Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Р. Шартран, К.Дюрам, М.Харрисон, И. Хит.   Викинги - мореплаватели, пираты и воины

Викинги в иных землях

Викинги в Англии. IX-X столетия

После первых набегов викингов на Англию в самом конце VIII века последовал длительный период относительного затишья, конец которому положило событие, произошедшее почти 40 лет спустя, в 835 г., когда «Англосаксонская летопись» зафиксировала нападение: «язычники разграбили Шеппи». С того момента и до самого конца столетия едва ли находился год, когда бы «Летопись» не отмечала появления викингов на том или ином участке. Поначалу их экспедиции представляли собой не что иное, как грабительские рейды в летние месяцы, направленные на то, чтобы захватить добычу и рабов; попыток селиться скандинавы пока не делали. В 850/851 г., однако, наметились признаки изменения стратегии: «Летопись» говорит, что в тот год «безбожники впервые зимовали» на острове Тэйнет. В 855/856 г. войско викингов снова «осталось на всю зиму», но на сей раз на острове Шеппи; в 864/865 г. викинги снова провели зиму на Тэйнете; и вот в 865/866 г. «огромный флот язычников», пришедший с континента, зимовал в Восточной Англии (так называлось королевство на востоке Англии, существовавшее в VI—VIII веках; на его территории ныне находятся графства Норфолк и Суффолк. - Прим. пер.). На сей раз викинги решили обосноваться на новом месте.

До 375 резанных изображений из песчаника и известняка, датируемых периодом c V до X века, уцелело на острове Готланд в Швеции. Лучшие обычно относятся к VIII-IX столетиям. На данном экземпляре из Лербро изображена (внизу) полностью снаряженная в поход ладья, дается сцена битвы (наверху). Между ними процессия воинов на пути в Вальгаллу (Национальный музей древностей, Стокгольм, Швеция).
До 375 резанных изображений из песчаника и известняка, датируемых периодом c V до X века, уцелело на острове Готланд в Швеции. Лучшие обычно относятся к VIII-IX столетиям. На данном экземпляре из Лербро изображена (внизу) полностью снаряженная в поход ладья, дается сцена битвы (наверху). Между ними процессия воинов на пути в Вальгаллу (Национальный музей древностей, Стокгольм, Швеция).

Среди вожаков «огромного флота», посетившего Англию в 865 г., находилось и несколько сыновей прославленного датского короля Рагнара Лодброка (Волосатые Ляжки), который считался у северян настоящим примером истинного викинга. Сыновья, о которых идет речь, это Ивар Мягкотелый, Халфдан и Убби, или же Хубба, и «Рагнарова сага» утверждает, что нападение имело лишь одну цель - отомстить за смерть отца в 50-е годы IX столетия королю Нортумбрии Аэлле, который, как считалось, бросил взятого им в плен в сражении Рагнара в яму со змеями. Несмотря на то что Аэлла пришел к власти только в 866 г., тогда как Рагнар, судя по всему, пал в битве с королем норвежцев в Ирландии, факт остается фактом: проведя год в грабительских набегах на окрестные селения и собрав подкрепления на территории Восточной Англии, сыновья Рагнара атаковали Йорк, которым овладели в конце 867 г.; на следующий год они поймали самого Аэллу и придали его ритуальной смерти, после чего захватили большую часть Нортумбрии и Восточной Мерсии (868 г.). В 869 г. Ивар увел часть войска в Восточную Англию, где разгромил и взял в плен короля Эдмунда, которого казнил, как и Аэллу. (Хотя, возможно, Эдмунд нашел смерть от стрел, оба короля, по всей видимости, подверглись мучительной и отвратительной пытке «кровавого орла», при которой жертве вырубали часть ребер в спине, вытаскивали через огромные раны легкие, кровь пульсировала в них до тех пор, пока человек не умирал, и все зрелище напоминало трепещущие красные крылья на спине казнимого.) Затем Ивар исчез из повествования (он, по всей вероятности, ушел в Ирландию, захватил Дублин, где и умер, как считается, в 873 г.); Халфдан же сделался главным предводителем войска на завоеванной территории, став самой заметной фигурой из семи вождей викингов, согласно письменным источникам, участвовавших в битве под Ашдауном в 871 г., из которых шестеро (король и пять ярлов) пали на поле знаменитой победы англосаксов. Успех англичанам, однако, пришлось праздновать недолго: затем последовал целый ряд поражений под Бэйзингом, Миртуном, Рэдингом и Уилтоном, после которого королю Уэссекса Альфреду пришлось искать мира с захватчиками, не в последнюю очередь потому, что новая армия викингов, называемая «летним войском», прибыла с континента на усиление Халфдана и приняла участие в разгроме англосаксов под Уилтоном.

В VIII веке у скандинавов появились боевые ладьи. На снимке украшенный орнаментом позолоченный вымпел (vedrviti), о них в сагах говорится как об отличительном знаке, устанавливавшемся на носу ладей викингов. Четыре образца используются в качестве флюгеров на церковных колокольнях вследствие традиции хранить все съемное снаряжение судов в местных церквях. Представленный здесь -из Седералы, в Хэльсингланде (Швгция), и датируется X веком (Национальный музей древностей, Стокгольм, Швеция).
В VIII веке у скандинавов появились боевые ладьи. На снимке украшенный орнаментом позолоченный "вымпел" (vedrviti), о них в сагах говорится как об отличительном знаке, устанавливавшемся на носу ладей викингов. Четыре образца используются в качестве флюгеров на церковных колокольнях вследствие традиции хранить все съемное снаряжение судов в местных церквях. Представленный здесь -из Седералы, в Хэльсингланде (Швгция), и датируется X веком (Национальный музей древностей, Стокгольм, Швеция).

На протяжении следующих нескольких лет викинги постоянно занимались укреплением позиций на завоеванных территориях в восточных и северных областях Англии. На какое-то время они создали марионеточные королевства в Нортумбрии и Мерсии (во втором случае последний англосаксонский король бежал оттуда в 874 г.), после чего поделили эти королевства в 876 и 877 гг. Затем Халфдан решил пойти по стопам брата Ивара и отплыл в Ирландию, чтобы укрепиться в Дублинском королевстве, однако потерпел поражение и погиб в битве с норвежскими викингами под Странгфорд-Лоу (877 г.).

В результате всех этих событий некий Гутрум - он вместе с двумя другими королями по имени Ускютел и Анвенд возглавлял в 871 г. «летнюю армию» (к тому моменту базировавшуюся в Кембридже) - стал главным вожаком датских войск в Англии. В 878 г. Гутруму оставалось сделать крошечный, казалось, шажок, чтобы покончить с последним независимым саксонским королевством. Как рассказывает «Англосаксонская летопись»:

...войско пришло тайно в середине лета... прошло через Уэссекс и заняло его, прогнав большую часть живущих там за море, а изрядное число тех, что остались, принудило покориться, кроме короля Альфреда. И он с малой дружиной с великой трудностью пробрался через леса в непроходимые места среди болот.

Поскольку Альфред оставался на свободе, не могло идти речи о постоянной и прочной оккупации территории викингами. Он наносил удары по захватчикам из крепости, которую построил в Этелни - «окруженный со всех сторон обширными болотистыми землями», непроходимыми иначе как на лодке, - и уже скоро, собрав людей в Сомерсете, Уилтшире и Гемпшире, разгромил Гутрума в сражении под Эдингтоном (Этандуном). В результате поражения Гутруму и прочим вождям викингов пришлось дать Альфреду заложников, принять христианство и убраться из Уэссекса.

Заключенный несколько позднее в 886 г. письменный договор между Альфредом и Гутрумом фактически узаконил датский ареал - Восточную Англию и «Пять городов» - Дерби, Лестер, Линкольн, Ноттингем и Стамфорд, - который спустя многие годы (к XI столетию) приобрел название Датского Закона (северо-восточные территории Англии, населенные оккупировавшими их скандинавами).

Свидетельства распространения скандинавских поселений в данном регионе до сих пор очевидны и навсегда остались в лексике как составные части географических названий, заканчивающихся на -thorpe (село), -thwaite (луг) и -by (ферма) (звучит в английском, соответственно, «торп», «туэйт» и «би». - Прим. пер.).

В тот же самый год в Англию явилось еще одно войско викингов, но после зимовки в Фулеме предпочло отбыть на континент, где бесчинствовало на протяжении еще целого десятилетия, оставляя после себя кровавый след погромов, убийств и грабежей. В 892 г., однако, потерпев годом раньше поражение от Арнульфа, короля Восточной Франкии, «великая армия» вернулась в Англию, привезя с собой из Булони коней. На протяжении нескольких лет по всему королевству Альфреда полыхали то тут, то там пожары спорадических столкновений и стычек. Но в 896 г. «армия викингов рассеялась: одни осели в Восточной Англии, другие - в Нортумбрии, те же, которым не досталось ничего, погрузились на ладьи и ушли на юг через море воевать на Сене». Тот факт, что отряд отщепенцев оставил Англию всего на пяти кораблях, а значит, состоял максимум из 350-400 чел., подтверждает мнение некоторых современных нам авторитетных специалистов о том, что так называемая «великая армия» достигала численно не более 1000 чел.; некоторые и вовсе оценивают ее как войско из 500 чел.

Норвежское оружие IX-X веков: щит из Гокстада, шлем из Йермюннбю, а также мечи, копейные острия и боевые топоры (без рукояток) из разных мест (Музей культурной истории Университета Осло, Норвегия).
Норвежское оружие IX-X веков: щит из Гокстада, шлем из Йермюннбю, а также мечи, копейные острия и боевые топоры (без рукояток) из разных мест (Музей культурной истории Университета Осло, Норвегия).

Даже после распада «великой армии» оседлые викинги из Восточной Англии и Нортумбрии продолжали жалить Уэссекс, нападая с моря и суши. Однако король Альфред, скончавшийся в 899 г., оставил наследникам значительные и хорошо организованные военные силы, причем как на воде, так и на земле, что позволило Эдуарду Старшему (899-925 гг.) и Ательстану (925-940 гг.) завоевать Датский Закон. Нортумбрия продержалась несколько дольше, отчасти из-за притока новой волны вторжения викингов - на сей раз норвежцев из Ирландии, которые захватили Йорк, отбив его у датчан в 919 г., и создали там собственные династии, признанные как скандинавскими колонистами, так и саксонским населением Нортумбрии. Время от времени они также правили норвежскими территориями в Ирландии, Западными и Оркнейскими островами, как и Пятью городами. Вместе с тем в 920 г. король Йорка Рогнволд признал сюзеренитет южных саксов, как и король Ситрик в 926 г.; в 927 г. Ательстан отправился маршем к Йорку, принудив сына и наследника Ситрика, Олафа, и его брата, Гутфрита, наставника и регента Олафа, убраться прочь оттуда. Однако сын Гутфрита, еще один Олаф, отбил у врага Йорк не позднее конца 939 г., а в следующем году получил путем договора и Пять городов. Как король Йорка, ему наследовал не столь доблестный кузен Олаф Ситрикссон (тот самый, которого изгнали в 927 г.), у него южные саксы сумели отнять Пять городов в результате решительной кампании 942 г.; сам Олаф потерял власть в 944 г.

Правда, Олаф вернулся по меньшей мере один раз - в 949-952 гг., между тем сомнительная честь остаться в истории в качестве последнего короля викингов в Йорке по праву принадлежит сыну короля Норвегии Харальда Прекрасноволосого, незабываемому Эрику Кровавому Топору, о котором говорили как о «самом знаменитом викинге из всех их». Он дважды правил в Нортумбрии - в 947-948 гг. и в 952-954 гг. «Англосаксонская летопись» лишь отмечает, что в 954 г. нортумбрийцы прогнали Эрика прочь и что с того момента король Эдред Английский завладел королевством; однако авторы более поздних исландских саг, пользующиеся написанной в Нортумбрии, но утерянной летописью X столетия, проливают более ясный свет на события. Согласно сагам, Эрик сошелся в битве под неким населенным пунктом Стэйнмор с «королем Олафом, данником короля Эдмунда»:
НАПРОТИВ: Норвежское оружие IX-X веков: щит из Гокстада, шлем из Йермюннбю, а также мечи, копейные острия и боевые топоры (без рукояток) из разных мест (Музей культурной истории Университета Осло, Норвегия).
[король Олаф] собрал бесчисленное множество людей, с коими он выступил против короля Эрика. Разыгралась страшная битва, в которой пали многие англосаксы, но на место каждого павшего вставали по трое из той округи; когда же пришел вечер, урон в людях обернулся к большему вреду для норманнов, у коих многие погибли. К концу того дня король Эрик и пятеро королей, что были с ним, пали. Троих из них звали Гутторм, Ивар и Харек [последний из поименованных один из сыновей Эрика], а других - Сигурд и Рагнволд [последний - один из братьев Эрика]; с ними нашли смерть и двое сыновей Тюрф-Эйнара [ярла Оркни], Арнкел и Эрленд.

Значительно более поздняя английская летопись, автор которой, возможно, пользовался тем же утерянным для нас источником, утверждает, что в действительности Эрик потерпел поражение и погиб от руки некоего Маккуса (Магнуса), сына Олафа, а не от самого Олафа, что вполне вероятно, поскольку войско его включало англичан, тогда как в сагах Олафа перепутали с Освульфом, саксонским эрлом Бэмбурга.

Как бы там ни было, Эрик потерпел поражение, и с ним кончилась история королевства викингов в Йорке. «С тех времен и до нынешних, - писал Иоанн Уоллингфордский, - Нортумбрия скорбит, не имея своего короля, и оплакивает свободу, коей некогда пользовалась».

Эфес меча викинга из реки Ли, что в Хартфордшире (Британский музей).
Эфес меча викинга из реки Ли, что в Хартфордшире (Британский музей).

Викинги в Ирландии. Сражение при Клонтарфе

Хотя и считается, что флот, устроивший набег на Гебридские острова и Северную Ирландию в 617 г., мог быть скандинавским, первое подтвержденное нападение викингов на Ирландию датируется 795 г., когда подвергся разграблению остров Ричренн (часто ассоциирующийся с островом Лэмби поблизости от Дублина, но более вероятно, являвшийся островом Рэтлин, что примерно в 8 км к северо-востоку от основной ирландской территории) и были захвачены два монастыря на западном берегу. Поначалу все действия выражались в простых набегах небольшими силами, однако после 830 г. они участились, а примерно в 840 г., с прибытием некоего Тургесия, или Тургейса - полулегендарного персонажа, который, если верить ирландским хронистам, сделался «королем чужаков в Эрине», — началась колонизация. Викинги впервые перезимовали у брода через реку Лиффи в 841-842 гг., в то время и вырос там форт - будущий замок Дублина. Прошло немного времени, прежде чем лагеря и заставы викингов появились во множестве мест на протяжении всего морского побережья Ирландии, а также и в глубине суши, где судоходные реки позволяли продвигаться на ладьях. Как наиболее крупные следует упомянуть Корк, Лимерик, Уотерфорд, Уэксфорд и Уиклоу (хотя большинство из перечисленных приобрели какую-то важность только в X столетии). За исключением краткого периода 902-919 гг., Дублин с момента основания представлял собой центр сосредоточения власти викингов в Ирландии, где правили самопровозглашенные короли.

Эфес меча, найденный в Боллиндерри (Уэстмит), в Ирландии. Орнамент на крестовине и на головке эфеса из серебра (Государственный музей Ирландии).
Эфес меча, найденный в Боллиндерри (Уэстмит), в Ирландии. Орнамент на крестовине и на головке эфеса из серебра (Государственный музей Ирландии).

Одним из неизбежных следствий появления в Ирландии общин викингов (преимущественно норвежского происхождения) стало вовлечение их в нестабильную политическую жизнь Ирландии, где множество королей маленьких королевств находились в состоянии почти постоянной войны друг с другом. Посему после середины IX века союзы между викингами и ирландцами стали вполне обычным явлением: так, викинги Дублина даже превратились в постоянных союзников королей Ленстера. Фактически последний альянс привел в 1014 г. к наиболее крупному столкновению в истории викингов и ирландцев, когда король Дублина поддержал Маэльмурду Ленстерского в его мятеже против верховного короля, Бриана Бору (может встречаться Брайен. - Прим. пер.). Речь, конечно же, идет о битве при Клонтарфе.

Бриан Бору, энергичный и честолюбивый вождь с большими претензиями, стал одним из очень немногих верховных королей средневекового периода, который хоть с какими-то основаниями имел право претендовать на звание не просто номинального, а пользующегося реальной властью короля Ирландии, что, естественно, не могло не поставить его в конфликтное положение по отношению к многочисленным и отчаянно отстаивающим независимость малым династиям. В самом конце X столетия, в заключительные месяцы 999 г., Маэльмурда Ленстерский и король Дублина Сигтрюгг Шелковобородый восстали против Бриана, который выступил навстречу им в предгорья Уиклоу и нанес сокрушительное поражение у Глен-Мама, при этом Маэльмурда избежал гибели или плена, только удачно спрятавшись в дупле в стволе тиса. Хотя впоследствии великодушный победитель восстановил Сигтрюгга в правах короля в его королевстве, унижение, испытанное им в сражении с Брианом, стало незаживающей раной, которую, если верить одному источнику, в 1012 г. беспардонно разбередил скорый на слова и решения сын Бриана, Мурхад. История представляет все следующим образом: Мурхад, проиграв партию в шахматы вследствие совета, который Маэльмурда подал его оппоненту, обругал короля Ленстера и заметил, что рекомендации того не всегда бывали столь полезны для тех, кому он их давал: «Какой дельный совет подал ты норвежцам, когда мы разметали их у Гленн-Мама!» Глубоко задетый, Маэльмурда отозвался: «Я снова дам им совет, но на сей раз исход будет другим», - на что Мурхад отпарировал: «Не забудь заготовить для себя тис!»

Боевые топоры и копья викингов из Темзы близ Лондонского моста, датируемые периодом приблизительно 840-1020 гг. Оружие, вероятно, осталось лежать там после битвы или же его бросили в воду, принося жертвы богам (Лондонский музей).
Боевые топоры и копья викингов из Темзы близ Лондонского моста, датируемые периодом приблизительно 840-1020 гг. Оружие, вероятно, осталось лежать там после битвы или же его бросили в воду, принося жертвы богам (Лондонский музей).

Оскорбленный Маэльмурда в злобе покинул двор Бриана, собрал вождей и подтолкнул к мятежу северных королей. К 1013 г. война полыхала уже во многих районах. Однако Мурхад вскоре обратил Маэльмурду в бегство, и вот на исходе лета тому пришлось искать спасения в укрепленном Дублине у Сигтрюгга. Там Мурхад и Бриан осаждали их до Рождества, когда войско Бриана из Манстера снялось с лагеря и рассеялось, чтобы зимовать дома. Стремясь как следует воспользоваться неожиданной передышкой, Сигтрюгг на корабле отправился на север, к викингам Западных островов, в надежде найти союзников. Если верить «Хроникам Иннисфалена», он в итоге получил войска от гайллов, или «иностранцев», со всего Западного мира. Разные записи позволяют сделать вывод о прибытии подкреплений викингов с Гебридских островов, из Кейтнесса Кинтайра, Аргайлла (т.е. из Шотландии. - Прим. пер.), Норвегии и - что уж и вовсе невероятно - из Франции, Фландрии, Фризии и даже из Руси. Несомненно, эрл Сигурд Сильный (или Храбрый. - Прим. пер.) из Оркни подал помощь Сигтрюггу, как поступил и некий Бродир из Мэна с 20 ладьями (хотя его товарищ Успак, располагавший десятью судами, встал на сторону Бриана).

Весной 1014 г. все эти силы собрались под Дублином, где ближе к концу апреля верховный король отважился дать им бой силами армии, численность которой оценивается в 20 000 чел., набранных в Манстере, в Миде (в Средних землях) и в Южном Коннахте (провинция Ирландии; может встречаться Коннаут или Коннот. - Прим. пер.). 23 апреля - в страстную пятницу - обе стороны построились для битвы на равнине возле Клонтарфа.

Предпринималось немало попыток установить диспозиции обеих армий, хотя ни одна из них не кажется совершенно убедительной. Однако ученые, в общем-то, сходятся на одном фундаментальном предположении, что викинги с их союзниками из Ленстера образовали пять или семь отрядов, встав слишком тонким строем в попытке прикрыть не только путь отхода к Дублину по мосту через Лиффи, но и стоявшие на якорях в гавани Дублина на противоположном крыле ладьи заморских викингов. Автор «Ньяловой саги» отводит Бродиру один фланг, а королю Сигтрюггу - другой, ставя эрла Сигурда в центре, однако не упоминает о Маэльмурде и его воинах из Ленстера, несмотря на тот факт, что те, по всей видимости, минимум вдвое превосходили викингов числом. Автор допускает ошибку в отношении роли Сигтрюгга в разыгравшемся сражении, поскольку он на протяжении всей битвы оставался в Дублине, тогда как командовал войском Дублина его брат Дубгалл. Вероятно, заморские викинги под началом Сигурда и Бродира занимали левый фланг с целью защитить корабли, тогда как дублинский отряд - правый, поближе к мосту, тем временем Маэльмурда расположился на господствующей высоте в центре. Установление диспозиции войск Бриана еще более сложная задача. Нам известно, что правый фланг им обеспечивала река Лиффи, а левый - протекающая параллельно река Толка. «Ньялова сага» сообщает нам, что верховый король, достигший к тому времени возраста 73 лет, «не желал обнажать меча в страстную пятницу, а потому его окружили воины валом из щитов, а перед ним построилась и вся его армия». Следовательно, командовал Мурхад вместе с кузеном Коненгом и 15-летним сыном Тойрделбахом. Автор саги утверждает, что присутствовал и самый младший из сыновей Бриана, Тагд. Написанная в XII столетии «Война гэдилов с гайллами», где сказано, что Бриан молился в шатре в лесу Томар, описывает ирландские порядки как очень плотное построение, говоря, что «запряженная четверкой в ряд колесница могла бы проехать по их головам, так близко стояли они один к другому», однако упоминает об отдельных «баталиях» (battal), или отрядах, и о трех линиях.

«Армии столкнулись, и разгорелась жаркая битва», - повествует «Ньялова сага». В центре Маэльмурда устремился вниз с холма и глубоко врубился в порядки Мурхада, однако дела у союзников-вилингов на флангах пошли не так благоприятно. После ожесточенного боя численное превосходство Мурхада, несмотря на уход людей из Мида, стало сказываться на ходе сражения. Воины из Ленстера, слишком углубившиеся во вражеский строй, причем без поддержки, были отброшены в беспорядке, как и викинги. Дублинский отряд на правом крыле стал откатываться к городу, однако преследователи наседали им на пятки, так что всего 20 чел., а согласно другой версии и того меньше - только девять, смогли добраться до крепости. Левое крыло викингов собралось, и отряды из Ленстера попятились, отступая к нему, но к тому моменту викинги очутились в почти полном окружении, охваченные слева и справа победоносными солдатами Мурхада из Манстера. Не оставалось никакого выхода, кроме как отступать к морю, однако и там почти не предоставлялось шансов на спасение, поскольку из-за прилива ладьи викингов оказались на очень большом расстоянии, покрыть которое было бы под силу только очень хорошим пловцам. Потому неизбежно очень многие нашли смерть в воде на пути к спасительным, но слишком далеким кораблям.

Изображенные здесь викинги демонстрируют одежду, типичную для них в IX—X столетиях. Обратите внимание на различия в рубахах, шлемах и штанах. Мечи, секиры, копья и щиты являлись основным вооружением воинов.
Изображенные здесь викинги демонстрируют одежду, типичную для них в IX—X столетиях. Обратите внимание на различия в рубахах, шлемах и штанах. Мечи, секиры, копья и щиты являлись основным вооружением воинов.

Между тем, несмотря на то что прошло уже 12 часов, как началась битва, сражение еще не завершилось. В отчаянии некоторые из викингов - и среди них Бродир - сумели прорубиться через ряды армии Мурхада и достигли лагеря короля, расположенного в тылу у ирландцев. «Ньялова сага» детализирует события: Бродир увидел, что войско короля Бриана преследует бегущих... и что лишь немногие мужи остались с ним, чтобы прикрывать государя стеной из щитов. Он проложил себе путь через лес и прорубился через заслоны к королю. Юный Тагд простер руку, дабы защитить Бриана, но меч отсек ее и голову короля... Затем Бродир воскликнул: «Пусть же все знают, что Бродир срубил Бриана».

Однако ему недолго пришлось праздновать триумф, поскольку телохранители верховного короля окружили отряд и взяли в плен всех викингов, которых затем предали смерти.

Автор «Войны гэдилов с гайллами» приводит данные о потерях викингов и их союзников из Ленстера: 2500 чел. у скандинавов и 3100 у ирландцев - итого 5600 чел. В других источниках говорится где о 6000 чел. всего, а где о 6000 «иностранцев»; самые высокие данные в «Лебар Оирис», где называется цифра 6700 убитых викингов и 1100 ленстерцев, тогда как часто говорится, что урон у викингов составил не меньше 3000 чел., включая 1000 бойцов в кольчугах, которыми, по всей видимости, командовал Бродир. Вдобавок ко всему едва ли не все предводители погибли, включая эрла Сигурда, Бродира, Дубгалла и Маэльмурду: утверждается, что ни один из викингов высокого ранга, вышедших на поле битвы в тот день, не остался в живых. Однако победу ирландцев можно назвать до известной степени пирровой - мало того что пал сам верховный король, но судьбу его разделили Мурхад (он скончался на заре следующего утра от смертельной раны), внук Тойрделбах, который утонул во время преследования, а также и племянник Коненг. По меньшей мере еще семь других королей и 1600 нобилей нашли смерть в тот день. В одном источнике сумма потерь воинов из Манстера и Коннахта составляет всего 4000 чел.

Боррестадский мемориальный камень в Юттергерде, что в Уппланде (Швеция) с руническими письменами по туловищу змея Йорлунганда. рассказывает о трех походах в Англию, совершенных в начале XI столетия человеком по имени Ульф. Надпись гласит: «Карей и Гербьерн повелели nocmaвить сей камень в честь их отца Ульфа. Бог и Божья Матерь да спасите его душу. Ульф трижды брал датский выход в Англии. В первый раз поднес его Тости. Затем Торкел [Длинный]. Затем Кнут». Когда давил дань Тости, неизвестно, однако Торкел и Кнут расплачивались соответственно первый в 1012, а второй - в 1016 г. (Национальный музей древностей, Стокгольм, Швеция).
Боррестадский мемориальный камень в Юттергерде, что в Уппланде (Швеция) с руническими письменами по туловищу змея Йорлунганда. рассказывает о трех походах в Англию, совершенных в начале XI столетия человеком по имени Ульф. Надпись гласит: «Карей и Гербьерн повелели nocmaвить сей камень в честь их отца Ульфа. Бог и Божья Матерь да спасите его душу. Ульф трижды брал датский выход в Англии. В первый раз поднес его Тости. Затем Торкел [Длинный]. Затем Кнут». Когда давил дань Тости, неизвестно, однако Торкел и Кнут расплачивались соответственно первый в 1012, а второй - в 1016 г. (Национальный музей древностей, Стокгольм, Швеция).

Несмотря на большую ее значимость со многих точек зрения, битва при Клонтарфе не являлась решающей настолько, насколько мы привыкли думать. Она не поставила точку во власти скандинавских выходцев в Ирландии, которая начала убывать уже с середины X столетия, и король Сигтрюгг продолжал править в Дублине на протяжении следующих 20 лет. Однако, если не считать отдельных пиратских рейдов (как кампания Магнуса Голоногого [имеется в виду норвежский король Магнус III, прозванный так из-за ношения килта; в 1103 г. он погиб в Ирландии. - Прим. пер.]), пройдет еще полтора столетия, прежде чем скандинавская армия ступит на ирландскую землю.

Викинги на Востоке. Варяжская стража

Несмотря на то что викинги торговали в Восточной Балтике по меньшей мере с VII века, первый их набег, зафиксированный на Востоке, относится к довольно поздней дате, к 852 г., когда шведское войско подступило к городу Новгороду и взяло немалую дань с граждан. Но даже и позднее викинги на Востоке -всегда преимущественно шведы - выказывали тенденцию скорее к колонизации и торговле, нежели к пиратству. Им удалось довольно быстро сделаться господами и правителями местного славянского населения, которое называло их руссами (отсюда и слово Русь). В 858 г. они обосновались в Киеве, откуда двумя годами позднее отправились в смелый - хотя, правда, и не успешный - рейд на Константинополь (Миклагард, или Великий Город, как они называли его) на кораблях, спустившись по Днепру и проследовав Черным морем. Затем - в 907, 941 и 944 гг. - прошли другие крупные кампании против Византийской империи, к каковому времени руссы уже начали подвергаться процессу ассимиляции со стороны славянских подданных, а потому не могли более считаться в полной мере викингами. Сами посудите, уже в середине IX столетия арабский географ ибн-Хордадба отзывался о руссах как об «одних из славян».

Императорская стража с византийского манускрипта, хранящегося в Мадриде, состоит из чужестранцев, включая франков, руссов, германцев и викингов (Национальная библиотека, Мадрид).
Императорская стража с византийского манускрипта, хранящегося в Мадриде, состоит из чужестранцев, включая франков, руссов, германцев и викингов (Национальная библиотека, Мадрид).

Настоящие викинги, о которых говорится в русских, арабских и византийских источниках как о «варягах», безусловно, оставили немалый след в русской истории. Крупные отряды их продолжали брать на службу как наемников многие киевские и новгородские князья - практика, которая продолжалась до середины XI столетия, ибо последнее упоминание о наемниках-викингах на Руси относится к 1043 г. Многие такие викинги, пробыв на Руси какое-то время, отправлялись в Константинополь, где вступали в византийскую армию, в которой по состоянию на 911 г. их числилось 700 чел. Позднее упоминания о викингах в византийских источниках становятся все более частыми: семь кораблей с экипажами всего из 415 викингов из Руси в 935 г. находились в составе византийской экспедиции в Италию; шесть судов с 629 чел. точно так же принимали участие в походе на Крит в 949 г.; воины руссы, или викинги, сражались с арабами в 955 г., а в 968 г. внесли определенный вклад в кампанию на Сицилии. Двадцать лет спустя, в 988 г., Владимир Киевский послал ни много ни мало 6000 викингов в помощь императору Василию II, и именно выходцы из этого контингента составили впоследствии знаменитую позднее варяжскую стражу.

Восточные викинги, X-XI вв. Викинги торговцы и воины, путешествовавшие на Восток, неизбежно усваивали и привозили с собой в Скандинавию разнообразные предметы одежды и оружия, которые почерпнули у славянских и центральноазиатских народов, что можно видеть, приглядевшись к изображенным воинам. Фигура справа - воин-русс. В облачении и снаряжении фигуры слева прослеживаются значительные черты влияния азиатских народов, взять хотя бы мадьярскую упряжь лошади. На заднем фоне видны варяжские стражники XI столетия, им присущи два отличительных признака — их прославленные секиры и не менее знаменитая любовь к возлияниям.
Восточные викинги, X-XI вв. Викинги торговцы и воины, путешествовавшие на Восток, неизбежно усваивали и привозили с собой в Скандинавию разнообразные предметы одежды и оружия, которые почерпнули у славянских и центральноазиатских народов, что можно видеть, приглядевшись к изображенным воинам. Фигура справа - воин-русс. В облачении и снаряжении фигуры слева прослеживаются значительные черты влияния азиатских народов, взять хотя бы мадьярскую упряжь лошади. На заднем фоне видны варяжские стражники XI столетия, им присущи два отличительных признака — их прославленные секиры и не менее знаменитая любовь к возлияниям.

Причины появления варяжской стражи - или гвардии с секирами, как называют ее часто византийские источники, - кроются в нелюбви и недоверии Василия II к местным византийским стражникам. Такая неожиданная на первый взгляд вера в русских викингов Владимира происходит, вероятно, от знакомства императора с записками арабских путешественников, которые отмечали особую преданность руссов их государю и их готовность «умереть рядом с ним и принять смерть ради него». Вера не была обманута, ибо Анна Комнина уже позже, в XII столетии, будет писать о варяжских стражниках, говоря, что они «рассматривают лояльность императорам и обязанность защищать их личности как семейную традицию, нечто вроде священного достояния и наследия, передаваемого от поколения к поколению; они никогда не нарушат верности и не допустят даже хотя бы малейшего намека на возможность предательства». Скандинавов, откуда бы ни происходили те — из Швеции, Норвегии, Дании или Исландии, - всегда потому радушно встречали при византийском дворе, и исландские саги и уцелевшие рунические письмена содержат бесчисленное множество имен людей, которые в то или иное время побывали в рядах варяжской стражи. Даже Харальд Хардрада, будущий король Норвегии, послужил командиром в ней.

Варяжская стража продолжала формироваться преимущественно из скандинавов на протяжении еще полутора столетий после ее создания. Но после норманнского завоевания Англии в 1066 г. в состав этого элитного соединения стали включаться многие беженцы англосаксонского происхождения. Впервые отмеченные как значимая по величине составляющая на византийской службе в 70-80-е гг. XI века, они, по всей видимости, входили в обособленные от скандинавов отряды, при этом английский элемент в страже численно все возрастал на протяжении XII столетия до тех пор, пока к 1180 г. византийский хронист не получил законные основания утверждать, что варяжская стража состоит преимущественно «из британского племени». Как бы там ни было, «Сверриева сага» отмечает, что не ранее и не позднее 1195 г. император отправлял послов к королям Норвегии, Швеции и Дании, запрашивая у них 1200 чел. для службы в гвардии, в то время как хроника Жоффруа Виллардуэна, посвященная Четвертому крестовому походу 1202-1204 гг., постоянно упоминает о датских, равно как и об английских, стражниках. Если иметь в виду последнюю дату, скандинавы, несомненно, находились там уже в меньшинстве, а источники позднего периода XIII столетия неизменно говорят о варягах как об «энглиной» (англичанах). История приключений викингов на Востоке подошла к концу.

Перед нами знаменитый Пирейский лев 12 футов в вышину (немногим более 3,5 м) -мраморное изваяние в греческом порту Пирей, что неподалеку от Афин. На плечах памятника подвергшиеся влиянию атмосферы и времени плохо различимые теперь рунические начертания, касающиеся викингов, несших службу у византийского императора. Некоторые стараются рассмотреть там упоминания о Харалъде III Хардраде между тем стиль письма, очевидно, шведский, а не норвежский, и относятся надписи, судя по всему, примерно к 1000 г., а не ко второй половине XI века.
Перед нами знаменитый Пирейский лев 12 футов в вышину (немногим более 3,5 м) -мраморное изваяние в греческом порту Пирей, что неподалеку от Афин. На плечах памятника подвергшиеся влиянию атмосферы и времени плохо различимые теперь рунические начертания, касающиеся викингов, несших службу у византийского императора. Некоторые стараются рассмотреть там упоминания о Харалъде III Хардраде между тем стиль письма, очевидно, шведский, а не норвежский, и относятся надписи, судя по всему, примерно к 1000 г., а не ко второй половине XI века.

Викинги в Англии. XI столетие

В то время как власть викингов в Ирландии и на Востоке неизменно шла на убыль, в Англии она неожиданно получила, что называется, мощное вливание, когда в 978 г. на трон в Лондоне взошел слабый и нерешительный король, запомнившийся потомкам как Этельред Неспособный. В 980 г. пиратские набеги возобновились, причем интенсивность и степень болезненности их для народа и страны на протяжении следующих 30 лет все возрастала, несмотря на уплату датского выхода и крупномасштабных попыток откупиться: 10 000 фунтов (4536 кг) серебра было выплачено в 991 г., затем 16 000 фунтов (7257 кг) -в 994 г., каковые суммы только раз от раза увеличивались в стойкой пропорции, отражая возрастающие требования, и достигли 48 000 фунтов (21 773 кг) в 1012 г. Подогретые такой удобной возможностью разбогатеть, датские викинги являлись в Англию на протяжении периода с 997 по 1014 г. буквально ежегодно. Военная организация страны, не имевшая сильного и способного руководства, постепенно рушилась под непрекращающимися ударами, систематически наносимыми королем Свеном Вилобородым, правившим Данией с 984 по 1014 г. В итоге в 1013 г. население Нортумбрии и Восточной Англии признало Свена как сюзерена, что привело к появлению целой плеяды викингов на престоле Англии, начиная от Свена (1013-1014 гг.), его сына Кнута (1016-1035 гг.) и заканчивая сыновьями последнего - Харальдом Заячьей Лапой (1035-1040 гг.) и Хартакнутом (1040-1042 гг.). Хотя династия исчерпалась на Хартакнуте, претензии на английский трон со стороны скандинавов возобновились, но на сей раз уже в образе норвежского короля Харальда Сигурдссона, который унаследовал права от племянника, Магнуса Доброго, короля Дании и Норвегии в 1042-1047 гг. (имеется в виду Магнус I, правивший в Норвегии с 1035 г. - Прим. пер.).

Викинг позднего периода X-XI веков. В данный период образ воинов среднего ранга претерпел значительные изменения. «Херсиры» (hersir) перестали представлять собой в скандинавских государствах независимые фигуры, положение которых узаконивалось достатком, властью и родословной. Теперь они превратились в слуг и представителей королей. Как местный предводитель, так и простой стражник из числа придворных крупного вельможи мог выглядеть так в день, когда предстояло явиться перед государем в полной готовности к ратной службе.
Викинг позднего периода X-XI веков. В данный период образ воинов среднего ранга претерпел значительные изменения. «Херсиры» (hersir) перестали представлять собой в скандинавских государствах независимые фигуры, положение которых узаконивалось достатком, властью и родословной. Теперь они превратились в слуг и представителей королей. Как местный предводитель, так и простой стражник из числа придворных крупного вельможи мог выглядеть так в день, когда предстояло явиться перед государем в полной готовности к ратной службе.

Харальд III Сигурдссон, уже посмертно прозванный Хардрадой (Безжалостным), жил полной опасностей и приключений жизнью, впрочем, вполне типичной для многих вождей викингов. Сын мелкого норвежского короля, правившего в районе Рингерике, в 1030 г. он сражался в поддержку сводного брата, короля Олафа II Харальдссона (святого Олафа) в битве при Стиклестаде, где Олаф погиб. Позднее Харальд бежал на Восток ко двору великого князя Ярослава Мудрого (на киевском престоле с 1019 по 1054 г. - Прим. пер.). Прожив там несколько лет, успев в том числе повоевать с поляками, он «с большой свитой» отправился в Константинополь, где и поступил в знаменитую варяжскую стражу. Харальд сражался с арабами в Анатолии и на Сицилии под началом Георгия Маниака, а также в войсках других византийских полководцев в Южной Италии и в Болгарии, угодил в застенок в Константинополе по обвинению в незаконном присвоении императорской добычи в ходе вышеназванных экспедиций. По всей видимости, Харальду удалось бежать из темницы во время крупного восстания против императора Михаила Калафата в 1042 г., после чего он через Русь вернулся в Скандинавию. Добравшись до Дании, он содействовал Свену Ульфссону в его борьбе с племянником Харальда, королем Магнусом, за право владеть датским троном, однако в 1045 г. перешел на сторону Магнуса, предложившего ему половину королевства Норвегия, а после смерти Магнуса в 1047 г. получил и оставшуюся часть.

Секира XI столетия, найденная в Темзе около северной стороны Старого Лондонского моста. Она пролежала там, вероятно, с 1014 г., со времен атаки выступавшего на стороне короля Этельреда Олафа Харальдссона (святого Олафа) на удерживаемый датчанами мост, о чем живописует- «Олафова сага». Тогда утонуло немало датчан, как отправились на дно, надо думать, и какие-то норвежские ладьи. Викинги на кораблях Олафа «подошли под мост, обвязали веревками столбы опор и налегли на весла изо всей мочи, стремясь вниз по течению. Опоры поколебались и заходили под мостом, и, когда столбы достаточно расшатались, мост рухнул. Изрядное число людей попадало в реку, прочие же бежали». Рифмованные строки, написанные скальдом-викингом, бывшим современником событий, прожили века и в английском переводе стали популярной прибауткой: «Рушится, рушится Лондонский мост», которая приняла современную нам форму еще в середине XI столетия (Лондонский музей).
Секира XI столетия, найденная в Темзе около северной стороны Старого Лондонского моста. Она пролежала там, вероятно, с 1014 г., со времен атаки выступавшего на стороне короля Этельреда Олафа Харальдссона (святого Олафа) на удерживаемый датчанами мост, о чем живописует- «Олафова сага». Тогда утонуло немало датчан, как отправились на дно, надо думать, и какие-то норвежские ладьи. Викинги на кораблях Олафа «подошли под мост, обвязали веревками столбы опор и налегли на весла изо всей мочи, стремясь вниз по течению. Опоры поколебались и заходили под мостом, и, когда столбы достаточно расшатались, мост рухнул. Изрядное число людей попадало в реку, прочие же бежали». Рифмованные строки, написанные скальдом-викингом, бывшим современником событий, прожили века и в английском переводе стали популярной прибауткой: «Рушится, рушится Лондонский мост», которая приняла современную нам форму еще в середине XI столетия (Лондонский музей).

Ему был уже 51 год, когда в 1066 г. Тостиг, опальный эрл Нортумбрии и брат короля Гарольда II Годвинссона Английского, появился в Норвегии в поисках военной помощи в деле возвращения себе утраченных владений. Хардрада имел виды на английский трон по крайней мере с 50-х гг. XI века, и особо уговаривать его Тостигу, надо полагать, не пришлось. Как сообщает «Сага о короле Харальде», «эрл и король часто и подолгу беседовали и вот в итоге пришли к решению вторгнуться в Англию летом». На юге Норвегии собрался огромный флот: автор саги оценил его размеры в 240 ладей («не считая транспортных кораблей и мелких судов»), а «Англосаксонская летопись» называет цифру 300, на которые погрузилось «большое пиратское воинство». Численность его, по мнению современных ученых, достигала 9-10 тыс. чел., но, возможно, доходила и до 18 тыс. чел. К вышеназванному флоту в виду Оркнейских островов присоединилась флотилия эрла Тостига из 12 кораблей с экипажами из воинов его дружины и фламандских пиратов. Оттуда эскадры проследовали к Хамберу (часто говорят «река Хамбер», но вообще это эстуарий, или устье, рек Уз и Трент. - Прим. пер.), по пути занимаясь грабежом, а затем поднялись до Риккола, что примерно в 15 км к югу от Йорка. Тут норвежцы высадились, ожидая возможности дать бой саксонской армии, которая выступила против них из Йорка под началом эрла Нортумбрии Моркера и эрла Мерсии Эдвина. «Сага о короле Харальде» раскрывает подробности: "Король Харальд вышел на берег и построил войско. Одно крыло упиралось в реку, а другое пролегало вдоль рва и уходило в сторону суши, где имелось большое покрытое водой болото. Армия эрлов медленно продвигалась вдоль реки плотным строем. Знамя короля Харальда развевалось возле воды, где воины стояли наиболее густыми рядами, менее плотным был строй вдоль рва, где находились самые ненадежные воины. Когда эрлы обрушились на норвежцев в том месте, последние не выдержали, и английский авангард со знаменем Моркера устремился вперед, думая, что норвежцы побегут.

Когда король Харальд увидел, что приближавшиеся английские порядки уже перед ним, он велел трубить в рога, возвещая об атаке, и призвал воинов броситься на врага без страха. Приказав нести рядом с ним боевое знамя «Разоритель Земель», он устремился вперед так яростно и напористо, что никто и ничто не могло противостоять ему. Среди людей эрлов был большой урон, и скоро они не выдержали и побежали, частью вниз по реке, а частью вверх по ней, но большинство угодило в болото, которое так наполнилось трупами, что норвежцы могли преследовать остальных, не замочив ног".

Благочестивые викинги. Король Кнут с женой, Иммой Эльфгифю (вдовой Этельреда Неспособного), воздвигают золотой крест в церкви в Нью-Минстере, что в Винчестере. Разворот титульного листа «Либер Витэ» («Книги жизни». - Прим. пер.), реестра аббатства Нью-Минстер-энд-Хайд, около 1020-1030 гг. (Британская библиотека)
Благочестивые викинги. Король Кнут с женой, Иммой Эльфгифю (вдовой Этельреда Неспособного), воздвигают золотой крест в церкви в Нью-Минстере, что в Винчестере. Разворот титульного листа «Либер Витэ» («Книги жизни». - Прим. пер.), реестра аббатства Нью-Минстер-энд-Хайд, около 1020-1030 гг. (Британская библиотека)

Воины-викинги. XII столетие. Облачение трех представленных здесь фигур позволяет проследить поступательную эволюцию скандинавского военного снаряжения в XII веке, оно фактически сравнивается с тем, которое на тот момент находило применение повсюду на материковой части Европы. Мы видим, что традиционный древний круглый щит отжил свое и был заменен каплевидным, вошли в широкий обиход кольчуги, которые сделались повсеместно распространенными у представителей рыцарского воинства на Западе.
Воины-викинги. XII столетие. Облачение трех представленных здесь фигур позволяет проследить поступательную эволюцию скандинавского военного снаряжения в XII веке, оно фактически сравнивается с тем, которое на тот момент находило применение повсюду на материковой части Европы. Мы видим, что традиционный древний круглый щит отжил свое и был заменен каплевидным, вошли в широкий обиход кольчуги, которые сделались повсеместно распространенными у представителей рыцарского воинства на Западе.

Так завершилось сражение под Фулфордом, разыгравшееся в среду, 20 сентября. Самая длинная версия «Англосаксонской летописи» содержит лишь краткое упоминание о вышеуказанном боевом соприкосновении, утверждая, что «войско эрлов порубило викингов изрядно, но потом великое число англичан тоже пало от оружия или утонуло, армия их побежала и рассеялась, и поле боя осталось за скандинавами».

Больше Йорк не дерзал сопротивляться викингам и открыл сношения с Харальдом, согласившись принять его как короля и дать ему заложников. Именно ради получения заложников Харальд 24 сентября разбил лагерь под Стамфорд-Бриджем, что в 11 км к востоку от Йорка, оставив не менее трети армии и флот у Риккола под командой Эйстена Урри, «самого знатного из всех лендерменов» (людей с землей, т.е. крупных землевладельцев, или нобилей). Остальная часть армии не располагала на тот момент должным снаряжением и довольно мало годилась для битвы. «Сага о короле Харальде» рассказывает о том, что из-за солнечной и жаркой погоды «они не надели доспехов, но вышли на берег лишь при щитах, шлемах, с копьями и опоясанные мечами. Некоторые захватили луки со стрелами, и все были беззаботны». Думается, легко представить себе, какой шок испытали викинги, когда следующим утром увидели вместо посольства с заложниками «приближавшееся к ним огромное войско. Они узрели перед собой клубы пыли, поднятые копытами лошадей, расписные щиты и сияющие на солнце доспехи». Так появилась еще одна саксонская армия, возглавлял ее лично король Гарольд II Годвинссон с его дружиной из английских хускарлов (huscarl - букв, означает домашний человек, т.е. представитель вооруженной дворни, гвардии государя. - Прим. пер.), каждого из которых один из сподвижников самого Хардрады аттестовал как «стоивших двух любых лучших воинов в войске короля Харальда». В саге говорится, что в последней попытке спасти заблудшего брата Гарольд начал с переговоров, предлагая Тостигу треть королевства, если тот присоединится к нему. Тут Тостиг поинтересовался, какие же компенсации в том случае стоит ожидать Хардраде, на что Гарольд ответил знаменитой репликой: «Семь футов английской земли или побольше, поскольку он выше многих других».

Правдивость описания последовавшего затем сражения, данного Снурри Стурлуссоном в «Саге о короле Харальде» - единственного подобного свидетельства, которым мы располагаем, - вызывает подозрения по ряду причин, не в последнюю очередь потому, что он путает некоторые аспекты с событиями битвы при Гастингсе. Однако представляется вполне вероятным, что в момент появления английской армии норвежские воины находились по обеим сторонам реки Дервент, что объясняет заметный эпизод из «Англосаксонской летописи», когда «один норвежец стойко бился против [наседавших] английских войск, чтобы те не могли перейти мост и вырвать у скандинавов победу. Англичанин выстрелил в него из лука, но все напрасно, другой же пробрался под мостом и ударил его мечом [в открытое место] под панцирем». Задержка, вызванная схваткой у моста, позволила оказавшимся в численном меньшинстве скандинавам собрать основные силы на противоположном берегу и построить их ощетинившимся остриями копий и «плотно прикрытым спереди и сверху» щитами кругом, на который и обрушилась английская армия. Сага говорит, что Хардрада «исполнился такой ярости, что бросился в бой впереди воинов и бился двумя руками, так что ни шлемы, ни кольчуги не могли сдержать его ударов, а потому все, кто попадался на пути его, отступали. Казалось, что англичане вот-вот не выдержат и побегут... Но короля Харальда сразила стрела, попавшая ему в горло, и он погиб. Он пал в бою, как и все, кто следовал за ним вперед, кроме тех, кто отошел с королевским знаменем "Разоритель Земель"». Командование принял эрл Тостиг, когда же оставшимся норвежцам предложили пощаду от Гарольда Годвинссона, они ответили, что предпочитают смерть. Именно смерть и постигла Тостига и большинство уцелевших скандинавов. Сага продолжает рассказ:

"В тот момент подступил Эйстен Урри со всеми оставленными при кораблях людьми, которые облачились в доспехи. Эйстен взял знамя короля Харальда, и битва возобновилась в очередной раз, причем казалась даже более ожесточенной, чем раньше. Англичане гибли в большом числе и вновь были готовы уже обратиться в бегство. Эту часть сражения назвали ураганом Урри. Эйстен и его воины бегом проделали весь путь к району боя от стоянки ладей (где посланный Хардрадой конный связной принес им весть о приходе англосаксов), а потому истомились и были почти не в состоянии биться, однако же пришли в такую ярость, что даже не заботились прикрываться щитами. Со временем они избавились и от кольчуг, после чего англичанам стало проще разить викингов, но иные даже и без особых ран умирали от перенапряжения. Почти все предводители норвежцев нашли смерть в бою.

Случилось все ближе к вечеру. Как и можно ожидать, не все поступили подобным образом. Некоторые побежали, и иным посчастливилось уцелеть тем или другим образом. Резня продолжалась и в уже наступивших сумерках".

Иллюстрация из коллекции исландских саг «Флатейярбок». На представленном здесь украшении к «Саге о короле Олафе Трюггвассоне» (Олаф I. -Прим. пер.) изображены некоторые из его замечательных деяний - убийство вепря и морской великанши-людоедки. Несмотря на мифический характер части сказаний, саги представляют собой неоценимый источник сведений о жизни и истории викингов.
Иллюстрация из коллекции исландских саг «Флатейярбок». На представленном здесь украшении к «Саге о короле Олафе Трюггвассоне» (Олаф I. -Прим. пер.) изображены некоторые из его замечательных деяний - убийство вепря и морской великанши-людоедки. Несмотря на мифический характер части сказаний, саги представляют собой неоценимый источник сведений о жизни и истории викингов.

«Англосаксонская летопись» сообщает, что победители преследовали скандинавов весь путь к их кораблям в Рикколе и что уцелели лишь немногие. Спасшимся дали уйти всего на 24 кораблях, в то время как цвет мужской части норвежского генофонда остался гнить на поле несчастной битвы.

Хотя отдельные набеги на Англию продолжали отмечаться вплоть до 1151 г., а скандинавские пираты с Оркнейских и Западных островов пошаливали на ее территории и позднее, вполне понятно, почему именно 1066 г. обычно служит как заключительный год эры викингов и почему Харальда Хардраду нередко именуют «последним викингом». Его поход являлся по сути своей заключительным крупным предприятием такого рода в эпоху викингов. В истории викингов, начавшейся почти 300 лет назад, наступил закат.

Викинги в Северной Америке

С тех самых пор, когда в 1492 г. Христофор Колумб открыл для европейцев Америку, поползли слухи, что, возможно, на прежде неведомом континенте к западу побывали какие-то неучтенные европейские первооткрыватели. Еще в III столетии до Р. Х. рассказывались легенды о том, как финикийцы рискнули проследовать через Гибралтар и достигли «Туле», которая, как теперь практически повсеместно считается, находилась скорее на западном берегу Норвегии, нежели в Американской Арктике. Кое-кто выдвигал предположения, что египтяне или римляне могли достигнуть Центральной Америки.

Более здравый, хотя и чрезвычайно туманный рассказ позволяет считать возможным открытие Нового Света ирландскими монахами во главе со святым Бренданом, совершившими вояж в VI веке от Р. Х. Фольклорная легенда, называемая «Путешествие Святого Брендана», имеет немало интригующих особенностей, несмотря на множество присущих ей фантастических и мифических аспектов. Остров с вулканом мог вполне быть Исландией. Явление, описанное как серебряная колонна, твердая, как мрамор, и похожая на хрусталь, вероятно, представляло собой айсберг. Нет никаких оснований сомневаться, что монахи проходили через Арктику. Недавние экспериментальные реконструкции древнего ирландского судна доказали его сравнительно высокие мореходные качества и способность преодолевать воды Северной Атлантики. Все это говорит о возможных попытках монахов отправиться в западном направлении, однако имеющихся данных недостаточно для того, чтобы утверждать, что они действительно достигли Америки.

Саги викингов

До 60-х гг. XX века такое же отношение встречали и легенды о вояжах в Новый Свет викингов. Менее двух столетий до того ученые сошлись на том, что в Средние века викинги добрались до Исландии и даже до Гренландии, однако мало кто и что знал тогда наверняка. Современные дискуссии относительно открытия Америки викингами начались в 1837 г., когда датский ученый профессор Карл Христиан Рафн опубликовал работу «Американские древности». Там содержались две саги, подробно излагавшие события путешествий, предпринятых викингами примерно восемью столетиями ранее в западную страну, которая, судя по описаниям, вполне могла бы оказаться Америкой. Обе - и «Сага о гренландцах», и «Сага об Эрике Рыжем» - предоставляли детальное описание случайного открытия и последующего исследования огромной территории на Западе, где осуществлялись попытки создать поселения, история которых, однако, не была продолжительной. Многие подробности противоречили друг другу, поскольку в одной саге представлялась точка зрения и взгляд на события гренландцев, а в другой - исландцев. Фактографический стиль саг, лишенных привычных монстров и мифологии, вызывает доверие к повествованию.

Браттахилд - восточное поселение, основанное Эриком Рыжим около 1000 г. и на протяжении нескольких последующих столетии бывшее вполне процветающей скандинавской колонией. Жители бросили его в итоге из-за ухудшения климата.
Браттахилд - восточное поселение, основанное Эриком Рыжим около 1000 г. и на протяжении нескольких последующих столетии бывшее вполне процветающей скандинавской колонией. Жители бросили его в итоге из-за ухудшения климата.

Путешествия викингов через Северную Атлантику
Путешествия викингов через Северную Атлантику

Другой фактор, пробуждавший доверие к доказательствам, заключался в том, что открытия делались - или могли быть сделаны - в период, когда викингов хорошо знали едва ли не во всех странах Европы, до которых представлялось возможным добраться на ладье. Частью всеобщей экспансии викингов стало происходившее около 870 г. проникновение в Исландию и колонизация острова. К середине X столетия численность населения достигла около 30 ООО чел. По всей видимости, викинги уже тогда видели Гренландию, хотя экспедиция высадилась на ней не ранее 980 г., т. е. в процессе похода Эрика Рыжего, которого называли так, по всей видимости, из-за цвета волос (в английском языке слово red, скалькированное с норвежского raude, значит еще и красный, может быть, краснолицый. -Прим. пер.), начавшего колонизацию острова. В 986 г. он основал два поселения, названные Восточной и Западной колониями, в которых уже скоро проживало до 3000 викингов.

Америка на горизонте

В том же 986 г. купец из Исландии, Бьярни Херъёлфссон, шел под парусом в данном регионе, как вдруг сильный ветер погнал судно прочь с курса. Бьярни со спутниками, как повествует «Сага о гренландцах», «шли три дня и три ночи, до тех пор, пока земля не исчезла за горизонтом». Но тут «подул северный ветер и на море лег туман, и они не знали, в каком направлении плывут». Плохая погода продержалась какое-то время, однако, «в конце концов, появилось солнце, и они смогли осмотреться и определиться, куда плыть. Они подняли парус и шли под ним целый день, а затем заметили землю».

Члены команды высказывались в том духе, что перед ними, возможно, Гренландия, но Бьярни думал иначе. Подойдя поближе, они увидели, что «местность лишена гор и представляет собой покрытые лесом холмы». Бьярни и его спутники не стали высаживаться. Они шли под парусом «еще два дня, когда заметили новую землю», которая была «ровной и лесистой». Затем они «поворотили нос судна от суши и шли при юго-западном ветре три дня, после чего в третий раз узрели землю. Она была гористой и с глетчерами». Путешественники продолжали двигаться и в итоге рассмотрели, что перед ними остров. Высаживаться там они вновь не захотели, поскольку он показался Бьярни «никчемной землей», и пошли дальше, поймали ветер и через четыре дня достигли Гренландии.

Простота, с какой цели давались участникам вышеназванной и следующих экспедиций, вызвана в значительной мере наличием господствующих ветров и течений в районе Гренландии. Течения с обеих сторон Гренландии идут в направлении с севера на юг, проходя далее вдоль берегов Лабрадора до тех пор, пока ниже Ньюфаундленда не встречаются с теплым Гольфстримом, следующим на север. Ветра между Исландией и Гренландией дуют с севера на юг вокруг южной оконечности Гренландии и по западному берегу. Однако дальше в открытом море начинают преобладать северо-западные ветра, дующие из Арктики и встречающиеся к югу от Ньюфаундленда с более теплыми ветрами, которые гонят воздушные массы на восток.

Рассказ Бьярни чрезвычайно заинтересовал недавних поселенцев Гренландии. Около 1000 г. Лейф Эрикссон, сын Эрика Рыжего, «встретился с Бьярни Херъёлфссоном, купил у него корабль и нанял команду; всего насчитывалось 35 чел.». Они пошли на запад от Гренландии и «первой обнаружили землю, которую Бьярни видел последней, спустили лодку и вышли на берег, однако не нашли там травы. Горы покрывали огромные ледники, а между ледниками и берегом вся суша казалась одним единым камнем. Земля явно не имела ценности». Лейф назвал ее Хеллюланд (Ровная Каменная Земля).

Двигаясь на юг, они «обнаружили вторую землю» и там тоже высадились. «Местность была ровной и покрытой лесами и всюду, куда бы ни шли они, попадались белые песчаные берега, под небольшим углом уходившие к морю». Лейф нарек ее Маркланд (Лесная Земля). Они снова поставили парус и «шли при северо-восточном ветре два дня, когда вновь увидели сушу». Команда причалила к ней, оставила ладью и отправилась обозревать окрестности. Викинги нашли реку, которая, как они обнаружили, поднявшись по ней, «вытекала из озера». Лейф со спутниками выгрузили привезенные с собой снасти и принялись сооружать хижины. «Позднее они решили зимовать там и построили большие дома». Первое поселение викингов в Новом Свете получило название Лейфсбудир. Сама по себе природа показалась им «такой благодатной, что они предположили, что там даже не придется заготавливать корм для скота на зиму. Зимой заморозки не беспокоили, а трава почти не жухла. Продолжительность дня и ночи имели более ровные пропорции, чем в Гренландии и в Исландии». При детальном рассмотрении оказалось, что там растут «виноградные лозы и дают плоды», что подтолкнуло путешественников назвать землю Винланд. Весной они нагрузили корабль лесом и отправились назад, в Гренландию. На пути домой спасли команду другого судна.

Репродукции предметов личного обихода викингов в Центре посещений в лАнс-о-Медоуз, в состав которых входят булавки для плащей и браслеты. Не так уж много подлинных артефактов сохранилось в местах оригинальных поселений
Репродукции предметов личного обихода викингов в Центре посещений в л'Анс-о-Медоуз, в состав которых входят булавки для плащей и браслеты. Не так уж много подлинных артефактов сохранилось в местах оригинальных поселений

Страндхёгг на скрэлингов

Если верить сагам, викинги предприняли в Винланд из Гренландии еще по меньшей мере четыре похода, предположительно датируемых периодом с 1000 по 1030 г. Первую экспедицию возглавил брат Лейфа Торвальд, который вместе с 35 чел. команды отыскал дома, построенные Лейфом в Лейфсбудире. До сего времени викинги еще не встречали следов другого человеческого жилья в новых землях, пока однажды поисковая партия не обнаружила «на острове к западу сделанное из дерева хранилище для зерна», которое совершенно очевидно являлось делом рук человека. Следующим летом Торвальда с товарищами ждала волнующая встреча с местными жителями Нового Света. На берегу они наткнулись на «три кожаных лодки, под каждой из которых находилось по три человека». Торвальд со спутниками напали на аборигенов и «захватили их всех, кроме одного, сбежавшего на кожаной лодке». Согласно «Саге о гренландцах», так состоялся первый контакт европейцев с исконными жителями Америки.

«Страндхёгг» Когда возникала потребность в пополнении запасов на ладье, викинги позволяли себе устроить страндхёгг, т.е. набег. За морем - в чужих землях - поиск пропитания велся за счет
«Страндхёгг» Когда возникала потребность в пополнении запасов на ладье, викинги позволяли себе устроить страндхёгг, т.е. набег. За морем - в чужих землях - поиск пропитания велся за счет "заготовок на месте" во время которых викинги не могли устоять перед искушением наловить здоровых девиц и подростков для продажи на рынках процветавшей работорговли, а заодно и освободить местных жителей от золота и ценных предметов, которые те так неосмотрительно не спрятали раньше понадежнее.

Викинги прозвали их «скрэлингами» (нечто вроде «крикунов» или «визгунов», что может, правда, значить и «отбросы». - Прим. пер.), причем словом этим именовались все аборигены без различия. Описанная акция являлась, по всей видимости, следствием одного из любимых занятий викингов, называвшегося на их языке страндхёггом и представлявшим собой рейд в прибрежную территорию с целью ловли рогатого скота или овец, а также девушек и подростков для продажи в рабство. Местные жители не оставляли безнаказанными подобные вторжения, доказывая, что скрэлинги Винланда являлись племенем решительных и отважных воинов. Вскоре после описанного выше кровопролитного инцидента аборигены явились «в большом числе на кожаных лодках» и набросились на ладью викингов. Скрэлинги искусно владели луками и даже убили Торвальда, вожака викингов, при этом стрела прошила планширь и его щит. Несмотря на конфронтацию, викинги провели в Лейфсбудире в Винланде еще два года и только потом вернулись в Гренландию.

К какой этнической группе принадлежали те местные воины, которым хватило мужества не просто противодействовать викингам, но и контратаковать их со значительным умением и решимостью? Одни считают, что есть основания считать нападавших эскимосами, а другие - индейцами из лесов Северной Америки. В «Саге об Эрике Рыжем» их описывают как «гнусных маленьких [или темных] человечков с грубыми волосами, с большими глазами и широкими скулами». Одевались аборигены в шкуры животных и имели оружие. Были ли эти обитатели Винланда в 1000 г. или чуть позже потомками беотуков и алгонкинов? Вопрос продолжает оставаться открытым даже сегодня, хотя по имеющимся признакам следует все же сделать выбор в пользу лесных индейцев.

Свидетельства

Саги с их рассказами о таких острых моментах вызвали огромный интерес публики по обе стороны Атлантики, поскольку очень многие из них поддавались проверке и вполне вписывались в более ранние истории, связанные с мореплаванием викингов в Северной Атлантике. Начиная с 1837 г. и на протяжении следующего, более чем столетнего периода возникало бесчисленное множество теорий, приправленных «подлинными свидетельствами, доказывающими наличие следов присутствия викингов в Северной Америке». Некоторые расчеты, основанные на сагах, упоминающих о продолжительности дня и ночи в Винланде, - более ровного на протяжении года, чем в Скандинавии, - приводили к тому, что викинги должны были, вероятно, проникать на юг до территории сегодняшней Флориды. Развалины, считавшиеся руинами строений викингов, заставили одного чрезвычайно восторженного исследователя XIX века нарисовать в воображении целый город викингов, расположенный поблизости от деловой части сегодняшнего Бостона. Старую каменную башню в Ньюпорте, на Род-Айленде, отличающуюся необычным архитектурным стилем, приписывали викингам, хотя в действительности она являлась большой ветряной мельницей XVII столетия. Камень с древними скандинавскими надписями «обнаружили» на исходе XIX столетия в Кенгсингтоне (штат Миннесота), равно как и другие, позднее «найденные» в Мэне и даже ни много ни мало как в Парагвае. Все они оказались не чем иным, как откровенным жульничеством мошенников. Интересный поворот в истории с подобного рода «находками» отмечался в 1936 г., когда один старатель заявил о том, что откопал оружие викингов в пустыне около Бердмора, что в Северо-Западном Онтарио. Заржавевшие мечи оказались подлинным оружием викингов, однако позднее выяснилось, что их привезли в Канаду из Норвегии в XX веке.

Более серьезным свидетельством стала так называемая карта Винланда, выполненная около 1440 г., обнаруженная в 1957 г. и представленная публике в 1965 г., объявленная фальшивкой в 1974 г. и вновь «восстановленная в правах» как подлинная в 1986 г. после того, как подверглась более углубленным проверкам, провести которые позволили новые подвижки в науке. Причиной для волнений служило изображение карты мира, показывавшей Винланд как место, расположенное к западу от Гренландии. Другая карта, Сегурдура Стефанссона, обнаруженная в Королевской библиотеке Дании и датированная XVI столетием - т.е. уже после открытия Америки Колумбом, - тем не менее демонстрирует Хеллюланд, Маркланд, Скалингеланд и узкий полуостров, называемый «Промоториум Винландия» (Винландский выступ. - Прим. пер.), который странным образом похож на северо-западный «отрог» Ньюфаундленда.

Открытие поселения викингов в Ньюфаундленде

Однако убедительные вещественные доказательства фактического присутствия викингов - их стоянок или поселений - в Америке не отыскивались до тех пор, пока норвежский писатель, Хелге Ингстад, и его жена, Анне Стене, не выдвинули верное предположение, что Винланд должен представлять собой оконечность полуострова Ньюфаундленд. В 1960 г. они обнаружили остатки поселения викингов поблизости от маленького сельца л'Анс-о-Медоуз, расположенного возле бухты Эпав в Ньюфаундленде. В ходе последовавших затем археологических раскопок, производимых Ингстадом, Стене, а также Бенгтом Шонбаком и Бригиттой Уоллис, удалось обнаружить фундаменты семи домов, один из которых достигал в длину 20 м, имел несколько комнат и коридор. Археологические находки, сделанные на протяжении нескольких следующих лет, полностью подтвердили факт существования там 1000 лет назад небольшого поселения викингов. Отыскались следы очагов, а среди артефактов, найденных в земле, оказалась медная булавка, которыми пользовались викинги для закалывания плащей. Другим поражающим воображение открытием стало веретено прялки, рабочего инструмента жен и дочерей викингов, которое говорит о том, что в Америке жили не только скандинавы-мужчины, но и женщины. Если судить по фундаментам домов, то они очень походили на те утепленные дерном здания, которые строили жители Гренландии и Исландии.

Реконструкция сделанных из дерна хижин викингов в лАнс-о-Медоуз.
Реконструкция сделанных из дерна хижин викингов в л'Анс-о-Медоуз.

Все вышеназванные открытия сделали доказанной гипотезу о том, что викинги действительно побывали в Америке за пять столетий до Колумба. Л'Анс-о-Медоуз превратился в Национальный исторический объект Канады и в объект Мирового наследия ЮНЕСКО. Таким образом, долго опровергаемый, не принимаемый на веру и считаемый многими лишь приправленной крупицами правды легендой факт открытия и исследования Нового Света, описанный в «Саге о гренландцах» и в «Саге об Эрике Рыжем», подтвердился как подлинный. Вышло, что Ньюфаундленд действительно оказался «Винландом», о котором рассказывали саги.

Открытие, однако, вывело на передний план новые вопросы относительно того, что же видели викинги в Америке и сколь правдоподобными могут быть запечатленные в сагах наблюдения. Если Ньюфаундленд и есть Винланд, то где же виноград, где буйная растительность, о которой рассказывается в легендах о гренландцах и об Эрике Рыжем? Отчасти ответ может дать то соображение, что климатические условия в данном регионе в 1000 г. отличались большей мягкостью, нежели позднее. До конца XIII столетия климат в Северном полушарии был и верно более теплым, но потом начал становиться все более холодным, что продолжалось поступательно до середины XIX века, когда снова началось потепление. В ту эпоху, нареченную «Малым ледниковым периодом», зимой представлялось возможным бегать на коньках по Темзе и по каналам в Голландии, тогда как в Северной Европе и в Северном Китае нередко от холода гибли урожаи. В общем и целом страны в более умеренных климатических зонах перенесли похолодание легче. В «поднятых» к северу районах полушария, однако, изменение погодных условий повлекло и более суровые последствия. Какие бы растения ни росли в Гренландии и далее к западу, вопрос выживания их делался все более трудноразрешимым. Увеличение количества айсбергов вынудило китов мигрировать далее на юг, а значит, источник поступления питания для эскимосов на Крайнем Севере тоже оказался под угрозой, заставляя многих аборигенов искать более благодатных земель. Следовательно, на Винланде в 1000 г., вполне возможно, произрастала более разнообразная и теплолюбивая растительность. Предполагается также, хотя подобного рода нюансы весьма хрупки, что Лейф Эрикссон намеренно дал вновь открытой земле привлекательное название, чтобы подхлестнуть интерес со стороны потенциальных поселенцев, как сделал его отец в случае с Гренландией (название это, как известно, означает буквально «Зеленая Земля». - Прим. пер.).

Интерьер дерновой хижины викингов - реконструкция в лАнс-о-Медоуз. На переднем плане видны элементы очага, где готовили пищу.
Интерьер дерновой хижины викингов - реконструкция в л'Анс-о-Медоуз. На переднем плане видны элементы очага, где готовили пищу.

Какая бы растительность ни произрастала теперь в данном регионе, викинги в их время нашли там более благодатный климат. Однако вот вопрос: как долго они пробыли там? Что они делали? Было ли у них только одно поселение и что побудило их бросить его? Искали ли они новых мест где-то еще? В поисках ответа приходится вновь обращаться к сагам. Сказания эти ближе всего к истинной истории викингов в Северной Америке, и описанные в них события полны драматизма.

Жизнь в Винланде

После возвращения экспедиции Торвальда уже в начале XI века прошел год-другой, прежде чем викинги вновь посетили Винланд. На сей раз заявленной их целью служило основание заметного по размерам поселения в Винланде. Колонистов набирали в Гренландии. Партия состояла из 60 мужчин и пяти женщин при некотором количестве скота, а возглавлял ее человек по имени Торфинн Карлсефни. Они поставили парус и без приключений добрались до Лейфсбудира в Винланде, далее говорится, что путешественники не испытывали недостатка в пище, ибо «вокруг хватало всякой дичи, рыбы и прочего, что шло к столу». Колонисты занялись заготовкой дерева, которое являлось дефицитным материалом в Гренландии. Примерно тогда же Гутрид, жена Карлсефни, родила в поселении на Винланде мальчика, названного Снурри и ставшего таким образом первым ребенком европейских родителей, появившимся на свет в Америке. Более того, если верить «Саге о гренландцах», Карлсефни «велел воздвигнуть грозный палисад вокруг домов, и они (он и его спутники) провели все приготовления, чтобы иметь возможность защититься». Из чего мы заключаем, что данные фортификации стали первым укреплением, построенным европейцами в Америке.

Очередные репродукции артефактов викингов из Центра посещений в лАнс-о-Медоуз. Удалось отыскать немало гребней эпохи викингов, а это указывает на то, что выглядеть опрятным считалось хорошим тоном у представителей скандинавской культуры.
Очередные репродукции артефактов викингов из Центра посещений в л'Анс-о-Медоуз. Удалось отыскать немало гребней эпохи викингов, а это указывает на то, что выглядеть опрятным считалось хорошим тоном у представителей скандинавской культуры.

В сагах говорится, что колонисты-викинги в Винланде вооружались мечами, секирами и копьями. О лучниках в их рядах не упоминается. Главным оборонительным снаряжением служили щиты. Красные щиты являлись сигналом к битве, тогда как белые представляли собой символы миролюбивых намерений. Кольчугами викинги обычно не располагали по причине высокой стоимости такого рода изделий. Их имели, вероятно, только вожаки и самые богатые из скандинавов. Однако нам известно о кольчугах, попавших в Америку, свидетельствами чему служат два фрагмента, относящиеся к XI и XII столетиям, открытые в результате археологических раскопок в Северо-Западной Гренландии и на востоке острова Элсмир.

Викинги-колонисты провели зиму в поселении на Винланде. Они не обнаруживали никаких следов присутствия скрэлингов до тех пор, пока следующим летом «великое множество их не появилось из ближайших лесов». Как утверждается авторами, туземцев изрядно напугало мычание скота, привезенного викингами, что вызвало некоторое смятение, особенно если учесть, что «ни одна сторона не понимала языка другой». В качестве «символа мира» викинги решили «взять белый щит и принести его в направлении к ним [т.е. к аборигенам. - Прим. пер.]». Ход сработал. В итоге удалось понять, что скрэлинги намеревались торговать с викингами.

Если верить «Саге об Эрике Рыжем», Карлсефни и его спутники «подняли щиты», после чего туземцы и викинги «начали торг». Что первым делом и наиболее привлекало скрэлингов, так это «красная материя», которую они «оборачивали вокруг голов». Взамен они предлагали кожи и меха, поскольку имели на обмен «серые и черные меха и кожи всех сортов и видов». Они также хотели приобрести мечи и копья, но в обеих сагах упомянуто, что Карлсефни строго-настрого «запретил спутникам продавать оружие». Торговля между скрэлингами и викингами «продолжалась так какое-то время» до тех пор, пока у викингов не кончилась красная материя. Когда же случилось так, что из зарослей выбежал «громко ревущий бык», это чрезвычайно напугало туземцев, которые «побежали к лодкам и ушли на веслах на юг вдоль берега. После чего они [скандинавы] не видели их [аборигенов] в течение трех недель».

Война со скрэлингами

Сравнительно дружественные отношения между туземцами и пришельцами скоро нарушились, когда некоторые из аборигенов вернулись и - согласно «Саге о гренландцах» - один из них пал жертвой викингов при попытке «украсть» оружие (слово «украсть» автор почему-то взял в кавычки, хотя понятно, что аборигены всеми способами должны были попытаться завладеть более совершенным оружием белых людей, что и попытались сделать, за что естественно и справедливо понесли наказание. - Прим. пер.). Что бы там в действительности ни произошло, только «Сага об Эрике Рыжем» отметила «множество лодок местных, приближавшихся с юга», при этом люди в них были вооружены палками «и все... жутко вопили». Викинги «подняли красные щиты, держа их перед собой», а затем они «столкнулись в битве и сражались яростно. В воздухе летали стрелы и дротики, а туземцы использовали также и пращи». Скрэлинги принялись «ставить на шесты большой иссиня-черный шарообразный предмет. Они отправили его в полет по небу в направлении воинов Карлсефни, когда же он спускался, раздавался отвратительный звук. Все происходившее с предметом так напугало людей Карлсефни, что они не думали ни о чем другом, как о бегстве вдоль реки к высоким скалам, где викинги остановились и вновь изготовились драться». В тот момент Фрейдис, сестра погибшего ранее Торвальда, вышла из дома и, увидев викингов бегущими, прокричала: «Что ж вы бежите перед этими тварями? Вы, храбрецы!.. Будь у меня меч, я бы сражалась и получше, чем вы!» Но они не слушали ее, и Фрейдис, хотя и «не могла бежать быстро, потому что носила ребенка», сумела присоединиться к ним в лесу, «преследуемая туземцами». Тут она увидела мертвого викинга «с плоским камнем, застрявшим в его голове», и подобрала его меч, «чтобы защититься им», а скрэлинги уже толпами мчались к ней. «Затем она вытащила из рубахи груди и ударила по ним мечом. Это до того испугало аборигенов, что они в ужасе бросились обратно к лодкам и уплыли прочь. Карлсефни и его воины вернулись и восторгались ею за ее храбрость».

Шумное и громкое противостояние закончилось не особенно кровопролитно: викинги потеряли двух человек погибшими, но, в свою очередь, убили у аборигенов четверых или... «многих» (в зависимости от того, какому источнику верить). Однако викинги в поселении задумались о возможных последствиях. А что, если туземцы атакуют колонистов одновременно с лодок и с суши? Скрэлинги явились неплохо подготовленными - с пращами, если уж не с луками и стрелами, что, конечно же, встревожило и напугало Карлсефни и его спутников.

Скрэлинги-воины

Согласно первым европейским исследователям, разнообразные племена и народности, рассеянные по территории Америки, имели сильные воинские традиции. Несмотря на краткость, сказания из саг так или иначе упоминают о военном искусстве скрэлингов. Они, судя по всему, отличались довольно неплохой военной организацией. Как повествуют саги, аборигены вполне могли за короткий отрезок времени мобилизовать значительное количество воинов и столь же быстро двинуть их в угрожаемый район для вступления в сражение. Храбрость в битве являлась важной составляющей их культуры, поскольку они выказывали готовность атаковать неизвестного и грозного на вид врага, о чем рассказывают нам саги. Туземцы отличались, кроме всего прочего, большой подвижностью, чем были обязаны в значительной мере легким кожаным лодкам, умением быстро отступать, что вовсе не означало поражение и бегство, как представлялось викингам. Аборигены выказали способность отходить, перегруппировываться и - усиленные - вновь атаковать, и атаковать с большей яростью. Как хорошо усвоили затем европейцы в Америке в более поздние времена - на протяжении столетий битв и сражений с туземцами, — стремительные наскоки и затем такие же быстрые отходы являлись типичными приемами их ведения войны.

Ну и, наконец, туземцы неплохо применяли оружие, которое даровал им Каменный век, особенно если вспомнить того викинга, убитого «плоским камнем, застрявшим в его голове». Не нужно забывать к тому же, что они владели оружием из дерева, кости, острых камней и сухожилий животных, сражаясь с людьми, вооруженными стальными мечами и копьями со стальными же наконечниками. Скрэлинги располагали также, если можно так сказать, психологическим оружием, ведь они изобрели способ запугать противника вроде того иссиня-черного шара, который запустили против викингов. Что касается разведки, викинги, которые, конечно же, не могли знать окружающие окрестности так же, как туземцы, показали себя неважными скаутами. Судя по всему, они не установили местоположений баз местных жителей, не нашли их селений, чтобы атаковать их и разом подавить очаги возможного сопротивления, тогда как туземцы, безусловно, довольно быстро идентифицировали и, соответственно, подвергли нападению европейские поселения. Подобные тенденции и обнаруживают наличие действенных приемов наблюдения, которые, вероятно, давно практиковали туземцы для защиты сел от агрессии других враждебных им местных племен. Трудно даже представить себе, какие бури эмоций вызвало появление викингов среди туземных сообществ. Происходили ли те многочисленные скрэлинги, нападавшие на викингов, из одного племени? Или же они представляли собой соединенные силы разных местных отрядов, слившиеся воедино для противодействия непривычной и сверхъестественной угрозе? Жестокость и ярость викингов по отношению к туземцам явно не давали оснований воспринимать их как миролюбивых соседей, а потому вполне могли способствовать объединению племен, движимых единой целью - выбросить их вон. Как бы там ни было, контратаки скрэлингов в итоге подписали приговор любым дальнейшим попыткам устроения колоний в Винланде. Как повествует «Сага об Эрике Рыжем», викинги «уразумели, что, хотя та земля и была хорошей и благодатной, жить там и не быть вынужденными постоянно сражаться и находиться под угрозой им бы не удалось» - подобное заявление вполне достойно викинга.

Битва викингов со скрэлингами в XI столетии. Главной причиной провала попыток викингов обустроить постоянные поселения в Северной Америке, совершенно очевидно, заключались в их враждебных взаимоотношениях со скрэлингами, как называются в сагах индейцы, а также и эскимосы без проведения какого бы то ни было различия между ними. Антропологи предположительно определяют этих самых скрэлингов как представителей вымерших индейцев мисинаков, или беотуков, родственных алгонкинам. Скрэлинги, воздействие которых способствовало в итоге исчезновению поселений викингов в Гренландии, являлись эскимосами, а не индейцами.
Битва викингов со скрэлингами в XI столетии. Главной причиной провала попыток викингов обустроить постоянные поселения в Северной Америке, совершенно очевидно, заключались в их враждебных взаимоотношениях со скрэлингами, как называются в сагах индейцы, а также и эскимосы без проведения какого бы то ни было различия между ними. Антропологи предположительно определяют этих самых скрэлингов как представителей вымерших индейцев мисинаков, или беотуков, родственных алгонкинам. Скрэлинги, воздействие которых способствовало в итоге исчезновению поселений викингов в Гренландии, являлись эскимосами, а не индейцами.

Причина, заставившая поселенцев бросить их начинания в Винланде, являла собой, скорее всего, сочетание возрастающих внутренних центробежных сил, выраженных в нестроениях между отдельными вождями викингов, вылившихся в повальные убийства в колонии по воле Фрейдис, о чем говорится в «Саге о гренландцах», а кроме того, в постоянном натиске скрэлингов, которые, что называется, имели причины «заточить зуб» на жестоких и своенравных пришельцев.

Экспедиции скандинавов на закате эры викингов

Описанные в вышеназванных сагах события имели место в первые годы после 1000 г. С того момента саги умолкают и не рассказывают нам более ничего о дальнейших путешествиях или о создании новых поселений к западу от Гренландии. И все же, несмотря на лишь скудные сведения, вопрос относительно других вояжей с Гренландии в последующие столетия не возникает - они, безусловно, были. Одно из наиболее важных открытий, сделанных в этой области, принадлежит археологу Питеру Шледерману, который в 1978 г. успешно поработал на острове Элсмир и в Канадской Арктике. Он обнаружил ни много ни мало кусок средневековой кольчуги, затем железные гвозди, обломки ножей и измерительный прибор. Некоторые созданные эскимосами статуэтки, невзирая на всю грубость изделий, показывали фигурки явно в европейской одежде. Один особенно важный предмет, обнаруженный археологом Деборой Сабо на острове Баффинова Земля, представляет собой мужчину в длинной и просторной рубахе, украшенной впереди и по кромке подола каймой и с какой-то подвеской на шее. Костюм ни в коем случае не походил на одежду эскимосов, но вполне можно сделать вывод, что он принадлежал средневековому европейцу. Все вышеуказанные предметы датируются XII и XIII столетиями. Несмотря на то что находки сделаны на той части острова, что принадлежала эскимосам, предметы наверняка попали туда из Гренландии, привезенные торговцами, которые достигали во время плаваний острова Элсмир. Из всего вышеизложенного мы можем заключить, что викинги приходили, не испытывая недостатка в наступательном и защитном вооружении, включая кольчуги, а равно как привозили с собой инвентарь, необходимый для взвешивания и измерения товаров, которыми торговали.

Резная фигурка европейца (репродукция) с острова Баффинова Земля, что в Восточной Арктике, около 1300 г. Эту маленькую деревянную фигурку откопали в 1911 г. в районе проживания эскимосов туле в южном регионе острова Баффинова Земля. Вырезана она в типичном для эскимосов туле стиле, однако изображает человека в длинных одеяниях с разрезом впереди и отделкой по краям, отчего они напоминают европейское платье того периода. На груди виден едва заметный крест (Канадский Музей цивилизации).
Резная фигурка европейца (репродукция) с острова Баффинова Земля, что в Восточной Арктике, около 1300 г. Эту маленькую деревянную фигурку откопали в 1911 г. в районе проживания эскимосов туле в южном регионе острова Баффинова Земля. Вырезана она в типичном для эскимосов туле стиле, однако изображает человека в длинных одеяниях с разрезом впереди и отделкой по краям, отчего они напоминают европейское платье того периода. На груди виден едва заметный крест (Канадский Музей цивилизации).

Еще одной причиной считать возможным продолжение исследования викингами земель в водах Северной Атлантики является тот факт, что население колоний викингов в Исландии и Гренландии - остававшееся языческим во время экспедиций на Винланд - вскоре перешло в христианство. Таким образом, появился и получил распространение знак креста, который, как есть все основания считать, носили ранние христиане Арктики, что и объясняет крест на статуэтке. Христианство принесло с собой также и новую мораль, требовавшую уважения к жизни и имуществу других людей. Определенно последующие столетия исследовательских и торговых экспедиций викингов, пробиравшихся в земли к западу, носили менее варварский и жестокий характер, как в описанном выше случае кровавой битвы со скрэлингами. Ряд мест в восточных регионах Канадской Арктики имеет древние фундаменты, сделанные из камня, которые вполне можно приписать жилищам викингов в период XII-XIII столетий, однако веские доказательства их принадлежности к скандинавским, как в случае с находками под л'Анс-о-Медоуз, пока еще не обнаружены. Камень для построек применяли и древние аборигены в данных районах. Но даже если скандинавы не создавали перманентных поселений, все равно совершенно определенно, что викинги торговали с эскимосами, мигрировавшими в восточном направлении через Арктику и далее в Гренландию примерно с XI столетия.

Реконструкция дерновых хижин викингов в лАнс-о-Медоуз.
Реконструкция дерновых хижин викингов в л'Анс-о-Медоуз.

Обе колонии викингов в Гренландии так и не превратились в крупные сообщества. По мере течения времени они становились все более и более отрезанными от Норвегии и Дании, где попросту забыли о существовании каких-то дальних поселений. Со своей стороны, постоянно возрастали и усиливались контакты между викингами в Гренландии и эскимосами, также не всегда протекавшие гладко, о чем свидетельствуют более поздние саги. Примерно к 1350 г. жители оставили Западное поселение, а легенда гласит, что в 1418 г. Восточное поселение подверглось атаке скрэлингов, во время которой сгорело много церквей. До сих пор считалось общепризнанным, что поселения в итоге пали жертвами нападений скрэлингов, однако с недавнего времени у такового мнения появились противники. Археологические находки позволяют сделать вывод о куда более сложной ситуации во взаимоотношениях викингов и эскимосов, которые торговали и по большей части как-то ладили между собой в течение по меньшей мере двух столетий. Несомненно, случались вспышки насилия и вооруженные столкновения, но наиболее вероятной причиной отмирания колоний в Гренландии называется разрыв экономических связей Северной Европы с далекими поселениями. В Гренландию перестали отправляться корабли. Не имея больше особенно широкого ассортимента товаров для торговли и, возможно, уже начиная ощущать на себе эффект воздействия «малого ледникового периода», викинги ушли с Гренландии в середине XV столетия, и континентальная Европа напрочь забыла о том, что такая земля когда-либо существовала.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Дэвид Лэнг.
Армяне. Народ-созидатель

Ю. Б. Циркин.
История Древней Испании

Стюарт Пиготт.
Друиды. Поэты, ученые, прорицатели
e-mail: historylib@yandex.ru
X