Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Ю. Б. Циркин.   История Древней Испании

Тартессии-иберы

Как уже говорилось, Тартессийская держава распалась под ударам карфагенян. Но государство тартессиев сохранилось. Античные авторы неоднократно упоминают тартессиев, противопоставляя их иберам. Так, Псевдо-Скимн (198—200) говорит о тартесиях и сразу же после ню об иберах. Диодор (XXV, 10), рассказывая о походе Гамилькара, говорит, что тот воевал с тартессиями и иберами. Полибий (III, 33, 9) упоминая среди испанских народов, чьих воинов Ганнибал перевел в Африку, терситов, т. е. тех же тартессиев1. Силий Италик (III, 391—405) выделяет «владения Аргантониевых внуков». Ливии (XXIII, 26) сообщает о восстании тартессиев против карфагенян. После этого восстания тартессии исчезают из источников, и речь уже идет о турдетанах и более мелких царствах, существующих на тартессийской территории. Вероятно, только во время решающей схватки с Римом, когда карфагеняне не решили оставлять в своем тылу столь беспокойного подданного, Тартессида как политическое целое была окончательно ликвидирована, и на ее мест( возникли более мелкие образования.

Вернемся к Тартессиде V—III вв. до н. э. Упоминание Силием Италиком городов, подчиненных «Аргантониевым внукам», дает представление о ее территории. Все перечисленные поэтом города находятся в долине Бетиса и на крайнем южном выступе Пиренейского полуострова. Эта территория и в римское время отличалась известной индивидуальностью. По словам Страбона (III, 1, 6), ее жители имели иной, чем у остальных иберов, язык и письменность, свои исторические сочинения законы, составленные в стихах. Вплоть до середины I в. до н. э. здесь сильнее, чем в других местах, ощущалось финикийское влияние. Культура этого района отличалась большей простотой и сохранением старых традиций, идущих от времени существования Тартессийской державы2. Обычно эту культуру отличают от ориентализирующей тартессийской и называют турдетанской.

При сравнении территории «второй» Тартессиды с границами Тартессийской державы видно, что тартессии утеряли не только власть над другими народами Южной Испании, но и западную часть собственных земель, включая Онубский район. Это не могло не сказаться на экономической базе тартессийского государства в V—III вв. до н. э. Долина Бетиса отличалась необыкновенным сельскохозяйственным богатством, а омывающие Турдетанию воды обилием рыбы (Strabo III, 2, 4—7). Именно разработка этих богатств и стала основой процветания турдетанов и их предшественников — тартессиев. Отголоском их богатств явились слухи, что карфагеняне застали там серебряные бочки для вина и кормушки для скота (Strabo III, 2, 14). Серебро не исчезло из жизни тартесиев (ср.: Strabo III, 2, 8), но его стало меньше. Даже в центрах, оставшихся в составе Тартессиды, выплавка его сократилась. Так что первенствующую роль теперь играет именно сельское хозяйство, в котором преобладающее место занимают выращивание зерна и оливы, изготовление оливкового масла и скотоводство3.

О формах сельскохозяйственного производства сведений нет. Однако о разработке рудников и обработке металла кое-что известно. Диодор (V, 36, 3) говорит о разработке южноиспанских рудников до прихода римлян частными лицами. Возможно, часть добытой руды обрабатывали на месте, как это было и раньше. Но часть, несомненно, перевозили в более крупные центры. Таким центром в средней долине Бетиса была Кордуба, где раскопки обнаружили следы металлургии, хотя и в меньшем масштабе, чем в предыдущую эпоху. Они же показали, что отдельных мастерских в Кордубе не было и что металлургия по-прежнему носила домашний характер4. При значительных находках местной керамики археологи пока не нашли гончарных мастерских; видимо, и гончарное ремесло было домашним.
Карта 1. Народы, населявшие Пиренейский полуостров в III в. до н. э.
Карта 1. Народы, населявшие Пиренейский полуостров в III в. до н. э.

Археологические исследования показали, что местные культуры являются органическим продолжением предшествующих5. Следовательно, то тартессийское государство, которое в V—III вв. до н. э. существовало на юге Испании, является прямым продолжением Тартессийской державы, но в резко уменьшенном размере.

Основной ячейкой этого государства были города. Силий Италик (III, 391—405) называет шесть городов. Если отбросить Кастулон6, то это Кордуба, Гиспалис, Набрисса, Гаста и Картея. Есть сведения и о других городах. Видимо, в Тартессиде и в это время существовала иерархия городов, и отмеченные Силием выступают в качестве глав целых округов, в пределах которых располагались подчиненные поселения.

Один из этих городов — Гаста — в римское время имел определение «Царская» (Regia) (Plin. III, 11). Некоторые исследователи даже считали ее искомым городом Тартессом7. Если это и не так (раскопки это предположение никак не подтвердили), то во всяком случае это был древний город, служивший, вероятно, резиденцией местного правителя8. Расположенная на невысоком холме над восточной оконечностью поймы нижнего Бетиса, Гаста возникла еще в конце неолита. В IV—II вв. до н. э. этот город был значительным торговым центром9. О богатстве Гасты говорит клад богатейших вещей VI—III вв. до н. э., найденный в ее окрестностях10.

Гаста владела городской областью (ager Astensis), которую упоминает Ливии (XXXIX, 21). Эта область была довольно значительна, если Ласкута (Ласкутская башня), где в 189 г. до н. э. находились гастийские рабы, располагалась в ее пределах, поскольку лежал она довольно далеко от Гасты (ср.: Plin. III, 11; 15)11. Во время римского завоевания Гаста оказала упорное сопротивление, так что римский полководец Эмилий Павел пошел на освобождение рабов, чтобы нанести ущерб сопротивляющимся12, а несколько позже под ее стенами пал римский претор (Liv. XXXIX, 21).

Значительным городом была также Кордуба, расположенная на пересечении сухопутных дорог и реки. Она была важным центром земледелия, скотоводства и выплавки меди, которую доставляли из недалеких рудников13. Другим значительным центром был Гиспалис, до которого по Бетису могли подниматься морские суда14. В окрестностях этого города отмечается необыкновенная плотность археологических местонахождений, слои которых датируются начиная от II тыс. до н. э. и до римского времени15.

Раскопки в современной Лебрихе, которая, вероятнее всего, совпадает с древней Набриссой, показали, что речь идет о довольно старинном городе, существовавшем в течение всего I тыс. до н. э.16 По Плинию (III, 11), Набрисса прозывалась еще и Венерией. Эта Венера — местное женское божество плодородия, чей культ был широко распространен на юге Испании и чьи изображения довольно часто там находят17. Видимо, Набрисса была значительным центром почитания этой богини, отождествленной римлянами с Венерой.

Несомненно, до римлян существовала и Картея, рядом с которой и возник пунический город, о котором шла речь в V главе. Косвенные соображения позволяют говорить о значительности и древности тартессийской Картеи18. Предполагали, что именно здесь находился таинственный Тартесс (Plin. III, 7; Арр. Hisp. 63). Это мнение ошибочно, но возникнуть оно могло потому, что сама Картея была известна своим богатством и древностью19. Местоположение города было очень удобным, хорошо подходило для стоянки судов, и недаром в 206 г. до н. э. Картея была базой римского флота (Liv. XXVIII, 30—31), а позже значительным рыболовецким центром (Strabo III, 2, 7; Plin. IX, 89; XXXI, 94). Едва ли случайно, что именно сюда римляне вывели первую латинскую колонию в Испании (Liv. XLIII, 3).

Таким образом, есть все основания считать города, названные Силием Италиком, древними и игравшими значительную роль на юге Испании. Они являлись важными экономическими либо религиозными центрами, восходящими ко времени существования Тартессийской державы. Поэтому естественно, что они являются и основными ячейками «новой» Тартессиды.

Однако, как говорилось выше, здесь имелись и другие города, в том числе Турта (FHA III, р. 189), которую А. Шультен даже считал столицей турдетанов20. Плутарх (Ает. 4) приписывает Л. Эмилию Павлу мирное подчинение 250 городов. Эта явно преувеличенная цифра дает все же представление об относительной многочисленности городов Турдетании. Их наличие подтверждает и археология21. Эти города, видимо, подчинялись тем, которые упомянул Силий Италик.

В долине Бетиса и окружающих районах строились также укрепления башенного типа, охранявшие важнейшие торговые пути и самые богатые земледельческие территории (Liv. XXII, 19, 6)22. В древности сооружение этих укреплений приписывалось Ганнибалу (Plin. II, 181), несовременные исследования показали, что они относятся обычно к 400—200 гг. до н. э. Вероятно, таким укреплением была Ласкутская башня (turns Lascutana), упомянутая в древнейшей латинской надписи, найденной в Испании (CIL II, 5041), датируемой 189 г. до н. э. Эта надпись содержит декрет Эмилия Павла, согласно которому рабы гастийцев, находившиеся в этой башне, объявлялись свободными, а город и поле, которыми в это время завладели, отныне могли иметь в своем распоряжении, пока этого хочет народ и сенат римский.

Анализируя этот декрет, некоторые исследователи пришли к выводу, что речь идет о форме коллективного рабства, подобного илотии, и что остальные «башни» были населены людьми, подчиненными горожанам других, более значительных городов23. Высказывалось также предположение, что речь идет об особых формах зависимости, свойственных Карфагену и распространенных в зоне карфагенского влияния на юге Испании24. Но более правильной представляется другая интерпретация. В результате какого-то события, возможно восстания, рабы гастийцев (отдельных граждан, а не всей общины) собрались в Ласкутской башне, захватив ее, а римский полководец, воевавший с Гастой, утвердил их во владении городом и землей. Если бы находившиеся там рабы законно владели городом и землей, надобности в утверждении не было бы. Аналогию, как кажется, представляет договор римлян с Вириатом (Арр. Hisp. 69): лузитанам предоставляется земля, которой они в ходе войны завладели к моменту заключения договора. В тексте декрета Павла прямо говорится не только о городе и земле, но и об освобождении самих рабов. Из декрета видно, что все уступки были обусловлены волей Рима и могли быть в любое время взяты назад. Это, думается, свидетельствует о том, что речь идет не о закреплении за рабами города и земли, а о поднятии статуса рабов и о передаче им того, чем они в то время завладели (еа tempestate posidissent). И одно косвенное соображение: Ласкутская башня, как и другие подобные, явно была довольно сильной крепостью, и трудно представить, что такие башни были в то время рабскими поселениями, ибо в таком случае они постоянно представляли бы угрозу для господ. Поэтому думается, что в Южной Испании нет следов «коммунального рабства» (что, разумеется, не означает априорно, что такового и не было).

Раскопки показывают, что среди населения Южной Испании выделяются три группы: знать, простой народ и зависимые люди25. В соответствующей главе говорилось о подобном делении тартессийского общества. Страбон (III, 1, 6) говорит о существовании у турдетанов древних законов. Их сохранение свидетельствует и о сохранении старых социальных порядков, включая наличие «плебса» и исполнителей «рабских служб». «Плебеи» были, по-видимому, основными производителями, занимавшимися земледелием, скотоводством, домашним ремеслом26. Кем были те «частные лица», которые, по Диодору, разрабатывали рудники, мы не знаем. Автор называет их «удачливыми». Едва ли это аристократы. Вероятнее, какая-то часть «плебса» сумела пробиться в ряды владельцев рудников. Все же само по себе существование аристократии сомнений не вызывает. Возможно, выделилась уже и жреческая знать, судя по скульптурам жрецов и жриц27.

Сохранение старых законов показывает, что сохранился и старый политический строй, т. е. монархия. Если принять слова Силлия Италика об «Аргантониевых внуках» буквально, то можно считать, что сохранилась и старая династия. Однако в этом вопросе мы встречаемся с большими трудностями. Араврик и Форкис, возглавлявшие, по словам Силия Италика (III, 402—403), тартессийское войско, — не цари, а «вожди» (duces). Имя Араврик — кельтское. «Полководцем кельтов» назван Истолатий, возглавивший борьбу тартессиев с Гамилькаром (Diod. XXV, 10). Хальба, вставшего во главе последнего восстания тартессиев, Ливии (XXIII, 26, 6) называет «знатным вождем тартессиев» (nobilis dux Tartessiorum). Цари появляются на этой территории только после окончательного уничтожения Тартессиды.

Такое обстоятельство можно объяснить следующим предположением. Тартессийское государство и после его сокращения и подчинения карфагенянам представляло собой сложное политическое образование, и царь не выступал лично в роли командующего, поручая это другому лицу. Таким лицом мог быть предводитель наемников. Ливии (XXXIV, 17) говорит, что турдетаны считались самыми невоинственными среди испанцев. В целом это мнение не соответствует действительности, ибо известно о трудной борьбе римлян в Турдетании. Но оно могло возникнуть из-за активного использовании турдентами наемников. Такими наемниками могли быть и кельты (Diod. XXV, 10), и кельтиберы (Liv. XXXIV, 17).

После окончательной гибели Тартессиды на ее территории возникло несколько сравнительно небольших царств. Их политическая структура упростилась, и теперь цари стали брать на себя и функции военачальников. Таким царем был Кулхас, или Колихант, как его называет Полибий (XXI, 11, 13), властвовавший в 206 г. до н. э. над 28 городами (Liv. XXVIII, 13, 3), а в 197 - над 17 (Liv. XXXIII, 21, 6). Его владения находились где-то в Турдетании, вероятнее всего — в долине Бетиса. Царство другого царя — Луксиния — располагалось в средней части этой долины: ему принадлежали города Кармона и Бардон (Liv. XXXIII, 21,6). В Южной Испании локализуются владения Аттена (Liv. XXVIII, 15, 4) и Коррибилона, господствовавшего над городом Ликабром (Liv. XXXV, 22, 5)28. Эти царства были не очень мелкими, хотя и уступали Тартессиде даже в ее уменьшенном размере. Под властью Кулхаса и Луксиния был не один город. Коррибилона Ливии называет «славным царем» (nobilis гех), а про Аттена говорит, что он перешел к римлянам с большим количеством воинов.

Эти государства возникли в сложных условиях II Пунической войны. Полибий (XXI, 11, 3) приводит Колиханта (Кулхаса) наряду с илергетом Индибилом и нумидийцем Масиниссой в качестве примера незначительных и случайных властителей (династов), ставших царями. Масинисса утвердился в Нумидии с помощью Сципиона. Тесно был связан со Сципионом и Индибил. Видимо, с помощью того же Сципиона смог укрепить свое положение и Кулхас. Кельтские имена Кулхаса и Луксиния позволяют предположить, что оба они могли быть сначала предводителями наемников29. Если это так, то такое обстоятельство проливает некоторый свет на образование новых государств на территории окончательно распавшейся Тартессиды. В ряде случаев (видимо, именно так произошло с Кулхасом и Луксинием) предводители наемных отрядов захватывали власть в тех или иных местах, а затем, балансируя между воюющими державами, расширяли ее. Когда же война между Карфагеном и Римом кончилась и римляне перестали быть заинтересованными в поддержке местных царьков, они начали их притеснять. Недаром после изгнания карфагенян из Испании они отняли у Кулхаса 11 городов.

Под властью царей находились города, которые, может быть, оставались основными ячейками и этих более мелких государств. О роли городов в военных действиях II Пунической войны нет сведений. Так, около Кармоны произошло большое сражение, но из описания Аппиана (Hisp. 25, 27) не видно, чтобы кармонцы и фал и в нем какую-либо роль. И позже, когда та же Кармона участвовала в восстании против римлян, она выступала не как самостоятельная единица, а как город под властью царя Луксиния (Liv. XXXIII, 21, 6). Видимо, самостоятельного значения эти города не имели.

Цари же активно участвовали в событиях. Ливии (XXVIII, 13, 3) пишет, что Кулхас обещал Сципиону (по-видимому, в обмен на помощь в укреплении своей власти) всадников и пехотинцев. Римский автор использует слово conscripturus. Это говорит о насильственном наборе подданных Кулхаса в его армию, что свидетельствует о значительной власти царя. Армия Кулхаса насчитывала 3000 пехотинцев и 500 всадников. Насколько эта сила была значительной в тогдашних масштабах Южной Испании, не известно. Диодор (XXV, 10) говорит, что Гамилькар после убийства Истолатия, его брата и «всех других» оставшиеся три тысячи воинов включил в свою армию. Значит, тартессийское войско было больше армии Кулхаса, но в какой степени, мы не знаем.

После полной гибели Тартессиды появились, по-видимому, и города, не подчиняющиеся царям. Таков был, как кажется, случай Гасты. В своей борьбе против римлян город выступал как самостоятельная единица и, следовательно, не входил ни в какое более обширное государство. Гаста, как уже отмечалось, вероятно, имела собственного правителя, почему и получила прозвище «Царская».

Карфагеняне без нужды не вмешивались во внутренние дела подчиненных им государств и племен30. Римляне же вскоре после изгнания карфагенян приступили к реальному покорению страны. Территория бывшей Тартессиды была инкорпорирована в провинцию Дальняя Испания.




1 Garcia Moreno L. A. Turdetanos, lurdulos у tartessios // Anejos de Gerion. II, 1989 P. 292.
2 Garcia у Bellido A. Les religions... P. S, 147; Raddatz К. Die Schatzfunde der Iberischen Halbinsel. Berlin, 1969. S. 118-119; Vivos A. La moneda hispanica. T. III. P. 34-37; Sola-Sole J. M. Miscelanea... P. 33-48; Jordd F., Blazquez J. M. Historia de Arte hispanico. Madrid, 1978. Т. I. P. 289-309; Blazquez J. M. Los turdetanos у la culture de la Andalucia occidental prerromana // HE. T. 2. P. 255-268; Riiiz A. Ciudad y territorio... P. 9; Perina Sieso J. La ceramica iberica de la cuenca de Guadalquivir II // Trabajos de Prehistoria. 1989. T. 46. P. 152-156.
3 Marcos Pons A. Localizacion у conocimiento de la Cordoba prerromana // Ampurias. 1976-1978. T. 38-40. P. 420; Rodriguez Neila J. M. Historiade Cordoba. P. 178-180; Blazquez J. M. Los turdetanos... P. 242-245.
4 Marcos Pons A. Localizaci6n... P. 420-421.
5 Pellicer Catalan М. Problematica general de los inicios de la iberizacion en Andalucia Occidental // Ampurias. 1976-1978. T. 38-40. P. 11-21.
6 Кастулон был городом не турдетанов, аоретанов: Blazquez J. М. Castulo I. Madrid, 1975. P. 12-20. Возможно, что указание поэта ошибочно или что в смутный период накануне II Пунической войны тартессии действительно на какое-то время установили свое господство над Кастулоном.
7 Esteve Guerrero М. Asta Regia: unaciudad tartesica // Tartessos. P. 111.
8 Mommsen T. Bemerkungen zum Dekret des Paulus // Hermes. Bd. III. 1869. S. 265.
9 Esteve Guerrero M. Asta Regia... P. 114—118; Pellicer Catalan M. Siedlungsplatze in der orientalisierenden Epoche am Unteren Guadalquivir// Hamburger Beitrage zur Archaologie. 1981. Bd. VIII. S. 37-39, 44-45.
10 Pellicer Catalan M. Siedlungsplatze... S. 44.
11 Правда, проблема идентичности города Ласкуты и Ласкутской башни еше не решена окончательно, и есть сторонники различия этих двух пунктов: Garcia Moreno L. A. Sobre el decrteto de Pablo Emilio у la "Turris Lascutana" // Epigrafia hispanica de epoca romano-republicana. P. 204.
12 Мишулин А. В. К интерпретации надписи Эмилия Павла // Известия АН СССР. Серия истории и философии. 1946. № 4. С. 346—348.
13 Marcos Pons A. Localizacion... P. 418-422; Knapp R. С. Roman Cordoba. Berkeley; Los Angeles; London, 1983. P. 4-8; Rodriguez Neila J. F. Historia de Cordoba. P. 166-169, 178-184.
14 Schulten A. Hispalis // RE. Hbd. 16. Sp. 1964.
15 Pellicer Catalan V. Siedlungsplatze... S. 49-51.
16 Ibid. S. 47-48.
17 Blazquez J. M. Religiones prerromanas. P. 140-144.
18 Ср.: Woods D. E. Carteia and Tartessos // Tartessos. P. 252-256.
19 Это соображение не позволяет отождествить полностью туземный и пунический города, и оно может говорить о сосуществовании двух поселений рядом друг с другом. Это, конечно, лишь гипотеза, и дальнейшие исследования смогут либо подтвердить, либо опровергнуть ее. Косвенно же ее подтверждает то, что Силий Италик называет Картою среди городов, над которыми властвовали «Аргантониевы внуки».
20 FHA III. P. 190.
21 Rodriguez Neila J. F. Historia de C6rdoba. P. 169.
22 Presedo F. Organizaci6n politica у social de los iberos // Historia de Espana antigua. Т. I. P. 188; Ruiz Rodriguez A. Las clases dominantes en la formacioon social iberica del Sur de la Peninsula Iberica // Memories de historia antigua. 1977. Т. I. P. 143; Mangas J. Servidumbre comunitaria de la Betica prerromana // ibid. P. 156; Lacort Navarro P. F. Cercales en Hispania Ulterior silos de epoca ibero-romana en la Campina de Cordoba // Habis. 1985. № 16. P. 376; Rodriguez Neila J. F. Historia de Cordoba. P. 169-172.
23 Мишулин А. В. Античная Испания. С. 220. Mangas J. Servidumbre... P. 156—158.
24 Garcia Moreno L. A. Sobre el decreto... P. 214-217.
25 Presedo F. Pueblos ibericos // Historia de Espana antigua. Т. I. P. 163-166.
26 Ruiz Rodriguez A., Molina Molinos M. Algunas considerations para la reconstruction de las relaciones sociales en los sectores dominanates de la production economica ibera (agriculture у mineria) // Memories de historia antigua. 1979. Т. III. P. 150-153.
27 Jorda F., Blazquez J. М. Historiade Arte... P. 304-305; Presedo F. El arte iberico // Historia de Espana antigua. Т. I. P. 260-262.
28 Presedo F. Organizacion... P. 185-186.
29 Garcia Moreno L. A. Hispaniae tumultus // Polis. 1989. № I. P. 88.
30 Gsell S. Histoire ancienne... Т. II. Р. 38.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Р. И. Рубинштейн.
У стен Тейшебаини

Дэвид Лэнг.
Армяне. Народ-созидатель

под ред. Анджелы Черинотти.
Кельты: первые европейцы

Р. Шартран, К.Дюрам, М.Харрисон, И. Хит.
Викинги - мореплаватели, пираты и воины

Дэвид Лэнг.
Грузины. Хранители святынь
e-mail: historylib@yandex.ru
X