Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

В.И.Кузищин.   Римское рабовладельческое поместье

§ 5. Связь крестьянского хозяйства с рынком

Заслуживает специального рассмотрения вопрос о рыночных связях крестьянского хозяйства. Оно, конечно, не было изолированным от рынков: ряд необходимых для хозяйства вещей покупались, некоторые продукты крестьянского производства продавались. Сельские хозяева, несомненно, покупали рабов на рынке. Правда, ветераны могли приобрести себе несколько рабов во время военной службы, тем не менее после нескольких лет мирной жизни этих рабов могли лишиться, и такой ущерб нужно было восполнить на рынке. Покупались некоторые орудия труда, главным образом железные: сошники для плуга, серпы, ножи, вилы, мотыги и т. п. Как сообщает Вергилий, из города крестьянин привозит черную смолу и тесаный камень (Georg., I, 274—275). Деньги иногда были нужны крестьянину для расплаты с поденщиком. Для получения же денег необходимо было продавать часть производимого продукта. Вергилий сообщает в нескольких местах о том, что везет на продажу в город крестьянин:
«Часто осла нагружает ленивого маслом погонщик
Или простыми плодами130. из города ж он, возвращаясь,
Черной смолы с собой привезет иль тесаный камень»
(I, 273—275).
Далее (III, 400—402) Вергилий пишет:

«То молоко, что на заре надоили, иль в полдень, —
Ночью сжимают, а то, что доили во тьме, на закате, —
Рано по утру пастух относит корзинами в город».

В других местах Вергилий упоминает о пастухах,которые сгоняют в небольшой город приплод овец (Verg. Вис., I, 21), видимо, молодых барашков, продают на городском рынке и творог (там же, 32—35).

Симил также связан с городским рынком, куда он везет овощи со своего огорода, а возвращается домой с кошельком, набитым деньгами, скорее всего медными (Мог., 79—84).

Наиболее распространенные римские весы. Могли применяться лишь в мелкой розничной торговле
Рис 1. Наиболее распространенные римские весы. Могли применяться лишь в мелкой розничной торговле

Таким образом, в качестве товарных продуктов названы оливковое масло, овощи, дешевые яблоки или вообще фрукты, молоко, творог, молодняк, возможно, пшеница.

В крестьянском земледелии основное внимание уделялось бобовым и полбе, которые котировались невысоко и потому не могли быть товарными культурами, но более ценная пшеница, которая высевалась на крестьянских полях, могла вывозиться и на рынок. Насколько нам известно, наличных денег было мало, и крестьянин поэтому ими дорожил. Хотя Цицерон несколько сгущает краски, но, видимо, он правильно передает существо мелкого производства, когда пишет: «Когда вы грабили и расхищали урожай земледельцев, земледелец терял по крайней мере не более того, что он сам добыл своим плугом, что дала ему его работа, его нивы, его посевы... Но чтобы дать деньги, которые он не выпашет, которые он не добывает плугом и рукою, земледелец должен продать и быков, и самый плуг, и все свои сельскохозяйственные орудия...» {Cic., in Verr., III, 198—199). Несколько дальше Цицерон говорит о том, что сумму в 8 тыс. сестерциев крестьянин (arator), конечно, не может выручить в течение трех лет и, чтобы ее собрать, вынужден продать свой сельскохозяйственный инвентарь (там же, 201).

Нужно, однако, подчеркнуть, что некоторые сообщения Вергилия должны быть отнесены к хозяйствам, расположенным в относительной близости к городу. Ведь везти свежую зелень, надоенное на заре молоко, молоденького барашка на примитивных повозках того времени и без специально оборудованных хранилищ имело смысл лишь недалеко. Вино, масло, некоторые фрукты, пшеницу, мясной скот можно было транспортировать и на относительно далекие расстояния. Упоминание Вергилием тесаного камня и смолы, которую закупает в городе крестьянин, продавший там свое масло, однако, показывает, что в данном случае имеется в виду торговля поблизости. Крестьянские же хозяйства, расположенные в известном отдалении от городов, были связаны с рынком слабее.

Немногие примеры рыночных связей крестьянских хозяйств показывают их эпизодичность и случайность. Они не затрагивали их основ, продукция крестьянского двора потреблялась там же, где и производилась, а за его пределы попадали ничтожные излишки. Реализация этих излишков играла роль лишь дополнительного фактора в нормальном функционировании крестьянского хозяйства. Оно было мало связано с рыночными отношениями по своей внутренней структуре. Крестьянский двор был обеспечен собственной рабочей силой, а необходимость в дополнительной покрывал за счет соседской помощи; основные и несложные орудия труда, за небольшими исключениями, делались самим владельцем и его соседями. Набор культур позволял снабдить крестьянскую семью необходимыми продуктами питания. Крестьянин, собственник своего участка по полному квиритскому праву не платил и налогов.

Бесспорно, в ряде крестьянских хозяйств, особенно расположенных в пригородной местности, рыночные связи приводили к интенсификации хозяйства, повышению его доходности, обогащению его владельцев. Однако большая часть крестьянских дворов была мало затронута рыночными отношениями, и потому колебания торговой конъюнктуры не отражались на них болезненно. При неблагоприятной конъюнктуре крестьянские хозяйства, как-то связанные с рынком, относительно безболезненно рвали товарные связи, продолжая функционировать как особый хозяйственный тип.

Иным было положение другой разновидности крестьянского хозяйства, а именно хозяйств различных категорий арендаторов, в том числе и колонов, выплачивающих арендную плату деньгами. Владельцы подобных хозяйств нуждались в звонкой монете для регулярной расплаты за арендуемый участок и потому, видимо, должны были до известной степени ориентировать свое хозяйство на рынок. Вполне возможно, что в хозяйстве колонов получили большое значение товарные отрасли и культуры, и сила необходимости заставляла их возделывать в большем размере пшеницу, разводить ценные сорта винограда для получения качественного вина, выращивать дефицитные овощи. Возможно, в связи с этим в таких хозяйствах рабы были более частым явлением, а общий уровень агротехники был выше, чем у крестьян-собственников.

Необходимость ориентировать свое небольшое хозяйство на рынок ставила перед их владельцами много сложных и тяжелых проблем, решить которые, пользуясь слабыми возможностями мелкого производства, было, видимо, трудно. Хозяйство арендаторов-колонов поэтому было менее устойчивым, в большей степени подверженным превратностям рыночной конъюнктуры и колебаниям цен, чем товарные рабовладельческие виллы, с одной стороны, и хозяйства крестьян-собственников, с другой131. Угроза разорения была реальной, и для них, выражаясь словами Плиния Младшего, лучшим лекарством был перевод арендной платы из денежной формы в натуральную из доли урожая.

Это нововведение Плиния Младшего привело к серьезным по-следствиям, к перестройке хозяйства колона. Оно, видимо, вскоре сблизило обе разновидности мелкого производства, резко сократило хлопотливые рыночные отношения и связанные с ними расходы и трудовые затраты. Колон, выплачивающий аренду из доли урожая, потерял интерес к интенсификации своего хозяйства, к высокой агротехнике, отказался от товарных культур, от дополнительной рабской рабочей силы. Колон стал стремиться к возделыванию таких культур, которые обеспечивали его семью основными продуктами питания, главным образом зерновыми и бобовыми. Он был заинтересован в такой урожайности, которая обеспечила бы ему прожиточный минимум и арендную плату землевладельцу.

Колонатное хозяйство становится самодовлеющим, мало связанным с рынком. При известном понижении общего агротехнического уровня, оно тем не менее приобретает большую, чем раньше, устойчивость и жизнеспособность.

Исследование крестьянского хозяйства как экономического типа позволяет сделать вывод о его известной жизнеспособности. Крестьянский двор мог безболезненно пережить сложную рыночную конъюнктуру, подъем или падение цен, трудности денежного обращения.

Основными «китами» устойчивости крестьянского хозяйства как типа было натуральное производство, обеспеченность рабочей силой, низкий уровень агротехники, слабая степень интенсификации. Крестьянский двор не был экономическим конкурентом рабовладельческой виллы или какому-нибудь другому типу поместья; он напоминал нейтральный газ в сложной газовой смеси, сосуществовал с другими компонентами, почти не вступая с ними в соединение.

Экономические взаимоотношения крестьянского двора и рабовладельческой виллы во II в. до н. э.— I в. н. э., т. е. в эпоху максимального развития товарного производства в римском рабовладельческом обществе были иными, чем отношения крестьянского хозяйства и крупного земельного производства в эпоху капитализма, когда последнее подчиняло и поглощало первое, главным образом экономическим путем, путем свободной игры законов товарного производства.

Тем не менее сделанный вывод об экономической устойчивости римского крестьянского хозяйства нельзя понимать как вывод об устойчивости крестьянского хозяйства вообще. Ведь наряду с чисто экономическими обстоятельствами крестьянские хозяйства находились в своеобразных социально-политических условиях. Здесь не место разбирать их. Отметим лишь, что бесспорная тенденция к падению роли крестьянского хозяйства в Риме II в. до н. э.—
I в. н. э. может быть объяснена не только игрой экономических сил, но и специфическими социально-политическими условиями того времени.

С другой стороны, внутренняя устойчивость крестьянского хозяйства как экономического типа оказалась основой его постоянного существования наряду с рабовладельческими виллами, его высокой сопротивляемости напору других типов хозяйств и определила значительную роль крестьянства и крестьянского хозяйства в римском обществе и римской экономике II в. до н. э.— I в. н. э.

В более бедственном положении находились маломощные крестьянские хозяйства с земельным участком до 10 юг. и хозяйства арендаторов, выплачивающих арендную плату в денежном
исчислении. По всей вероятности, именно эти категории римских крестьян испытывали на себе первые удары, вызванные экономическими и социально-политическими потрясениями, а их земли создавали один из резервов крупного землевладения.

Анализ экономики крестьянского хозяйства показал, что по своей организации оно было обычно экстенсивным, консервативным, архаичным. Столбовая дорога италийского сельского хозяйства пролегла через укрепление и распространение других более динамичных хозяйственных типов — рабовладельческих вилл. Крестьянство, включая также клиентов и колонов, в Италии II в. до н. э.— I в. н. э. в период наивысшего развития рабовладельческих хозяйств представляло собой многочисленный слой на-селения, а его роль в экономике и в политической жизни Италии была весьма велика, так что без ее учета невозможно правильно обрисовать общую экономическую ситуацию и главные направления политики. Взаимоотношения крестьянских дворов и рабовладельческих вилл были важным элементом хозяйственной жизни и, абстрагируясь от них, нельзя понять многие стороны экономики того же рабовладельческого поместья, в частности, особенности его специализации, мобилизации рабочей силы и др.

Крестьяне составляли основное население в окрестностях многочисленных городов Италии, они часто заполняли его улицы и площади, храмы и рынки, и без них нельзя представить себе полнокровную жизнь любого городского центра. Бесспорно, крестьянство оказывало определенное давление на политику как цен-трального правительства, так и ближайших муниципиев. Многочисленные законодательные акты римского сената, а впоследствии императоров, свидетельствуют об их интересе к нуждам мелкого производства. Правда, прямое участие крестьянства в политической жизни вряд ли было активным. Занятые нелегким трудом, жившие в условиях деревенской изоляции мелкие производители, как правило, были политически пассивны, за исключением некоторых исторических периодов (движение братьев Гракхов, Сатурнина, Союзническая война), когда они вовлекались в политические водовороты силой обстоятельств.

Кризис полисных учреждений, усложнение государственной жизни, да и сознательная деятельность римских политиков не могли не способствовать усилению политического индифферентизма италийского крестьянства. Но его роль в экономической жизни и классовых отношениях того времени была очень важной, и само крестьянство можно определить как один из основных классов римского рабовладельческого общества II в. до н. э.— I в. н. э. наряду с классами рабов и рабовладельцев.




130Перевод не совсем точный. Вергилий говорит о vilibus pomis, т. е. о дешевых, плодах.
131О тяжелом положении колонов, вносящих денежную арендную плату, совершенно недвусмысленно говорят Колумелла (I, 7, 1—2) и особенно Плиний Младший (Plin. Epist., III, 19, 5; V, 14, 8; VIII, 2, 1; IX, 15, 1; 16; 36, 6; 37, 2—4; X, 8, 6).
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Антонин Бартонек.
Златообильные Микены

Ричард Холланд.
Октавиан Август. Крестный отец Европы

А. В. Махлаюк.
Солдаты Римской империи. Традиции военной службы и воинская ментальность

А.М. Ременников.
Борьба племен Северного Причерноморья с Римом в III веке

Терри Джонс, Алан Эрейра.
Варвары против Рима
e-mail: historylib@yandex.ru
X