Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

А. А. Сванидзе.   Средневековый город и рынок в Швеции XIII-XV веков

3. Рыночные связи монастырских и церковных хозяйств

Монастыри чаще всего размещались на территории городов или в пригородах1334. Там же располагались соборы с их капитулами, особенно многочисленными и богатыми в епископских и архиепископских резиденциях1335. Церковно-монастырские учреждения активно участвовали в формировании топографии, демографического состава и хозяйственной жизни городов. Соответственно города являлись центрами хозяйственной и административной жизни монастырей и соборов.

В первой половине XIV в., когда в Европе монашеские ордена стали приходить в упадок, в Швеции они достигли расцвета, что выразилось в основании и расширении ряда монастырей, соборов и т. д. К XV в. церкви, монастыри, священнослужители располагали до 1/5 освоенной шведской территории1336, т. е. обладали огромными материальными ресурсами.

Хозяйственная структура монастыря полнее всего отражена в документах смешанного монастыря в Вадстене (принадлежал к духовному ордену биргиттинцев – разновидность цистерцианского), наиболее многолюдного, богатого и привилегированного. Монастырь был основан в 1346 г., первых монахов и монахинь принял в 1384 г., а в XV в. их число достигало 60-80 чел.1337

Путем покупки у обедневших владельцев1338, обмена, конфискации за долги, а также пожалований и вкладов1339 монастырь собрал множество дворов, пашен, рудоносных участков, лугов, мельниц, пушных и рыбных ловель в Сёдерманланде, Упланде, Вестманланде, Эстер- и Вестерйётланде, Смоланде, Нэрке, Вермланде, на Эланде. Все эти владения, ежегодные поступления с них, все прочие доходы, равно как и расходы монастыря в XV в., зафиксированы в его земельных книгах, хозяйственных инструкциях и отчетах, дипломах и т. д.

Владения и доходы монастыря можно подразделить на несколько главных частей, или источников. Первый – недвижимость, розданная в держания, с которой монастырь получал деньги и продукты (ячмень, рожь, пшеница, коровье масло, сыр, мед, пиво, лен, пенька, железо, древесный уголь, домотканый холст, вадмаль, рыбу, мех, шкуры); ренту с рыбных промыслов брали обычно деньгами. В числе владений монастыря была недвижимость в Вадстене, Сёдерчёпинге и других городах: лавка, бани, земли, мельницы, а также пригородные луга, пашни, огороды, которые держали горожане; рента с этих владений была альтернативной1340. Собрав оброк, особые должностные лица свозили его в специальные сборные пункты и на склады в города Йёнчёпинг, Сёдерчёпинг, Эребру, Кальмер, Хьё, Стокгольм и поселение Хуннеберг около Линчёпинга. Чаще всего склады были профилированы по виду поступлений, преобладавшему в данной области1341.

Монастырь имел и собственное хозяйство, которое он стремился укрепить и расширить: резиденцию на территории Вадстены и пригорода, еще три меньших хозяйства неподалеку и одно – на западном берегу оз. Веттерн; каждое из них соответствовало 5-8 участкам держателей в тех же районах1342. На домене сеяли зерновые, держали крупный молочный скот, лошадей, коз, овец, свиней, гусей, уток, выращивали лен и коноплю, варили мед, пиво, водку, делали масло и сыр, растили сады, держали пчел и т. д.1343 Судя по некоторым данным, там разводили (специально для вывоза в Германию?) породистых лошадей1344. В доменах работали поденщики, а также наемная прислуга и ремесленники: плотник, сапожники, кузнец и их подмастерья, пекарь, пивовар, изготовитель (сладкого?) теста, рыбак, возчик, садовник и привратник1345. Там применялся и барщинный труд держателей ближайших земель (18 дней в год). Третьим видом поступлений монастыря были сеньориальные доходы от Вадстены и ее области: земельная подать1346 и с начала XV в. – штрафы1347.

Наконец, монастырь имел регулярные ежегодные доходы как специфическое церковное учреждение. Они поступали к нему со всей страны: вклады, завещания, дарения частных лиц – недвижимость, монеты, золото, серебро и изделия из них, скот, одежда, сукно, котлы и др., а также деньги с населения каждого епископства "в честь св. Марии". "Белое" духовенство имело также ежегодные поступления в виде отчислений 2/9 или 1/3 от папской десятины; полученные суммы должны были "поровну" делиться между епископом, приходской церковью и бедными; с XIV в. епископы стали забирать часть милостыни на содержание госпиталей1348.

При несомненном сходстве с крупным светским хозяйством того же времени крупное монастырское хозяйство отличалось от него тремя главными моментами: наличием домена с применением отработок держателей; значительными поступлениями движимого имущества извне, со всей страны; сильными сеньориальными позициями в городах. Так, Вадстена к XV в. уже была чёпстадом; между тем монастырь имел там фискальные и отчасти судебные права, получал с горожан ренту и, судя по хартии 1400 г., даже взимал с них барщину в размере 12 дней с каждого полного надела ежегодно1349.

Хотя монастырь получал много разнообразных продуктов и дома же их обрабатывал, кое-что ему приходилось подкупать. Его агенты ездили по стране "для того, чтобы купить скот и прочее" для нужд монастыря. Кроме того, монастырь приобретал парчу и полотно для церковного облачения, мех и кожи, белое и красное вино, ладан1350. В списке годичных расходов на нужды монастыря также от середины XV в. значатся до 26 фунтов пряностей, корзина винных ягод, воск, ладан, стопа бумаги, 1½ бочки церковного вина1351. Возможно, покупными были 7 шп финских щук, 2 лэста сконской сельди, 0,5 лэста соленого североботнического лосося1352.

Интересно сравнить материал о расходах Вадстеновского монастыря с записью расходов Скуклостер в 1302 г., когда монастырь потратил: на приобретение рыбы (сельдь, салака и высшие сорта) – 40 мк, одежду из вадмаля и сукна – 20 мк, мех "для сестер" – 20 мк, хмель и благовония – 40 мк, и 60 мк – на оплату (mercenariis) кузнеца, портного, сапожника и служанок (ancillis)1353. Получается, что в течение XIV-XV вв. структура расходной статьи монастырских бюджетов почти не изменилась. В частности, монастыри по-прежнему не используют внутри хозяйства профессиональные качества своих держателей-ремесленников, предпочитая брать с них ренту, как с бондов, одновременно нанимая ремесленников со стороны либо покупая их готовые изделия1354. Но общая коммерческая активность монастырей возрастала. Расширяя свои владения, монастыри стремились приблизить их к городам и внедриться в городское землевладение1355, что, помимо прочего, объяснялось их интересом вопреки церковной прецепции1356 к торгово-предпринимательской деятельности. Эта тенденция была и в XIV в.1357, но в течение XV в. стала особенно очевидной.

Так, Вадстеновский монастырь поставил в Вадстене, на своей земле, прилегающей к рыночной площади, множество лавок. Бюргеры горько сетовали, что монастырские лавки перекрыли проходы к их собственным мастерским и лавкам: ведь только на северной стороне Стурагатап, ведущей к торгу, не менее 40 лавок монастыря. Горожане вынуждены были арендовать у него эти помещения под лавки и мастерские, платя по 2-7 мк ежегодно. Монастырь имел своих агентов, поставщиков и покупателей также в эстйётских городах, в первую очередь Шеннинге и Линчёпинге. Он вступал и в непосредственные торговые связи с зарубежными странами. Во всяком случае в формуле ежегодного отчета аббатисы от 1444 г. говорится о тех продуктах, которые "в Германию были посланы или привезены сюда в течение года"1358.

Упсальский собор во главе с архиепископом Йенсом (Геренссоном) в середине XV в. держал свои лавки "на четырех углах городского моста" в Упсале, соединяющего собор и рынок; перегородив мост таким образом, что городские лавки оказались отрезанными, соборные власти вынуждали горожан покупать только в лавках, принадлежащих собору1359. Предшественник Йенса архиепископом Хенрик вел значительную торговлю с ганзейскими купцами через одного немецкого родмана в Стокгольме в качестве комиссионера. В привилегиях Упсале от 26 января 1499 г., содержащих запрет разного рода "незаконной торговли", в числе нарушителей упоминаются и люди служителей церкви1360. В конце XV в. упсальский собор регулярно закупал в городах соль различных сортов, живой скот и другие товары, занимался продажей металла1361.

Монастырь в городке Нодендаль ("филиал" Вадстеновского) в 1448 г. добился королевского разрешения открыть в городе рынок, по-видимому, на условиях беспошлинной торговли там монастыря и епископа1362.

Вестеросский епископ, который владел большими долями в рудниках Далекарлии, в 1427, 1430 и 1440-х годах одалживал деньги под залог земли и плавилен, которые во многих случаях переходили в его собственность; он продолжал скупать рудоносные участки и наживался на плате за воду (которая была необходима для промывки и выплавки руды), поскольку был собственником ряда водных путей в области Даларна1363. Большую часть полученной меди вестеросский архиепископ продавал через ганзейских купцов или обменивал на недвижимость или рудники в Даларна1364. Другие церковные учреждения приобретали доли в рудниках и плавильнях, скупая их, беря в залог на разных условиях1365, получая пожалования1366 и т. д. Металл, получаемый церковью в рудниках в качестве ренты, земельного налога, штрафов, доходов от долей в шахтах и плавильнях и т. д., мало использовался в самих церковных хозяйствах1367 и в основном шел на продажу.

Монастыри были потребителями товаров городского ремесла: ювелирного, строительного, мебельного, стекольно-витражного, оловянного, портновского и т. д. Но многое они делали в своем хозяйстве силами братии либо наемных мастеров, достигнув большого искусства, в частности, в ткацком деле, вышивке, винокурении и др.1368 Некоторые ремесла развивались преимущественно в монастырях: это изготовление пергамента1369 и книжное дело. Последним славился особенно Вадстеновский монастырь, где работал известный мастер Петрус Иоханнес Штекаре (умер в 1405 г.); известны и мастерские в Упсале и Стокгольме. Книжным делом, особенно иллюстрацией книг, чаще всего занимались монахи немецкого происхождения. Монастыри стали затем и первыми центрами шведского книгопечатания. Хотя большинство печатных книг поступало в Швецию из Германии, в Швеции были свои типографии, сосредоточенные по преимуществу в монастырях. Печатные прессы имелись в монастырях Вадстены и Мариефреда1370.

Несмотря на очевидную активизацию коммерческой деятельности церковно-монастырские хозяйства втягивались в товарно-денежные отношения медленнее и слабее, чем хозяйства светские; их торговля в большей мере имела потребительский характер, их торговые привилегии сильнее задевали бюргеров. Большая замкнутость церковно-монастырских хозяйств объяснялась, видимо, притоком к ним денег и потребительных стоимостей от всего населения страны (не говоря уже об освобождении от налогов и естнинга)1371. О размерах вкладов и пожертвований и о той роли, которую они играли для того же Вадстеновского монастыря, дает его финансовый отчет за 1539 г. (в это время, после редукции монастырских земель, доходы монастыря складывались в основном из этих вкладов и пожертвований), составленный еще по форме 1444 г.1372 В течение того года монастырь получил 322½ мк в качестве вкладов; свыше 258½ мк по завещаниям; свыше 204 мк на мессы, в подарок к праздникам и по разным иным поводам. Вместе с остатком прихода предыдущего года (29½ мк) это составило весьма значительную сумму в 842 мк 7½ эре. Кроме того, монастырь получил несколько драгоценных вещей, два золотых венгерских гульдена и 45½ лота весового серебра. На эти средства он купил продукты питания, оплатил труд постоянных прислужников и отдельные услуги, а 10 мк с лишним перевел в баланс следующего года.

Очевидно, до редукции 1527 г., когда монастыри и церкви еще владели всей своей огромной недвижимостью и получали церковную десятину, у них скапливались весьма значительные средства1373. Это позволяло монастырям и крупным служителям церкви выступать в роли ростовщиков, и дипломы от XIV и XV вв. свидетельствуют об этом. Среди должников монастырей – люди всех сословий и состояний, от бондов и горожан до ярлов, регентов, королей. Во всех дипломах речь идет о закладе недвижимости – земли, мельниц и т. п. – или доходов с них1374, и совершенно ясно, что таким путем церковь расширяла свои владения.

Но хотя церковные хозяйства были независимей от рынка, чем хозяйства светские, они обнаружили все те же общие тенденции: концентрация земельной собственности, использование для этого, в частности, резервов товарного обращения, расширение оброчной системы.



1334 В Стокгольме и Висбю находилось по три монастыря, еще в четырех городах – по два, в 18 – по одному. Лишь 10 монастырей размещались в сельской местности, но близ городов.
1335 В Упсале, например, был дом и три участка земли архиепископа, дома соборного капитула (пасторов, декана, архидьякона и др.), церковная школа, библиотека, госпиталь с капеллой, книжная мастерская (позднее типография) и т. д.
1336 Hojer Т. Studier, s. 25.
1337 Об истории Вадстеновского монастыря, его основательнице, известной в Европе шведской церковной деятельнице Биргитте (дочери лагмана Биргера Перссона), монастырской братии и хозяйстве писали многие крупные шведские историки: К. Сильверстольпе, Т. Хэйер, Э. Нурейн, С. Бергман и др. Новейшее фундаментальное исследование было предпринято Л.-А. Нурборгом. Подробнее см.: Сванидзе А. А. Хозяйство Вадстеновского монастыря в XV веке. – СС, 1966, XI, с. 111-123.
1338 Ср.: SD, N 1551, 2162.
1339 Дарение недвижимости на помин души, содержание постригавшихся родичей, во исполнение обета и т. д. было как безусловным, так и с условием содержать дарителей до их кончины. В 1395 г. монастырь получил в дар не менее 9 разных земельных участков; о дарении ему земель в Далекарлии, рыбных ловель и др. см.: DS, № 4069, 6574: DD, № 906 и др. Ср.: дарение Линчёпипгскому собору в 1369 г. земли с обветшалой мельницей под Сёдерчёпингом, от бюргерши, сын которой похоронен в соборе, с условием выплаты ей пожизненной ренты (RPB, № 865). Иоаннитский монастырь в Эскильстуне в 1496 г. принял в дар имение с угодьями, рудничной долей и плавильней на условии выплаты супругам-дарителям ежегодно и пожизненно 4 мк или 2 бочек железа (DD, № 911).
1340 tomta ore eller tomta gialdh – букв.: "земельные эре или земельные платы" (Instruction..., s. 290-293).
1341 VjB, s. 138, 165, 283, N 165, 168, 172, 466, 542, 569, 688, 733.
1342 VjB, s. 10-14; Norborg L.-A. Storforeteget, s. 142-143; Dovring F. Attungen och marklandet, s. 124.
1343 Instruction, s. 291, 292; Vjb, N 75, 155; Cnattingius B. Ostgotsk tradgardskonst, s. 153-168.
1344 Norborg L.-A. Storforeteget, s. 145.
1345 Instruction, s. 292.
1346 Instruction, s. 290. Скат равнялся ? мк с полного надела.
1347 РНК, N 63, 65, 91, 121, 122.
1348 Первые следы церковной десятины обнаруживаются в XI в. (DS, N 25), затем в конце XII в. (DS, № 98; SRS III, 2, s. ИЗ). Десятина шла от посева и живности; есть следы и поголовной десятины. Пункты о содержании, размерах и распределении десятины в законах, начиная с областных, вызывают споры (см.: Larsson L.-O. Kyrkans tionde, s. 27, 269 f.; Hojer Т. Studier s. 10 f.). Для нас важно лишь отметить, что в рассматриваемый период десятина церкви св. Петра шла в деньгах. Ср.: MU, № 12: выдержка из таксы Упсальской епархии, согласно которой в течение 1315-1319 гг. с этой епархии поступило 639 мк 6 эре. Ср.: MU, № 11, а. 1316: подать архиепископу в деньгах. Общее представление о размере десятины с городов дает письмо Липчёпингскому собору папского нунция, ответственного за сбор десятины: легат направил в собор на сохранение 1441 мк 2 эре 2 солида и 6 денариев шведскими пеннингами, каковая сумма составляет папскую подать с приходов Сёдерчёпинга, Векше и Скары (SRP, N 24, 24.IV 1351).
1349 PRF, N 63, 65, 91.
1350 SFS, 1913, s. 272-273; Ibid., 1914, s. 291, 292.
1351 SFS, 1913, s. 272-273.
1352 SFS, 1914, s. 293-294. Правда, в 1380 г. Бу Йёнссон подарил монастырю землю на границе Нюланда и Карелии, с богатым ловищем лосося (Styffe С. G. Skandinavien, s. 341), но в списке рентных поступлений монастыря лосося как будто нет.
1353 Skjb, s. 24-25.
1354 Примеры такого рода можно умножить (см., например, DS, № 2002, а. 1316), причем исключение чаще всего составляли кузнецы (вспомним и ренту в виде бочки железа в Скуклостер). Известный факт – приглашение Упсальским собором строительной артели во главе с архитектором из Парижа см.: DS, № 945, а. 1287.
1355 Это было общим правилом, заметным не только по монастырям в Вадстене и Ску. Ср.: Stensland Р. G. Julita kloster, s. 25-49.
1356 Ср.: Gilchrist J. The Church and Economic Activity...
1357 Так, в 1313 г. упсальский архидьякон Улоф продал (видимо, на вывоз в Висбю и Стокгольме) около 80 лэстов зерна, доставленного в счет церковной десятины. В 1369 г. упсальский архиепископ Биргер продал через Нильса Ван Камена и Иоганна де Бринке 31 шп меди. Известно, что Нильс ван Камеи принадлежал к фамилии крупных любекских купцов, имевших доли в медных рудниках Далекарлии и исполнявших там в различные годы обязанности фогтов. За проданную архиепископом Биргером медь с ним в том же году расплатился другой любекский купец – Бернхард Остервельт (DS, N 1667; RPB, N 901). Упсальский собор издавна пользовался иммунитетом, и. по-видимому, собирал в свою пользу земельный налог в округе Упсалы (PRF, N 28, s. 29-30, а. 1339).
1358 SFS, 1910, s. 212; Bengtsson С. En bok, s. 23-26.
1359 PRF, N 128, s. 125; USP, N 14, s. 12-13 (письмо от 22.11.1454 г.).
1360 USP, N 21.
1361 Hammarstrom I. Finansforvaltning, s. 106, 138.
1362 PRF, № 95. Ср. № 84, 87. Архиепископы и епископы часто добивались права и на беспошлинный вывоз, в частности, зерна и других сельскохозяйственных продуктов (см., например: Smith W. Aldre swenskt tullvasen, s. 38).
1363 DD, s. 193, 194 f, 199 f.; SMR, N 377.
1364 DD, N 85, 86, 867, 868.
1365 DD, N 261.
1366 DD, N 870.
1367 В Вадстеновском монастыре, например, был лишь одни кузнец с подручным (SFS, 1914, s. 292).
1368 SFS, 1913, s. 263-275; Karlson W. Forna tiders Svenska konsthantverk, s. 154.
1369 Например, в Шёвде (1471). – Beckman N. Vagar, s. 39.
1370 Karlson W. Op. cit., s. 148; Colijn I. I Svensk boktryckeries historia, s. 12 f.; Wrangel E. Lunds domkyrkars konsthistoria, s. 67 f.
1371 Cp. DD, N 35.
1372 Vadstena klosters uppbords- och utgiftsbok 1534-1570, s. 1-5.
1373 Ср.: Larsson L.-O. Kyrkans tionde, s. 268.
1374 В 1338 г. Линчёпингский собор получил от ярла Оркнейских островов Эренгисла Сюнессона ряд имений в расплату за долг отца ярла в размере 200 марок серебра (DS, N 3275; DN, V, I, N 338). В 1360 г. собор взял в залог лужок бюргера Линчёпинга за долг в 11 мк 2 эре (RPB, № 456). В 1359 г. член Государственного совета Нильс Турессон занял у женского монастыря 200 мк "в хорошей монете" для короля Эрика под письменное обязательство (RPB, № 407. Ср.: RPB, № ИЗ; DS, № 2942). 15 августа 1361 г. Магнус Эрикссон сдал архиепископу и епископам Даларна свои доходы от Медной горы в возмещение полученного от них большого займа в 4400 мк (из собранного "денария св. Петра". – DD, № 250).
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Д. П. Алексинский, К. А. Жуков, А. М. Бутягин, Д. С. Коровкин.
Всадники войны. Кавалерия Европы

Жорж Дюби.
История Франции. Средние века

А. А. Зимин, А. Л. Хорошкевич.
Россия времени Ивана Грозного

Лев Карсавин.
Монашество в средние века

И. М. Кулишер.
История экономического быта Западной Европы. Том 2
e-mail: historylib@yandex.ru
X