Эта книга находится в разделах

Список книг по данной тематике

Реклама

Loading...
Под ред. Е.А. Мельниковой.   Славяне и скандинавы

Общие и особенные черты в балтийской культуре. Этапы её развития

В сфере экономических и социально-экономических отношений у народов и племен Балтики можно установить тенденции, единые в своей основе, а в своем конкретном выражении значительно модифицированные в силу конкретно-исторических условий. Не были одновременны и процессы образования государства, становления городов и перехода к феодальному обществу. Тем не менее общие тенденции развития создавали основу для образования балтийской экономической системы, расширяющейся торговли и хозяйственного обмена.

52. Скандинавский вертикальный ткацкий стан
52. Скандинавский вертикальный ткацкий стан.


Также выявляются тенденции к выравниванию и единообразию культуры. Нож, плуг, меч, даже домостроительство и кораблестроение в Балтийском регионе мало различались (илл. 52). Но это не означало нивелировки глубинных основ культурного своеобразия. Погребальные обряды, традиционный набор украшений и пр. сохранялись, оставаясь устойчивым этническим признаком, как, например, обычай ношения парных скорлупообразных фибул у скандинавских жешцин или наборов височных колец у славянок. Не стирались и этнокультурные традиции в сфере духовной культуры, во всяком случае пока она не подверглась нивелирующему воздействию христианства. Скандинавы почитали Одина, Фрейра и Тора, руяне — Свентовита, лютичи — Сварожича. У поморян также был известен Свентовит, четырехглавый бог, наряду с Триглавом, трехголовым. В Новгороде стояло святилище Перуна. Со всеми этими божествами были связаны различные ритуалы, представления, мифы, символы. Но с другой стороны, во внешнем проявлении культов, в частности в области храмового строительства, возникает сходство между скандинавами и славянами. Оно проявлялось в конструкции, декоре и интерьере культовых зданий, частично выстроенных в технике «ставкирки», тщательно декорированных деревянных идолах.

Глубоки различия в письменности. В Новгороде и других русских городах писали на бересте кириллическими буквами. В Швеции и Дании вырезали руны по камню, дереву и кости. Такие стержни с руническими надписями или вещи с рунами найдены кое-где в славянских раннегородских поселениях*. Тексты примерно одинакового хозяйственного содержания в Новгороде записывали на древнерусском языке кириллическими буквами, а в Бергене — на древненорвежском языке руническими знаками276.

Формирование Балтийского экономического региона, таким образом, не сопровождалось созданием унифицированной балтийской культуры, и тем более единой балтийской народности. Однако включение в него практически всех народов и племен, живущих на берегах Балтийского моря, ускоряло их социально-экономическое развитие, стимулируя рост производительных сил и вызывая интенсивный культурный обмен.

Если в Скандинавии VII–X вв. широкое распространение новых художественных форм было вызвано к жизни прежде всего деятельностью и потребностями домовых общин свободных бондов и особенно феодализирующейся знати, то в славянских землях при быстром переходе к классовому обществу почвой для развития культуры и искусства в первую очередь являлись формирующиеся государственные центры. Они развивались с IX в. одновременно и как места концентрации ремесла, промыслов и торговли, и как центры, где имелись условия для развития художественного ремесла, обслуживавшего раннефеодальную знать.

В некоторых областях можно ясно различить течения, связанные с художественными вкусами трудящегося населения и вырастающие из потребностей господствующего класса. Трудящийся народ выражал свои эстетические представления в художественном оформлении предметов повседневного обихода, таких, как керамика или различные орудия из дерева, кости, рога, а также исконных народных украшений, вроде височных колец. Господствующий класс устремлял свое внимание прежде всего на художественное оформление оружия, воинского снаряжения и украшений из благородных металлов. Кроме того, в эту эпоху возникает новый вид искусства — архитектура. Прежде всего это замки, палаты и дворцы знати. В этой области, главным образом в деревянном строительстве, воплощается в жизнь единство функций и художественного образа как наглядное выражение ведущей роли, которую берет на себя раннефеодальная знать в формирующемся классовом обществе. Еще отчетливее это единство формы и функции проявляется в храмах и других культовых постройках. Храмовая обрядность, представленная великолепными образцами культовых зданий и относящейся к ним культовой скульптуры, с X в. развивается прежде всего у славянских племен между Одером и Эльбой.

В государственных центрах Дании, Швеции, Киевской Руси и Польши с середины X в. утверждается христианство. Вместе со становлением христианской церкви в этих странах начинается строительство каменных храмов и дворцов. В это время не только утверждается идеология крепнущего класса феодалов, но и возникают новые требования к формам художественного выражения новых отношений в странах Балтийского региона. Эти изменения проявились в церковном и монументальном строительстве и глубоко воздействовали на развитие искусства малых форм, стилистических направлений, пластики, рельефной орнаментики. Они равным образом влияли на искусство славянских земель южного побережья Балтики и Скандинавских стран. В последней четверти X в. эти тенденции нашли выражение в так называемом «Еллингском камне» (Дания), где, помимо рунической надписи (сообщающей о крещении датчан), представлены заимствованные из христианской орнаментики растительные мотивы образа «Большого Зверя», характерные «усики». На серебряных украшениях появляется не только крест в различных вариантах, но также и голова Христа как символический образ.

Знать, богатые купцы, викинги, прославившие себя далекими походами, священники и скальды испытывали настоятельную потребность запечатлеть свои деяния в письменных памятниках. Руническая письменность в условиях многовековой эволюции письменной культуры в других, сопредельных странах не имела исторической перспективы. Однако скандинавские племена, создавшие в начале I тысячелетия н. э. на основе этрусского** собственный рунический алфавит (так называемый футарк), использовали его для письма на камне, кости, роге и керамике. От эпохи с 950 по 1100 г. известно свыше 3500 таких рунических надписей. Находки этого рода встречаются кое-где и в странах к югу от Балтийского моря, а также в Киевской Руси. Однако в отличие от северных стран в южных славянских землях, и прежде всего в Древней Руси, пошли по более рациональному пути, приняв алфавит, созданный в середине IX в. Кириллом и Мефодием на основе греческого. В Новгороде был найден и специфический письменный материал: береста.

Из различных горизонтов культурного слоя в Новгороде известны многочисленные (свыше 600) берестяные грамоты, древнейшая из которых относится к XI в. По-видимому, с письменными знаками экспериментировали и языческие жрецы вильцев и поморян. Христианизация, при которой письменность перешла в ведение церкви, а также создание латиноязычных церковных и монастырских школ привели к угасанию местных форм письменности.

В развитии экономики, социального строя, культуры и искусства стран Балтики при общих тенденциях и единой социально-экономической, формационной основе процесса можно выделить несколько периодов, характеризующихся специфическими проявлениями и признаками.


Первый период охватывает VII–VIII вв. В Скандинавии он отмечен формированием домовых общин, укреплением общественного положения свободных крестьян — бондов, но одновременно и усилением власти племенной аристократии, вождей и знати. И свободные общинники, и знать предпринимают первые попытки установления контактов с заморскими землями. В первых стабильных торгово-ремесленных центрах типа Хельгё зарождается специфический «вендельский стиль»***, характеризующий аристократическое искусство и отличающийся от орнаментальных традиций предшествующего и последующего времени.

На южном побережье Балтийского моря по мере стабилизации славянской оседлости происходит консолидация племенных отношений, проявившаяся в создании системы городищ, с которыми у славян связаны также начальные этапы торгово-ремесленной деятельности. Балты и финно-угры в этот период жили еще в условиях родо-племенного строя, а их искусство, насколько можно судить по имеющимся образцам, находилось под воздействием художественного стиля эпохи Великого переселения народов, сформировавшегося в Северном Причерноморье и Центральной Европе в V–VII вв. Двусторонние влияния через Балтийское море в этот период действовали еще в сравнительно узких пределах. Первый период (VII–VIII вв.) можно поэтому назвать «начальными веками».


Второй период охватывает в основном IX и большую часть X в. Он выразился в расширяющихся торговых связях и возникновении крупнейших торговых центров и раннегородских поселений на берегах Балтийского моря, так же как в походах викингов. Как в Скандинавии, так и на юге Балтики выделяются центры формирующихся государств, которые становятся центрами культурного развития. Искусство викингов, представленное стилем Борре и Еллинге в Скандинавии, достигло своего высшего расцвета. Оно представлено такими высокохудожественными произведениями, как резьба по дереву в находках из Усеберга, литье и чеканка по металлу, кузнечные изделия, произведения ткачества или работы скульпторов и камнерезчиков.

На славянском побережье наблюдается повсеместный расцвет производства керамических форм, а также золотых и серебряных украшений в мастерских ювелиров. В этот период образцы художественного творчества вместе с торговыми товарами поступают из арабско-азиатских стран, византийской и великоморавской областей, а также, вполне естественно, из Скандинавских стран. Увеличивающаяся концентрация в раннегородских центрах разноэтнического населения, в первую очередь мастеров-ремесленников, значительно усилила культурный обмен на Балтике. Торговые сношения, военные походы, переселения и связи вели к тому, что в этот период Балтийское море становится связующим звеном между всеми живущими на его побережьях народами. По новейшим данным, к этим столетиям относятся предметы культуры и искусства, несомненно, западнославянского происхождения, найденные не менее чем в 240 пунктах на территории Скандинавии. Равным образом в западнославянских землях имеется по меньшей мере 300 пунктов, в которых найдено свыше 6100 предметов, целых и во фрагментах (в том числе более 6000 монет), скандинавское происхождение которых или идентичность скандинавским традициям неоспоримы. Однако нужно присоединить сюда бесчисленные находки, которые по своим стилистическим особенностям не могут быть отнесены исключительно к той или иной области Балтики и имеют повсеместное распространение. Это ножи с искусно выполненным плетеным орнаментом на рукояти — в славянских землях; серебряные браслеты и гривны — в Скандинавии и на южном побережье Балтики; или же художественные произведения мастеров-оружейников в Скандинавии, Киевской Руси, Польше. При анализе связей установлено, что особенно тесными, интенсивными и взаимообогащаюгцими они были в периоды мира и мирных отношений между народами. Польский археолог Я. Жак выделил четыре фазы в развитии связей между западнославянскими странами и Скандинавией:

I фаза 800–890 гг.
II фаза 890–970 гг.
III фаза 970–1050 гг.
IV фаза 1050–1100 гг.

Большая часть предметов и монет скандинавского происхождения в западнославянских странах приходится на третью фазу277.

Освоение Балтийского моря в качестве внутреннего моря стало возможным только тогда, когда кораблестроение достигло необходимого уровня. Для скандинавов оно было одной из существенных сторон их ремесленной и художественной деятельности. До нас дошли лишь немногие образцы кораблестроительного искусства; первое место среди них занимает великолепный корабль из Усеберга на Осло-фьорде. По многочисленным каменным стелам с изображениями кораблей мы знаем, что усебергский корабль не уникален, а представляет определенный тип морских судов. В славянских землях корабли не имеют художественно-мифологических украшений: драконов и змей, — но развиваются в более практичных формах. Областью безусловного господства славянского древостроительного искусства в первую очередь было сооружение крупных «градов», крепостей, а также храмов с их художественной отделкой.


Третий период экономического, социально-политического и художественного развития (конец X- XII в.) неотделимо связан с укреплением феодальных государств в Норвегии, Дании, Швеции, Киевской Руси, Польше и в землях ободритов, так же как с реакцией на укрепление феодальной государственности сохранявших военно-демократический и родо-племенной уклад племен балтов, финнов, вильцев, лютичей. Со второй половины X в. в большей части Балтики значительную роль играло распространение христианства, которое оказывало влияние на романские и византийские элементы в строительстве, производстве украшений, орнаментике. Появляется каменная архитектура, в то время как деревянное зодчество, прежде всего в Скандинавских странах, находит новую область применения: централизованная государственная власть воздвигает свои укрепления, архитектурно оформленные опорные пункты с укреплениями нового типа, в виде так называемых «круглых крепостей» или, как их неточно обозначали раньше, «лагерей викингов»; священники в Скандинавии поддерживают и продолжают местные традиции в церковном строительстве. Показательны сооруженные в это время деревянные церкви — подлинные шедевры композиции и художественного оформления, в которых навыки скандинавов в художественной обработке дерева достигли наивысшего выражения. В особенности это относится к раннесредневековым храмам и технике норвежской «ставкирки» (илл. 53).

53. Северная ставкирка
53. Северная «ставкирка»


С утверждением христианства завершается история раннесредневековой культуры и искусства народов стран Балтики. В XI в. устанавливаются основы феодального строя. Государства стабилизировались, христианская церковь освятила новую систему социальных связей и противопоставила друг другу различные этнополитические области (прежде всего феодально-христианские государства и языческие племенные союзы западных славян, балтов и финнов). Господствующие классы разных государств сталкивались в борьбе за расширение своих государственных территорий далее за море, однако ни одной из феодальных держав не удавалось прочно закрепить за собою захваченные земли. И в это время сохраняются экономические связи, хотя они вновь и вновь прерывались и затруднялись опустошительными феодальными распрями и войнами. Постепенно начинается подъем новой экономической силы, Ганзы, которая вновь превратит Балтику во внутреннее море. Феодальные державы, напротив, сосредоточивали свои интересы на эксплуатации глубинных районов либо с течением столетий ослабевали в результате раздробленности. Однако развитие народов и государств Балтийского региона, возникших и консолидировавшихся в бурные столетия раннего средневековья, продолжалось. Социальное содержание этих образований по сравнению с «начальными веками» существенно изменилось, весьма различным оно остается и в наши дни. Но культурно-исторические традиции и сознание экономической выгоды взаимосвязей через Балтийское море по-прежнему оказываются живыми и действенными. Зарождение этой устойчивой традиции мирных связей произошло в бурные и далекие «начальные века» ранней истории славян и скандинавов на Балтике.




* Как впрочем, и кириллические буквы на серебряных слитках в некоторых кладах Готланда. – Прим. перев.
** В специальной рунологической литературе более распространено мнение, что старший рунический алфавит (24-значный ряд) возник на основе латинского и греческого алфавитов. – Прим. перев.
*** Название дано по династическому могильнику Вендель в Средней Швеции с погребениями знати по новому для Скандинавии обряду захоронений в ладье. – Прим. перев.

276 Frühe Schriftzeugnisse der Menschheit. Göttingen, 1963.
277 Одна из проблем, оказавшихся нерешенными в работе Я. Жака (J. Źак. «Importy», część syntetyczna, s. 61), заключается в том, что он опирался только на достоверно скандинавские по происхождению находки, не учитывая предметы, попадавшие в результате балтийской торговли, прежде всего — арабское серебро. Отсюда и цезуры, разрывы между выделенными им этапами связей, а в результате этого неустойчивые датировки каждого из этапов. По сравнению с хронологией и динамикой связей, предложенной Я. Жаком, картина оказывается более сложной и динамичной. Ни в коей мере нельзя отождествлять объем балтийской торговли и импорт «чисто» скандинавских изделий.
Loading...
загрузка...
Другие книги по данной тематике

Валентин Седов.
Древнерусская народность. Историко-археологическое исследование

Валентин Седов.
Славяне. Историко-археологическое исследование

Сергей Алексеев.
Славянская Европа V–VIII веков

Алексей Гудзь-Марков.
Домонгольская Русь в летописных сводах V-XIII вв
e-mail: historylib@yandex.ru
X