Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама




Валентин Седов.   Славяне. Историко-археологическое исследование

Среднеевропейская историко-культурная общность полей погребальных урн

В середине и второй половине II тысячелетия до н. э. в Западной Европе по археологическим данным наблюдается весьма пестрая этнокультурная ситуация (рис. 5). Выявляется множество археологических культур, некоторые из которых функционировали непродолжительное время.[57] На основе данных языкознания, гидронимии и археологии можно утверждать, что юго-восточные и срединные области Западной Европы в рассматриваемое время населяли преимущественно индоевропейские племена, в юго-западных и северных землях проживало ещё неоднородное доиндоевропейское население.

Рис. 5. Западная Европа во второй половине II тыс. до н. э.

а — ареал среднеевропейской историко-культурной общности полей погребальных урн;

б — ареал культуры курганных могил;

в — граница центральноевропейского культурного региона, выявленного О. Н. Трубачёвым по лексическим данным;

г — распространение мегалитических сооружений.

Археологические культуры:

1 — Фуд-Вессель;

2 — Уэсэкс;

3 — бретонская;

4 — Сены-Уазы-Марны;

5 — нордийская-пошерзонская;

6 — нордийская-шишлейская;

7 — унструцкая;

8 — гробовско-смердовская;

9 — балтийская;

10 — сосницкая;

11 — бондарихинская;

12 — тшинецкая;

13 — станово-фельшесечская;

14 — комаровская;

15 — белогрудовская;

16 — сабатиновская;

17 — отоманская или фюзешабонская;

18 — монтеору;

19 — Эль-Аргар;

20 — Роны;

21 — протовилланова;

22 — террамар (ранняя стадия);

23 — апеннинская;

24 — кастелучьо;

25 — древности Адриатики (раннелибурнская, раннеяподская, среднедалматинская, среднебоснийская, южнодалматинская, глазинацкая, гайтан-матеская, деволлская);

26 — инкрустированной керамики;

27 — позднемакедонская;

28 — позднеэлладская.

Отчётливая картина выявляется в материковой Греции и на островах Эгейского моря. Здесь получила распространение элладская культура (2500–1100 гг. до н. э.). Многие учёные связывают начало бронзового века в Греции с приходом индоевропейских племён из Малой Азии. Это было ещё догреческое население, среди которого были, вероятно, известные по историческим данным пеласги. Между ранним и средним периодами элладской культуры выявляется заметный перелом в ее развитии, обусловленный вторжением на территорию Греции опять-таки из Анатолии нового индоевропейского населения, которое и положило начало греческому этносу. Язык пеласгов стал субстратом наслоившегося на него греческого языка. Поздний (микенский) этап элладской культуры (1550–1100 гг. до н. э.) можно уже вполне достоверно связывать с греческим этносом.

Начиная с III тысячелетия до н. э. племена — носители индоевропейских диалектов несколькими миграционными волнами, исходившими из общеиндоевропейского ареала, расселились на Балканском полуострове. Это были предки фракийцев, протоалбанцев и фригийцы. Фракийские языки не сохранились до нашего времени, но большое число племен фракийцев зафиксировано письменными памятниками римского времени. Топонимика свидетельствует о былом широком расселении фракийцев. Язык протоалбанцев позднее испытал сильное воздействие древнеевропейских диалектов. Пребывание фригийцев на Балканах документируется древними авторами. В конце II тысячелетия до н. э. они мигрировали в Анатолию и обосновались там на территории бывшего Хеттского царства.

Связать с конкретными индоевропейскими этносами все археологические культуры бронзового века Юго-Восточной Европы не представляется возможным. В западной части Балканского полуострова выделяются раннелибурнская, раннеяподская, среднедалматинская, среднебоснийская, южнодалматинская, глазинацкая, гайтан-матеская и деволлская культурные группы. На востоке Балканского полуострова, в Адриатике получила распространение культура инкрустированной керамики, на северозападном побережье Эгейского моря — позднемакедонская культура.

На территории Румынии к периоду 2000–1300 гг. до н. э. относится культура монтеору (2000–1300 гг. до н. э.). Древности XIV–XII вв. до н. э. в Северо-Западном Причерноморье от Трансильвании на западе до Днестра на востоке принадлежат к культуре ноа. Исследователи относят ее носителей к фракийской этноязыковой группе, поскольку в Трансильвании с культурой ноа генетически связаны культуры «фракийского гальштата». К фракийской общности, по всей вероятности, принадлежали также племена комаровской культуры средней бронзы, локализуемой в Верхнем Поднестровье, а на позднем этапе бронзового века — носители белогрудовской и чернолесской культур в лесостепных землях Правобережной Украины. Соседями фракийцев в Северном Причерноморье было ираноязычное население (срубная, сабатиновская и белозерская культуры).

В среднем и позднем бронзовом веке в смежных регионах Словакии, Венгрии и Румынии известна отоманская культура, называемая венгерскими археологами фюзешабонской, носители которой играли большую роль в развитии местных и балкано-эгейских культурных традиций и достижений. Тогда были заложены основы металлургии бронзы в Карпатском регионе и начался регулярный обмен между Тисо-Дунайской областью, Балканами и южными землями Восточной Европы. Определить этнос носителей отоманско-фюзешабонской культуры не представляется возможным. Думается, что это была одна из групп индоевропейцев. В XIV в. до н. э. в условиях появления в Карпатской котловине племён культур курганных могил и витенбергской в северо-восточной части Венгрии, Северной Трансильвании и Украинском Закарпатье к XIV–XII вв. до н. э. на основе отоманско-физеншабонской культуры складывается станово-фельшесечская. Потомки носителей последних вместе с племенами культур пилинь и беркес в XII в. до н. э. сформировали в бассейне Тисы культуру Гава, развитие которой было нарушено вторгшимся в этот регион предскифским населением. Можно полагать, что население культур средней и поздней бронзы рассматриваемого региона Европы было индоевропейским. Его происхождение, по-видимому, следует связывать с миграционными волнами, исходившими из общеиндоевропейского ареала, о которых было сказано выше.

Наиболее крупное культурно-историческое образование индоевропейцев на протяжении семи — восьми столетий существовало в срединной части Европы. В среднем бронзовом веке это были культура курганных могил и сменившая ее среднеевропейская культура полей погребальных урн. Представляется целесообразным несколько подробнее остановиться на этих древностях, поскольку они имеют прямое отношение к рождению славянского этноса.

Культура курганных могил, датируемая от 1500 до 1250/1200 гг. до н. э., занимала территорию от бассейна верхнего и среднего течения Рейна на западе до Тисы на востоке.[58] Свое название эта культура получила от характерного погребального обряда — захоронения умерших совершались под курганными насыпями, которые окружались венцом из камней. В курганах обычно устраивались различные каменные или деревянные сооружения. Умершие хоронились в основаниях насыпей или в грунтовых ямах под ними по обряду ингумации с сопровождающим вещевым инвентарем (чаще всего это были украшения и предметы вооружения). Встречаются и трупосожжения, в отдельных районах они были даже преобладающими. Остатки кремации умерших помещались в курганах в глиняных урнах или цистах.

Раскопки поселений свидетельствуют о земледельческо-скотоводческом характере хозяйственной жизни. При этом в некоторых местностях преобладающим было скотоводство. В составе стада ведущее место принадлежало крупному рогатому скоту, который был и тягловой силой при обработке пахотных угодий. Владели носители культуры курганных могил и большими стадами свиней.

В это время началось активное развитие бронзовой металлургии. В значительных масштабах в ареале рассматриваемой культуры велась добыча руд (Восточные Альпы, Карпаты, Чешские Рудные горы, где были освоены также месторождения олова).

Бронзовые изделия культуры курганных могил весьма разнообразны. Это и украшения (булавки с шаровидными, биконическими, дисковидными и завернутыми головками; браслеты с биспиральными розетками по краям; сердцевидные и лилиевидные подвески; спиральные перстни и др.), и орудия труда (серпы, ножи с литыми рукоятками), и предметы вооружения (кинжалы, наконечники копий, мечи с цельнолитыми рукоятями).

Разнообразна глиняная посуда — амфоровидные сосуды, разнотипные миски, чаши, кувшины. Украшалась она или насечками, заполненными инкрустацией, или соскообразными или реберчатыми выпуклостями, или каннелюрами. На ряде поселений исследовались гончарные горны, гончарная мастерская и склады готовой продукции гончаров, что говорит о функционировании в ареале культуры курганных могил ремесленных центров.

Племена этой культуры создали сравнительно высокую материальную и духовную культуру, характеризующуюся определенными чертами сходства, что свидетельствует о принадлежности их к единой этноязыковой общности. Вместе с тем в ряде мест ареала культуры курганных могил выявляются и некоторые региональные различия. Так, в западной части ареала различаются нижнерейнская, вюртембергская, хагенауская, или эльзасская, сред нерейнская, гессенская и люнебургская, или ильменауская, группы, в восточной — чешско-пфальская, или восточнобаваро-чешская, среднедунайская и карпатская, или юго-восточная. Скорее всего, эти группы соотносимы с диалектной дифференциацией рассматриваемой общности.

В основе культуры курганных могил, как считают многие исследователи, лежит унетицкая культура, которая в предшествующее время (1800–1500 гг. до н. э.) занимала часть ареала рассматриваемой культуры. Между этими культурами наблюдаются черты преемственности. Область становления культуры курганных могил близка к ареалу унетицкой культуры. Постепенно территория культуры курганных могил увеличивалась за счёт расселения её носителей и ассимиляции инокультурного населения, что вело к формированию локальных культурных групп.

На позднем этапе эволюции рассматриваемой культуры получают все более широкое распространение бескурганные захоронения по обряду трупосожжения. Это был постепенный процесс, завершившийся во второй половине XIII в. до н. э. полным вымиранием обычая сооружать курганы и обряда трупоположения. Новая обрядность — захоронение останков кремации в урнах на бескурганных могильниках («полях погребений») — дала название новому крупному образованию — среднеевропейской культурно-исторической общности полей погребальных урн, датируемой XIII–VIII/VII вв. до н. э.[59]

Параллельно происходят и некоторые сдвиги в экономической жизни населения. Доминирующей отраслью становится земледелие, животноводство отходит на второй план. Пашни теперь обрабатываются плугом. На смену волам в качестве тягловой силы постепенно приходит лошадь, которая приобретает важное хозяйственное значение. Основными земледельческими культурами были пшеница-эммер (полба) и племчатый шестиряд-ный ячмень, которые культивировались в Средней Европе и раньше. Теперь к ним добавляются овес и рожь. Выращивались еще полевой горох и чечевица, культивировались также лен и маслиничные — мак и репс.

Активно развивалась бронзовая металлургия. Из бронзы изготавливались многие орудия труда (топоры, серпы, ножи, шилья) и предметы вооружения (наконечники копий и стрел, а также мечи). Ещё более широкое распространение получают бронзовые украшения — одежные булавки разных типов, браслеты, перстни, височные кольца, ожерелья из трубочек и бус. Входит в обычай застегивать одежду бронзовыми фибулами и орнаментированными пуговицами; получают распространение бронзовые сосуды.

Разработки руд, металлургия бронзы и изготовление изделий из нее были весьма сложными процессами, которые могли осуществлять специалисты-ремесленники. Внутри среднеевропейской общности полей погребальных урн, очевидно, сформировались отдельные общины из рудокопов, металлургов и кузнецов-медников, которые снабжали готовыми изделиями другие, более многочисленные общины, занятые сельскохозяйственной деятельностью.

Основная масса поселений рассматриваемой общности была неукрепленной, размеры их весьма различны — от небольших до очень крупных, площадью около 50 га. Располагались они в местах, наиболее пригодных для занятий сельским хозяйством, на всхолмлениях вблизи рек и ручьев, иногда в речных долинах. Некоторые из селений обносились рвами. Со временем появляются и укрепленные поселки, устроенные на мысах, островках, холмах, возвышениях и других местах, естественно приспособленных для защиты от противника. Они укреплялись дополнительно искусственными фортификациями — стенами, сложенными из камней, валами из земли и дерева, палисадами из бревен. К числу наиболее изученных укрепленных поселений принадлежат Бискупинское, о котором подробнее будет сказано ниже, Бухау — на острове Федерзее в Баварии и ряд городищ в Дунайском регионе.

Жилищами были наземные постройки со столбовой конструкцией стен. При раскопках ряда поселений в Чехии установлено, что стены домов обмазывались глиной. Внутри обмазка расписывалась геометрическими узорами белой и красной краской. На всех поселениях обычны грушевидные ямы для хранения зерна и загоны для скота. На поселении Буг близ Берлина раскопками открыты закопанные в землю большие глиняные сосуды, предназначенные для хранения продовольственных припасов.

Могильники культуры полей погребальных урн часто весьма обширны. Многие из них насчитывают по нескольку сотен могил (наиболее крупные — свыше 1000) и функционировали продолжительное время. Кремация умерших совершалась на стороне. Собранные с погребальных костров останки и пепел помещали в глиняные урны или прямо в ямы, на дне которых иногда ставили ритуальные сосуды. Урны в ряде случаев прикрывались камнями. Бронзовые изделия в могилах встречаются крайне редко, что, по-видимому, обусловлено не бедностью населения, а погребальным обычаем.

Керамика рассматриваемой историко-культурной общности довольно многообразна. По ее особенностям и некоторым иным культурным элементам в составе культуры полей погребальных урн выделяется несколько групп (или культур). Наиболее крупная из них — лужицкая — занимала северо-восточные области территории рассматриваемой общности, то есть бассейны Вислы, Одера и часть правобережья Эльбы. К ранней стадии среднеевропейской общности принадлежат также рейнско-швейцарская, майнская, восточнофранцузская, южнонемецкая, велатицкая, бейердорфская, хотинская, вальская, кновизская и мелавичская культурные группы. Это были непрочные образования: на поздней стадии продолжали функционировать лужицкая, рейнско-швейцарская, майнская и южнонемецкая культуры. На остальной территории в результате перегруппировки образуются новые — нижнерейнская, южнофранцузская, каталонская, штильфридская, иллирийская и несколько мелких формирований. Внутри лужицкой культуры исследователи выделяют несколько мелких локальных групп с неустоявшимися границами.

Культурные образования среднеевропейской общности полей погребальных урн не были стабильными, границы между ними постоянно изменялись. Очевидно, на территории общности протекали различные дифференционные и интеграционные процессы, причем последние имели большую силу на ранней стадии ее развития: в начале I тыс. до н. э. рассматриваемая общность стала менее пестрой, более однообразной, чем в предшествующее время.

Несомненна близость духовной культуры населения, создавшего среднеевропейскую культуру полей погребальных урн. Повсеместное распространение на всей ее территории однотипного погребального обряда и обряда трупосожжения свидетельствует о господстве единых представлений о загробной жизни, согласно которым огонь помогал душам умерших освободиться от тела и вознестись на небо. В погребальные костры, чтобы облегчить «полет души», население иногда клало крылья птиц. О единстве духовных начал населения говорят сходные представления о символах жизни и амулеты-обереги.[60] При раскопках во множестве пунктов встречены разнообразные подвески с украшениями в виде птичьих голов. Такими же изображениями украшались бронзовые сосуды и предметы вооружения, а на позднем этапе и повозки, в которых хоронили умерших высших представителей общества. Обычно изображались лебеди и другие водоплавающие птицы, служившие солнечными символами, связывающими небесную и земную сферы, и параллельно символами плодородия. Стилизованные изображения птиц в сочетании с концентрическими кругами, колесами, крестами и бычьими рогами свойственны всему ареалу среднеевропейской общности полей погребальных урн и зафиксированы еще только в тех регионах, в которых сказывается ее влияние.

На основе анализа всех данных археологии складывается представление, что носители среднеевропейской общности полей погребальных урн образовывали особую, более или менее однородную как в культурном, так и в этноязыковом отношении сообщность родственных племен. При этом отдельные ее культурные группы находились в постоянных контактах между собой, не создавая изолированно развивающихся образований.

Попытки определить этноязыковую принадлежность населения среднеевропейской общности полей погребальных урн восходят к 20–30-м годам XX в. Тогда считалось, что основой этой общности была лужицкая культура, а другие культуры этой общности образовались в результате расселения лужицких племен. Лужицкие же древности исследователи относили гипотетично и к германцам, и к фракийцам, и к иллирийцам. В конце 30-х годов XX в. австрийский ученый Р. Питтиони попытался на основе археологических материалов показать, что наиболее ранние древности кельтов, италиков, германцев и иллирийцев, известных по античным памятникам письменности, восходят к среднеевропейской общности полей погребальных урн и, следовательно, названные этносы сформировались на единой основе, которую исследователь именовал иллирийской.[61] В те годы весьма популярной была теория паниллиризма, согласно которой в древней истории Европы иллирийцам приписывалась исключительная роль. Очевидно, под ее воздействием и формировались выводы Р. Питтиони.

В тот же период чешский археолог Я. Бём в диспуте с Ю. Костшев-ским, относившим племена лужицкой культуры к славянскому (венедскому) этносу, утверждал, что носителями среднеевропейских культур полей погребальных урн была ветвь индоевропейцев, неизвестная по имени, на основе которой позднее формировались кельты, иллирийцы, славяне и некоторые другие исторические этносы.[62]

Упоминаемая выше теория Г. Краэ о существовании в Центральной Европе во II тыс. до н. э. древнеевропейской языковой общности — отдельной ветви индоевропейцев, из которой позднее вышли кельты, италики, иллирийцы, венеты, германцы, балты и славяне, — реально решает вопрос об этносе носителей среднеевропейской общности полей погребальных урн. Уже В. Киммиг высказал мысль об идентификации древне-европейской языковой общности с племенами культуры полей погребальных урн.[63] Последующие изыскания в области лингвистики и археологии полностью подтверждают это.

Так, ареал среднеевропейской общности полей погребальных урн в общих чертах соответствует центральноевропейскому культурному региону, описанному О. Н. Трубачевым, в котором формировалась ремесленная (гончарная, кузнечная, текстильная и деревообрабатывающая) лексика предков славян в тесных контактах с будущими италиками, германцами и кельтами. Исследованные В. И. Абаевым языковые схождения и параллели в области мифологии между иранцами Юго-Восточной Европы и нерасчлененными западноевропейскими племенами могут быть отнесены к древнеевропейской языковой общности.

Самое же главное заключается в том, что древнеевропейская атрибуция среднеевропейской общности полей погребальных урн надежно определяется археологическими материалами. Ранние древности исторических кельтов, иллирийцев, италиков и некоторых других европейских этносов, о чем несколько подробнее будет сказано ниже, генетически восходят к этой общности. Ретроспективный поиск этнокультурных истоков славянского этноса от достоверно славянских древностей раннего средневековья также приводит к среднеевропейской общности полей погребальных урн.

загрузка...
Другие книги по данной тематике

В. М. Духопельников.
Княгиня Ольга

под ред. В.В. Фомина.
Варяго-Русский вопрос в историографии

Л. В. Алексеев.
Смоленская земля в IХ-XIII вв.

Д. Гаврилов, С. Ермаков.
Боги славянского и русского язычества. Общие представления

Игорь Фроянов.
Рабство и данничество у восточных славян
e-mail: historylib@yandex.ru
X