Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Под ред. Е.А. Мельниковой.   Славяне и скандинавы

Эльза Рёсдаль. Язычество, христианство и международные связи

В последние столетия перед утверждением христианства в Дании были распространены различные погребальные обряды6. Нам известны как сожжения с погребальным инвентарем или без него, так и грунтовые трупоположения с вещами или безынвентарные. Форма могил различна: имеются простые захоронения в грунтовых ямах, каменные выкладки или курганы, так же как импозантные сооружения вроде погребальных камер, монументальных курганных насыпей, ладьевидных каменных кладок и рунических камней, которые служили одновременно и погребальным сооружением над могилой, и надгробным памятником с эпитафией. Погребения такого рода нередко представляют собою одиночные памятники; в большинстве же случаев, однако, некоторое количество могил сосредоточено в более или менее крупных могильниках, относящихся к отдельным усадьбам, крупным поселениям или крепостям. Сожжения и трупоположения редко сочетаются на одном и том же могильнике; основания этого разделения неясны, но преобладание в могильнике какого-либо одного из способов погребения зафиксировано уже во многих случаях.

Мертвых хоронили в гробах или просто в земле, реже — в ладье, кузове повозки или прямоугольной погребальной камере. В могилы клали различные вещи: это могли быть малоценные предметы, вроде одежных пряжек и украшений; но могло быть и богатое убранство, с оружием, снаряжением всадника и лошадью для мужчин, ларцом, орудиями домашнего труда и украшениями для женщин. Ремесленные орудия в могилах очень редки. В общем можно рассматривать сопровождающий инвентарь как личное имущество, отчасти представлявшее собою также символ социального статуса. Однако отсутствие или скудость погребального инвентаря еще не следует однозначно расценивать как указание на низкое социальное положение погребенного, так как имеется достаточно свидетельств, что многих людей эпохи викингов хоронили без вещей (из религиозных или иных, не обусловленных социально-экономическими причинами побуждений). При всем разнообразии форм погребений улавливается, однако, определенная эволюция обряда. Могилы IX в. в общем довольно просты и редко сопровождаются значительным количеством вещей. Богатые инвентарем могилы, обычно с относящимся к ним надгробным камнем с рунической надписью, появляются только в десятилетия перед и вскоре после введения христианства. Их можно рассматривать как выражение социального статуса и богатства воинственного и уверенного в себе господствующего класса. Наиболее очевидным доказательством этого являются памятники Еллинга, сооруженные над могилой конунга Горма и королевы Тюры7. После введения христианства около 960 г. их сыном Харальдом Синезубым точка зрения о представительных похоронах очень скоро изменилась. В то время как для родителей Харальда были сооружены большие курганы, сам Харальд, согласно Адаму Бременскому, был похоронен в церкви в Роскильде. Такие языческие традиции, как сожжение, погребальный инвентарь, сооружение курганов и каменных кладок, отошли в прошлое уже к 1000 г.

Некоторые курганы не содержали погребений, были «пустыми». Самый известный пример такого рода южный курган в Еллинге. Такие мемориальные насыпи, возможно, следует сравнить с руническими камнями, на которых сообщается о лицах, похороненных в каком-то другом месте. Их могли сооружать также и в память о собственных деяниях.

Основу разнообразия погребальных обычаев следует искать отчасти в различных племенных культурных традициях, отчасти в международных связях в эту эпоху, обусловивших воздействие многих внешних влияний, в том числе сравнительно ранний контакт с христианством8. Местная религия отличалась терпимостью и находилась на стадии распада, христианство постепенно приобретало все большее значение, и ничто в археологических материалах не говорит о резкой конфронтации между старой и новой верой в Дании. В переходное от язычества к христианству время появляются различные смешанные представления. Они удерживаются довольно долго, пока церковь не окрепла достаточно, чтобы начать борьбу против местных обычаев и обрядов. Поэтому нет никаких оснований для того, чтобы рассматривать богатые могилы второй половины X в. как исключительно языческие. Впечатление преемственности и миролюбия в эпоху смены религии производят, например, памятники Хернинга9. Здесь, примерно через сто лет после введения христианства, была построена церковь, сперва деревянная; от нее сохранился резной и раскрашенный брус. В результате раскопок также было установлено, что церковь располагалась на кургане, сооруженном лишь немногими поколениями ранее. Курган сровняли, однако погребальная камера осталась непотревоженной. В ней была похоронена респектабельная дама, которая была, так сказать, посмертно «принята церковью»; это исключительный случай, так как датские церкви редко бывали связаны с языческими могильниками.

Главные памятники эпохи перехода от одной веры к другой находятся в Еллинге. Они были созданы исторически известными лицами и являются одним из крупнейших древних сооружений Скандинавии. Сегодня известны следующие его части: два рунических камня, погребальный курган (северный), мемориальный курган (южный), остатки большой каменной выкладки и каменная церковь, построенная около 1100 г., под которой находятся следы нескольких предшествующих ей деревянных церквей. О поставленных конунгами Гормом и Харальдом рунических камнях уже шла речь выше.

Северный курган в Еллинге сегодня имеет диаметр 65 м и высоту 8,5 м. Он сооружен из дерна и болотного торфа над деревянной камерой, имевшей длину 6,75 м, ширину 2,6 м и высоту 1,45 м, которая была устроена в небольшом, более раннем кургане. Один конец камеры отделен от другого брусом, словно она предназначалась для двух лиц. Могила уже в древности была разграблена. Немногие остатки богатых сопровождающих вещей, такие, как части снаряжения всадника и конский зуб, так же как и остатки ларца, указывают на захоронение здесь мужчины и женщины. Вещи изысканного качества, самая знаменитая из них маленький серебряный кубок. Не может быть никаких сомнений в том, что здесь были похоронены конунг Горм и королева Тюра.

Южный курган еще больше северного. Его диаметр достигает 77 м, высота — 11 м. Сооружен он из того же материала, что и северный; отчетливо прослеживаются разные фазы строительства, весьма трудоемкого. Предполагается, что он был воздвигнут конунгом Харальдом в качестве памятника его деяниям, как и большой рунический камень, поставленный с этими же целями. Это величайший из курганов Дании, правда не погребальный, а «пустой».

Наиболее дискуссионный элемент монументального комплекса памятников Еллинга — каменная кладка из вертикально поставленных каменных блоков; сохранилось ее завершение в виде сходящихся под острым углом двух лучей, перекрытое насыпью южного кургана. Продолжение этих лучей должно было бы охватывать северный курган; ось этой треугольной кладки (биссектриса угла, образованного «каменными лучами») проходит через погребальную камеру северного кургана и камень Харальда. Возможно, мы имеем дело с остатками огромной ладьевидной каменной кладки — в таком случае крупнейшей в Дании, — сооруженной вокруг северного кургана. Позднее она была частично перекрыта мемориальным курганом Харальда.

От первой из церквей Еллинга известны только некоторые столбовые ямы. Сооружена она была не позднее XI в., возможно даже при конунге Харальде, и свидетельствует о переходе к христианству; христианские памятники были поставлены возле или на курганах и среди других памятников языческой эпохи. Цели сооружения монументального комплекса в Еллинге были прежде всего политического характера; это — манифестация силы правящей династии, воздвигнувшей крупнейшие и представительнейшие памятники изо всех, какие когда-либо до того видели в Дании. Не считая церкви, все сооружения восходят к местной культурной традиции.

В окрестностях круглой крепости Фюркат имеется могильник обычного облика10. Он относится, как и крепость, ко второй половине X в., и. следовательно, несколько более поздний, чем самые ранние из памятников Еллинга. Около 30 грунтовых захоронений мужчин, женшин и детей располагались вокруг отмеченной столбовыми ямами дороги или платформы длиной 38 м и шириной от 3 до 5 м. Все могилы ориентированы с востока на запад; в 18 погребениях прослежены следы гробов, но не более 14 из них были настоящими гробами. В остальных случаях это кузова повозок, обычные сундуки и старые доски, может быть от лодки. Десять могил сопровождались инвентарем. За исключением дороги или платформы, назначение которой остается неясным, во всем остальном этот могильник соответствует многим другим кладбищам X в., известным в Дании. В погребальном ритуале нет никаких специфических, ярких языческих или безусловно христианских признаков.

Обращает на себя внимание лишь одна могила с интересными сопровождающими вещами не только потому, что это богатое женское погребение, но и потому, что состав инвентаря указывает на связи с Восточной Европой, а также, может быть, на веру в потусторонние силы. Женщина была уложена в кузов от повозки, по размерам и конструкции напоминающей повозку из Усеберга. Она лежала вытянутой на спине в окружении предметов личного пользования, таких, как вертел, чаша, кубок, рог для питья, нож, оселок, ткани (часть из них — с золотым шитьем), подвески различного рода, ларец с орудиями домашнего труда. Однако имелись и предметы, служившие магическим целям: остатки свиной челюсти, комок совиного помета и кучка семян белены (Hyoscyamus sp.). Эти семена употреблялись для курений, в этом качестве они известны в более позднее время как болеутоляющее средство и как составная часть ведовских мазей, изготавливавшихся средневековыми ведьмами.

Из импортов имеется коробчатая фибула, обычная принадлежность готландского женского убора. Однако здесь она была деформирована. Кроме того, покойнице положили в могилу маленькую серебряную подвеску финно-угорского облика. Этому украшению соответствует подобная же золотая подвеска, найденная в близкой по времени могиле знатного мужчины в местечке Маммен поблизости от Фюрката.

Импорты редки в датских могилах эпохи викингов; может быть, отмеченные предметы следует рассматривать как своего рода сувениры. Они происходят из тех же областей Восточной Европы, что и остальные привозные вещи, найденные в Фюркате (кроме норвежских изделий из жировика): восточнобалтийская бронзовая цепочка, хрустальные бусы, клад зерна. Зерно, видимо, привезено из Руси. Эта находка, как и остальные археологические материалы, подчеркивает, что Дания в то время поддерживала связи не только с Западной Европой и Англией, где деяния викингов описываются в письменных источниках. Столь же устойчивыми были и связи с областями вокруг Балтийского моря, о чем свидетельствуют археологические данные (илл. 58).

58. Карта кладов Дании 900-1016 гг.
58. Карта кладов Дании 900-1016 гг.
Незаполненными кружками отмечены клады с западнославянскими вещами.





6 Brøndsted J. Danish Inhumation Graves of the Viking Age. – AA, 1936, t. 7, p. 81–228; idem. Danmarks Oldtid, b. III. København, 1960, s. 329; Ramskou T. Viking Age Cremation Graves in Denmark. – A A, 1950, t. 21, p. 137–182.
7 Kornerup J. Kongehøjene i Jellinge. Kjøbenhavn, 1875; Jelling Problems. A Discussion.–Medieval Scandinavia, 1974, v. 7, p. 156–234; Christensen A. E. The Jelling Monuments.–Medieval Scandinavia, 1975, v. 8, p. 7–20; Roesdahl E. A Forgotten Casket Hinge from the Burial Chamber at Jelling. – Ibid., p. 21–26.
8 Olsen O. Hørg, hov og kirke. København, 1966; idem. Die alte Gesellschaft und die neue Kirche. – Acta Visbyensia, 1969, t. III, S. 43–54.
9 Krogh K. J., Voss O. Fra hedenskab til kristendom i Hørning. – In: Nationalmuseets Arbejdsmark, 1961, s. 5–34.
10 Roesdahl E. Fyrkat. En jysk vikingeborg. II. Old sagerne og gravpladsen. København, 1977; idem. Eastern Imports at the Viking Fortress of Fyrkat, Denmark. – In: Rapports du IIIc Congrés International d'Archéologie Slave, t. 1. Bratislava, 1979, p. 665–669.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Е.И.Дулимов, В.К.Цечоев.
Славяне средневекового Дона

Валентин Седов.
Происхождение и ранняя история славян

коллектив авторов.
Общественная мысль славянских народов в эпоху раннего средневековья

А.С. Щавелёв.
Славянские легенды о первых князьях

Галина Данилова.
Проблемы генезиса феодализма у славян и германцев
e-mail: historylib@yandex.ru
X