Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
под ред. А.А. Тишкина.   Древние и средневековые кочевники Центральной Азии

Дюрменова А.В. Древние изобразительные сюжеты населения Степи в традиционных войлочных изделиях ногайцев

Задача представленной работы - попытка выявить некоторые архетипические мотивы орнаментов войлочных изделий у ногайцев путем сопоставления их с ранними изобразительными памятниками населения Степи, в первую очередь с петроглифами. Согласно К.Г. Юнгу (1995, с. 600), разрабатывавшему теорию архетипов как «образов коллективного бессознательного», архетип всегда коллективен и передается из поколения в поколение. Поэтому при всех временных наслоениях и инновациях, вызывающих значительные изменения начального образа, его поздние деривации сохраняют атрибуционные признаки архетипа, который, таким образом, остается узнаваемым. Ярким примером феномена служит декор национальных костюмов, утвари, в еще большей степени - атрибутов свадебной обрядности. Предметом представляемого исследования является свадебная юрта караногайцев «отав-уьй»*, каждый элемент убранства которой имеет яркий, насыщенный символами декор (The Coucasian Peoples, 2000, ill. 22) (рис.).

Свадебная юрта «отав». 1903 г. Коллекция №333, архив Иностранцева, РЭМ (The Coucasian Peoples. Antwerp, 2000, ill. 22)
Свадебная юрта «отав». 1903 г. Коллекция №333, архив Иностранцева, РЭМ (The Coucasian Peoples. Antwerp, 2000, ill. 22)

Покрытие и меблировка свадебной юрты ногайцев сделаны из войлока - «кийиз» в сюннуской традиции войлоковаляния. Для последней типично использование многослойной основы и аппликативного декора в сочетании с оконтуриванием и стежкой. Технология зафиксирована в памятниках рубежа эр и предположительно разработана сюнну - кочевыми обитателями Монголии, появившимися на севере и западе Центральной Азии в IV в. до н.э. (Царев Н., 1998). Яркие образцы сюннуских войлоков были найдены в тумулусах Ноин Улы; важнейшее место среди них принадлежит погребальным войлочным коврам (Материалы., 1989; Руденко С.И., 1962; Tsarev N., 2003). Примечательно, что войлоки были единственным видом узорного текстиля, производившегося сюнну (Царева Е.Г., 2006, с. 226-266), что усиливает их значимость как маркера сюннуской культуры. Наследниками последней стали монголы, казахи, тувинцы, калмыки, а также и ногайцы, что подтверждается, как мы увидим, общностью множественных орнаментальных образов.

Сложные орнаментальные схемы войлочных узоров юрты строятся из ограниченного числа исходных фигур. Так, каймовый лентовидный орнамент складывается S-образными фигурами, кружками, меандрами и полосками, составленными из треугольников. Основной мотив орнамента - это так называемая «тюркская пальметта» или «крестовидная розетка», представляющая ромб или квадрат с вписанным в него крестом с парами рогообразных завитков на концах. Использование в орнаменте мотива рогов традиционно для скотоводов степи. Это согласуется с древним культом «космического барана» (Окладников А.П., 1980), но также, по представлениям ногайцев, дарует богатство: «чем больше завитков рога, тем больше отар желает мастерица <узора> хозяину» (Кузнецова А.Я., 1982, с. 77); власть: «у кого больше баранов, тот и прав» (ногайская пословица) и потомство. Возможно, подобный магический посыл заложен в форме роговидных головных уборов каменных женских изваяний XI-XII вв. в степях Дашт-и-Кипчак (Археология СССР, 1981, с. 266)**.

По аналогии с петроглифами Монголии I тыс. до н.э. (Дэвлет Е.Г., Дэвлет М.А., 2005, с. 178), содержание которых трактуется как отображение архетипа двух миров земного и загробного, где мир мертвых дублируется миром живых, но в перевернутом виде, возможно, данную смысловую нагрузку несут и основные фигуры узоров на войлочных кошмах свадебной юрты, которые, помимо этого, могут являться воспроизведением архетипа «левого и правого», с характерной для него инверсией (переворачиванием) (Мифы народов мира, 1982, с. 43-44).

Значимым символом декора свадебной юрты является ромб. Наиболее полно этот знак рассмотрен Б.А. Рыбаковым, опиравшимся в изысканиях на памятники трипольской культуры. Б.А. Рыбаков (1981) связывает символику ромба с магией плодородия и рассматривает ромб с четырьмя точками внутри него как образ засеянного поля (Археология СССР, 1982, с. 270). Предположительно как символ плодородия можно трактовать и аналогичный мотив на войлочной двери юрты, возможно, уже переосмысленный и связанный в представлениях скотоводов ногайцев с идеей плодородия стад, а не полей, как у трипольских земледельцев.

Периметр войлочных покрышек обрамлен S-образными знаками и меандром. Это - символы молнии и воды (Рыбаков Б.А., 1981; Власов В., 2001, с. 428), охранители влаги, вестники дождя, так необходимого для безводной степи. S-образные фигуры могут также быть и изображениями змей, считающихся с древнейших времен покровителями дома и посредниками между небом и землей (Рыбаков Б.А., 1981).

У караногайцев над входом в свадебную юрту «отав-уьй» вешалась вырезанная из войлока большая фигура, имеющая антропоморфный образ и близкая по форме к орнаментальному мотиву «адам сурат» (образ человека), исполняемого балкарцами на настенных войлочных коврах «джыйгыч кийиз». Отличие в рисунке ногайского и балкарского вариантов - во введении напоминающего юбку треугольного основания в нижней части фигуры ногайского «адам суьврети». В целом же изображение довольно условно: «голова» имеет форму ромба, а опущенные к «бокам» «руки» - рогообразных завитков (на «джыйгыч кийизах» - ромбовидная или пятиугольная «голова» с распростертыми, поднятыми или опущенными к «бокам» рогообразными «руками», у отдельно стоящих фигурок изображаются ноги). Эти образы имеют сходство с рисунками на аланских бронзовых бляхах IV-IX вв. н.э., найденных на территории современной Карачаево-Черкесии (Минаева Т.М., 1971, с. 224), что позволило Е.Н. Студенецкой (1976, с. 214) предположить, что в прошлом фигуры «адам сурат» играли роль духов-охранителей. Фигурки такого же типа, заключенные в треугольники (форма которых сама по себе является оберегом), многократно повторяются в орнаменте, опоясывающем по периметру верх юрты.

Подобные антропоморфные изображения есть и у монголов: это войлочные идолы-онгоны (в переводе - «чистый», «священный») (Мифы народов мира, 1982, с. 255). Первоначально онгоны в основном изображали тотемного предка. Например, онгон волка Борте-Чино («сивый волк») в «Сокровенном сказании» (XIII в.) назван тотемическим первопредком. Стоит отметить, что флаг Ногайской Орды имеет изображение крылатого волка (Историко-географические аспекты., 1993). В дальнейшем онгоны преимущественно приобрели вид антропоморфных фигур; они делятся на мужские и женские, родовые и семейные, их нередко подвешивали в юрте у дымового отверстия. Онгонами ведали женщины. По нашему мнению, «адам суьврети» является аналогом онгону монгольской юрты. Это подтверждается и тем, что, по ногайскому обычаю, юрту вышивали, разукрашивали и убирали собственными руками невеста и женщины ее семьи (Кочекаев Б.Б., 1975, с. 131-132).

Сказанному не противоречит другая интерпретация орнаментальной символики, согласно которой эта крупная фигура воплощает архетип богини-роженицы. Образ фертильной женщины мы находим на петроглифах Монголии, Сибири, Алтая, Байкала, Франции (Новгородова Э.А., 1989, с. 96). Вот этот образ - широко расставленные и изогнутые в коленях ноги, а между ними символически показан будущий ребенок. Аналогичное изображение прослеживаются в убранстве юрты. С обеих сторон изображены солярные знаки солнца и луны, которые входили в обязательную свадебную символику у монгольских народов (Мифы народов мира, 1982, с. 170-174). Нередко роженицы изображались с тотемным предком - копытным животным (Дэвлет Е.Г., Дэвлет М.А., 2005, с. 119). Образ человека-зверя, зверя-женщины и мифологический сюжет, когда женщина становилась супругой животного и имела от него потомство - один из древнейших в первобытном искусстве.

Возможно, орнаментальная войлочная фигура «адам суьврети» или фертильной богини с рогообразными завитками отображает мифологему связи человека с родоначальником рода - козлом, образ которого со временем слился с образом барана. Учитывая, что Земля выступала в образе женского начала, а образ козла, потом барана воспринимался как носитель представлений о небесном мире, космосе, можно предположить, что круглая в плане юрта символизирует землю, а «рогатое животное» - небо. Поэтому магические знаки, изображенные в войлочных орнаментах юрты, не только должны были охранять молодоженов от всякого зла, но и могли использоваться для имитационной магии: священный союз неба и земли находит свое воплощение в союзе женщины и мужчины на земле. Свадебная символика пронизана магическим содержанием, в первую очередь магией плодородия, практикуемой населением степного коридора эпохи бронзы и энеолита, судя по древним изображениям, сохранившимся до наших времен.



*Во 2-й половине XVI в. после распада Ногайской Орды и образования двух улусов - Большие и Малые Ногаи - северокавказские степи становятся основным районом обитания ногайцев. Восточные районы Северного Кавказа были освоены выходцами из Малой Ногайской Орды, а низовья Сулака и Терека - из Большой Ногайской Орды. В конце XVII в. значительная часть ногайцев откочевала с низовьев Терека и Сулака в Моздокскую степь, положив тем самым начало группе северо-восточных ногайцев, известных под именем караногайцев.

**Половцы были прямыми потомками кипчаков, которые по численности и влиянию первое место занимали среди племен и родов, входивших в состав Ногайской Орды (Кидирниязов Д.С., 2000, с. 33; Кляшторный С.Г., Савинов Д.Г., 2005, с. 277; Археология СССР, 1981, с. 214).
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

под ред. Е.В.Ярового.
Древнейшие общности земледельцев и скотоводов Северного Причерноморья (V тыс. до н.э. - V век н.э.)

под ред. А.А. Тишкина.
Древние и средневековые кочевники Центральной Азии

Аскольд Иванчик.
Накануне колонизации. Северное Причерноморье и степные кочевники VIII-VII вв. до н.э.

С.А. Плетнёва.
Kочевники южнорусских степей в эпоху средневековья IV—XIII века

Игорь Коломийцев.
Тайны Великой Скифии
e-mail: historylib@yandex.ru
X