Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Тамара Т. Райс.   Скифы. Строители степных пирамид

Искусство верховой езды

Если скифы не были первыми, кто одомашнил лошадь, то они были одними из первых, если не первыми из народов Средней Азии, которые научились ездить верхом. И в Китае, и в Индии, а возможно, и в Египте, во 2-м тысячелетии лошади использовались как вьючные животные для перевозки грузов или для того, чтобы волочить телеги, установленные на твердых колесах, вытесанных из камня или стволов деревьев. Скифы научились использовать коней, впряженных в легкие колесницы, в бою и для преследования врага. И военных успехов скифы добивались во многом благодаря тому преимуществу, которое было у их конных воинов над пешими врагами. Это превосходство быстро оценили последние. Вследствие этого, почти сразу же вслед за проникновением скифов в Азию, техникой верховой езды овладел весь средневосточный регион. И действительно, быстрота, с которой пехотинцы превращались в кавалеристов, была так велика и всеобъемлюща, что, возможно, конные пришельцы, которые появились в Центральной Европе в это же время, научились верховой езде от своих восточных соседей. Они в свою очередь передали это умение тем, кто жил дальше на западе. Скифы использовали своих коней только для верховой езды, будь то охота или война, рассматривая их как средство быстрого передвижения, и продолжали держать быков для домашних нужд и тяжелой работы. На Алтае, с другой стороны, лошадей использовали для того, чтобы тащить крытые кибитки, в которых женщины и дети переезжали с места на место, а также грубые ПОВОЗКИ, применяемые для транспортировки тяжелых камней, требующихся для насыпи над могильными курганами.

Все погребения Пазырыка содержали в себе захоронения лошадей, число которых варьировалось от семи в кургане № 3 до четырнадцати в некоторых других. Эти животные принадлежали умершему хозяину. В их число входили и отработавшие свое верховые лошади, и те, на которых он ездил, пока его не настигла смерть, а также двух- и трехлетки, которых он, вероятно, отобрал на будущее. И хотя профессор Витт установил, что основная масса малорослых коней, погребенных в Пазырыке, принадлежала к породе диких монгольских лошадей, родственных лошади Пржевальского, которые, таким образом, были похожи на тех, что использовались по всей Скифии, в каждом пазырыкском захоронении имелся также по крайней мере один экземпляр лошади чистых кровей — высоко ценимой ферганской породы. Жеребцов этой породы желали иметь у себя императоры Китая, так как они были настолько быстрыми, что китайцы верили в их сверхъестественное происхождение. Витт полагает, что жители Алтая, должно быть, добыли себе племенных животных посредством грабежа или получили в виде дани, но Руденко убежден, что лошади, найденные в захоронениях, были выведены на месте. В среднем они имели пятнадцать ладоней в высоту, и большинство из них были гнедой масти. Витт придерживается того мнения, что копыта лошадей этой масти лучше приспособлены к езде по твердой и неровной местности, чем копыта животных с более светлым окрасом. По ногам некоторых лошадей лучших пород из погребений Пазырыка можно судить, что они проводили зиму в укрытии, а также есть доказательства того, что их кормили зерном. При этом простым монгольским лошадкам, лежащим в тех же самых могилах, не хватало еды уже задолго до их смерти. Наиболее ценным лошадям клеймили уши, и все они были кастрированы. В Скифии также все верховые лошади кастрировались, и этот обычай сохранялся в некоторых казацких поселениях Кавказа и центральной России до самой революции, где никто, кроме бедняков, не согласился бы на то, чтобы его увидели скачущим на некастрированном жеребце.

Рис. 13. Кувшин для кумыса из Чертомлыка. IV в. до н. э. Высота 27,5 дюйма
Рис. 13. Кувшин для кумыса из Чертомлыка. IV в. до н. э. Высота 27,5 дюйма

В Пазырыке у каждого кочевника была по крайней мере одна лошадь, но, как правило, их было значительно больше. Даже в женские могилы клали по одной убитой лошади, хотя ничто не объясняет, как эти лошади использовались при жизни. Покрой женских одежд не позволяет предположить, что женщины ездили верхом. В Скифии большинство воинов имели в собственности значительное количество лошадей, а вожди племен, как правило, обладали большими стадами жеребцов и племенных кобыл. Лучшие стада были, вероятно, на Кубани и Днепре, так как количество лошадей, погребенных в наиболее крупных курганах этих регионов, часто достигает сотен голов. С другой стороны, в районе Полтавы и Киева редко можно обнаружить в одном захоронении более чем одну лошадь. Возможно, здесь труднее было достать этих животных, или население здесь было победнее, или же малое количество лошадей в одном погребении может указывать на то, что местные жители развили более передовую форму сельского хозяйства, чем та, которая применялась на юге, и скорее предпочитали влачить монотонное существование в плетеных домах, чем продолжать захватывающую, но нестабильную жизнь кочующих пастухов. В скифских захоронениях, которые были изучены в Венгрии, редко можно найти более двух лошадей, похороненных в одной могиле, обычно бывает одна.

У всех верховых лошадей, обнаруженных в захоронениях Пазырыка, были подстрижены гривы. То же самое, вероятно, практиковалось и в Скифии, так как у верховых лошадей, изображенных на скифских изделиях из металла, гривы подстрижены. Вероятно, гривы подстригали для того, чтобы они не мешали всаднику целиться из лука на всем скаку. У тягловых же лошадей, которые появляются на изображениях, можно увидеть длинные, свободно ниспадающие гривы. Почти всем лошадям заплетали хвосты, но иногда вместо этого их завязывали узлом, уменьшая длину наполовину. Живая и убедительная картина работы скифов на своих лошадях дошла до нас в ярких орнаментах на великолепном кувшине для кумыса из Чертомлыкского кургана. В высоту он значительно превышает два фута и имеет две ручки. Он относится к IV в. до н. э. и, вероятно, был сделан каким-нибудь греком из одного из соседних греческих городов. Основание кувшина украшено узором из листьев аканта; выше его разворачивается фриз, изображающий двух молодых и двух скифов старшего возраста, которые при помощи лассо ловят небольших лошадей монгольского типа. У некоторых лошадей гривы подстрижены; вероятно, это животные, которых отправили на подножный корм после срока службы. У других лошадей длинные гривы, и они, очевидно, еще не объезжены, так как яростно вырываются при прикосновении аркана. Эта сцена вызывает воспоминания о степи. Подобную ей можно было, вероятно, наблюдать в любой казацкой общине в дореволюционные дни.

Рис.14. Фрагмент фриза на чертомлыкском кувшине для кумыса
Рис.14. Фрагмент фриза на чертомлыкском кувшине для кумыса


Своей удалью на охоте и в бою скифы были обязаны в большой степени замечательной ловкости, с которой они управлялись со своими лошадьми. Но хотя они тратили много часов на обучение своих животных, гораздо большее количество времени они посвящали изготовлению конской сбруи, боевого и охотничьего снаряжения. Все конское снаряжение, которое пока было найдено как на восточной, так и на западной части равнины, показывает, какое огромное значение скифы придавали экипировке своих коней. Не исключено, что внешний вид экипировки, а также декоративные детали оказали влияние на кельтское искусство.

Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Тамара Т. Райс.
Скифы. Строители степных пирамид

С. В. Алексеев, А. А. Инков.
Скифы: исчезнувшие владыки степей

Бэмбер Гаскойн.
Великие Моголы. Потомки Чингисхана и Тамерлана

Коллектив авторов.
Гунны, готы и сарматы между Волгой и Дунаем

Тадеуш Сулимирский.
Сарматы. Древний народ юга России
e-mail: historylib@yandex.ru
X