенности в верхней части лицевого отдела, у населения, оставившего этот могильник. Такой же архаический след обнаруживается в населении среднестоговской культуры (Игрень), которая рассматривается как ранний этап ямной культуры, и в Самарско-Орельском междуречье в носителях ямной культуры.
За пределами причерноморских степей и Поднепровья этот тип обнаруживается у населения куроаракской культуры в Армении (Беркабер), в Калмыкии (новосвободинская культура, Клады и Эвдык) и, как уже отмечалось, в Нижнем Поволжье (сборные серии ямной и полтавкинской культур, Хвалынский могильник, Самарско-Орельское междуречье).

В большинстве своем, носители мезокранного, с крупными размерами лица, антропологического типа концентрируются в Поднепровье. Это население среднестоговской культуры (вторая половина IV - начало III тыс. до н. э.), ямной (правобережье Нижнего Днепра, верховья Ингульца, междуречье Буга и Ингульца, III тыс. до н. э.), культуры шаровидных амфор (Средний Днепр, первая половина III тыс. до н.э.), усатовской культуры (юг Украины, первая половина III тыс. до н. э.).
За исключением населения из Беркабер (Армения), для которого характерно комплексное скотоводческо-земледельческое хозяйство, все остальные группы - скотоводы.
Близкая антропологическая комбинация, отличающаяся от предыдущей большими размерами поперечного диаметра черепа, ширины и высоты лица концентрируются на Среднем Дону (Госпитальный холм, начало IV тыс.до н.э.; Задоно-авиловский могильник, северо-кавказская куль- тура, вторая половина III тыс.до н.э.; сборная серия ямной культуры, III тыс. до н.э.; на северо-западе Украины (Баштечки, ямная культура, вторая половина III тыс. до н.э.). За пределами этой территории мезосуббрахикраны с крупными размерами лица, сильной профилировкой и сильным же выступанием носа проявляются в Калмыкии (Лола-Архара, ямная культура, вторая-третья четверть III тыс. до н.э.; краниологические серии из 2-й и 3-й группы погребений ямной и позднеямной культур, вторая половина III тыс. до н.э.). В некоторых сериях наблюдается архаичное уплощение верхнелицевого отдела (Лола-Архара, Госпитальный холм). В хозяйственно-культурном отношении все группы, характеризующиеся вышеотмеченными чертами, скотоводы.

Наконец, пятая морфологическая комбинация, для которой характерны суббрахикрания, очень широкое и, как правило, средней высоты лицо, с сильным выступанием носа. Несмотря на то, что в некоторых сериях наблюдается незначительная уплощенность в области зигомаксиллярного угла, население это, в целом, выражение европеоидного облика.
Этот антропологический комплекс локализуется совершенно четко - на астраханском побережье Волги (Кривая Лука) и в Калмыкии (Чограй I, II, III). За пределами этой территории он проявляется в Среднем Поволжье (Шагарский могильник, начало II тыс. до н.э.) и в сборной серии из прибалтийских могильников середины II тыс. до н.э. (Латвия, могильники Крейчи, Абора и Юрков).
За исключением латвийских могильников, описанная морфологическая комбинация характерна для скотоводческого населения.

Население, оставившее Чограйские и Криволукский могильники, выглядит в значительной мере чужеродным на территории Восточной Европы. А.В.Шевченко, изучавший антропологические материалы из могильников Нижнего Поволжья, высказал предположение о смешанном составе населения ямной культуры и о родстве некоторых его групп с неолитическим населением Приазовья - Надпорожья и даже объяснил суббрахикефалию, свойственную населению, оставившему могильники Чограй и Кривая Лука, возможной эпохальной изменчивостью. Не отвергая заключения относительно антропологической неоднородности населения ямной культуры, высказывавшегося неоднократно [Герасимов, 1955; Круц, 1972; Шевченко, 1980,1986], и возможности родства с неолитическим населением Восточной Европы, позволим все же высказать предположение о специфике облика чограйцев и криволукцев, что выделяет их из общей массы населения энеолита - ранней бронзы Восточной Европы.
Ближайшие антропологические аналогии населению Западного Прикаспия мы видим в населении афанасьевской культуры Алтая и, возможно, Минусинской котловины. На широкое распространение суббрахикефального крупнолицего европеоидного антропологического типа на территории Казахстана и Южной Сибири указывали и ранее авторы обширного исследования народов Азиатской части бывшего СССР [Алексеев, Гохман, 1984].

Обособленное положение краниологических серий из ямных погребений северо-западного Прикаспия достаточно хорошо демонстрируется графической формой изображения результатов канонического анализа в пространстве I и III канонических переменных, дифференцирующих восточноевропейские группы по черепному указателю, основным размерам лица и высоте орбит (рис.ХV-6).
Как видим, четко выделяется население астраханского Поволжья, а в ближайшем соседстве - Донского бассейна.
Наиболее дисперсным представляется население ямной культуры Украины, что уже было показано предшествующим анализом. В рамки его изменчивости включаются и некоторые группы ямного населения Поволжья, население усатовской культуры и энеолитическое население Украины. С нашей точки зрения, это обстоятельство может рассматриваться в качестве свидетельства как участия различных антропологических компонентов в сложении населения ямной культуры, так и широкого его расселения по степной зоне Восточной Европы, с неизбежным включением в свой состав коренного населения этой территории.
Жители Кавказа (включая Северный Кавказ и Закавказье) группируются в достаточной близости от населения степной зоны Восточной Европы, чтобы служить подтверждением его участия в формировании антропологического состава древнего населения этого обширного региона. Жители Поднестровья (трипольская культура) оказываются среди кавказских групп, что также подтверждает отнесение их по антропологическим особенностям к кругу южных европеоидов.
Сопоставление тех краниологических серий, которые обнаруживают черты южной европеоидносги, с более или менее синхронными материалами Южной Европы показало, что население трипольской культуры, культур шаровидных амфор и окрашенных костяков Украины создает определенную группировку, хотя и входящую в ареал краниологической изменчивости на территории Восточной Европы, но занимающую положение вблизи представителей культур окрашенных костяков Румынии, шаровидных амфор Польши, линейно-ленточной керамики Венгрии, энеолитических культур Румынии, Греции, Италии (рис.ХV-7).

По всей видимости, контакты населения степной зоны Восточной Европы с представителями южноевропеоидного ствола были достаточно ощутимы с ранних периодов восточноевропейской истории.
Уже в эпоху мезолита наблюдается проникновение южноевропеоидного населения на территорию Восточной Европы. Во всяком случае, краниологическая серия из Волошского или череп из Кирсны представляют ближайшую аналогию длинноголовому высоколицему и узколицему антропологическому типу, столь характерному для населения восточноевропейских степей в IV-III тыс. до н.э. Именно с этого времени начинается широкая экспансия представителей южноевропеоидного расового ствола на территорию Восточной Европы.
Хозяйственно-культурный тип, преимущественно скотоводы, не только облегчал, но и диктовал необходимость освоения новых степных пространств.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

под ред. В.В. Фомина.
Варяго-Русский вопрос в историографии

коллектив авторов.
Общественная мысль славянских народов в эпоху раннего средневековья

Игорь Фроянов.
Рабство и данничество у восточных славян

Игорь Коломийцев.
Народ-невидимка
e-mail: historylib@yandex.ru
X