Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

В.И.Кузищин.   Римское рабовладельческое поместье

§ 4. Организация рабочей силы

Типичное римское имение II в. до н. э. — I в. н. э. — это ярко выраженное рабовладельческое хозяйство. Все работы годового сельскохозяйственного цикла и первичная переработка полученных продуктов производились силами постоянной рабской фамилии. Естественно, ее воспроизводство и эксплуатация — важнейшие проблемы для рабовладельца. Для каждого имения в зависимости от его размеров, специализации (виноградарское, масличное или зерновое) и характера почв рабовладельцы подсчитали необходимое количество постоянной рабочей силы, способное обеспечить наиболее эффективную обработку имения в течение всего года. Превышение этого количества либо, напротив, недостаток нескольких рабочих единиц приводил или к перерасходу денежных средств, или к недостаточной обработке земли, что отражалось на урожайности культур и доходности имения. Постоянное, достаточное число членов рабской фамилии — необходимое условие нормального функционирования данного типа хозяйства.

Катон в общей форме указал на оптимальную численность фамилии для двух вариантов поместий: виноградника в 100 юг. — 16 единиц и оливкового сада в 240 юг.— 13 единиц108 .

Сазерна считал вполне возможным обработать зерновое поле в 200 юг. восемью работниками, двумя пахарями и шестью разнорабочими. Если же в пределах этого участка кроме зерновых находился виноградный сад, то необходимо еще 3 раба, всего 11 —12 полевых работников (Col., II, 12, 7), не считая вилика, овчара, свинопаса и пр. В другом месте Сазерна дает более общий совет о полной обработке 8 юг. с помощью одного раба, хотя нам и неизвестно, к какой категории имений — винограднику, маслиннику или хлебному полю (Varr., I, 18, 2) — эта рекомендация относится.

Естественно думать, что при устройстве поместий и расчетах постоянного рабского персонала, приобретаемого на рынке, владелец не слепо следовал рекомендациям названных авторов. Учитывая их в качестве некоторых ориентиров, он, очевидно, принимал во внимание и другие обстоятельства: характер почвы, климат, особенности рельефа, местные традиции и др.

Мало того, Варрон призывает рабовладельцев к поискам лучшего варианта, к экспериментированию с рабочей силой: «Ведь природа указала нам два пути при обработке земли: эксперимент и подражание. Древнейшие земледельцы создали очень многое путем экспериментирования, потомки их большую часть — подражанием. Мы должны делать и то и другое, т. е. подражать другим и делать кое-что новое, пробовать, экспериментировать, следуя не слепому жребию, а разуму» (I, 18, 7—8)109 .

При всех различиях в численности постоянного рабского персонала в каждом конкретном хозяйстве в Италии для удобства расчетов складываются некоторые ориентировочные эталоны для разных категорий хозяйств. Тот же Варрон рекомендует в качестве таковых нормы трудовых затрат в скотоводстве. Так, один раб может управиться со стадом грубошерстных овец в 80 или 100 голов, а тонкорунных — лишь в 50 голов (II, 2, 20; II, 10, 10—12). Для ухода за сотней свиней достаточно одного раба, но ему помогает несколько подпасков (II, 4, 22). Один пастух пасет в Галльской области стадо в 50, а в Саллентине и Казине — в 100 коз (II, 3, 9—10), пли табун из 25 лошадей (II, 10, 10—11). Исходя из этих норм, можно подсчитать нужное число пастухов для стад разного размера, например, в 700 или 1000 голов скота, которые имелись у самого Варрона и его собеседников110 . Для более точного определения рабского контингента было бы важным знать нормы дневной выработки раба или трудоемкость отдельных культур. Довольно много сведений об этом содержится в сочинении Колумеллы. Колумелла приводит нормы выработки пахарей, причем даны варианты для почв легких, плотных и средних. Им даны, очевидно, при использовании и переработке сведений других авторов и особенно Сазерны111 подробнейшие расчеты трудоемкости возделывания восемнадцати важнейших полевых культур. Колумелла сообщает о трудовых затратах при плантаже на разную глубину виноградников, проведении борозд и копке ям разных размеров. Окопка лоз, прополка, обрезка, подвязка, очистка от молодых побегов также тщательно регламентируются112 .

Нормы, рекомендуемые Колумеллой, составлены на основе его хозяйственного опыта и, нужно это подчеркнуть, использования расчетов Катона, Сазерны, Варрона, что доказывает их применимость и важность. Конечно, и рекомендации Колумеллы при всей их подробности и учете разных условий не рассматривались в качестве общеобязательных, мало того, они подвергаются в ряде случаев критике со стороны Плиния Старшего 113. В конкретных хозяйствах, естественно, были отличия от эталона, тем не менее эти нормы, очевидно, играли роль средних показателей, служили определенным ориентиром114. Как таковые, они отражают большую работу, проделанную за два с половиной столетия рабовладельцами- экономистами по расчетам трудовых затрат и более точного определения постоянного (и не только постоянного) рабского персонала этого типа поместья.

В винограднике Катона в 100 юг. работают 16 рабов, в оливковом саду—13 человек. Хлебное поле в 200 юг., по Сазерне, обработают 9, а с виноградным садом вместе—12 рабов. Если это отдельное имение, то, включая другой персонал, общая численность постоянной рабской фамилии, видимо, будет близка к катоновским цифрам115 . По-видимому, численность рабов на вилле типичного поместья Варрона также не превышает полутора-двух десятков116 . Судя по всему, рабский постоянный персонал в поместье Колумеллы значительно больше, чем у Катона и Варрона, и, возможно, достигал пяти-шести десятков.
Постоянный персонал состоял из разных рабов: сюда входил вилик с виликой и другие представители поместной администрации (у Колумеллы таковых было, вероятно, не менее десятка), пахари, виноградари и другие лица, которых можно определить в качестве квалифицированных рабов, и, наконец, разнорабочие.

Насколько можно судить по случайным данным, средняя стоимость неквалифицированного раба в конце Республики колебалась в пределах 400—500 денариев, а обученного какой-либо профессии — значительно больше (за хорошего виноградаря Колумелла платил 2 тыс. денариев — III, 3, 8); еще дороже стоили рабы — представители поместной администрации117 . Таким образом, для покупки 13 рабов необходимо было затратить немалую сумму в 6—8 тыс. денариев, а для покупки 50 рабов требовалось 25—40 тыс. денариев.

Неудивительна та тщательность расчетов рабочей силы, с которой мы сталкиваемся при чтении римских сельскохозяйственных трактатов, в особенности Колумеллы.

Спецификой сельскохозяйственных работ является неравномерность трудовых затрат в течение года, — наличие таких периодов, когда приходится выполнять множество срочных работ, и глухих периодов относительно незанятого времени. Поскольку рыночная стоимость и содержание раба требовали денежных средств, рабовладельцу было невыгодно держать постоянно рабскую фамилию, необходимую в наиболее напряженный сезон. Так как после выполнения срочных работ большая часть года рабочая сила оказывалась незанятой, ее содержание ложилось тяжелым бременем на бюджет рабовладельца. Поэтому хозяин определял постоянный контингент рабов, исходя из среднегодовых норм трудовых затрат, так, чтобы его рабы оказались более или менее равномерно заняты в течение всего года. Однако при таком расчете предполагается, что во время уборочных работ постоянного контингента, находящегося на вилле, не хватает, а недостающая рабочая сила должна быть нанята со стороны.

Как показывает анализ сочинений аграрных писателей, владельцы имений постоянно приглашают на срочные работы посторонних рабочих. Катон, например, приглашал наемников постоянно, наем батраков-мерценнариев — непременная обязанность вилика (2, 5, 6); для сбора маслин привлекается целая артель численностью до 50 человек (64, 66—67, 144), очевидно, и сбор винограда не обходился без найма дополнительной рабочей силы (23, 137). Жатва зерновых производилась также руками издольщиков (136). В хозяйстве Катона нанимают как издольщиков, расплата с которыми не требовала звонкой монеты, так и наемников-ерценнариев, маслоделов и сборщиков олив, с которыми расплачивались наличными деньгами118 . О найме работников, притом за малую плату при большой работе, идет речь в комедии Плавта «Vidularia» (22—48). Во времена Варрона наем дополнительных рабочих для спешных работ — обычное явление в типичном имении. Они приглашаются на сбор винограда, сенокос, на жатву зерновых, для обработки зараженных участков (I, 17, 2). Причем Варрон хранит молчание по поводу найма издольщиков, и Е. М. Штаерман справедливо объясняет это умолчание как свидетельство сокращения роли труда арендаторов, в частности издольщиков, в конце Республики119 . Однако если удельный вес арендаторов ко времени Варрона сокращается, то вряд ли можно думать о сокращении наемного труда мерценнариев. Приведенные выше данные Варрона говорят об этом совершенно недвусмысленно. Уменьшение роли издольщиков в хозяйстве типичного поместья, видимо, привело к известному возрастанию роли мерценнариев-батраков120 , что может свидетельствовать о более глубоком проникновении товарно-денежных отношений в хозяйства типичных имений.

В имении Колумеллы интерес к дополнительной рабочей силе столь же велик, как и у его предшественников. У него уже появляются постоянные колоны, которые арендуют часть имения (I, 7, 1—5). Плантаж под виноградник производится подрядчиком (III, 13, 10—13). Для сбора винограда хозяин иногда вынужден набирать работников за любую плату, настолько велика была потребность в них (III, 21, 6—10). Рабочих рук не хватает даже при обрезке черенков (IV, 6, 2—3), и наемников приходится приглашать. При обработке и удобрении ям для посадки виноградных лоз хозяин должен прикинуть, «выгодно ли это делать... cмотря по ценам на съестные припасы и на рабочих» (III, 15, 5). При подготовке целинного каменистого участка к пахоте излишние камни убирают, если находятся дешевые рабочие руки (II, 2, 12); даже рассаду огурцов и тыкв высаживают так или иначе в зависимости от цены на рабочую силу, а хозяин обеспокоен тем, чтобы делать это с наименьшими трудовыми издержками (XI, 3). Хозяйство Колумеллы так тесно связано с использованием дополнительной наемной силы, что его нормальное функционирование без нее представить нельзя121 . Наряду с приглашением наемников, свободных людей, своего рода батраков, постепенно получает признание и распространение наем рабов, принадлежащих другому господину и по каким-либо причинам свободных от дел. О такой практике упоминает еще Плавт (Vid., 2, 8), хотя у него речь может идти не о римских условиях, а об эллинистических 122. Некоторые любопытные данные на этот счет имеются в Дигестах (XXXIII, 7, 12, 8). Наем чужих рабов в качестве дополнительной рабочей силы — показатель глубокого внедрения рабовладельческих отношений в римскую деревню и вместе с тем — широкого распространения практики найма вообще.

Привлечение наемников позволяло организовать постоянную рабскую силу самым рациональным способом, было одной из основ доходности рабовладельческого имения. Применение труда свободных наемников не подрывало, а, напротив, способствовало укреплению и углублению чисто рабского характера производства в этих виллах. Рациональная организация рабского труда без свободных наемников была бы затруднена при том развитии товарно-денежных отношений, с которым мы сталкиваемся в Италии II в. да н. э. — I в. н. э.

Как бы ни было хорошо обеспечено хозяйство рабочей силой„ в процессе производства ее нужно постоянно пополнять. Воспроизводство рабочей силы — одна из важнейших хозяйственных проблем. Каким образом она решалась для данного типа рабовладельческого поместья? Возможны три варианта. Вполне вероятно частичное пополнение, например, за счет добычи, захваченной рабовладельцем во время военной кампании, в которой он принимал участие123 .

Однако вряд ли можно считать этот путь обычным и общепринятым. Напрашивается другое предположение, высказанное Е. М. Штаерман: пополнение рабской фамилии происходило за счет внутреннего источника — рождения рабов рабынями и их последующего воспитания124 . Внутреннее воспроизводство предполагает относительно устойчивые семейные связи в рабской фамилии, т. е. некоторое подобие семьи со всеми вытекающими отсюда последствиями, прежде всего, с наличием хозяйства. Значит, среди постоянного персонала должно быть порядочное число женщин и детей. И в самом деле, в сочинениях Катона, Варрона, Колумеллы упоминаются женщины на вилле типичного поместья. Катон называет вилику, супругу вилика. М. Е. Сергеенко полагает, что Одной женщине трудно справиться с большим домашним хозяйством, и потому предполагает еще двух женщин на виллах Катона 125.

Варрон прямо говорит: «Рвение начальников следует подогревать наградами, позаботиться, чтобы у них была кое-какая собственность; дать им для сожительства рабынь, от которых у них будут дети» (I, 17, 5). Этот отрывок не допускает кривотолков: у рабских начальников, — а о них речь идет во множественном числе, — были семьи и некоторое подобие семейного хозяйства, в то время как у остальных рабов их не было. Обычными были семейные отношения в среде пастухов, где в принципе каждый пастух обладал возможностью иметь жену и детей (II, 10, 6—9).

В сочинении Колумеллы женщины-рабыни упоминаются чаще. Они используются на тяжелых работах (I, 8, 19), в том числе и на полевых (XII, 3, 5). В дождливые, морозные и непогожие дни рабыни трудятся в ткацких мастерских и на кухне126 . Впервые говорится у Колумеллы о детском рабском труде (peurile opus — II, 2, 13; XI, 3; XII, 4). Бесспорно, у каждого рабского начальника — прокуратора, вилика, актора, монитора, возможно, эргастулярия — были свои семьи. Колумелла специально поощрял рождаемость в рабской среде и при рождении четвертого ребенка-сына отпускал рабыню (но не ее мужа и детей!) на свободу 127. Складывается впечатление, что в поместье Колумеллы женская часть рабской фамилии была большей, так же как и ее роль в общем хозяйстве, чем во II—I вв. до н. э. В таком случае внутренний источник пополнения фамилии был обильнее 128. Тем не менее нет оснований преувеличивать его роль и считать его основным в сложном деле воспроизводства рабочей силы поместья. Все-таки большая часть сельских рабов семьи не имела и жила на казарменном положении. Плавт, правда, для начала II в. до н. э. категорически отрицает существование рабских семей в Италии, исключая, может быть, Апулию (он имеет в виду апулийских пастухов), хотя и считает рабские семьи обычным явлением в Греции и Карфагене (Cas., 70—80).

Некоторые, к сожалению случайные, сведения о быте сельских рабов не дают оснований думать о распространенности рабских семей с каким-то подобием домашнего хозяйства. У Катона и Варрона рабы получают паек ежемесячно, питаются на кухне из общего котла (Varr., I, 13, 2; Cat., 56—59, 142, 143, 3). Колумелла рекомендует вилику питаться вместе с рабами, что опять-таки предполагает общий быт (I, 8, 12)129 .

При раскопках остатков сельских вилл в Кампании рабские каморки были опознаны и изучены. Как правило, они были небольшими (от 6 до 14 м2), с одной общей кроватью для двух-трех рабов, с минимальным инвентарем, что предполагает быт холостых рабов, находящихся на централизованном продовольственном снабжении130 . Совершенно одинаковые каморки расположены рядом, чтобы вилику было удобно наблюдать за их обитателями, что менее необходимо при существовании рабских семей131 . Поразительна бедность находок женских вещей и украшений, но, видимо, часть их, в первую очередь украшения, была унесена в момент катастрофы132 .

Рис.6 Аэрофотосьемка древнего поля в Алжире
Рис.6 "Аэрофотосьемка древнего поля в Алжире"

Рис.7 Часть межевого плана открытого в Оранже
Рис.7 "Часть межевого плана открытого в Оранже"

Полуказарменное содержание рабов в исследуемом типе поместья, очевидно, объясняется прежде всего экономическими соображениями: более легкой и рациональной организацией рабочей силы рабов, не обремененных семьей, удобством надзора; наконец, неизбежными при наличии рабских семей расходами на содержание жены и детей133 .

При относительно обеспеченном невольничьем рынке, видимо, более выгодной и удобной для владельца поместья была покупка недостающих или выбывших из производства рабов, чем организация их воспроизводства на месте. Складывается, однако, впечатление, что во времена Колумеллы роль внутреннего источника возросла, а часть рабской фамилии, главным образом поместная администрация, жила семьями и своими квазихозяйствами отдельно от остальных рабов, находящихся на полуказарменном положении134 .

В типичном поместье постоянный рабский персонал насчитывал от полутора, до пяти-шести десятков человек. Рабовладелец конечно, стремился организовать их труд самым рациональным способом. Одним из важных вопросов организации труда любого коллектива является специализация работников и кооперация их усилий. Изучение сведений римских сельскохозяйственных писателей показывает, что в рабовладельческих поместьях были сделаны известные успехи в этом отношении. В рабской фамилии, занятой производственной деятельностью, можно выделить несколько групп рабов, отличающихся по характеру своего труда. К первой группе нужно отнести рабскую администрацию, выполняющую важную и притом производственную функцию надзора. Старшие чины — прокураторы, вилики, акторы, видимо, считались своего рода специалистами, продавались и покупались в качестве таковых 135.

Другая группа — это квалифицированные рабы, т. е. обладающие навыками в той или иной сфере деятельности. К таковым следует причислить пахарей, всегда выделяемых в особую категорию рабов, специалистов-виноградарей, оливководов, садовников, пастухов136 .

Третья группа может быть определена как разнорабочие, не обладающие особой квалификацией и потому имеющие меньшую рыночную стоимость.

Изучение специализации римских сельскохозяйственных рабов показало, что нельзя преувеличивать ее размах и принимать за обозначение различных специальностей многочисленные наименования, встречающиеся у авторов, особенно у Колумеллы (таковых можно насчитать свыше двух десятков, например, satores, occatores, sarritores, runcatores, messores, foenisex, olitor и др.)137 .

Тем не менее нельзя отрицать и известных успехов в области специализации, выделения ряда устойчивых специалистов, которые вместе с другими группами рабов обеспечивали квалифицированное и эффективное выполнение всех необходимых работ и получение более высокого прибавочного продукта 138. «Мануфактурное разделение труда, — писал К. Маркс, — не только упрощает и разнообразит качественно различные органы общественного совокупного рабочего, но и создает прочные математические пропорции для количественных размеров этих органов, т. е. для относительного числа рабочих или относительной величины рабочих групп в каждой специальной функции. Вместе с качественным расчленением оно развивает количественные нормы и пропорции общественного процесса труда»139 .
В римских сельскохозяйственных трактатах, особенно у Колумеллы, часто встречаются указания на нормы выработки рабов, на трудоемкость отдельных культур, на затрату труда при некоторых операциях. В свое время мы специально останавливались на исследовании этих норм140 . Здесь достаточно лишь отметить, что разработка и внедрение норм трудовых затрат, попытка количественной регламентации рабского труда — бесспорное свидетельство известных успехов в рациональной организации поместного коллектива, эффективности и производительности труда.

Рабский коллектив — специфический, он функционирует нормально, кроме всего прочего, также при условии постоянного и строгого надзора. Ослабление надзора и принуждения приводит к сокращению производительности и интенсивности рабского труда. Вот почему принуждение к труду, организация надзора являются своего рода производственной деятельностью в рабских коллективах141 .

Принуждение к труду и надзор был возложен на поместную администрацию, на тех рабов, которые специализировались в этом деле. В поместье Катона в ее состав входили вилик, вилика и эпистат, т. е. 3 из 13—16 рабов. Во времена Варрона и особенно Колумеллы поместная администрация включала и многие другие чины: прокуратора, субвилика, акторов, мониторов, эргастуляриев, остиариев. Возрастает численность рабской иерархии, структура поместной администрации приобретает полноту и законченность. Расширение рабской иерархии считалось целесообразным, очевидно, потому, что она более эффективно принуждала основной рабский персонал к производительному труду, и тем самым оправдывались те немалые издержки на покупку и содержание увеличившихся в числе поместных чинов и членов их семей142 .

Нормирование рабского труда, создание разветвленной поместной администрации, более эффективное принуждение рабов к труду и ориентирование хозяйства на рынок приводили к возрастанию нормы и степени эксплуатации рабского труда, к его интенсификации. Это проявилось в разных направлениях: в полуказарменном содержании основной массы рабов, сокращении необходимых издержек, удлинении рабочего дня до его максимальных границ, урезывании свободного времени, в частности в ликвидации выходных дней в период религиозных праздников, в заполнении производительным трудом праздничных дней. Увеличение нормы и степени эксплуатации раба поощрялось общественным мнением и законодательством. После издания закона Аквилия раб был передан в полное и бесконтрольное распоряжение своего господина, рассматривался в качестве instrumentum vocale и мог быть подвергнут любой, даже чрезмерной эксплуатации. Ее границей становятся интерес и воля господина143 . А главный интерес хозяина заключался в том, чтобы раб лучше работал и производил наибольший прибавочный продукт.

Вот почему римские аграрные писатели советуют поддерживать рабочую силу раба в хорошем состоянии, заботиться о нем, сытно кормить и тепло одевать. Нормальное функционирование рабочей силы раба не исключает, а предполагает ее высокую эксплуатацию144 .

Рис.8 План и реконструкция римского городского домаатриумного типа
Рис.8 "План и реконструкция римского городского домаатриумного типа"

Наряду с повышением нормы о степени эксплуатации рабского труда принимался ряд мер к увеличению его производительности, и рабовладельцы достигли в этом немалых успехов. Специальное исследование проблемы эффективности рабского труда в римском сельском хозяйстве II в. до н. э. показало, что в имениях, связанных с рынком, происходил подъем производительности труда рабов вплоть до того, что она не только не уступала, но даже и превосходила производительность труда свободного крестьянина. Наибольшей высоты производительность труда рабов достигла в рационально организованных рабских коллективах со сложившейся поместной администрацией в столетие с середины I в. до н. э. до середины I в. н. э.145 . 

Комплектование рабских коллективов, их воспроизводство и пополнение, мобилизация дополнительной рабочей силы, как показывает предшествующее изложение, были тесно связаны с состоянием рынка, сложившимися оживленными товарно-денежными отношениями и вне их не могли существовать. Организация труда в подобных коллективах была весьма искусной, что обеспечивало высокую степень эксплуатации и интенсификации рабского труда и тем самым подъем его производительности.




108В. Вестерман (W. Vеstеrman. Ор. cit., рр. 68—69) полагает, что упомянутые в составе рабского персонала маслинника 5 рабочих (operarii) и виноградника 10 (operarii) — свободные наемники, а не рабы Подробнее о критике этого утверждения см. нашу рецензию на книгу Вес-термана (ВДИ, 1958, № 4).
109Дж. Луццатто (Ук. соч., стр. 106) особенно подчеркивает это место в сочинении Варрона как свидетельство успехов античных хозяев в организации труда.
110См. Vаrr., II, 10, 11. У Варрона овечье стадо — в 700 голов, у Аттика —
800, у других стада свыше 1000 голов. Поэтому стадо в 700 голов обслуживается (при норме одного пастуха на 80 овец) семью пастухами с их женами и старшим пастухом с женой.
111J. Kоlеndо. Ор cit, рр 47—.56; М Е Сергеенко Columella, II, 12,
7—8 (Опыт комментария). ВДИ, 1971, № 2, стр. 116—119.
112В. И. Кузищин. Очерки..., стр. 210—215.
113Там же, стр 217—220
114Иначе не имело бы смысла заниматься их обсуждением и критикой, к тому
же многие из них принимались.
115К 9—12 работникам нужно добавить вилика, вилику, овчара, свинопаса.
116Например, овечье стадо в 700 голов обслуживалось не менее чем девять
пастухами и их женами. В целом, несмотря на критику катоновских расчетов, Варрон их придерживается (I, 18).
117Т. F г a n k. An Econ. Surv..., v. I, р. 102. Наиболее обстоятельно разобрал
цены на разные категории рабов Иозеф Чешка (Diferenciace otrokíi v Italii v prvnich dvou stoletich principatu. Praha-(Brno, 1959, str. 58—65). Его выводы следующие: дети и неполноценные работники стоили 1 тыс. сест; неквалифицированные здоровые рабы—2 тыс ; могущие работать самостоятельно — 3—8 тыс.; квалифицированные и обладающие опытом— от 8 до 10 тыс.; высококвалифицированные — от 10 до 20 тыс. сест. Е. М. Штаерман. Расцвет.., стр. 54; Е. М. Штаерман, М. К. Трофимова. Рабовладельческие отношения в Ранней римской империи, стр 25—26.
118Н. Gummerus. Ор. cit., SS. 32—33; Н. Dоhr. Ор. cit., SS. 140—143.
119Е. М. Штаерман. Расцвет..., стр. 76—78.
120Поставка батраков становится выгодным предприятием, и некоторые ловкие
предприниматели организовывали даже целые артели мерценнариев, которые переходили из области в область. Одним из таких предпринимателей был дед императора Веспасиана Светоний (Vesp., I, 4); CIL, VIII, 11824) сообщает о таком предпринимателе, содержащем артель жнецов, которые ходили іпо всей провинции Африке (II в. н э) В этой связи заслуживают большого внимания выводы Яна Буриана (I. Вurіаn. [Что-то на греческом]... a povstani Spartakovo в журнале «Listy filologiczny», v. (LXXX), 2, 1957, str. 197—203).
121О юридическом положении свободных рабочих, в том числе и наемников,
в сельском хозяйстве конца Республики и Империи см. сборник статей, посвященных этой тематике, изданный проф. Франческо де Робертис (Fr. de Robertis. Lavoro e lavoratori nel mondo Romano, Bari, 1963). См. также его статьи «Locatio operarum e status del lavoratore», 1961; «Lavoratori liberi nelle familie aziendali romane», 1958 О наемниках см. также H. Gummerus. Op. cit., SS. 33—34, 63—65, 82—83; E. М. Штaepман. Расцвет..., стр. 74—78; T. Frank. An Econ. Surv..., v. I, pp. 163—164. Различные условия найма самым обстоятельным образом разбираются в книге В. Сираго, где им посвящена
IIчасть (Conduzione), стр. 103—186.
122Весьма вероятно, Катон имел в виду и наем рабов у своих соседей, с которыми он рекомендует поддерживать добрые отношения: si te libenter vicinitas videbit... operarios facilius conduces (C a t., 4).
123Например, Марк Цицерон получал рабов от своего брата Квинта, захваченных последним во время завоевания Галлии (С i с, ер. ad Q fr, III, 9, 4). Многих рабов он привез из Киликии после своего наместничества в этой провинции (С i с., epist., ad Att., V, 20, 5). О распределении пленных, превращаемых в рабов, среди воинов Цезаря см Cae s., b g. VI, 8; VII, 89.
124E. М. Штаерман. Расцвет.., стр. 54—56. О некоторых соображениях по
этому поводу см. в моей рецензии на указанную книгу в ВДИ, 1965, № 3, стр. 164—165.
125М. Е. Сергеенко. Помпеи.., стр. 301. Еще более решителен вывод о рабском населении виллы, раскопанной в долине Сарно (стр. 306): «Количество работников исчисляют в 30 человек. Из этого числа значительную часть составляли женщины».
126В данном случае под термином «кухня» подразумевается сложное хозяйство
обслуживания всего поместного персонала (приготовление пищи, заготовка продовольствия, консервирование и др.)
127Col., I, 8, 19.
128Е. М. Штаерман, М. К. Трофимова. Рабовладельческие отношения..., стр. 17—18.
129Хотя Колумелла отчетливо понимает, что эти советы в действительности не
выполняются: вилик живет и питается отдельно. Тем не менее быт основной части рабской фамилии обобществлен.
130Подробнее об этом см. В. И. Кузищин. Очерки..., стр. 290—294
131Как показывают остатки кампанских сельских вилл, например Боскореале
(№ 13), Агриппы Постума (№ 31), виллы № 33 (около Стабий), Гр а. нано (№ 34), рабские каморки, как правило, одинаковые по размерам, группировались вместе и располагались в глубине двора подальше от выхода.
132О находках женских и детских вещей при раскопках кампанских вилл см. В. И. Кузищин. Очерки..., стр. 293.
133По подсчетам Т. Франка, содержание взрослого раба-мужчины обходилось
в 200 сест. в год (Econ. Surv..., v. I, р. 163)
134На «полуказарменном» в том смысле, что рабы жили не в бараке-казарме, а маленьких каморках, сгруппированных вместе, по 2—3 раба в каждой. Эргастул, видимо, не считался местом постоянного жительства.
135Особенно ясно об этом говорит Колумелла в I гл XI кн., причем § 10—12 предполагают специальное обучение вилика. См. J. Сеskа. Ор. cit., str. 64—66.
136Col. (I, 9) посвятил целую главу характеристике особенностей разных рабских специальностей.
137Fr. de Rоbеrtis. La organizzazione e la técnica produttiva. La forze di lavoro e i salari nel mondo Romano. Napoli., 1946, p. 28. Он преувеличивает степень специализации среди сельских рабов, считая, что большая часть таких обозначений (всего 28) относится к отдельным специальностям.
138О специализации в римском сельском хозяйстве см. также J. Сеskа. Ор.
cit., str. 53—57; V. Siragо. Ор. cit., рр. 135—137; Е М Штаерман. Расцвет..., стр. 80; Е. М. Штаерман, М. К. Трофимова. Рабовладельческие отношения..., стр. 34—35; В. И. Кузищин. Очерки.., стр. 227—245; К. D. Whitе. The Efficiency of Román Farming under the Empire. — «Agricultural History», v. 30 (1956); Дж. Луццатто. Ук. соч., стр. 101—102.
139К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, стр. 358.
140В. И. Кузищин. Очерки..., стр. 195—227. Кроме того, о нормах рабской выработки см. J. Kоlendo. Ор. cit., рр. 43—71; К. D. White. «The Productivity of Labour in Román Agriculture». — «Antiquity» XXXIX (1'965), № 154, рр. 102—107; Е. М. Штаерман, М. К. Трофимова. Рабовладельские отношения..., стр. 34—35.
141См. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. 1, стр. 422: «...труд по надзору необходимо возникает при всех способах производства, основанных на противоположности между работником, как непосредственным производителем, и собственником средств производства. Чем больше эта противоположность, тем больше роль этого надзора за работниками Поэтому своего максимума она достигает при системе рабства».
142О необходимости надзора и создании системы поместной администрации см.
W. Heitland. Ор. cit., рр. 158—160; В. И. Кузищин. Внеэкономическое принуждение и создание поместной администрации в Италии II в. до н. э. — I в. н. э. «Вестн. Моск. ун-та», сер. IX, 1965, стр. 66— 81; его же. Очерки..., стр. 246—269; V. Sirago. Ор. cit., рр. 143— 148; Е. М. Штаерман, М. К. Трофимова. Рабовладельческие отношения..., стр. 36—37.
143В. И. Кузищин. Очерки..., стр. 270—308, а также статья «Нормы и степень эксплуатации труда сельскохозяйственных рабов в Италии II в.т: До н. э. — I в. н. э.». В сб : «Античное общество». М, 1967, стр. 38—44.
144М. Штаерман. Расцвет..., стр. 88—89.
145Эта сложная проблема была предметом специального доклада на V международном Конгрессе экономической истории в Ленинграде 10—14 августа 1970 г. См. В. И. Кузи щи н. Проблемы производительности рабского труда в римском сельском хозяйстве II в. до н. э. — I в. н. э. Ценным исследованием производительности рабского труда в римском земледелии является упомянутая статья К. D. Whitе. «The Productivity of Labour in Román Agriculture...».
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Р. В. Гордезиани.
Проблемы гомеровского эпоса

А. В. Махлаюк.
Солдаты Римской империи. Традиции военной службы и воинская ментальность

Фюстель де Куланж.
Древний город. Религия, законы, институты Греции и Рима

В.И.Кузищин.
Римское рабовладельческое поместье
e-mail: historylib@yandex.ru
X