Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Ю. Б. Циркин.   История Древней Испании

Начало романизации мecтнoгo населения

Римско-италийская иммиграция была одной стороной сложного процесса преобразований, происходящих в Испании. Другой стороной была трансформация местного общества. В первое время после начала римского завоевания иберские поселения пережили коллапс67, явно связанный с военными действиями. Но по мере перехода к мирной жизни началось возрождение иберского общества, устанавливавшего все более тесные отношения с римским миром.

Отношения римлян к местным общинам определялось исключительно собственными интересами завоевателей. В первое время самым важным для них были, пожалуй, военные резоны. Многое определяло поведение той или иной общины, степень ее сопротивления. Общины, которые сравнительно легко принимали римскую власть, не только сохранялись, но и получали некоторые привилегии. Так, например, еще во время войны Рима с Карфагеном жители Кастулона, возглавляемые Кордубелом, сдали свой город римлянам, выдав им и находившийся в городе карфагенский отряд (Liv. XXVIII, 20, 8—12). В результате город был не только пощажен победителями, но и сохранил и даже укрепил свое первенствующее положение в регионе68. Подобное положение отмечается на северо-востоке, где долгое время римляне сохраняли практически нетронутой старую систему69. Но там, где это было возможно, они стремились перевести местное население из горных зон на равнины, где их было легче контролировать70. Кроме того, римляне сознательно проводили в Испанию уже опробованную в других местах, в том числе в самой Италии, политику «разделяй и властвуй». Поэтому они разрушали одни города, оставляли нетронутыми другие, возвышали третьи. Этот процесс резко ускорился во второй половине II в. до н. э. Возможно, что это стало следствием того урегулирования, которое было проведено после захвата Нуманции. Втягивание в римскую политико-административную и экономическую систему вело и к спонтанным изменениям в местных общинах. Те, которые были расположены в удобных местах, относительно процветали, в то время как другие приходили в упадок. И все же решающую роль во всем этом играли сознательные действия римской администрации71. Это все сказывалось на ходе и темпе романизации.

Романизация местного населения шла по двум осям: долина Бетиса и долина Ибера с прилегающим северо-восточным побережьем Пиренейского полуострова. Вдоль Ибера шли важные торговые пути, соединявшие северо-западную часть полуострова с Италией. В верхней части этой долины еще в 179 или 176 г. до н. э. римляне основали город Грак-хурис (Liv. per. XLI). Значительным центром в этом районе оказалась Контребия Белеска. Во всяком случае на нынешнем уровне археологических исследований именно в этом городе встречается наибольшее количество фрагментов римских и италийских амфор позднереспубликанского периода72. Римское завоевание окончательно разрушило относительную изоляцию, в которой все же жило местное население. Отсюда и из кельтиберов, и из иберов вербовались солдаты римских вспомогательных отрядов. Всадники Саллювитанской турмы за свою храбрость получили в 89 г. до н. э. от полководца Гнея Помпепя Страбона римское гражданство (FHA ГУ, p. 154-157)73. Неизвестно, был ли этот декрет Страбона совершенно уникальным явлением (по отношению к испанцам) или подобные дарования гражданства отличившимся иберам и кельтиберам уже были до этого, но до нас не дошли. В любом случае речь шла о награде, а не об установившейся практике. Массового распространения на испанцев гражданского статуса в те времена еще не было. Тем не менее этот акт Помпея Страбона был очень важен. Он положил начало появлению клиентелы Помпеев в Испании74, и это сыграло некоторую роль в последующих событиях.

Важным показателем степени романизации средней долины Ибера в начале I в. до н. э. является так называемая Контребийская таблица, датированная 15 мая 87 г. до н. э., т. е. через два года после декрета Страбона, и содержащая результат третейского суда Контребии Белески по поводу спора соседних иберских и васконских общин (А. 6., 1979, 377)75. Сосинестаны продали саллвиенцам какую-то землю для проведения канала, но это вызвало недовольство аллавоненцев. Дело было передано на суд римского наместника. А контребийцы, получив от него полномочия арбитров, решили дело в пользу Саллвии, а не Аллавона. Вероятно, в условиях засушливого климата долины Ибера продажа земли саллвиенцам для проведения канала наносила какой-то ущерб снабжению водой аллавоненцев76. Не исключено также, что между аллавоненцами и сосинестанами шел спор за какой-то участок, и именно этот участок последние предпочли продать другой общине. Как бы то ни было, римский наместник Гай Валерий Флакк был вынужден заниматься этим делом, но он ограничился постановкой юридических рамок процесса77, а решение передал на третейский суд соседней нейтральной общины, которые судили не по римскому, а по местному праву78.

Бросается в глаза, что три общины (не говоря пока о Контребии) вступают в непосредственные и разнообразные отношения друг с другом и римской властью. Создается впечатление, что более крупных политико-административных или этнико-административных единиц не существует. Между тем известно, что Аллавон был городом васконов (Ptol. II, 6, 66), а Саллвия — седетанов (Plin. Ill, 24; Ptol. II, 6,62). Этническая принадлежность Сосинессы не установлена, но поскольку в это время между седетанами и васконами других народов не было, сосинестаны должны были относиться к одному из них. Судя по данным надписи, седетаны и васконы в этом районе уже распались на отдельные общины.

Эта мысль подтверждается и декретом Помпея Страбона. Воины, которым было дано римское гражданство, сгруппированы по их принадлежности к отдельным общинам без упоминания этникона. И сама турма названа по имени города, который, кстати, выступал одной из сторон в споре, разрешенном контребийцами, — Саллвии. Для сравнения надо отметить, что другие известные нам испанские вспомогательные части, набираемые во внутренних, северных и северо-западных районах Пиренейского полуострова, за немногими исключениями, назывались по именам не общин, а племен: астуров, кельтиберов, кантабров и др.79 Правда, все эти войска относятся уже ко времени империи, но принцип наименования, вероятно, сохранялся.

Позже Цезарь, рассказывая о кампании 49 г. до н. э., упоминает только civitates (Bel. civ. 1, 48), а перечисляя присоединившихся к нему, говорит только о жителях городов (Bel. civ. 1, 60). Отражая уже более позднее время, Плиний (III, 24) в этом регионе называет тоже только города, хотя иногда упоминает и этнос, к которому город относится. Иберские монеты, которые стали выпускать в начале II в. до н. э., преимущественно несут названия городов, хотя встречаются и названия племен, как, например, васконов и седетанов80. Видимо, какое-то время городские и племенные монеты сосуществовали, и это означает, что наряду с общинами, эмансипировавшимися от «народа», существовала часть этого же «народа», живущая прежней жизнью. Подтверждением этому является упоминание в императорское время когорт испанцев-васконов81.

Видимо, можно говорить, что старые племенные объединения распадались, что отдельные общины, по крайней мере наиболее значительные, выходили или уже вышли из-под контроля племени, чеканили собственные монеты, вступали в разнообразные сношения друг с другом и с римской властью без всякого учета племени82. В выделении отдельных городских общин надо видеть важный результат начавшейся романизации.

Иначе обстоит дело с Контребией. Ее второе имя — Белеска — намекает на племя, к которому принадлежали контребийцы. В Испании насчитывалось три города с названием Контребия83, и дополнительное имя должно было уточнить, о каком именно городе идет речь. Но этим функции второго названия не ограничиваются. Этот город выпускал монеты с легендой belaiscom84. Окончание -соm, являющееся окончанием кельтского genetivus pluralis, говорит, что это название относится к этнической единице85. Контребия, таким образом, выступает как центр белесков. Независимо от того, существовали ли у белесков другие города, Контребия рассматривала себя как столицу племени и выпускала от его имени монеты. Видимо, речь идет об общине внутри кельтиберского племенного объединения лузонов.

О внутренней структуре Аллавона и Саллвии известно мало. Саллвиенцы на общественный счет (publice) разместили колья, т. е. произвели разметку будущего канала. Перед нами, следовательно, коллектив, община, в которую входили также сельчане или горожане, занимавшиеся земледелием, ибо именно земледельцам был нужен канал. И этим Саллвия не отличалась от других общин не только Испании, но и всего древнего мира. То же самое можно сказать об аллавонцах, вступивших в спор за участок земли.

В надписи упоминается Sosinestana civitas. Civitas не сводится к городу. Так, Ливии (XXXIV, 16, 3) упоминает семь крепостей бергезитанской civitas. Мы не знаем размеров сосинестанской территории. Возможно, экономическое значение Сосинесты было невелико86. Но то, что ее территория занимала какое-то пространство вне городских стен, несомненно. И на этой территории существовала не только общественная земля (ager publicus), но и частная (ager privatus). При этом в надписи оговаривается, что проведение канала через частную землю сосинестаны будут считать законным, только если саллвиенцы заплатят деньги (видимо, сверх того, что они заплатят всей общине при покупке земли) по оценке нейтральных судей.

Ни один источник не упоминает в этом районе частные земли в период завоевания. Это, разумеется, не означает, что их и не существовало. Это говорит только о том, что ни полководцев, ни авторов подобная вещь не занимала. Археологические же данные показывают, что до прихода римлян ни в поселениях, ни в некрополях этого района невозможно выделить более богатые дома или могилы87. Это свидетельствует о том, что в то время не существовало значительного имущественного расслоения. А это косвенно свидетельствует и об отсутствии частной собственности на землю. Поэтому, как кажется, можно считать, что ager privatus появился в иберской среде в результате романизации.

Возможно, результатом романизации явилась и структура имен лиц, защищавших дело саллвиенцев и аллавоненцев: личное имя, патронимик, место происхождения (например, Турибас, сын Тейтабаса, аллавоненец, — Кассий, сын Эйхара, саллвиенец). Ни родовая, ни племенная принадлежность не указывается. Это означает, что в этих общинах территориальный и семейный принцип занял место родового.

Контребийская община имела другой характер. Контребия Белеска, как об этом говорилось в соответствующей главе, была центром поселения нескольких гентилиций. Значение этих родовых объединений было довольно велико: контребийцы именуются не только по своему имени и отцу, но и по гентилиции, причем упоминание гентилиции стоит в genetivus pluralis между личным именем и патронимиком88. Следовательно, Контребия Белеска в большей степени, чем ее неиндоевропейские соседи, сохраняла прежний характер.

Имена, упомянутые в надписи, — местные. Лишь в одном случае можно, хотя и без достаточных оснований, предполагать восстановление римского имени Cassius89. Но и в случае такого восстановления нельзя говорить о гражданском статусе носителя этого имени. В декрете Помпея Страбона три уроженца Илерды носят римские имена (хотя имеют туземные патронимики), но римское гражданство получают только по этому декрету. Так что можно говорить, что все участники разбираемого дела — неграждане.

Язык «Контребийской таблицы» — латинский, и притом довольно хороший, без грамматических ошибок. Используется то написание слов, какое было принято в то время: постоянно пишется ei вместо долгого, а иногда и краткого i, ai вместо ае, а вместо союза cum используется quom. Это свидетельствует о хорошем знании языка и авторами надписи, и тяжущимися сторонами. В то же время язык другой большой надписи из Контребии Белески, предназначенной для внутреннего пользования, — кельтиберский90, а легенды монет и этого города, и соседних, в том числе Саллвии и Аллавона, выполнены иберскими буквами на местных языках91. Следовательно, во II—I вв. до н. э. на этих языках еще говорили. Языки эти принадлежали к разным языковым группам. Саллвиенцы были седетанами, а те — иберами. Аллавон населяли васконы, возможно, предки басков. Языки и тех и других — неиндоевропейские. Неиндоевропейские и имена саллвиенца и аллавоненца в «Контребийской таблице». Белески же были кельтиберами, чей язык относился к кельтским, индоевропейским. Все эти люди, общаясь друг с другом, нуждались в языке межэтнического общения. Таковым и выступил в начале I в. до н. э. латинский язык — язык завоевателей. Внутри же общин еще широко использовались местные языки.

Итак, в 80-х гг. I в. до н. э. у части, по крайней мере, седетанов и васконов место племенной общности заняла городская община, включающая сам город и его сельскую округу. Семейные и локальные связи заняли место родовых. У кельтиберов родоплеменной строй оказал большее сопротивление римским порядкам. У них еще сохранились гентилиции как реальные ячейки общественной жизни. Структура имени показывает, насколько важна была принадлежность человека к такой ячейке.

Под римским влиянием общинные порядки уже начали изменяться. У сосинестанов из общей земли, которая на римский манер именуется ager publicus, выделяется частная (ager privatus), и тем самым социальная структура местной общины приближается к римской, в которой разделение общественной и частной земли играло большую роль. Латинский язык, являвшийся единственным официальным языком западной части Римской державы, уже проник к местным народам, которые использовали его для сношения с римскими властями и для межэтнического общения.

Однако еще сохранилось значительное число местных элементов. Сами общины не имели ни римского, ни латинского права, хотя отдельные люди, как всадники Саллвитанской турмы, уже могли получить гражданство. В самих общинах и, по-видимому, в межобщинных взаимоотношениях сохранялось местное обычное право. Внутри общин жители еще использовали местные языки.

Другая ось романизации — долина Бетиса, бывшая самой богатой и поэтому самой притягательной областью Испании. Римляне и италики начали обосновываться здесь довольно рано. Еще во время войн с карфагенянами Сципион основал Италику, а позже Гракх — Илитурги92. Именно здесь появились первые колонии, созданные римлянами, — Картея (Liv. XLIII, 3, I) и Кордуба (Strabo III, 2, 1). Селились переселенцы, как уже об этом говорилось, и в сельской местности. Эта территория, населенная турдетанами, была завоевана римлянами довольно рано. Восстания Кулхаса и Луксиния, о которых говорилось в предыдущей главе, привело, по-видимому, к разрушению их царств. И после этого мы практически ничего не слышим о турдетанских монархах. Только в 45 г. до н. э. появляется царек Индон (Bel. Hisp. 10), но мы не знаем, где он правил и каковы были пределы его власти. Место царств занимают отдельные города. Уже в 195 г. до н. э. Катон имел дело с городом Туртой (FHA III, р. 189). В начале II в. до н. э. Кармона находилась под властью царя Луксиния (Liv. XXXIII, 21, 6), а в 151 г. до н. э. римский наместник Гальба, потерпев поражение от лузитан, бежал в этот город, и, судя по рассказу Аппиана (Hisp. 58), Кармона подчинялась непосредственно наместнику. В рассказах Аппиана (Hisp. 62; 65; 70) о рейдах Вириата в Турдетанию и соседнюю Бетурию речь идет только об отдельных городах. Во II в. до н. э. города Южной Испании начали чеканить свою монету сначала с местными, а затем и с латинскими легендами, и именно города были «хозяевами» монеты93. Появление латинских легенд говорит и о распространении латинского языка. Гнусавый акцент кордубских поэтов, воспевавших подвиги Метелла в 70-х гг. до н. э., вызвавший насмешки Цицерона (Arch. 10, 26), свидетельствует, что этими поэтами были местные жители.

И на юге появляются первые граждане, такие как гадитане, упомянутые Цицероном (Balb. XVIII, 50—52). В императорское время в Бетике были широко известны Люции Эмилии94, предок которых мог получить римское гражданство от Люция Эмилия Павла, претора Дальней Испании, действовавшего в 90-х гг. II в. до н. э. (Liv. XXXVI, 2,6). С Кальпурнием Пизоном, наместником этой провинции в 154 г. или другим Кальпурнием Пизоном, занимавшим этот пост в 112 г. до н. э., могут быть связаны многочисленные Кальпурнии Бетики95. В 82 г. до н. э. Сулла направил в Испанию Гая Анния. В условиях острого политического противостояния тот, привлекая к себе симпатии местного населения, мог давать гражданство. Так, возможно, появились Апнии, игравшие позже значительную роль в жизни Испании. Правда, судя по описанию Плутарха (Sert. 6), Гай Апний занимал свой пост в Ближней Испании, но распространение этой фамилии в Бетике императорского времени говорит и о распространении гражданского статуса на жителей Дальней Испании96. Не исключено, однако, что появление Апниев в Испании связано с проконсулом Титом Аннием Руфом (или Луском), действовавшим еще в 20-е гг. II в. до н. э.97 Однако, как и в долине Ибера, каждый такой акт был единичным, и ни о каком массовом даровании гражданства местному населению не было речи. Вне немногочисленных колоний и других форм объединения граждан явно господствовало местное право и местные политические и общественные отношения.

В конце II — первой трети I в. до н. э. на востоке и юге Испании происходит значительная перестройка экономической жизни, приведшая к перестройке и социально-политической структуры местного населения. Там, где военные действия давно закончились и наступило умиротворение, хозяйственная жизнь начинает применяться к новым реалиям. Испанское зерно, а затем масло и вино, постепенно завоевывают италийский рынок. Важную роль играет добыча и обработка металлов. Так, например, в I в. до н. э. значительным центром обработки меди, добываемой недалеко от города, становится Мунигуа98. Все это заставляет иберов покидать свои прежние поселения и перебираться туда, где появились возможности и производить столь нужные продукты, и продавать их. Те поселения, которые и ранее располагались в удобных местах, процветают. Наряду с ними создаются новые, и некоторые из них относительно быстро превращаются в значительные торговые центры. Здесь возникают отношения уже не старого, а нового римского типа, в том числе некое подобие римских вилл, хотя их хозяева чаще всего являются не иммигрантами, а туземцами99. В районах, вовлеченных в эти процессы, старые племенные структуры исчезают почти полностью. Этому способствует римская политика. Когда местные общины сдавались римлянам, то чаще всего это оформлялось как полная капитуляция — deditio, что означало полную сдачу на милость победителя100. Иногда победители порабощали побежденных. Однако чаще они сохраняли существующие общины. Но при этом земля, включая территорию города (если он был), официально конфисковывалась, а затем возвращалась теперь уже подданным. Эта земля становилось ager redditus (возвращенная земля), и за это ее прежние владельцы должны были платить римским властям дополнительные подати101. Но этим римляне не ограничивались. Зачастую они проводили кадастр новоприобретенных земель, заново их распределяли в своих интересах, дабы обеспечить административный контроль и лучшую собираемость налогов, совершенно не учитывая ни существующие структуры, ни интересы основной части жителей102. Новое распределение земель происходило и в случае основания римлянами города, независимо от того, создавался ли город на основе уже существующего туземного поселения или строился заново. Так, например, произошло при создании Герунды во второй четверти I в. до н. э.103 Все это вело и к преобразованию территориально-политической системы. Политические события I в. до н. э. убыстрили происходившие изменения.




67 Olesti i Vila О. El origen de las villae romanas en Cataluna // AEArq. 1997. Vol. 70. P. 84.
68 Chapa Brunei Т., Mayoral Herrera V. Explotacion... P. 68-69.
69 Olesti i Vila O. Elorigen... P. 109.
70 Prieto Arciniega A. Espacio social... P. 163—164, 166.
71 Olesti i Vila O. Elorigen... P. 109-113.
72 Beltran Lloris М. El comercio de aceite en el valle del Ebro a finales de la Republica Romana у comienzos del Imperio // Produccion у comercio del aceite en la antiguedad. Madrid, 1980. P. 196-204; Blazquez J. M. Nuevos estudios... P. 36.
73 Montenegro A. La conquista... P. 128-129; Blazquez J. M. Nuevos estudios... P. 39—40.
74 Amela Valverde L. El desarrollo de la clientela pompeyana en Hispania // SHHA. 1989. Vol. VII. P. 110—111.
75 Fatas G. The Tabula Contrebiensis // Antiquity. 1983. Vol. LVII. № 29. P. 13.
76 Richardson J. S. The «Tabula Contrebiensis»: Roman Law in Spain in the Early First Century В. C. // JRS. 1983. Vol. 73. P. 39.
77 Ibid. P. 38. До наместничества в Испании Флакк был городским претором: Munzer F. Valerius 138 // RE. Hbd. 15 A. S. 7-9. Следовательно, он был хорошо знаком с римскими юридическими нормами.
78 Richardson J. S. The «Tabula Contrebiensis»... P. 39.
79 Raldan Hervas J. M. Hispania у el ejercito Romano. Salamanca, 1974. P. 65-158.
80 Caro Baroja J. La escritura de la Espana prerromana // HE. Madrid, 1963. T. 1, 3. P. 731-734; Blazquez J. M. La economia... P. 343-347; Beltran A. Problematica general... P. 202-203; Ripolles Alegre P. P.. La circulacion monetaria... Passim.
81 Roldan Hervas J. M. Hispania... P. 530.
82 Cp.: Perez Almoguerra A. Lascecas... P. 48—50.
83 Fatas C. The Tabula... P. 12.
84 Caro Barojo J. La escritura... P. 733; Ripolles Alegre P. P. La circulacion monetaria... P. 102, 117, 441.
85 Саrо Baroja J. La escritura... P. 742.
86 Fatas С. The Tabula... P. 13.
87 Beltran F. Problematica general... P. 199-201.
88 Это полностью соответствует правилам кельтской и кельтиберской ономастики: Faust М. Tradicion linguistica у estructura social: el caso de las gentilitates // Actas del II coloquio sobre lenguas у culturas prerromanas. Salamanca, 1979. P. 447-451.
89 Fatos С. El bronce de Contrebia // Bajo Aragon. Prehistoria II. Zaragoza, 1980. P. 59.
90 Lejeune M. La grande inscription... P. 622-647; Hoz J. M., Michelena L. La inscripcion celtiberica de Botorrita. Salamanca, 1974. Passim.
91 Caro Baroja J. La escritura... P. 732-733; Lejeune M. La grande inscription... P. 622-647.
92 Galsterer Н. Untersuchungen... S. 13.
93 Vives A. La moneda Hispanica. Т. III. Passim.
94 Castillo С. Prosopographia Baetica. P. 11-13, 383.
95 Ibid. P. 388.
96 Ibid. P. 18-23, 384.
97 Gonzalez Roman C. La onomastica del «Corpus» cesariano у la sociedad de la Hispania meridional // SHHA. 1986-1987. Vol. IV-V. P. 68.
98 Schattner O., Ovejero Zappino G., Perez Macias A. Zur Metallgewinnung von Munigua // MM. 2004. Bd. 45. S. 369.
99 Perez Almoguerra A. Las cecas... P. 50; Olesti Vila O. El origen... P. 85-87.
100 Бартошек M. Римское право. С. 102.
101 Prieto Arciniega A. Espacio social... P. 158.
102 Ibid. P. 166-167.
103 Plana R., Реnа J. Ampuries: cuestiones agraricas у juridicas de finales de la republica // SHHA. 1995-1996. Vol. 13-14. P. 95.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Карен Юзбашян.
Армянские государства эпохи Багратидов и Византия IX-XI вв.

И. М. Дьяконов.
Архаические мифы Востока и Запада

Дэвид Лэнг.
Армяне. Народ-созидатель

Р. Шартран, К.Дюрам, М.Харрисон, И. Хит.
Викинги - мореплаватели, пираты и воины
e-mail: historylib@yandex.ru
X