Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Томас Даунинг Кендрик.   Друиды

Глава V. Храмы

По всей видимости, можно считать общим правилом, что создание величественных сооружений для отправления культа не свойственно первобытным народам, исповедующим религию, находящуюся на такой же стадии развития, как друидизм. Для таких народов сам ритуал поклонения обладает достаточной самоценностью и сообщает необходимую святость любому месту, где бы он ни проводился. И хотя в соответствии с традицией ритуал обычно проводится в одном и том же месте, это постоянство почти никогда не подкрепляется возведением каких-либо зданий.

Конечно, многие племена, остающиеся на первобытном уровне существования, отводят для своих идолов определенную часть в своих больших общих хижинах, так что эти отгороженные места в определенном смысле превращаются в святилища. Однако обычные комнаты, предназначенные для хранения изваяний богов, вовсе не являются храмами в том смысле, который я вкладываю в это слово, т. е. искусственными сооружениями для общественного отправления ритуалов; найти такие храмы мы можем только у более цивилизованных народов, например у некоторых полинезийских племен, которые строили усеченные каменные пирамиды и использовали их как площадки для проведения религиозных обрядов, или у туземцев Бали, собиравшихся для поклонения богам в храме, состоящем из трех открытых площадок, разделенных невысокой стеной.

Довольно интересную картину мы наблюдаем на примере новозеландских маори. Они стоят на том же уровне развития, что и их предки, строители пирамид в Восточной Полинезии, а их религия ничем не уступает друидизму. Так, их представления о бессмертии души весьма напоминают верования древних кельтов; маори верили в Ио, верховное божество, от которого происходит все на свете и которое поэтому можно сопоставить с Отцом Дитом; у них была сходная система пантеона племенных богов и богов-покровителей. Однако маори никогда не возводили храмов[211], они поклонялись богам на небольших расчищенных участках, обычно в укромных уголках, которые отмечались необработанными стоячими камнями или деревянным шестом, а могли и не иметь никаких знаков отличий. Иногда для жертвоприношений устанавливался небольшой помост, но, кроме этого, маори не предпринимали никаких попыток украсить святилище.

Следовательно, нельзя утверждать, что друидизм был столь высоко развитой религией, что его жрецы должны были проводить обряды в искусственно построенных храмах. Действительно, мы располагаем множеством свидетельств в пользу того, что друиды, как и маори, довольствовались святилищами, созданными самой природой, и что их излюбленными местами были леса, особенно дубовые рощи. Лукан недвусмысленно утверждает, что они собирались в рощах[212], и описывает одну такую рощу близ Массилии в широко известном отрывке[213].

К сообщению Лукана Плиний добавил, что друиды предпочитают дубовые леса всем остальным[214]. Дион Кассий рассказывает о жертвоприношениях в роще Андаты, которыми был отмечен первоначальный успех мятежников при Боудикке[215], а Тацит говорит о лесах на острове Англси, в которых проводились жестокие обряды[216].

Нет недостатка и в свидетельствах того, что воспоминания о священных рощах долгое время сохранялись в памяти кельтских народов. Выражение fid-nemed («священная роща») появляется в Шенхус Мор, древнем своде ирландских законов[217], а в VIII в. в Capitulatio de partibus Saxonie налагается штраф на тех, кто все еще почитает источники, деревья и рощи[218]. Поэтому вовсе не удивительно, что схолиаст Лукана и многие другие вплоть до Шедия в XVII в. единодушно признавали, что друиды поклонялись своим богам в лесах; на самом деле, до эпохи Обри (см. с. 16) никому и в голову не приходила мысль, что у них могли быть и другие святилища.

С другой стороны, обсуждая вопрос о храмах, мы не должны упускать из виду, что, когда кельты некоторое время поддерживали тесные связи с греческим и римским миром, это могло существенно сказаться на религиозных обычаях тех племен, которые располагались ближе всего к новым источникам влияния. Они могли познакомиться с величественными храмами, посвященными богам античного пантеона, и, вполне возможно, когда они сами научились искусству каменной архитектуры, у них могло появиться желание воздвигнуть настоящие святилища, которые посчитали бы храмами даже их более цивилизованные соседи. Так, например, в III в. до н. э. у бойев, по словам Ливия[219], был храм, в котором хранилась военная добыча, а у инсубров, как сообщает Полибий[220], был храм, посвященный Афине. Я не вижу оснований полагать, что эти храмы не были построены из камня и не соответствовали античным образцам. Кроме того, мне представляется, что такие святилища строились не только в Италии, но и в Галлии. Правда, Цезарь говорит просто о священных местах в Галлии, но Диодор Сицилийский[221] упоминает и священные места и храмы, а Плутарх сообщает о храме арвернов[222].

Впрочем, может быть и так, что каменные храмы в Галлии были целиком и полностью обязаны своим появлением римлянам и что поначалу они строились только проримскими племенами. У нас нет данных, которые говорили бы о том, что друидизм в качестве особой религии местных племен когда-либо переходил от лесных святилищ к искусственным сооружениям; я убежден в том, что, по сути дела, первые примеры строительства каменных храмов совпадают с распадом друидической организации и что после этого приверженцы друидизма скрывались от глаз римлян в своих укромных лесных убежищах.

В любом случае, в нашем распоряжении находится совсем немного археологических остатков искусственных культовых сооружений, построенных не по римскому образцу. Однако мне хотелось бы обратить внимание на один замечательный пример. В небольшой Альтбахской долине у Трира, которая располагается как раз напротив знаменитых императорских терм, профессор Лешке недавно раскопал древнее место поклонения, на котором обнаружены фундаменты не менее девяти храмов. Один из них представлял собой небольшое квадратное здание, посвященное Меркурию, а под ним была найдена круглая каменная площадка более древнего сооружения, приблизительно 16 футов в диаметре; она была огорожена основанием мощной стены, в которой были проделаны углубления для колонн[223]. Эти остатки с полным основанием можно считать примером местной архитектуры треверов[224]; а так как круглый план совершенно отличает его от надстроенного и прилегающих римских прямоугольных зданий[225], можно утверждать, что перед нами местная форма храма, выполненная в камне.

Конечно, Трир (который, как и Отен, был основан Августом) начал строиться не ранее 16 или 13 г. до н. э., и согласно общепризнанной точке зрения до того, как римляне согнали местные племена в новый город, они обитали на возвышенности на противоположном берегу Мозеля, точно так же как галлы, жившие на Мон-Беврэ до того, как их переселили на равнину в Августодунум. А так как это святилище или храмовая область в долине Альтбах располагается в пределах городских стен Трира, существует вероятность, что все здания в этом месте, находясь в черте города, датируются временем римского завоевания.

Однако это вовсе не говорит о том, что это место приобрело ореол святости в столь позднее время, так как, хотя считается, что здесь не было обнаружено никаких доримских остатков и что до прихода римлян треверы жили на другом берегу реки, оказывается, что на территории самого храмового района был найден каменный топор. Конечно, он мог оказаться там случайно; однако, с другой стороны, его присутствие означает, что это место посещали в глубокой древности, так что мы не вправе категорически отметать предположение, что здесь мог располагаться доримский религиозный центр. Как свидетельствуют эти факты, существует определенная вероятность, что небольшой круглый храм, который был несомненно воздвигнут после первых контактов с римлянами, отражает попытку придать величественность, присущую римским сооружениям, древнему святилищу. В сущности, это была попытка создать искусственную рощу.

Возможно, столбы, углубления от которых сохранились в стене, замещали собой стволы деревьев. Это предположение нельзя считать фантастическим, если мы вспомним, что недавно в Англии был обнаружен фундамент сооружения, которое, по моему мнению, представляло собой искусственную рощу во времена расцвета друидизма в Британии. На данный момент раскопки еще не завершены, и высказывать какие-либо суждения и догадки по этому поводу преждевременно; однако это столь значительное событие, что я должен привлечь внимание к описанию, уже приведенному миссис Каннингтон. Это место, расположенное поблизости от Эймсбери в Уилтшире, получило название Вудхендж, поскольку находившаяся здесь постройка была чем-то вроде деревянной версии своего знаменитого соседа Стоунхенджа.

Оно состоит из широкого круглого рва, окружающего участок земли примерно 250 футов в диаметре, на котором находилось шесть грубых концентрических углублений, в которых когда-то стояли деревянные столбы (или стволы деревьев, по мнению Каннингтон) и размеры которых варьировали от 1 до 3 футов в диаметре. Деревянное сооружение подобного рода, конечно, не могло существовать долгое время и потому не соответствует первому требованию памятника, так что, как мне кажется, вряд ли оно было воздвигнуто над каким-либо захоронением; на самом деле, его внешний вид, если мы попытаемся восстановить его в воображении, говорит против такого предположения. Конечно, время от времени на этом месте могли проводиться погребения; сам участок, возможно, был даже освящен древней традицией прежнего пребывания здесь каменного круга, кургана или чего-нибудь в этом роде; но это еще вовсе не доказывает, что эти деревянные заросли представляли собой надгробный памятник. Неубедительно выглядят и все приводившиеся до сих пор аналогии. Поэтому, как мне кажется, единственным приемлемым объяснением является то, что Вудхендж был друидической рощей латенского периода.


Рис. 20. Схема, иллюстрирующая виды соединения с помощью шипа и паза, применявшиеся в античном строительстве


Теперь я собираюсь перейти к обсуждению мегалитических памятников, так называемых «храмов» и «алтарей друидов», с которыми знаком каждый. Однако прежде чем приступить к перечислению различных достопримечательностей, которые не имеют никакого отношения к друидам, я должен воспользоваться случаем и высказать свое убеждение, что существует одно сооружение, которое по праву может называться храмом друидизма, и это сооружение — сам Стоунхендж.


Рис. 21. Стоунхендж: схема с указанием расположения исчезнувших (?) кругов


Это место (рис. 21), конечно, было знаменито начиная с бронзового века, т. е. с того времени, когда, как я предполагаю, возник храм в виде грубого круга из валунов песчаника или системы концентрических кругов, окруженных на некотором расстоянии рвом и валом; иными словами, в те времена здесь появилось скромное подражание гигантским кольцам Эвбери. Однако на протяжении бронзового века, вскоре после своего сооружения, эта конструкция претерпела видоизменения: добавился внешний круг примерно из 60 долеритовых камней, привезенных из гор Пресли в Пемброкшире[226]. Так как восточная часть этих гор, где добывали камень, знаменита своими мегалитическими памятниками, в особенности многочисленными остатками каменных кругов, очевидно, что тяжелая перевозка материала отсюда в Стоунхендж была затеяна для того, чтобы принести с собой частичку древней святости, окутывавшей эту область Уэльса; и таким образом этот район Уилтшира превратился в святилище, имеющее не только племенное, но и общенациональное значение. Это значение он сохранял всегда; и хотя сменялись народы, населявшие Британию, святость этого места оставалась общепризнанным фактом в глазах поклонников всех доисторических религий. В ходе раскопок, проводившихся в Стоунхендже, было обнаружено поразительно большое количество британской и римско-британской керамики[227], и, как мне кажется, это не оставляет никаких сомнений в том, что люди продолжали посещать это место и до, и после римского завоевания; очевидно также, что часто здесь бывали приверженцы друидической религии.


Рис. 22. Стоунхендж: реконструкция внутреннего храма (по Брауну)


Если рассматривать сам памятник, мысленно удалив древние привозные камни, которые образуют внутренние кольца, и подковообразную линию, составленную из дольменов, нельзя не заметить, что это грандиозное сооружение (рис. 22) столь же отличается от обычных каменных кругов, как современный особняк от хижины первобытного человека. Конечно, постройка некоторых наиболее крупных мегалитических камер представляет собой столь же сложные инженерные проблемы, как те, что были успешно решены на равнине Солсбери, однако, тем не менее, в сегодняшнем Стоунхендже мы должны видеть архитектурное достижение, не имевшее себе равных в предыдущей мегалитической традиции; и действительно, его можно сопоставить лишь с одним другим сооружением, ныне разрушенным храмом на горе Одилиенберг в Эльзасе[228]. Впрочем, эта конструкция выстроена совсем в ином духе: за грубыми неуклюжими валунами следует строгая точность линий; бесформенная грузность превращается в гармоничную величавость; площадью огородки пожертвовали, чтобы увеличить высоту колонн; для центральной площадки был изобретен новый подковообразный план. Не говоря уже о тщательной обработке камней, строители применили новый метод, доселе неизвестный мегалитической европейской архитектуре, так как крестовины дольменов скреплены с подпорками с помощью выступов и углублений. Как мне кажется, этому приему они научились у тех, кто был знаком с греческой и римской каменной архитектурой. В принципе, это обычный метод, использовавшийся в античности для соединения различных частей колонны (рис. 20), хотя в Стоунхендже шип представляет собой всего лишь каменный выступ наверху подпорок. Строители, конечно, так и не овладели приемом двойного гнезда и свободного металлического шипа, однако довольно легко понять, почему они переняли именно такой способ: он позволяет экономить труд в особых условиях, так как гораздо проще вырезать два углубления достаточно близко один к другому на небольшом участке камня, чем вырезать их на большом расстоянии друг от друга на более длинных крестовинах. Я полагаю, здесь уместно добавить, что храм на горе Одилиенберг находился в известной храмовой области, времена расцвета которой относятся к латенскому периоду, и именно в этом районе, как я уже говорил, был найден любопытный пример использования греческих строительных приемов (с. 85). Как известно, по соседству были также обнаружены каменные и бронзовые орудия, но это, на мой взгляд, не уменьшает значения того факта, что оба эти памятника, уникальные для Европы, проявляют черты, заставляющие нас задумываться о влиянии античной архитектуры.

По поводу Стоунхенджа сломано немало копий, но пока что это не принесло ощутимых успехов. Поэтому, ввиду огромного количества литературы, посвященной датировке этого памятника и множества высказываний на эту тему современных экспертов, мне представляется почти что наглостью заново обсуждать этот вопрос. Тем не менее, так как археология, как и астрономия, не дает нам никаких существенных сведений о времени сооружения Стоунхенджа, мне кажется, что мы до сих пор имеем право высказывать ту точку зрения, к которой мы пришли в ходе предыдущего изложения. Итак, мы повторяем, что использование шипа и гнезда свидетельствуют о косвенном влиянии античной архитектуры и относят дату постройки в латенский период.

Есть и еще одно обстоятельство, о котором нужно сказать несколько слов. Если Стоунхендж не был друидическим храмом, то в латенский период, когда друидизм властвовал в Британии, он должен был превратиться в груду никому не нужных развалин. Но разве британская и римско-британская керамика и латенское захоронение[229] говорят о том, что это место посещали лишь любопытствующие охотники до всякого рода руин? Я так не думаю. Я бы спросил: какую религию исповедовал тот бритт, который был похоронен здесь в латенское время, если не друидизм? А если он исповедовал друидизм, разве не логично предположить, что верующий попросил бы похоронить его у действующего храма, а не в разрушенном святилище забытой религии?

Поэтому, по моему мнению, кельтизированное население Уэссекса воспользовалось древней общепризнанной святостью каменного круга на долине Солсбери, чтобы соорудить здесь святилище своей веры, которое должно было служить объединяющим центром и более того — стимулом для развития друидизма после начала его упадка в Галлии, наступившего в I в. до н. э. В последней попытке укрепить общенациональную веру ввиду отдаленных слухов о римском завоевании бритты построили для себя, хотя и сохранив древние традиции каменных кругов и священных рощ, столь же величественный храм, как и те, что изгнанные из Галлии друиды видели воздвигнутыми римлянами и греками.

Так называемые «алтари» и «храмы друидов» на Британских островах представляют собой крайне примитивные памятники, обычные камеры, круги, линии и тому подобные фигуры, сложенные из массивных каменных валунов, иногда полностью или частично обтесанных, но гораздо чаще с совершенно необработанной поверхностью.

Когда мы говорим о «грубых каменных памятниках», мы таким образом совершенно точно описываем эти сооружения. В принципе, их можно уподобить простейшим начаткам архитектуры, которые мы создаем при помощи карточной колоды, так как в сущности мегалитические постройки являются линиями из камней либо каменными коробками, крышу которых образуют одна или несколько горизонтальных плит. Конечно, иногда в том или ином мегалитическом сооружении наряду с огромными блоками встречаются стены, сложенные из мелких камней, а иногда даже сводчатая крыша из плит небольшого размера; и тем не менее достаточно ясно, что подлинная и исконная мегалитическая архитектура основывается, как подразумевает само название, на использовании в качестве строительного материала больших и массивных каменных блоков.

Естественно, в данном случае я говорю главным образом о мегалитических сооружениях, сохранившихся в друидической области, т. е. в северо-западной части Европы. Однако нужно учитывать, что мегалитические памятники можно найти практически в любой части света. В действительности первое и самое очевидное возражение против теории о друидическом происхождении этих памятников (которое, по-видимому, пришло в голову ученым только в прошлом веке) заключается в том, что сходные алтари и храмы встречаются во многих странах, где о друидах никогда и не слыхали. Возможно, Стакли и его последователям не была известна распространенность подобных сооружений в древнем мире от Швеции до Японии, однако этот факт был отмечен вскоре после его «открытий». Поэтому, не вдаваясь в вопросы относительной хронологии и не подчеркивая тот факт, что некоторые азиатские народы до сих пор строят такие памятники для скромных целей, никоим образом не связанных с друидизмом, мы можем заключить на основании одной лишь их дистрибуции, что теория, согласно которой британские мегалиты были созданы друидами, предлагает объяснение происхождения меньшинства, которое не может быть приложено к большинству.

Впрочем, мне так и не удалось найти подтверждений тому, что ранее исследователи полностью осознавали значение этого аргумента, хотя некоторые и предпринимали на удивление беспомощные попытки объяснить существование мегалитов в отдаленных странах. Так, например, в 1805 г. Камбри предположил[230], что большинство подобных памятников за пределами кельтского мира представляют собой попросту подражания храмам, возведенным друидами, созданные разными народами в разные эпохи. Он попытался обосновать свою точку зрения путем сравнительного изучения религий, стремясь доказать, что наш северный друидизм представлял собой систему огромного значения. Это была поистине необыкновенно смелая попытка, учитывая тот факт, что у нас нет никаких прямых свидетельств, говорящих о том, что друиды пользовались уважением где-либо за пределами своей небольшой части Европы.

Впрочем, из того, что индийские, тихоокеанские и японские мегалиты не имеют отношения к друидам, еще вовсе не следует, что с британскими мегалитами дело обстоит точно так же. Поэтому имеет смысл подробнее рассмотреть британские памятники, и чтобы облегчить эту задачу, я собираюсь сначала обратиться к «алтарям» и затем перейти к «храмам», или, говоря более точным языком, я собираюсь рассмотреть каменные камеры и каменные круги по отдельности. Конечно, общеизвестные названия «алтарь» и «храм» распределяются достаточно произвольно, и большинство считает, что они вполне могут заменять друг друга; это действительно так, и я спешу признать, что во множестве случаев камера или ее остатки окружены каменным кругом, так что вместе они образуют один памятник. Тем не менее я намереваюсь включить подобные сооружения в класс «алтарей», и различие, проводимое мной, на самом деле означает, что я придержу замечания о каменных кругах без камер, т. е. о кругах, которые являются памятниками сами по себе, а не составляющими элементами другого сооружения, до тех пор пока не закончу обсуждение камер.

Хотя иногда эти камеры называются «храмами», как правило, они получают название «алтарей», потому что они выглядят, особенно в частично разрушенном виде, как некое подобие стола. В действительности они представляли собой небольшие комнаты, стены и крыша которых были сложены из каменных плит, и я не думаю, что кто-нибудь будет оспаривать утверждение, что они служили гробницами[231] и что многие из них гораздо древнее друидической системы ранних бриттов и галлов в той форме, в которой она была известна Цезарю. Я не думаю, что здесь уместно вдаваться в рассмотрение доказательств их погребальной природы, ибо в ней, вероятно, не сомневается ни один человек, обладающий хоть какими-нибудь познаниями в археологии. В Северо-Западной Европе, не говоря уж о других частях света, были обнаружены буквально сотни мегалитических камер, и во всех случаях, когда удавалось найти их содержимое, это оказывались захоронения человеческих тел или кремированных остатков и погребальные принадлежности. Естественно, когда мы говорим, что все подобные камеры представляли собой гробницы, мы действуем по аналогии, ибо, особенно в Британии, многие из них были разграблены задолго до проведения археологических раскопок; однако эта аналогия не имеет характера гипотетического предположения, а континентальные свидетельства позволяют нам сопоставить с любой пустой британской камерой примерно дюжину сходных сооружений, которые оказались могилами.

Нет никакой необходимости вдаваться в подробное обсуждение этого вопроса, однако я должен заметить, что некоторые современные приверженцы друидической теории их происхождения, по-видимому, совершенно не подозревают об археологических открытиях, совершаемых в этой области, так что я позволю себе привести два-три примера находок из мегалитических камер. Я выбрал в качестве отправной точки образцы из каменных памятников на Нормандских островах, поскольку эта группа находок известна мне лучше всего; однако продемонстрировать погребальное использование подобных сооружений не составит труда в любом другом районе. Впрочем, по моему мнению, Ле Трепье на Катиороке, холме с плоской вершиной поблизости от северного побережья острова Гернси, является прекрасным образцом так называемых «алтарей друидов» (рис. 23), на примере которого можно рассмотреть археологический материал, обнаруживаемый в подобных мегалитах. Однако прежде всего следует отметить, что этот небольшой памятник показывает, что народные верования, связанные с мегалитическими сооружениями, могут не иметь никакого отношения к друидам, так как Ле Трепье давно фигурирует в фольклорных сказаниях острова Гернси, но лишь в качестве места сбора гернсийских ведьм, которые проводили на этом месте свои «шабаши», на которых, по местным легендам, присутствовал сам дьявол; и в то же время ничто не говорит о связи Ле Трепье с друидами, кроме названия «алтарь друидов», встречающегося на одной карте XIX в.


Рис. 23. Ле Трепье на холме Катиорок, Гернси


Рис. 24. План Ле Трепье


Ле Трепье представляет собой небольшую прямостороннюю камеру приблизительно 18 футов в длину (рис. 24); она долгие века пребывала в частично разрушенном состоянии, и раскопки здесь начались в 1840 г. Было сложно ожидать, что внутри обнаружатся какие-нибудь остатки; и действительно, на свет были извлечены лишь несколько глиняных черепков, человеческих костей, два кремневых наконечника стрел и несколько кремневых ножей, разбросанных по земляному полу. Поэтому по порядку их расположения не удалось установить особенности данного захоронения, и если бы в нашем распоряжении не было сравнительного материала, можно было бы предположить, что эти обломки керамики, костей и камней остались от какого-го языческого жертвоприношения, совершенного, возможно, во времена друидов. Однако археологические исследования достаточно продвинулись вперед, чтобы мы могли с полной уверенностью утверждать, что эта картина не соответствует действительности, так как глиняные черепки по большей части принадлежат сосудам легко узнаваемого типа «колоколовидной» керамики, которая вошла в моду на достаточно ограниченный промежуток времени в начале эры металлов, примерно с 2500 по 2000 г. до н. э. Археологи прекрасно знают, что подобные колоколовидные кубки обычно составляют часть погребальных принадлежностей, и говорят об этом с полным правом, так как им известно огромное количество сходных примеров из единичных захоронений, а также большие скопления, найденные в сооружениях большего размера «алтарного» типа. За примерами не надо далеко ходить. На противоположном берегу острова Гернси в приходе Вейл в большом захоронении галерейного типа Ле Дею (рис. 25) мы вновь обнаруживаем колоколовидные кубки вместе с другими остатками, которые не были столь серьезно повреждены, как в Ле Трепье. Вот отчет о раскопках, проведенных в 1837 г.


Рис. 25. План Ле Дею, Гернси (по Кэри Кертису)


Удалив наносной мусор, покрывавший содержимое главной камеры, «мы обнаружили огромную кучу раковин; после того как было расчищено несколько бушелей этих раковин, показались человеческие кости. Они лежали вперемешку с раковинами и не были обожжены. В центре было найдено два скелета; один принадлежал взрослому человеку, другой ребенку. После этого на глубину примерно в два заступа залегали только раковины, но затем вновь появилось множество человеческих костей, лежавших без всякой системы, некоторые были окружены лишь раковинами, но некоторые лежали в небольших могилах». В этом слое наряду с костями были найдены фрагменты колоколовидной керамики и других сосудов, причем «все они покоились на аллювиальной почве этой части побережья».

Мне кажется, довольно сложно настаивать на том, что эти кости остались от часто возобновлявшихся жертвоприношений, однако я приведу еще один более показательный пример, иллюстрирующий содержимое этих больших каменных камер на острове Гернси. Его следует упомянуть еще и потому, что раскопки именно на этом месте натолкнули проводившего их археолога Ф. Люкиса на мысль, что эти сооружения на самом деле представляют собой захоронения, а не «алтари», как он предполагал до начала исследований. Когда в 30-е гг. XIX в., будучи еще молодым человеком, он приступил к раскопкам, он, естественно, находился под обаянием «алтарной» теории, которая в те времена не подвергалась сомнениям. Однако исследование этих и еще нескольких мегалитических сооружений вскоре привело к изменению его взглядов, выразившемуся в публикации знаменитой статьи о вновь открытом погребальном характере «алтарей»[232].


Рис. 26. План галерейной гробницы в Ла Варде, Гернси


Памятник, о котором идет речь, известен под названием Ла Вард по холму, на котором он стоит, и представляет собой прекрасный образчик бутылкообразного галерейного захоронения (рис. 26). Его длина составляет примерно 40 футов, и его каменная облицовка практически не пострадала. Люкис обнаружил, что содержимое камеры распределяется в следующем порядке, начиная с земной поверхности и. продвигаясь в глубь:

I. Чернозем, 6 дюймов в глубину.

H. Сыпучий белый песок, 2 фута в глубину.

G. Спрессованный коричневый песок, 2,5–3 фута в глубину.

F. Кости животных и обломки камней.

E. Темная земля, содержащая раковины, необожженные человеческие кости, керамику, каменные орудия и обожженные кости животных.

D. Покрытие из гранитных плит.

С. Желтая глина, содержащая урны, обожженные и необожженные человеческие кости, каменные орудия и гальку.

В. Покрытие из гранитных плит.

А. Естественный земляной пол.

В слое С человеческие останки были расположены очень интересным способом. Кости по большей части были разложены небольшими кучками, в которых обычно находилась урна и которые были окружены кольцами, выложенными из гладкой гальки (рис. 27); более тридцати таких групп было обнаружено в одной лишь восточной части камеры. У Люкиса больше не оставалось никаких сомнений в том, что он нашел не остатки жертвоприношений, а большое захоронение, и я не вижу, каким образом можно оспорить это утверждение, так как в данном случае, и это нужно подчеркнуть, само сооружение не могло служить столообразным жертвенником (хотя оно, конечно же, и получило название «алтарь друидов»), а представляет собой очень большую подземную камеру, построенную, по всей видимости, для хранения останков, а не для проведения обрядов.


Рис. 27. Группа могил из галерейной гробницы, Да Вард, Гернси


Прежде чем мы покинем Нормандские острова, я хотел бы сказать еще несколько слов о памятнике Ле Дею, поскольку здесь мы находим четыре небольшие комнаты, пристроенные с внешней стороны стены большой камеры. В книгах про друидов этим боковым камерам приписываются самые причудливые функции, поэтому, наверное, стоит описать данные раскопок, произведенных в одной из них, чтобы показать, что это всего лишь небольшие дополнительные захоронения. В качестве примера я рассмотрю боковую камеру D (см. план); это маленькая комната 4 фута 6 дюймов в глубину и чуть меньше 5 футов в ширину; здесь были проведены тщательные археологические исследования, и наше дальнейшее изложение представляет собой сокращенную версию подлинного отчета экспедиции. Когда была пройдена прежде всего смесь сухой земли и раковин до глубины в 2,5 фута, были обнаружены несколько груд костей, отдельно лежащих на настиле из плоских гранитных плит; под этим настилом шел другой слой земли и раковин, покрывавший новый ряд человеческих костей, сложенных в кучи, как и в предыдущем слое. Они лежали на втором настиле, находящемся на 1 фут ниже первого. Сняв плиты и углубившись далее, археологи обнаружили под ними еще 2 фута земли и раковин, наваленных на первоначальный, посыпанный гравием пол камеры; на этом полу в юго-восточном углу был обнаружен скелет, похороненный в скрюченном телоположении, а на западной стороне камеры лежал другой. У основания одной из подпорок на северной стороне стоял сосуд в перевернутом положении на трех узких каменных подставках, расположенных треугольником и прикрывающих несколько фрагментов костей (рис. 28).


Рис. 28. Место находок, боковая камера D, Ае Дею, Гернси


Мы не можем закончить эту тему, не сказав пары слов об английских «алтарях». Конечно, многие из них, особенно самые известные, были разграблены еще в древности, так что только аналогия позволяет нам предполагать, что когда-то они тоже служили гробницами; однако, несмотря на все это, имеется множество прямых свидетельств погребального характера памятников этого типа на Британских островах. Возьмем в качестве примера камеры, скрытые под большими насыпями, получившими название длинных курганов, так как довольно часто они представляют собой простые комнатки (рис. 29), а в тех случаях, когда насыпанный над камерой курган был частично разрушен, перед нами оказываются прекрасные примеры мегалитических памятников «алтарной» разновидности. Двадцать восемь таких длинных курганов с камерами, сосредоточенных на территории Уилтшира, Глостершира и Сомерсета, были исследованы в середине прошлого века знаменитым ученым Тернемом, и в своем отчете он сообщает, что если в камерах из десяти курганов не было обнаружено совсем ничего, так как их содержимое было давным-давно утрачено, то в восемнадцати других были найдены человеческие кости, причем в некоторых из них лежали скелеты 15, 25 или даже 30 человек. Так, например, в длинном кургане Беллес-Нэп в Глостершире были открыты две небольшие камеры, площадью около б футов, по одной с каждой стороны холма. В них были найдены скелеты соответственно 14 и 12 человек, размещенные в сидячем положении у стен, так что, для каких бы целей ни использовались эти комнаты в Ле Дею, о которых высказывают свои догадки некоторые люди, мы по крайней мере знаем наверняка, что, когда-то здесь помещали трупы умерших, а их количество говорит о том, что вряд ли они могли служить чем-либо кроме гробниц.


Рис. 29. Схема расположения камер и ложный вход в британском кургане


Я не собираюсь далее терять время на обсуждение этого предмета, а нескольких примеров, выбранных случайным образом, вполне достаточно, так как на самом деле их целые сотни; небольшим количеством иллюстраций я, по-видимому, ослабляю свою аргументацию, поэтому еще раз повторю, что использование этих каменных камер в качестве погребений является общепризнанным фактом археологии, который не нуждается в лишних подтверждениях. Я всего лишь стремился продемонстрировать некоторые свидетельства, которые можно легко умножить и которые позволяют нам говорить о том, что, когда мы встречаем разрушенную и стоящую отдельно каменную камеру, ныне называемую «алтарем», на самом деле перед нами гробница, частично или полностью покрытая могильным курганом.

Впрочем, следовало бы еще сказать, что в дополнение к содержимому этих памятников связать изолированные руины с большой группой известных погребений помогает и их морфология. Так, четкие указания на этот счет могут быть получены путем исследования очертаний и особенностей кургана, если он сохранился; точно так же, как кости, керамика или каменные орудия создателей памятника могут выдать с головой отдельные архитектурные детали, такие как окна или вход в виде амбразуры, изгибающаяся облицовка стены сухой кладки в дверном проеме. В качестве прекрасного примера того, как может помочь исследователю структура сооружения, если раскопки не дали никаких результатов, выступает Китс-Коти-Хаус в Кенте. Как я уже говорил, этот памятник считался друидическим храмом, и в своем современном состоянии он выглядит так, как будто когда-то был частью какого-то коробкообразного сооружения (рис. 30 и 31). Однако на самом деле старые планы этого места[233] показывают, что сохранившиеся камни предполагаемой камеры в свое время стояли на вершине длинного холма, а их расположение, как отметил Кроуфорд, не оставляет никаких сомнений в том, что они представляют собой деталь строения, до сих пор наблюдаемую на примере некоторых длинных курганов в западных графствах, а именно нечто вроде фальшивого входа в холм. Это интересный архитектурный пережиток, который был несомненно задуман строителями, чтобы замаскировать дверь главного прохода в холм; ибо это был важный элемент в конструкции длинных курганов более раннего типа, в которых устраивались погребальные камеры, не так, как в этих поздних образцах по бокам кургана, а в самой его середине. Поэтому, если археологическое свидетельство обладает доказательной силой, а мне не кажется, что ее можно всерьез оспаривать, друиды приспособили Китс-Коти-Хаус для своих целей, но на самом деле он представляет собой несущественный и лишенный собственного назначения атрибут древнего могильного кургана примерно той же эпохи, что и остальные курганы с «алтарями», которые, как «алтарь» в Белас-Нэпе (где также был ложный вход), были захоронениями древнего додруидического населения.


Рис. 30. Китс-Коти-Хаус, близ Мейдстона, Кент (по рисунку Ф. Д. Бедфорда)


Рис. 31. План Китс-Коти-Хауса


Тем не менее мы не можем закончить обсуждение «алтарей», не рассмотрев еще два вопроса. В первую очередь можно утверждать, что, хотя эти памятники и представляют собой захоронения древнего доисторического племени, все же они могли впоследствии служить и друидическими святилищами; и, во-вторых, следует отметить, что, как я уже подчеркивал, многие из них были созданы в столь древние времена, так что естественным будет выглядеть вопрос: все ли они относятся к древней эпохе? Не могут ли оказаться в конечном счете некоторые из них захоронениями, в которых погребены люди друидического периода?

На первый вопрос я не могу дать удовлетворительного ответа. Я могу лишь сказать, что мы не располагаем никакими данными, которые позволяют утверждать, что друиды почитали эти могилы или как-то заботились о них. Нам известно, что некоторые народы проявляли к ним интерес в более позднее время; например, римляне, по-видимому, иногда раскапывали эти погребения, а время от времени они даже использовали их внутренние камеры для погребения своих мертвецов. Однако у нас нет ни одного признака того, что друиды проводили там какие-либо свои обряды.

Конечно, представления об «алтарном» назначении этих памятников иногда подкрепляются открытием вырезанных природой чаш и желобков на верхней части камней, составляющих крышу сооружения, при этом предполагается, что по ним стекала кровь несчастных, приносимых в жертву; однако эти предположения не заслуживают внимания. С другой стороны, как хорошо известно, время от времени на этих каменных камерах обнаруживаются искусственно вырезанные значки чаш и другие странные символы. Тем не менее, на мой взгляд, они никоим образом не могут служить подтверждением того, что ту или иную гробницу использовали друиды, так как прежде всего эти значки почти всегда встречаются на стенах и с нижней стороны верхних, «кровельных» камней, т. е. там, где они вряд ли могли выполнять функцию стока или накопителя крови (на данный момент я могу вспомнить лишь два примера, когда чашеобразные значки появляются на верхней части крыши); и, во-вторых, совершенно невозможно доказать, что их вырезали друиды. Каково бы ни было их предназначение, мы хорошо знаем, что значки подобного рода встречаются на обширной территории, включая многие области, на которых друидов никогда и в помине не было, и относятся к самым разным эпохам, между тем как в Англии некоторые из них, как известно, датируются древнейшим периодом возведения мегалитов. В самом деле, мы знаем, что сама идея этих значков еще древнее мегалитов, так как во Франции были найдены некоторые их образцы, относящиеся к мустьерскому периоду каменного века.

Переходя ко второму вопросу относительно возможного дальнейшего использования мегалитических гробниц в эпоху друидов, я готов охотно признать, что, по моему мнению, эта атмосфера, окутывавшая эти грандиозные каменные сооружения, не могла полностью выветриться из народной памяти ко времени формирования друидической системы. Возможно, в некоторых районах связанные с ними предания были действительно забыты, но для Британии это в лучшем случае сомнительно, а про Францию можно с полной уверенность сказать, что многие подобные захоронения пользовались большой известностью и время от времени использовались вплоть до римского завоевания. Множество подобных свидетельств можно найти в Британии; на самом деле, для меня явилось открытием то обстоятельство, что некоторые бретонские захоронения содержат такую смесь остатков разнообразных культур, приходивших на смену культуре подлинных создателей памятников, что, очевидно, поздние погребения нельзя отнести на счет случайного использования древних гробниц (хотя они расположены в Морбихане в достаточном количестве, чтобы сделать это предположение осмысленным), и в них следует видеть осознанное сохранение их культа в качестве священных и почитаемых захоронений. На самом деле, как мне представляется, в этом регионе возведение этих каменных камер продолжалось до самой эпохи друидов, хотя в целом на смену им с прошествием веков приходили все более скромные единичные гробницы.

Все это совершенно очевидно имеет прямое отношение к вопросу о связи друидов с мегалитическими памятниками, поэтому я должен более обстоятельно прояснить свою точку зрения. Для начала следует отметить, что в Бретани в мегалитических гробницах найдено такое количество керамики, вероятно созданной в друидическую эпоху, что это дало серьезное основание Эдуару Фурдринье выдвинуть гипотезу[234], согласно которой некоторые такие сооружения были построены уже при галлах и что лишь из-за табу, окружавших обряды, восходящие к каменному веку, мы не находим в них железных орудий и других следов поздних эпох. В качестве одного из многих примеров открытий подобного рода я приведу несколько фрагментов керамики, ныне хранящихся в Британском музее, из большой мегалитической гробницы в мендонской общине Морбихана. Эти черепки представляют по крайней мере три сосуда с блестящей черной поверхностью, обработанной графитом, а такой способ обработки и тип керамики определенно нельзя отнести к раннему мегалитическому периоду за 2 тысячи лет до н. э. и датируются первыми веками до Рождества Христова.

Далее я приведу пример несколько иного рода из Северо-Западной Франции. Близ Брейля[235], в департаменте Сены-и-Уазы, находится большая прямоугольная каменная камера длиной более 40 футов (рис. 32), которая была очевидно построена в раннюю эпоху и в которой было обнаружено два слоя человеческих костей, отделенных друг от друга каменным настилом, что составляет обычное содержимое гробниц в окрестностях Парижа. Однако при раскопках этого огромного захоронения исследователи открыли, что на верхнем слое костей лежал очаг галльского периода, заключавший в себе фрагменты керамики и одну монету, а над ним был расположен еще один очаг, в котором были найдены римские черепки и монеты; из всего этого с полной очевидностью вытекает, что это сооружение было известно простому народу вплоть до исторической эпохи.


Рис. 32. План цисты в Брейле, департамент Сены и Уазы (по А. де Мортилье)


Здесь следует сделать небольшое отступление и обратить внимание на то, что эта гробница в Брейле получила название Autel des Druides, по-видимому, из-за того, что одна ее часть, на первый взгляд отделенная от остальных, находится в центре круга приблизительно 30 футов в диаметре, образованного липовыми деревьями. Однако хотя в данном случае археология подтверждает предположение, что друидам, вполне вероятно, был хорошо известен этот памятник, исследователи, проводившие раскопки, отмечают, что круг из деревьев, который, скорее всего, дал повод к такому названию, не мог возникнуть ранее 100 лет назад, и, кроме того, известно, что эта гробница также носила и другие названия, более свойственные французским мегалитам, так как они связываются в фольклоре с феями — т. е. Грот, Пещера, или Maison, des Fées.

Итак, некоторые мегалитические памятники использовались на протяжении раннего железного века, но кроме того, как я уже говорил, некоторые из них, возможно, были построены уже во времена друидов. Довольно трудно привести хотя бы один несомненный пример столь позднего сооружения в Северной Европе, однако следует упомянуть об одном памятнике с Нормандских островов, который, по моему мнению, принадлежит к числу мегалитов именно такого рода. Это Ля Уг Боет на севере острова Джерси, замечательный курган более 30 футов в высоту и первоначально, вероятно, около 100 футов в диаметре. Раскопки были проведены в 1911 г., и археологи обнаружили, что в нем находится прямоугольная каменная камера около 7 футов в длину и 4 футов в высоту, закрытая со всех сторон, без каких-либо проходов извне холма. Внутри этой камеры были найдены человеческие кости, предположительно принадлежащие одному скелету, лошадиные зубы и фрагменты керамики; и судя по этой керамике, как мне кажется, можно с большой уверенностью говорить о том, что захоронение относится к галльскому периоду незадолго до римского завоевания, а так как оно изолировано от поверхности, не могло быть и речи о каких-либо вторичных погребениях, и поэтому я заключаю, что камера была намеренно построена для этого единственного погребения[236].

В Бретани мы также находим один пример возведения мегалитического памятника в позднюю эпоху, хотя мы имеем в виду не «алтарь», а стоячий камень или менгир. Это Ля Бланш Пьер близ Геранда в департаменте Нижней Луары[237], вертикально установленный кварцевый блок более 6 футов в высоту, у подножия которого лежит плоская гранитная плита. Я не буду подробно описывать раскопки, произведенные на этом месте, но они ясно показали, что плита и стоячий камень относятся к двум разным эпохам; плита с чашевидными углублениями, очевидно, является памятником древнего мегалитического периода, а кварцевый менгир (чрезвычайно необычный материал для памятника в этой области, богатой прежде всего гранитом) был укреплен кусками римского кирпича, а сразу за ним было найдено множество фрагментов римской черепицы; с другой стороны, под плитой не было ничего, кроме глины и кремниевых обломков, хорошо известных по остаткам других мегалитов. На наш взгляд, это бесспорный пример возведения каменного памятника во времена римского владычества в Бретани, и хотя мне бы хотелось знать причину его сооружения, он служит прекрасным подтверждением длительного сохранения этого примитивного архитектурного стиля, о котором я уже говорил.

Однако даже если это действительно так, это вовсе не опровергает нашего утверждения, что большая часть «алтарей» является захоронениями, относящимися к гораздо более ранней цивилизации, чем цивилизация друидов. Ибо что касается этих каменных камер, свидетельства их долгого использования можно обнаружить лишь во Франции и на Нормандских островах, и у нас нет никаких оснований полагать, что такое же положение дел существовало в Англии, Уэльсе и Ирландии. Поэтому обо всем этом классе мегалитических памятников в области, в которой некогда обитали друиды, можно в целом сказать, что они несомненно являются делом рук населения додруидической эпохи. Кроме того, следует учитывать еще один весьма знаменательный факт, служащий дополнительным подтверждением нашей точки зрения, а именно то обстоятельство, что в нашем распоряжении имеются примеры менее амбициозных гробниц, принадлежащих последующим народам, — например, более скромные круглые курганы бронзового века, скрывающие маленькие каменные гробы или захоронения в ямах и служившие для единичных погребений, а также «многолюдные» кладбища раннего железного века. Поэтому достаточно очевидно, что друиды, описанные Цезарем, отделены от главного периода возведения почти всех крупных памятников подобного рода временем существования по крайней мере одной другой цивилизации, для которой такие сооружения были вовсе не характерны и которая, насколько мы можем судить, не имела ни малейшего представления о друидах; этот временной разрыв, даже если в него уместился один лишь бронзовый век, означает промежуток в тысячу лет. Все приведенные нами свидетельства, на первый взгляд представляющиеся противоречащими этому утверждению, на самом деле не означают ничего, кроме того, что в одной отдельно взятой друидической области, а именно в Северной Франции, многие подобные гробницы были хорошо известны местному населению и во времена друидов; повторим еще раз, что даже и в этом случае у нас нет никаких сведений, позволяющих предположить, что сами друиды были каким-то образом связаны с этими мнимыми «алтарями».

Хотя, как мы видим, вовсе не составляет труда показать, что эти «алтари» на самом деле представляют собой гробницы, по большей части построенные в глубокой древности, мы не сможем достигнуть той же степени уверенности, если перейдем к рассмотрению храмов или каменных кругов.


Рис. 33. План каменных кругов, Берфорд-Даун и Эрм-Вэлли, Девон


Конечно, некоторые из них мы должны исключить из рассмотрения, так как они изначально представляли собой круги, окружавшие курганы с каменными погребальными камерами, и поэтому их следует считать простыми элементами этих захоронений, созданными одновременно с курганами. Небольшие круги подобного рода широко распространены, и двух планов (рис. 33) девонширских памятников будет достаточно, чтобы пояснить, о чем идет речь[238]. Если сохраняется верхний камень гробницы, то перед нами возникает некое подобие стола посреди круга. И конечно же, это немедленно приводит к мысли о друидических жертвоприношениях тех людей, которые не берут на себя труд задуматься о том, что на самом деле этот стол является могилой. Один из лучших примеров крупных каменных кругов, который, по-видимому, исполнял именно эту функцию, стоит на холме Манидд-Карн-Ллехарт на полуострове Гоуэр в Уэльсе. Это каменное кольцо 60 футов в диаметре, до сих пор окружающее стоящую в центре гробницу (рис. 34)[239]. Составляющие этот круг камни представляют собой установленные в вертикальном положении плоские плиты, однако местами они перекрывают друг друга и иногда несколько наклоняются наружу, как если бы их отклонял от вертикального положения вес земляной насыпи или каирна из камней меньшего размера, с тех пор исчезнувшего, для которого они, должно быть, служили подпорной стенкой.


Рис. 34. Каменный круг, Карн Ллехарт, Гоуэр (по У. Лл. Моргану)


Рис. 35. Разрез кургана, Форд, Нортумберленд


Разрез (рис. 35) кургана в Форде (Нортумберленд) лучше демонстрирует первоначальную функцию каменных кругов подобного типа, и на этом примере можно увидеть, что каменная ограда в конечном итоге может показаться самостоятельным сооружением в тех случаях, когда в результате каких-либо событий исчезли гробница и курган, который она первоначально окружала. Это вовсе не так невероятно, как может показаться на первый взгляд, из-за того, что иногда (как в данном случае) строители позволяли краю кургана накладываться на камни круга, так что они оказываются скрыты от глаз и потому спасаются от разрушения, когда люди уносят камни центральной камеры для строительных целей, как бывает очень часто. Чтобы проиллюстрировать эту особенность курганного строительства, я приведу план (рис. 36) кургана 55 в Хэнгинг-Гримстоне (Йоркшир), где круг, окружавший восемь захоронений, был полностью скрыт могильным холмом[240].


Рис. 36. План кругана 55, Хэнгинг-Гримстон, Ист-Йоркс (по Мортимеру)


В дополнение к этим кругам, представляющим собой составляющие элементы курганных погребений, могильный характер могут иметь и многие подобные сооружения, не являвшиеся частью курганов, в том смысле, что они служили оградой места, в котором находилась могила (или могилы). Иными словами, это могут быть сооружения, созданные по плану, лежащему в основе уилтширских дискообразных курганов, состоящих из низкого земляного кольца, окружающего место, в котором находится захоронение (рис. 37). Когда-то на холме Дэнби-Ригг в Эскдейле (Йоркшир) можно было наблюдать превосходный пример переходной стадии между каменным кругом и земляным кольцом[241], хотя ныне от этого памятника сохранился лишь один камень, примерно 6 футов в высоту (естественно, он называется «Камнем друидов»). Первоначально это сооружение представляло собой круглую стену около 40 футов в диаметре и высотой от 3 до 4 футов, построенную из земли и булыжника и заключавшую по крайней мере четыре большие, вертикально установленные каменные плиты, характерные как раз для каменных кругов, а в центре огороженной области находились две керамические вазы, помещенные в перевернутом положении на остатки кремированного захоронения. В непосредственной близости от этого места располагается множество небольших могильных курганов бронзового века, так что нет ничего удивительного в том, что два этих сосуда (ныне хранящиеся в Британском музее), подобно урнам, найденным в дискообразных курганах, относятся к типу керамики позднего бронзового века, известному под названием погребальных урн. Таким образом, в данном случае мы располагаем доказательствами того, что стоячий камень, ныне окрещенный «Камнем друидов», когда-то составлял часть погребения, построенного около 1000 г. до н. э.


Рис. 37. Уилтширский дискообразный курган


Поэтому вполне вероятно, что и другие каменные круги могут оказаться сходными с этими примерами, особенно круги небольших размеров. На самом деле в той же области есть еще один каменный круг[242] диаметром в 21 фут, в котором были обнаружены фрагменты урн, и еще один[243], который, похоже, когда-то также окружал гробницу.


Рис. 38. Жертва в ожидании жертвоприношения (по Ноксу)


Однако в роли кладбищенской ограды могли выступать не только небольшие кргуи. Круг из Эскдейл-Мур в Камберленде[244], неправильной формы овал около 100 футов в поперечнике, окружает пять могильных курганов (рис. 39), каждый из которых, в свою очередь, окружен своим каменным кругом; сообщается, что в той же местности были еще четыре круга, точно так же окружавших курганы. Мы не в состоянии с уверенностью установить дату создания этих курганов, ибо в отчете о раскопках[245] говорится лишь, что они были насыпаны над захоронением с остатками кремации и несколькими костями животных; однако аналогия с системой погребения, характерной для дискообразных курганов, просматривается с большой степенью достоверности, чтобы позволить нам предположить, что перед нами памятники той же эпохи, т. е. погребальные сооружения намного древнее времени друидов. Еще один круг, находящийся в том же графстве, Кесвикский круг[246], по-видимому, тоже был местом захоронения, так как с восточной стороны внутри образованного камнями кольца примерно такого же размера, как и круг в Эскдейле, находилась каменная ограда, а также чашевидное углубление 13 футов в диаметре, на месте которого, весьма вероятно, когда-то стоял курган. Каменная ограда, по-видимому, также была перистилем кургана, и результаты раскопок, хотя и не дали определенных сведений на этот счет, по крайней мере, не опровергают это предположение.


Рис. 39. Каменный круг вокруг курганов, Эскдейл-Мур, Камберленд


В качестве еще одного очень важного образца погребального круга подобного рода я приведу две насыпи из щебенки, существование которых в их времена засвидетельствовали Кэмден[247] и Дагдейл[248]. Они находились по соседству со знаменитым кругом близ Пенрита, который вместе со стоящим рядом менгиром известен под названием Длинная Мег и Ее Дочери. Следующий хороший пример — погребальный круг на холме Лисет-Хилл близ Клифтона (Уэстморленд). Его диаметр составлял 37 футов, а в центре круга на глубине 3 футов был обнаружен слой древесного угля вперемешку с фрагментами сожженных костей и обожженного камня, вероятно, остатками трупосожжения; кроме того, у оснований некоторых камней, составляющих сам круг, были найдены четыре урны, сосуд для хранения пищи и чаша для сожжений с обожженными костями[249].

В Шотландии также изобильно представлены признаки, недвусмысленно указывающие на погребальный характер этих каменных кругов, и, что немаловажно, имеются данные, позволяющие определить их датировку. Из множества примеров я выбрал три, чтобы показать ценность археологических данных. Во-первых, это один из памятников в Манкри-Мур, на Арранских островах[250], представляющий собой небольшое кольцо 21 фут в диаметре. В центре расположена каменная гробница 3 футов в длину, глубоко закопанная в землю. В ней были обнаружены сосуд для хранения пищи, относящийся к бронзовому веку, несколько фрагментов костей и небольшое бронзовое шило. Нет никаких признаков того, что когда-то над ней был насыпан каирн или курган, так что круг просто являлся границей, отмечавшей место захоронения, и ничем больше. Второй пример — комплекс в Туаке близ Кинтора (Абердиншир)[251]; здесь находится семь захоронений, расположенных внутри круга 24 футов в диаметре. Четыре захоронения представляют собой остатки сожженных человеческих костей, закопанных в неглубокие ямы у центральной точки круга. Остальные три погребения располагаются ближе к периметру и содержат те же останки, прикрытые перевернутыми урнами бронзового века, в одной из которых были найдены бронзовые фрагменты с костями. Третий памятник находится в Кричи в той же местности[252]; здесь на пространстве, окруженном широким рвом, размещается каменный круг 35 футов в диаметре. В центре него была глубокая яма с гробницей на дне (рис. 40). Место захоронения было отмечено стоячим камнем. В гробнице был найден некремированный скелет, а также несколько сожженных костей под перевернутой урной. У основания второго камня было обнаружено такое же захоронение, а неподалеку от него в земле лежали остатки сожженных костей; между двумя этими могилами был найден каменный топор бронзового века. В других частях круга также были раскопаны различные атрибуты погребального инвентаря.


Рис. 40. Разрез каменного круга в Кричи, Абердиншир (по Андерсону)


Вряд ли есть необходимость далее приводить примеры кругов, имеющих отчетливый погребальный характер. Можно считать твердо установленным, что многие подобные памятники являются захоронениями бронзового века. Но так как мы говорим о тех кругах, которые очевидно не были задуманы как храмы, следовало бы обсудить и третью возможность. Ибо вполне возможно, кроме того, что они могли служить окружением могильных курганов или сами являться местами захоронения, некоторые из них, вероятно, представляют собой остатки внешних стен жилых поселений. В качестве примера подобного круга, составлявшего часть жилого строения, я приведу план (рис. 41) одной из хижин Фоулз-Арришес на Блекслейд-Коммон в Девоншире[253]; кольцо, образующее стену этой хижины, имеет 30 футов в диаметре и таким образом достаточно больших размеров, чтобы не сбрасывать со счетов возможность того, что и некоторые другие круги сходного типа также являлись когда-то частью архитектурных конструкций.


Рис. 41. План дома, Фоулс-Эрришис, Девон


Однако даже если мы будем учитывать все эти три возможности, останется еще множество каменных кругов, которые нельзя отнести ни к одной из этих категорий. Их количество и размеры вынуждают нас уделить им больше внимания, чем то, что выпало на долю тех мегалитических камер, предназначение которых нам так и не удалось выяснить. Ибо те примеры кругов, которые мы привели для каждой из трех групп, не составляют убедительной аналогии для всех памятников подобного типа; и на этот раз мы не в состоянии сослаться на многочисленные континентальные свидетельства, позволившие нам с большой уверенностью утверждать, что все каменные камеры были гробницами.

Камни Стриппл-Стоунс в Бодмин-Мурс в Корнуолле образуют круг чуть более 146 футов в диаметре, окруженный валом и рвом, а в центре кольца стоит высокий камень. Однако нет никаких данных, что в этом месте когда-либо находилось захоронение, а после тщательных археологических исследований окончательно выяснилось, что этот круг никогда не имел погребального характера[254]. Имеется множество других больших кругов, изучение которых дало сходный результат. Вероятно, одним из первых был исследован круг знаменитых Роллрайтских камней, который был раскопан в тщетных поисках древностей в XVII в.[255] Соответственно, ученые столкнулись с рядом каменных кругов, имеющих обычно очень большие размеры и не предоставляющих в наше распоряжение никакой позитивной информации. Поэтому нам придется обратиться к весьма сложной проблеме, которую составляют эти необъяснимые памятники.

Что касается их датировки, мы можем сказать очень немногое, ибо этот вопрос остается одной из неразрешимых загадок британской предыстории. Тем не менее путеводной нитью могут послужить несколько косвенных свидетельств; для начала отметим, что пара подобных кругов, по-видимому, была связана с курганами, датируемыми, на основании данных археологического обследования или по наиболее вероятным гипотезам, бронзовым веком. Например, в Корнуолле «Девять Дев» из Боскедуана[256] в приходе Галвэл представляют собой каменный круг немногим менее 70 футов в диаметре, окружность которого разорвана краем каирна, содержащего небольшую каменную цисту, а взаимное расположение памятников показывает, что первым был построен круг. Циста была разграблена, но когда были проведены раскопки каирна, во всем сходного с множеством других каирнов бронзового века в том же графстве, примерно в 4 футах от цисты были обнаружены фрагменты погребальной урны бронзового века; учитывая все это, вероятнее всего, круг был создан не позднее эпохи бронзового века. Еще более показательный пример — круг из Арбор-Лоу в Дербишире с курганом, несоменно относящимся к бронзовому веку[257], который примыкает к внешней стороне окружающего вала и отчасти опирается на нее. Естественным выглядит предположение, что круг, вал и ров были созданы как части единого комплекса, и если это так, следовательно, сам круг должен был быть построен до эпохи бронзового века или же в сам бронзовый век. Этот вывод подтверждается находкой на дне рва кремневого наконечника стрелы с шипами[258] того типа, который теперь обычно относят именно к бронзовому веку. Более того, у основания стены рва был найден еще один наконечник стрелы более ранней листообразной разновидности, так что отпадают всякие сомнения в том, что этот ров был выкопан в самом начале эры металлов.

В нескольких случаях, когда сложно определить датировку этих кругов, оказывается, что они так или иначе связаны с группами курганов, а из этого следует, что и сами круги относятся к курганному периоду, хотя подобное заключение нельзя считать окончательным и бесповоротным. Так как мы пока еще не можем с уверенностью говорить о факторах, обуславливавших расселение доисторических племен, мы не будем придавать этому обстоятельству слишком большого значения, однако я хотел бы упомянуть один пример, который кажется мне особенно показательным. Как я уже говорил, раскопки не дали никакой информации относительно датировки знаменитого Роллрайтского круга, и тем не менее если мы рассмотрим карту доисторических находок в Котсуолдсе, то в глаза бросится следующий факт: этот круг располагается посреди небольшой группы курганов в очень небольшой и совершенно изолированной области, замыкающей цепь курганов, протянувшуюся через Глостершир. Поэтому можно задаться вопросом, не следует ли предположить, что все доисторические остатки на этой узкой полоске (менее полумили в длину) принадлежат одной и той же цивилизации и были созданы приблизительно в одно и то же время. По крайней мере, гораздо менее вероятно, что этот круг много столетий спустя был возведен друидами, случайно избравшими именно этот клочок земли.

Я отдаю себе отчет в том, что подобные общие предположения относительно датировки крупных кругов не следует переоценивать, хотя они и заслуживают внимания. К сожалению, точных археологических сведений, которые мы могли бы добавить, совсем немного. Впрочем, нам известны определенные данные, позволяющие судить о датировке Эвбери, самом крупном и самом величественном круге Британии; однако ценность наших свидетельств определяется тем, признаем мы или нет, что гигантский каменный круг был создан одновременно с окружающим его рвом. Лично мне это предположение кажется совершенно естественным. Этот ров первоначально имел 30 футов в глубину, и когда были проведены археологические исследования[259], обнаружилось, что он содержит фрагменты, в нисходящем порядке, средневековой керамики, римско-британской керамики и керамики бронзового века (включая колоколовидные кубки), а также так называемая неолитическая утварь; фрагменты колоколовидных кубков и неолитические черепки по большей части располагались на средней глубине в наносном иле, а это обстоятельство определенно говорит о том, что этот круг, как и Арбор Лоу, был построен не позже начала бронзового века.

Здесь же следовало бы упомянуть несколько кругов в Галлии, так как по поводу их датировки мы располагаем некоторой информацией, однако я ограничусь кратким описанием лишь одного, но чрезвычайно интересного примера. Это круг на маленьком островке Иль-д'Эр-Ланик в заливе Морбихан (рис. 42); он относится к категории крупных кругов и занимает около 180 футов в диаметре. Первоначально он составлял пару с другим кругом, но второй круг, как и половина первого, ныне смыт водой. Этот памятник привлекает к себе необычайный интерес исследователей потому, что участок, на котором он расположен, а точнее, половина этого участка, не ушедшая под воду, в отличие от бесплодных в археологическом отношении английских кругов, буквально кишит доисторическими находками. Здесь кучами лежат горшки, топоры, отбойники, кремневые орудия и даже большие каменные ручные мельницы, и большинство этих предметов, включая самые грубые топоры, были сломаны в ритуальных целях, и, кроме того, большое количество этих сломанных фрагментов каменных орудий и керамики несут на себе следы сожжения. Хотя было обнаружено совсем немного человеческих останков, по моему мнению, все эти обломки остались от погребальных обрядов, сопровождавших сожжение умершего; однако еще важнее то, что, как показывают находки, этот круг использовался в начале бронзового века. Несомненно, его могли использовать на протяжении многих веков, однако нет никаких данных, указывающих на посещение его племенами железного века[260] и уж тем более галло-римским населением[261]. Поэтому круг на острове Эр-Ланик нельзя считать друидическим храмом.


Рис. 42. План каменных кругов с острова Эр-Ланик, Бретань


Впрочем, возведение каменных кругов было распространено в Галлии в галльштаттский период; однако почти все подобные круги железного века были атрибутом мест захоронений. К этому типу относятся многочисленные кольца, окружающие галльштаттские захоронения в Южной и Центральной Франции (рис. 43); тем не менее в Британии, насколько мне известно, нет ни одного круга, который принадлежал бы к столь поздней эпохе. И даже если мы примем в расчет галльшаттские погребальные круги во Франции, это никоим образом не может повлиять на тот очевидный факт, что подавляющая часть каменных кругов в области обитания друидов была построена за много сотен лет до того, как они здесь появились. Однако это не снимает главный вопрос, и мы не должны без дальнейших размышлений отвергать вероятность того, что друиды имели какое-то отношение к своим так называемым «храмам».


Рис. 43. Каменные круги, заключающие захоронения раннего железного века, Бургундия и Пиренеи (по Дешелетту)


Во-первых, нужно сказать несколько слов об их функции. Мы упомянули, что некоторые круги, возможно, служили местами захоронений, но, как мы видели, нельзя безоговорочно утверждать, что таково же было предназначение всех крупных кругов; напротив, кажется очевидным, что они создавались вовсе не для этой цели. Правда, в центре Арбор-Лоу было найдено захоронение в разрушенной цисте или дольмене[262]; но, например, в центре группы «Стриппл-Стоунс» стоит лишь один камень без всяких следов захоронения, и археологи пришли к убеждению, что этот памятник никак не связан с погребением. Погребальные останки тщетно искали в Роллрайтском круге, никаких захоронений не было найдено в кольцах Эвбери, и то же самое можно сказать о многих других самых известных британских кругах. Поэтому следует спросить: не существует ли возможность, что, несмотря на их большую древность, некоторые такие круги использовались друидами для проведения своих обрядов?

Против этого предположения высказываются два аргумента. Прежде всего утверждается, что круги были местами кельтских племенных собраний, т. е. местами, где обсуждались важнейшие вопросы общественной жизни, и, во-вторых, бытует точка зрения, согласно которой круги являются наблюдательными пунктами для определения наиболее важных дат годового цикла по перемещению небесных тел. Оба взгляда имеют право на существование. Современные первобытные племена действительно используют каменные круги для торжественных совещаний, так что в предположении о сходном употреблении древних кругов нет ничего невероятного. С другой стороны, из очевидной важности смены времен года для земледельческого народа вытекает вероятность того, что разрабатывались достаточно изощренные способы определения точных дат, например солнцестояний. Одним из таких способов вполне может быть обустройство каменных кругов в качестве фокуса астрономических наблюдений. И тем не менее ни одно из этих предположений не обладает, как мы видели, универсальным значением, и зачастую они доводятся до абсурда[263]. Например, теория племенных собраний не может быть применена к большим кругам, подобным кругу в Кесвике, в области которого сосредоточено несколько курганов; сложно поверить и в то, что этот круг мог служить обсерваторией. И по этому поводу мне кажется уместным обратить внимание на то, что этнографические исследования не дают никаких подтверждений, будто первобытный человек, находящийся на культурной ступени развития, представленной каменными кругами, был способен производить сложные астрономические измерения подобного рода, а это представляется серьезным возражением против гипотезы о том, что круги использовались для точного расчета движения небесных тел. В качестве необходимого комментария можно повторить слова Мортимера Уилера[264], что ни один уэльсский круг не приспособлен для точных астрономических наблюдений.

Я не собираюсь обсуждать эти теории, пусть даже в обеих содержится крупица истины, так как, по моему мнению, они не подходят для всех каменных кругов; в мою задачу на данный момент входит простой вопрос: имеют ли они какое-либо отношение к друидам?

Как я отметил в первой главе, у нас нет никаких оснований считать, что местные жители, осознанно или неосознанно, полагались на народную память, называя каменные круги Храмами Друидов; мы видели, что существует иное и более приемлемое объяснение того, почему эти названия получили столь широкое распространение. Однако, хотя не следует прибегать к народной памяти, не правильно будет игнорировать легенды, относящиеся к теме связей между друидами и каменными кругами. Перейдем к рассмотрению этого аспекта проблемы.

Как и следовало ожидать, у нас совсем мало материала, заслуживающего обсуждения. Самым существенным свидетельством является легенда, записанная в «Трехчастном Житии св. Патрика»[265], которое считается компиляцией IX в., дошедшей до нас в рукописи XI в.; в нем рассказывается о событии, якобы имевшем место в 435 г. н. э., когда святой пришел на равнину Маг Слехт (близ Баллимагорана в графстве Каван)[266]. В этом месте стоял главный идол Ирландии, называвшийся Кромм Круах. Мы не знаем, что он представлял собой в точности, но, по крайней мере, он был богато украшен золотом и серебром, а вокруг него стояли двенадцать других идолов, покрытых украшениями из бронзы. Эти небольшие идолы, расположенные кругом с Кроммом Круахом в центре, наводят на мысль о том, что ирландская святая святых, если отвлечься от всех этих металлических украшений, представляла собой обычный каменный круг с центральным мегалитом, т. е. относится к тому же типу памятников, что и Стриппл-Стоунс в Корнуолле. Поэтому в эпоху раннего средневековья это сооружение считалось местом отправления языческих культов и, согласно легенде, оно стало сценой, на которой разыгралось столкновение святого с язычеством. На главном идоле навеки отпечатался след посоха св. Патрика, и одновременно Патрик погрузил двенадцать остальных идолов в землю по макушку. В этом положении они и оставались, превратившись в свидетельство случившегося здесь чуда.

По мнению доктора Хили, этот памятник следует отождествлять с Эдентинни между Фенагом и Баллинамором[267]; однако прав он или нет, как мне кажется, вряд ли можно сомневаться в том, что легенда о кольце идолов, погрузившихся в землю так, что на поверхности остались лишь их головы, представляет собой этиологический миф, объясняющий возникновение обычного каменного круга. Поэтому очевидно, что в IX в. эти останки считались связанными с языческой эпохой и, более того, с колдунами или друидами, выступавшими в роли главных противников св. Патрика.

Это единственный известный мне пример, устанавливающий хоть какую-то легендарную связь между друидами и каменными кругами, и мне бы не хотелось привлекать к нему больше внимания, чем он того заслуживает, потому что, конечно же, это предание могло быть от начала до конца вымышлено составителем Жития. Однако следует отметить, что свидетельства прежнего почитания подобных мест сохранились не только в Ирландии. Профессор Гарден из Абердина, который выпустил в 1692 г. труд о знаменитой группе каменных кругов в окрестностях города, сообщил[268], что, по распространенному по всей Шотландии преданию, эти памятники были храмами языческих времен, в которых поклонялись богам и совершали жертвоприношения. Впрочем, он добавляет, что ему не удалось установить никаких связей с друидами, кроме того что их имя запечатлено в двух местных названиях; тем не менее нельзя исключать возможности того, что культы, отраженные в предании, были кельтскими культами и, таким образом, отправлялись друидами. Стоит отметить и то обстоятельство, что те же каменные круги были приписаны Гектором Бойсом, точно и подробно описавшим их главные особенности[269], легендарному доримскому королю по имени Майнус, который построил их для того, чтобы стимулировать почитание богов, проводя новые церемонии в новых местах; по-видимому, здесь в неявной форме подразумевается связь с друидами. Я не готов к обсуждению вопроса о том, является ли эта история вымыслом замечательного ученого XVI в., однако в заслугу Бойсу можно вменить уже сам факт прекрасного знания самих этих памятников.

Итак, как мы надеемся, нам удалось показать, что храмами друидам служили естественные рощи, и лишь в исключительных случаях, либо из-за отсутствия необходимых условий, либо под влиянием римской цивилизации, они использовали с этой целью искусственные сооружения. Стоунхендж считается самым замечательным примером их архитектурных достижений, однако мне неизвестны причины, позволяющие предположить, что друиды приложили руку к созданию хоть одного обычного каменного круга. В сущности, в том, что касается мегалитов, нам известно, что так называемые алтари на самом деле были могилами и почти все они были созданы представителями гораздо более ранней цивилизации. Другие же каменные круги, называемые храмами, также представляют собой места захоронений, принадлежащие тому же народу, или же сооружения, воздвигнутые ими для неизвестных нам целей.

Тем не менее, как мы видели, почти наверное некоторые мегалитические захоронения и некоторые каменные круги были известны друидам, так как они непрерывно использовались местным населением до самого железного века. И если это так, то существуют основания полагать, что друиды могли приспособить определенные круги для проведения своих церемоний. Это самое большее, что можно сказать в поддержку распространенных представлений о наших мегалитических сооружениях. Впрочем, я не собираюсь обсуждать здесь значение этих выводов и отложу это обсуждение до следующей, последней главы.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Сирарпи Тер-Нерсесян.
Армения. Быт, религия, культура

под ред. Анджелы Черинотти.
Кельты: первые европейцы

Энн Росс.
Кельты-язычники. Быт, религия, культура

Гвин Джонс.
Викинги. Потомки Одина и Тора
e-mail: historylib@yandex.ru
X