Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Мария Гимбутас.   Славяне. Сыны Перуна

Глава 8. Религия

В языческий период славяне не имели письменности и, следовательно, литературы. Письменность появилась после начала деятельности византийских миссионеров. В 863 г. христианство утвердилось в Моравии, в 885 г. его приняла Болгария, в 966 г. Польша, и в 988 г. Россия. С этого времени появляются предпосылки для возникновения литературы.
Поскольку письменные источники немногочисленны, верования древних славян реконструируются на основании археологических находок и отрывочных упоминаний богов, известных по индоевропейскому, индоиранскому или балтийскому пантеону. Их имена встречаются в дошедшем до нас фольклоре: былинах, заговорах, песнях, сказках, быличках, обычаях и суевериях.

Храмы и святилища

Описания святилищ, храмов и идолов составлялись теми деятелями христианской церкви, которые их уничтожали. К их числу относится Отто, бам-бергский епископ XII в. (1062–1139), разрушавший языческих идолов в Северной Германии. Все три автора его биографий – Эбо, Герборд и неизвестный монах из Прифлингена – оставили описания языческих святынь. К началу XI в. относятся сочинения Титмара, епископа Мерзебургского. Он сообщает, что племя вендов еще не перешло в христианство, и приводит описание святилища и древних заговоров. Житие Отто и сочинения Титмара считаются самыми надежными документальными источниками информации о дохристианских верованиях западных славян.
Рис. 59. Храм Арконы, расположенный в северной части острова Рюген. Прямоугольный храм находится на вершине укрепленного холма. Отмеченная пунктиром территория была занята домами, на открытом пространстве проводились праздники
Наиболее точное описание славянского языческого храма содержится в четырнадцатой главе «Истории Дании», составленной Саксоном Трамматиком в 1208 г. Храм в поселении Аркона на острове Рюген являлся крупнейшим культовым центром и последним бастионом западнославянского язычества, противостоящим воздействию христианства. Внутреннее устройство храма было установлено в 1921 г. после раскопок немецкого археолога Карла Шухардта.
Арконский храм, посвященный богу Святовиту, располагался на укрепленном городище в северной оконечности острова Рюген. С внешней стороны его окружали мощные земляные валы. Храм имел форму квадрата, площадью более 20 квадратных метров. Его крыша опиралась на четыре колонны, стены, сделанные из вертикальных плит, и единственная дверь были покрыты резным орнаментом. Идол, изображавший бога Святовита, находился на каменном постаменте в середине святилища.
Крыша и стены храма были окрашены красной краской. Внутренняя поверхность стен была покрыта выпуклым и раскрашенным орнаментом и завешана ткаными полотнищами. Столбы украшали рога животных. В 1168 г. храм разрушили по распоряжению датского короля Вальдемара. Идол сбросили с постамента к одной из стен, которая затем была разрушена, чтобы вынести его.
Святовит изображался в виде человеческой фигуры, державшей в правой руке рог для питья. Во время ежегодных празднеств его наполняли вином, чтобы предсказать урожай будущего года. Считалось, что он будет тем больше, чем выше поднимется вино в роге.
Фигура бога, держащего в руке рог, обнаружена на одной из сторон четырехугольного столба, найденного в 1848 г. в реке Збруч близ Гусятина (в Галиции). Столб вошел в науку под названием «Збручский идол».
После разрушения Арконы армия датчан заняла святилище близ Гарца, также на острове Рюген. Саксон Грамматик описывает укрепленный замок, находившийся на холме, со всех сторон окруженном болотами. В нем было три храма, аналогичные арконскому. В самом большом было внутреннее помещение со стенами, украшенными пурпурными драпировками, и крышей, опиравшейся на четыре столба.
В середине помещения располагалась вырезанная из дуба статуя Руевита. Саксон пишет, что его имя означает «бог Рюгена» и он является покровителем острова. У Руевита семь голов, с его пояса свешивается семь сабель, а восьмую бог держит в руке. Саксон упоминает, что два других храма посвящены Поревиту и Перуну.
Титмар приводит описание похожего храма, относящееся к 1014 г. Он расположен на укрепленном холме в Ридегосте (Ретра). Храм квадратной формы был построен из бревен, покрытых резьбой. Вокруг храма стояли скульптуры, украшенные рогами животных. Внутри него располагалось несколько деревянных человекоподобных идолов. На них были надеты металлические шлемы и повешено вооружение.
Рис. 60. Збручский идол – резной деревянный столб из реки Збруч в Галиции (современная Украина)
Каждый идол был посвящен определенному богу, самым значительным считался бог Сварожич.
Шухардт, раскопавший Ретру в 1922 г., пришел к выводу, что скорее всего храм был построен около 1000 г., а примерно в 1068 г. сгорел во время пожара. Новый храм был построен на старом фундаменте, сохранились его размеры и квадратная форма. Титмар пишет, что Ридегост был самым значительным из всех местных храмов.
Сварожич считался покровителем воинов, поэтому ему приносили жертвы перед выступлением в поход и после возвращения с войны. Чтобы определить судьбу, жрецы бросали жребий и использовали как оракул коня, посвященного божеству. Видимо, Ридегост считался главной святыней всего племени лютичей, куда входила и Ретра.
Епископ Отто из Бамберга дважды посещал Штеттин (Шецин), где находилось несколько храмов. Главнейший из них располагался на одном из трех холмов и был посвящен Триглаву, трехголовому триединому божеству. Святилище было украшено многочисленными военными трофеями. Снаружи и внутри храма стояли богато украшенные статуи. Во время первого посещения (в 1127 г.) Отто отрубил три головы идола и отправил их папе Каликсту II. В Штеттине также был лошадиный оракул. Другой трехглавый идол был уничтожен в Браниборе, возможно Альбрехтом Медведем, между 1150-м и 1157 гг.
Многоглавые статуи богов распространены в южной и восточной частях славянской зоны. К северу от Шибеника в Скрадине (на Адриатическом побережье) была обнаружена трехглавая статуя, называемая Троглавом. Сейчас она находится в Музее славянских древностей в Сплите.
В Волине Отто обнаружил храм со священным копьем. Поблизости находилось открытое святилище с идолами, на котором построили церковь Адальберта. В 1128 г. миссия во главе с Отто уничтожила языческий храм в Вольгасте. Войдя внутрь святилища, они стали искать идолов, но увидели только гигантский деревянный щит, который висел на стене.
Опасаясь собравшейся снаружи толпы, они вышли наружу, прикрываясь щитом. Все собравшиеся упали на колени, считая, что появился бог войны Яровит (Геровит). Один из биографов Оттона, Герборд, пишет, что снаружи щит был покрыт золотыми листами, украшенными чеканкой. Изображение Яровита напоминало греческого бога Марса.
О пережитках язычества, сохранившихся среди вендов, пишет преподобный Гельмольд. В 1134 г., во время поездки с епископом Геральдом в Ольденбург, и позже, в 1156 г. во время поездок в Любек, он видел рощу, в середине которой рос дуб, огороженный столбами. Дерево считалось священным и было посвящено местному божеству Провену (возможно, искаженное «Перун», бог грома), чьи идолы в настоящее время не сохранились. Монах Герберт также описывает священную рощу, в середине которой стоял огромный идол, покрытый смолой.
Перечень богов, которым поклонялись восточные славяне, зафиксирован в письменных источниках. В Начальной русской летописи под 907, 945 и 971 гг. записано, что русы, заключая договоры, клялись Перуном и Волосом. В 980 г. великий князь Владимир поставил около княжеского дворца «Перуна древяна, а главу его сребрену, а ус злат, и Хорса, Дажьбога, Стрибога и Симарьгла и Мокошь». Когда его дядя Добрыня стал правителем в Новгороде, над Волховом также поставили деревянный идол Перуна, которому новгородцы поклонялись как богу. В летописи сообщается и о негодовании киевлян, когда по приказу Владимира в 988 г. языческих идолов сбросили в Днепр.
В 1951 г. археологи обнаружили разрушенный храм, видимо посвященный Перуну, в местечке Перынь, расположенном в четырех километрах южнее Новгорода. Он стоял на горе, окруженной со всех сторон рекой Волховом, его притоком Веряжной и болотом. Деревянные конструкции исчезли, но найденные остатки пола показывают, что святилище имело форму правильного восьмиугольника.
В центре находилась круглая насыпь, отделенная круглой канавкой, наполненной золой и остатками древесного угля. Возможно, насыпь была основанием для идола, а в канавке разжигали церемониальный огонь. Рядом обнаружены остатки очага и под ним плоский камень, который, вероятно, являлся частью алтаря.
В 1958 г., во время раскопок Старой Ладоги в слое, относящемся к IX–X вв., нашли деревянного идола внутри небольшой деревянной конструкции. Идол представлял собой грубо вырезанную фигуру с усами и бородой, на голову был надет шлем. Рук не было, сохранилась только одна нога. Размеры фигуры – высота 23 сантиметра и ширина 2,5 сантиметра – позволяют предположить, что он являлся объектом поклонения в домашней или походной обстановке.
Описания похожих ритуалов содержатся в Начальной русской летописи. Приведя текст мирного договора с Византией, который был заключен Игорем в 945 г., автор сообщает, что византийцы ратифицировали договор в соборе Святой Софии.
Рис. 61. Каменные идолы из Ставчан (бассейн верхнего Днестра)
Игорь и его приближенные отправились на гору, где стоял идол Перуна (в Киеве), положили к его подножию свои щиты, оружие и золото, ратифицировав таким образом свою клятву. Данное сообщение подтверждает, что идол Перуна находился в Киеве еще до Владимира.
В договор, заключенный Святославом в 971 г., включен текст клятвы, которую дали русские при ратификации договора. В ней говорится, что тот, кто не будет соблюдать договор, будет проклят Перуном и Велесом, богом скота, станет желтым, как золото на его украшениях, и будет уничтожен своим же оружием.
Известны многочисленные документальные подтверждения существования славянских храмов и статуй языческих богов. Даже после принятия христианства на скульптурах или рельефах, изображавших фигуру Христа или святых, продолжают сказываться языческие традиции.
Трудно с уверенностью сказать, принесены ли они на Русь как атрибуты древнехристианских святынь или являются остатками местного языческого культа. Долгое время исследователи считали, что Збручский идол является единственным дошедшим до нас изображением дохристианских богов. В настоящее время известно большое количество аналогичных статуй (некоторые датированы, потому что найдены в раскопанных поселениях).
Возможно, резные изображения богов, которые изготовляли на протяжении всех этапов ранней истории славян, восходят к протоиндоевропейским каменным стелам, относящимся к третьему и началу второго тысячелетия до н. э.
Каменные статуи изображают богов с одной, тремя или четырьмя головами, обычно они держат в руках рог для питья, носят головной убор конической формы. Иногда на статуях вырезаются изображения лошадей или символы солнца. Подобные статуи были раскопаны в районе верхнего Днестра и датируются по аналогии с Черняховской керамикой примерно IV в. н. э. Вокруг статуй, находящихся внутри святилищ, располагаются остатки очагов и жертвенников.
На большей части славянских территорий идолы изготавливались из дерева. В городище Пеньковка, находящемся в бассейне реки Тясмин, обнаружены святилища, в центре которых находились массивные деревянные столбы. Вокруг них располагалась круглая площадка из хорошо утрамбованной глины – видимо, пол деревянного храма, относящегося к VI–VII вв. Аналогичные сооружения обнаружены в бассейне Дона, внутри укреплений борщевского типа, относящихся к племенам северян.
В ранний и протославянский периоды храмы располагались в самых высоких точках укреплений. Данная традиция продолжала соблюдаться вплоть до второго тысячелетия н. э., когда храмы были уничтожены. Вокруг мест поклонений в скифских укреплениях и относящихся к более позднему времени встречаются остатки жертвоприношений – желуди, зерна, глиняные имитации зерна и хлеба, миниатюрные и нормального размера горшки, железные украшения и другие предметы. Известно, что славяне продолжали приносить зерно в жертву вплоть до конца XIX в.
В местах расположения храмов или священных мест также обнаруживаются погребения лошадиных и собачьих черепов и костей ног. Подобные захоронения были обнаружены, например, в поселении Пожарная Балка в районе Полтавы на берегу реки Ворсклы, которое датируется VI–VII вв. до н. э. В том же самом поселении встречаются удивительно интересные изображения птиц, в основном лебедей, размером от 1,5 до 2,5 метра, которые были сделаны на земле и затем покрыты пеплом.
Вера в загробную жизнь сохранилась и в обрядовых ритуалах. Погребения славянских князей такие же интересные, как и гробницы хеттской, фригийской, фракийской, греческой или германской знати.
Рис. 62. Разрез кургана Черная могила, княжеское захоронение в Чернигове, Украина. 1. Платформа, на которой расположен деревянный погребальный дом. 2. Возвышенность, насыпанная из земли, взятой из окружающего курган рва. Сверху находятся остатки погребальной еды и приношений. 3. Глиняная насыпь, увенчанная стелой
Рис. 63. Черная могила. Слева – княжеская семья внутри прямоугольного деревянного сруба. Внизу – погребальные предметы, включая двух лошадей и их убранство, шлемы, сабли, щиты, доспехи, шпоры, стремена, наконечники, ножи, серпы, ведра, горшки, ключи и замки, рога для питья, человекоподобные фигурки, жертвенные животные и т. д.
Классическим можно считать великолепное захоронение, известное как Черная могила, обнаруженное в городе Чернигове, которое относится примерно к середине X в. Трех членов княжеской семьи – мужа, жену и сына – поместили в деревянные гробы и снабдили всем необходимым – лошадьми, оружием, серпами, ведрами и горшками. Считалось, что все это требовалось им для загробной жизни.

Боги и их функции

В большом числе источников содержатся упоминания о богах, входивших в древнеславянский пантеон. Гельмольд, Саксон Грамматик, Герборд, а также и древнеисландская Книтлингасага содержат упоминания о Святовите, боге-покровителе острова Рюген, и трех других богах, чьи святилища также находились на этом острове, – Яровите, Поревите и Руевите.
По крайней мере с двумя божествами были связаны календарные обряды. Яровит, имя которого происходило от корня яръ (сила, свет), считался богом, пробуждающим природу. В одном из гимнов говорилось: «Я покрыл равнины травой и деревья листвой. Я приношу полям урожай, а скоту – приплод».
Его антагонистом считался Руевит. Посвященные ему празднества проводились в начале осени, когда природу благодарили за собранный урожай. Древнеславянское название сентября «рюенъ» связано с наименованием родившихся в данном году животных. Отметим, что похожие наименования сохранились в чешском – рижень (октябрь), сербское «руян» (сентябрь).
Поревит считался богом середины лета.
Все вместе они составляли ипостаси триединого божества Триглава, олицетворявшего ежегодный (с лета по осень) период роста растений и размножения животных.
Но главным среди них считался именно Свято-вит, которого называли «богом богов». Корень светъ, как и яръ, означал «сильный». Святовит считался богом войны и защитником полей. Посвященные ему обряды совершались во время осеннего праздника урожая. Святовиту посвящали белого коня, на котором в дни празднеств выезжал верховный жрец.
Перед началом военных действий к Святовиту обращались для обеспечения будущей победы. Для этого использовали коня в качестве оракула. Его заставляли пройти по ряду скрещенных пик. Если конь проходил его не останавливаясь, то верили в благоприятный прогноз, считая, что бог будет сопровождать воинов в походе. Индоевропейский образ коня-пророка имеет точные параллели в Авесте, встречается в балтийской культуре и отразился в образе «вещего коня» в русском фольклоре.
Общеславянское слово «време» (время) происходит от индоевропейского «*vartman» – «след колеса». Очевидно, что это слово связывается с ритуальными гонками на колесницах (vartanna, известная в Митаннийском государстве начиная с 1380 г. до н. э.).
Следует заметить, что как русские, так и киргизы представляли Полярную звезду как столб, вокруг которого вечно ходят быки, олени или лошади. Лошадь везла колесо времени. Когда приближалась зима или начиналась война, приходило время гаданий: к лошади обращались как к олицетворению бесконечного времени.
Существование в древнеиранской мифологии богов Веретрагны и Зервана, у которого было три определения «мужественный», «зрелый» и «слабый», как двух разных богов дает основание предположить, что подобные божества существовали и у славян.
На северо-западе славянской зоны известен бог Триглав, представленный тремя ипостасями. Возможно, появление многоглавого бога стало следствием табуирования имен отдельных племенных божеств. Нам также известен Сварожич, имя которого означает «сын Сварога», а на Руси существовал хорошо развитый культ бога Ярилы.
Святой Тихон Задонский, православный епископ XVIII в. из Воронежа, в специальном слове осудил языческие праздники и «сатанинские игры», посвященные «древнему идолу» Яриле, которые обычно происходили со среды до воскресенья на восьмой послепасхальной неделе, то есть следующей за Троицей.
До 1673 г. в воронежских «игрищах» участвовал босоногий человек в цветочном венке, который нес колокольчики. Его лицо было раскрашено в красный и белый цвета. В белорусском фольклоре сохранился образ Ярилы – едущего на лошади босоногого всадника, одетого в белый плащ. На голове у него был венок из диких цветов, в левой руке он держал пучок пшеничных колосьев.
Бог огня Сварог не входил во владимирский пантеон, в древнерусском переводе «Хроники» Иоанна Малалы его отождествляли с греческим богом – кузнецом Гефестом. По сведениям русских летописей, Сварог был сыном Хорса или Даждьбога, славянского бога солнца, объединяя образы земного и небесного огня. Славяне именовали домашний огонь в очаге Сварожичем (сыном Сварога).
Сохранившееся среди украинцев и славян почитание земного огня, возможно, было таким же сильным среди славян, как и среди балтов. Охраняемый жрецами в святилищах и матерями в домах, огонь никогда не выносили наружу, за исключением праздника летнего солнцестояния, когда его символически гасили и затем вновь разжигали.
Возможно, наименование Сварог соотносится с индоевропейским «*svargas» – «солнечное небо» от «*svarati» – «блики», «блески». Суффикс /og показывает, что его имя скифского, то есть иранского происхождения. Он сохранился в румынском прилагательном «sfarog» («жаркий», «сожженный солнцем») и в названиях гор и городов, расположенных вдоль славянско-германской границы в Польше.
Как носитель солнечной энергии, Сварог вполне сопоставим с ведическим Индрой и иранским Веретрагной. Самым большим подвигом Индры считалось убийство исполинского змея Вритры, похитившего всю земную воду и охранявшего ее где-то «за горой» (на небе).
Иранский воин Веретрагна, как видно из его имени, также был богом-кузнецом, связывался с огнем и его порождающей силой, особенно сексуального характера, но не выступал как победитель дракона. Кроме того, он был наделен способностью к превращениям и мог принять облик ветра, золоторогого зубра, кабана, лошади или сокола Варанги, причем именно последняя форма означала его основную инкарнацию. Персонаж русской былины богатырь Волх (Волхв) также мог превратиться в серого волка, хорька, белого быка с золотыми рогами или быстрого сокола. Возможно, что образ Сварога восходит именно к Веретрагне.
Среди подобных героев европейского фольклора можно назвать волшебного сокола, ястреба или огненного карлика, который превращался в крутящийся вихрь. В Польше он носит имя Рарог, в Чехии – Рарух, на Украине – Ярок или Рарич.
От Лузатии до Урала существовал обычай бросать нож или другой острый предмет в вихрь, защищаясь таким образом от него. Всего несколько десятков лет тому назад жители Померании, Западных Бескид и болгары бросались ничком перед вихрем, чтобы уберечься от несчастий и болезней, которые тот мог принести. Поступая таким образом, русские кричали: «Петлю тебе на шею!» – пытаясь таким образом его обуздать. Считалось, что внутри вихря находится демон, которого часто называли Рарогом.
Скорее всего, в древних мифах Сварог был солнечным героем, который использовал вихрь во время сражения со змеевидным противником. Святой Георгий, считавшийся в христианской традиции победителем дракона, возможно, контаминировал с образом героя-змееборца из дохристианской славянской мифологии. Если подобный герой действительно существовал, то им наверняка был Сварог.
Не менее показательно и то, что в славянской традиции Георгий считается властелином волков. Обожествление волка относится к числу древнейших славянских верований. В Белоруссии волка считают повелителем всех животных. Возможно, на данную трактовку повлияло то, что волк является одной из инкарнаций богатыря, подобного Волху, который несомненно связан и со Сварогом.
В Словакии, Болгарии и Сербии верили в существование вил – богинь, олицетворявших лесной огонь. Для защиты от них оставляли подношения на берегах ручьев, в пещерах и на камнях. Данный обычай фиксируется начиная с XIII в.
Считалось, что вилы выглядели как прекрасные обнаженные девушки, вооруженные стрелами. Кроме того, они могли превращаться в лебедей, змей, соколов, лошадей, волков и вихри. Как известно, Сварог также мог превращаться в сокола, коня, волка и вихрь.
Вилы могли быть богинями-воительницами, совпадая по функции с германскими валькириями, или выполнять функции подруг героев. Когда они танцевали на вершинах гор или в лугах, то стреляли в каждого, кто осмеливался к ним приближаться, или ослепляли его. Иногда вилы затаскивали прохожего в хоровод и заставляли танцевать до смерти.
Происхождение крылатого божества Симарьгла, входившего как отдельное божество во владимирский пантеон, лучше всего объясняет Р. Якобсон. По его гипотезе, Симарьгл восходит к Симургу (Сэнмурву), индоиранскому божеству в образе крылатого грифона. Славяне, возможно, заимствовали его в последние столетия до нашей эры от своих сарматских завоевателей, называвших его Симаргом.
Возможно, Симарьгл связывался с функциями бога-воина, и в славянском фольклоре он соединился с орлом. В Болгарии, Македонии, Боснии и Сербии орел считался повелителем дождя и града. При неуважении он мог наслать огонь, болезни и другие несчастья.
Хоре – это очевидное заимствование иранского имени, персонифицирующего солнце – Хурсид. «Даждьбог» происходит от славянского корня «даждь», что означает «дать», давать (бог, который дает богатство).
Ключом для понимания слова «Стрибог» может послужить эпизод из «Слова о полку Игореве», где ветры именуются «Стрибожьими внуками». Возможно, его наименование восходит к индоевропейскому корню *srei – дуть и к иранскому «sriva» – «красивый», «прекрасный». Это слово является распространенным эпитетом, который использовали как по отношению к ветру, так и для прославления солнца. Возможно, что Стрибог является пережитком древнего бога-отца, индоевропейского «*patribhagos» (патриарха).
Нет никакого сомнения в том, что славяне были солнцепоклонниками, на это указывает и арабский путешественник X в. аль-Масуди. Он пишет, что у славян был даже храм с раскрывающейся крышей и пристройками, из которых наблюдали восход.
Мертвых хоронили, повернув их головы на восток или ориентировав их глаза или лицо в этом направлении. И спать рекомендовалось повернув голову на восток. Приветствия и молитвы поднимающемуся или заходящему солнцу известны в Южной Польше, Белоруссии и на Украине. Поклонение солнцу как божеству вошло и в христианский культ. Известен обычай, распространенный среди лужицких славян в Восточной Германии, входя в церковь, повернуться и приветствовать восходящее солнце.
Поклонение Перуну лучше всего прослеживается и в народной традиции, и в топонимике. Его наименование восходит к индоевропейскому корню *per (perk), perk (perg) со значением «ударять», который встречается в большинстве индоевропейских языков, где имеются сходные образы бога-громовержца. Несомненно, Перун является очень древним богом, известным всем славянам.
Антропоморфные черты Перуна во многом сходны с литовским Перкунасом, которого представляли в образе рыжеволосого мужчины, который ездит в колеснице, запряженной козлом. В руке он держит топор или молот, который бросает во врагов и злых духов и который потом сам возвращается к нему. Фетиш в виде топора был известен среди европейцев с неолитических времен и впоследствии отождествлялся с ударом молнии. Отсюда и возникает образ Мьолнира – молота-молнии у скандинавского бога-громовержца Тора.
В общеславянском топоры нередко именуются стрелами. Повсеместно распространено поверье, что огненные стрелы Перуна проходят сквозь землю, проникают на определенную глубину и спустя определенный период (обычно через семь лет и сорок дней) возвращаются на поверхность.
Стрелы (громоотводы) использовались и для того, чтобы защитить дом от приближающейся бури, вернуть молоко коровам, которые его не давали, или для того, чтобы защитить урожаи, облегчить тяжелый труд, защитить новорожденных и новобрачных.
Гнев Перуна мог вызвать смерть и разрушения. Среди славян и балтов широко распространена вера в то, что весной первый гром пробуждает землю: после первой грозы вырастает трава, деревья покрываются зеленью, земля готова для посева и посадок. Молния, попавшая в человека или дерево, наделяла его здоровьем или волшебной силой.
По всей Европе распространен обычай посвящать богу-громовержцу большие деревья, прежде всего дубы. В XVIII в. в России Феофан Прокопович опубликовал предписание, в котором запрещалось людям «петь молитвы перед дубом». В кратком житии Адриана Пошехонского, написанном в 1612 г., говорится о дьяконе, который поклонялся иконе Ильи-пророка (христианизированному Перуну), которую он прикрепил к ясеню. Рощи, посвященные Перуну, впервые упоминает Гельмольд, отметивший, что обнесение священного дерева изгородью означает защиту окружающей территории от той ужасной силы, которую несет удар молнии.
Совершенно очевидно, что возвышенные места – деревья и горы, которые боги-громовержцы избирали для своего появления, считались символами центра мира, той колыбелью, из которой все произошло. Это логические последствия веры, что вся жизнь порождена объединением мужского и женского начал, земли и неба, которые соединились в некоем «высоком месте», что и проявилось во вспышках грома и молнии.
В соответствии с Прокопием, славяне приносили Перуну в жертву животных. Наиболее частой жертвой был петух, по большим праздникам приносили быка, медведя или козла. Животное умерщвляли, чтобы потом съесть, поскольку во время церемонии он наполнялся силой от своего создателя, которая передавалась людям. Убитое животное съедали во время общей трапезы, чтобы сила божества перешла ко всем.
Подобный обряд, проведенный в Северо-Восточной России, был зафиксирован в 1907 г. Шредером. Жертвоприношение совершалось в Ильин день (20 июля) и сопровождалась пением христианских молитв. Мясо медведя, приготовленное мужчинами, освящалось в церкви, а затем распределялось между жителями деревни.
После принятия христианства функции Перуна перешли на Илью-пророка. В его житие входит мотив вознесения на небо в огненной колеснице. Считалось, что Илья-пророк ездит по небу в своей колеснице и посылает на землю грозы, гром и молнии.
Со временем слово «перун» перестало восприниматься как имя и стало означать удар грома или вспышку молнии. Подобное употребление сохранилось в проклятиях типа: «Чтоб тебя Перун наказал!» (украинское), «Чтоб тебя Перун взял!» (русское и словацкое), «Чтоб тебя перуном убило!». Во всех приговорках сохранена первоначальная функция бога. Считалось, что Илья-пророк уничтожает нечистую силу, которая во время грозы старается спрятаться от его неотвратимых стрел.
Вместе с Перуном в договорах 945-го и 971 гг. упоминался Велес, который считался богом домашних животных. Этнолингвистические исследования Р. Якобсона показали, что Велес является древним славянским богом, входившим в общий индоевропейский пантеон. Видимо, в то время он считался божеством нижнего, подземного мира.
Следы подобных верований видны в латышских дайнах, где Велес соединяет функции бога подземного царства и охранителя скота. В литовском и латышском языках слово «velinas» («velns») означает «черт», а также одержимого им или просто больного.
Тацит упоминает о кельтской пророчице Веледе, в то время как древнеирландское слово «felmas» (из хроники от 880 г.) означает «обладающий музыкально-поэтической силой», т. е. музыкант и поэт. В русском эпосе «Слово о полку Игореве» певец и поэт Баян также назван «Велесовым внуком».
Этимологически возможно провести параллель между славянским Велесом и ведическим тысячеглазым богом-волшебником Варуной, который поддерживает космический порядок и колдовством ослепляет своих противников. В «Ригведе» он носит двойное наименование Варуны Асуры. Славянский Велес также имеет двусложное имя – Вел-ес. Вторая часть соотносится с Асурой, равно как со старым кельтским богом Есусом, изображаемым с бычьей головой, и со старонорвежским Асиром.
Центрами культа Волоса/Велеса были Новгород и Ростов. Там его имя носят храмы и урочища (Волотово поле). После принятия христианства Волос/Велес контаминировал с византийским святым Власием (Блажеем, или Влахом), который продолжал считаться охранителем домашнего скота.
Последней фигурой во владимирском пантеоне считается богиня Мокошь. В руководстве для священников, составленном в XVI в., содержится вопрос, который следовало задавать женщине во время исповеди: «Не ходишь ли ты к Мокоши?» Крестьянки верили, что если ублажить Мокошь дарами, то она поможет им в домашних делах.
Чехи молились Мокоши в период засухи. В Северной России Мокошь существовала в виде домашнего духа, называемого Мокуша или Мокша. В Новгородской области ее изображали в виде женщины с растрепанными волосами, огромной головой и длинными руками. Считалось, что по ночам она приходит в дом и прядет лен, помогая хозяйке.
В Олонецкой губернии считали, что Мокошь не только прядет шерсть, но и охраняет овец. Если овца начинала терять шерсть, то считали, что это «Мокошь постригла овцу». Имя Мокоши звучит в названиях ряда сел и деревень, находящихся в Псковской, Новгородской, Черниговской и Костромской губерниях. Имя Мокошь соотносится со славянским корнем мокръ (мокрый, влажный), но не менее очевидна и его связь с индоевропейским корнем *mokos (прядение).
Типологически Мокошь близка греческим мойрам, германским норнам, иранской богине Ард-висуре Анахите, имя которой в переводе означает «влажный, чистый». Она являлась повелительницей небесных вод, богиней процветания и плодородия.
Безусловно, к древним обычаям относится поклонение «женским» камням, каменным бабам. У некоторых из них видны очертания грудей. Паралитики, глухие и слепые преодолевали огромные расстояния, чтобы возложить к этим камням зерно, лен, шерсть, свиней, овец и деньги. Когда в XIX в. украинские археологи стали увозить «каменных баб», стоявших на скифских курганах, местные жители считали, что это может принести засуху.
Известный со средневековых времен из православной обличительной литературы бог Род связывался со славянским словом «родити». В русском переводе жития XV в. Род соотносится с богом судьбы. Сопровождающие его «рожаницы» определяют судьбу новорожденного, что отразилось в их чешском наименовании («sudica», сербохорватское «sudjenica»), аналогично скандинавским норнам и греческим мойрам.
Настоящим архаическим женским божеством считается Мать сыра земля. На Волыни и в белорусском Полесье крестьяне верили, что нельзя начинать обработку земли до 25 марта, поскольку до этого времени земля считалась беременной.
Подобным же образом поступали и русские, запрещавшие пахать и вскапывать землю в дни Благовещения и Успения Богородицы, потому что это были праздники, посвященные земле. Считалось, что плюнувший на землю человек должен попросить у нее прощения.
В течение столетий славянские крестьяне решали все вопросы, связанные с земельной собственностью, призывая землю в свидетели нерушимости данной клятвы. Клятва подтверждалась проглатыванием кусочка земли (обычай зафиксирован в 1870 г. в Орловской области) или путем помещения его на голову. Брак подтверждали проглатыванием комка земли (обычай зафиксирован в Псковской области в XIX в.).
В некоторых частях России проводились гадания, направленные на то, чтобы узнать, каким будет урожай. Для этого в земле выкапывали небольшую ямку, а затем слушали, опустив в нее голову. Если слышался звук, напоминавший скрежет саней, то считалось, что урожай будет хорошим, если звук был гулким, как от пустых саней, то ждали неурожая.
Праздником, посвященным земле, считался день Купалы. Название происходит от глагола «купать». Он отмечался в канун дня летнего солнцестояния и сопровождался зажиганием множества костров и массовым купанием в водоемах.
Перед праздником изготовляли соломенную фигуру Купалы в виде женщины. Во время праздника ее ставили на каком-нибудь высоком месте. Среди балтийских славян священным деревом считалась береза, ее срубали и готовили для обряда только женщины. Все ветки связывались у вершины, а само дерево украшали венками и цветами. Вокруг дерева водили хороводы и оставляли приношения. После праздника дерево сжигали или выбрасывали в реку. Иногда его относили в поле.
Распространение христианства в славянских странах влияло на развитие культуры на протяжении многих столетий. В свою очередь на распространение христианской культуры, несомненно, повлияло изобретение письменности.
В 863 г. Константин (позже названный святым Кириллом) и его брат Мефодий, два византийских миссионера, воспитанные в Фессалониках, пришли в Моравию, где начали служить в церкви на славянском языке. Используя специально разработанную азбуку, они перевели Библию, литургические и другие богослужебные тексты на славянский язык и приспособили их к языку Великой Моравской империи.
Этот древний литературный язык, позже названный церковно-славянским, в течение IX–XII вв. проник почти во все славянские земли. Вначале использовалась глаголица, изобретенная Кириллом, который упростил и модифицировал знаки греческого и сирийского алфавита.
Позже, примерно в начале X в., в Болгарии была изобретена кириллица, более тесно связанная с греческим алфавитом. Она до настоящего времени используется православными церквами во всех славянских странах. До появления Кирилла и Мефодия в Моравии у славян Центральной Европы не было письменности.
В ходе миссионерской деятельности старославянский язык превратился в общеславянский литературный язык. Таким образом, славянская культура обогатилась, и началась новая эра в славянской истории.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Мария Гимбутас.
Славяне. Сыны Перуна

Иван Ляпушкин.
Славяне Восточной Европы накануне образования Древнерусского государства

под ред. В.В. Фомина.
Варяго-Русский вопрос в историографии

Под ред. Е.А. Мельниковой.
Славяне и скандинавы

коллектив авторов.
Общественная мысль славянских народов в эпоху раннего средневековья
e-mail: historylib@yandex.ru
X